Апелляционное постановление № 22-4744/2024 от 10 июня 2024 г.

Судья: Ганус Д.И. Дело № 22-4744/2024

УИД: 50RS0<данные изъяты>-60


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<данные изъяты> 11 июня 2024 года

<данные изъяты>

Московский областной суд в составе председательствующего судьи Пешкова М.А.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела прокуратуры <данные изъяты> Крайней Н.В.,

осуществляющего защиту А.И.И. адвоката Таирова Т.М.,

при помощнике судьи Харченко С.С.,

рассмотрев в закрытом судебном заседании <данные изъяты> апелляционное представление государственного обвинителя на постановление Королевского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, которым уголовное дело в отношении

А.И.И., <данные изъяты> года рождения, уроженца Республики Таджикистан, гражданина Республики Таджикистан, имеющего среднее образование, холостого, на иждивении никого не имеющего, на территории РФ не военнообязанного, не работающего, зарегистрированного по адресу: <данные изъяты>, с.<данные изъяты>, фактически проживающего по адресу: <данные изъяты>, д. Внуково, <данные изъяты>, стр. 7, ранее не судимого,

о совершении общественно-опасных деяний, запрещенных уголовным законом, подпадающих под признаки преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ,

возвращено Королевскому городскому прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Заслушав выступление прокурора Крайней Н.В., поддержавшей доводы апелляционного представления, адвоката Таирова Т.М., просившего постановление оставить без изменения,

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия действия А.И.И. квалифицированы как совершение общественно-опасного деяния, запрещенного уголовным законом, подпадающим под признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, а именно покушение на незаконный сбыт наркотических средств, в крупном размере, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, а также как совершение общественно-опасного деяния, запрещенного уголовным законом, подпадающим под признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, а именно покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Судом установлено, что согласно постановлению о направлении дела в суд для применения принудительных мер медицинского характера в отношении А.И.И., при изложении существа совершенного деяния (события от <данные изъяты>), указано, что А.И.И. обнаружил один пресс-пакет из прозрачного полимерного материала, два свертка из отрезков изоляционной ленты черного цвета, внутри каждого из которых находится пресс-пакет из прозрачного полимерного материала, внутри каждого из которых пресс-пакет из полимерного материала, с веществом, в составе которого содержится наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон), массами по 0,14 г, 0,87 г, 0,97 г соответственно, общей массой 1,83 грамма, подобрал их с земли, тем самым приобрел для цели сбыта путем присвоения найденного вышеуказанные один пресс-пакет из прозрачного полимерного материала, два свертка из отрезков изоляционной ленты черного цвета, внутри каждого из которых находится пресс-пакет из прозрачного полимерного материала, внутри каждого из которых пресс-пакет из полимерного материала, с веществом, в составе которого содержится наркотическое средство мефедрон, массой 1,5 грамма, которое А.И.И. сразу после приобретения стал незаконно хранить с целью дальнейшего сбыта неустановленным следствием приобретателям при себе, до момента обнаружения и изъятия сотрудниками полиции, на территории <данные изъяты>.

После, при проведении сотрудниками ОУР ФИО1 УМВД России по г.о. Королев совместно с ОНК УМВД России по г.о. Королев мероприятий, направленных на выявление лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств, А.И.И. был задержан, и в ходе личного досмотра А.И.И., изъяты вышеуказанные пресс-пакет из прозрачного полимерного материала, внутри каждого из которых пресс-пакет из полимерного материала, с веществом, в составе которого содержится наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон), массами по 0,14 г, 0,87 г, 0,97 г, соответственно, общей массой 1,83 грамма, один пресс-пакет из прозрачного полимерного материала, два свертка из отрезков изоляционной ленты черного цвета, внутри каждого из которых находится пресс-пакет из прозрачного полимерного материала, внутри каждого из которых пресс-пакет из полимерного материала, с веществом, в составе которого содержится наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон) в крупном размере, массами по 0,14 г, 0,87 г, 0,97 г соответственно, общей массой 1,83 грамма.

Таким образом, органами следствия в постановлении о направлении дела в суд для применения принудительных мер медицинского характера в отношении А.И.И. указаны противоречащие сведения о массе и количестве приобретенного и хранящегося наркотического средства для цели сбыта и изъятого у последнего наркотического средства, при этом при арифметическом сложении отдельных масс наркотических средств (0,14 г, 0,87 г, 0,97) образуется общая масса наркотического средства мефедрон (4-метилметкатинон) в размере 1,98 грамм, а не 1,83 грамма, как указано в постановлении о направлении дела в суд для применения принудительных мер медицинского характера.

Кроме того, из описательной части деяния следует, что А.И.И. приобрел для цели сбыта наркотическое средство и хранил его с целью дальнейшего сбыта, а также описаны события его задержания и изъятия наркотического средства.

Однако в описательной части существа деяния не имеется сведений о том, каким образом А.И.И. не довел преступление до конца по независящим от него обстоятельствам.

Таким образом, описательная часть деяния по ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (событие от <данные изъяты>) не соответствует диспозиции покушения на незаконный сбыт наркотического средства.

Кроме того, из описательной части деяния (событие от <данные изъяты>) следует, что А.И.И. приобрел для цели сбыта наркотическое средство <данные изъяты>, а задержание А.И.И. и его личный досмотр датирован <данные изъяты>, из описательной части деяния (событие от <данные изъяты>) также следует, что договоренность между А.И.И. и неустановленным следствием лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, произошла до <данные изъяты>, а получение А.И.И. данных о месте расположения тайниковой закладки, его задержание и личный досмотр, и изъятие наркотического средства датировано <данные изъяты>.

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит постановление суда отменить, уголовное дело вернуть на новое судебное рассмотрение, в ином составе суда.

Прокурор считает, что вменение массы наркотического средства в размере 1,83 грамма обусловлено израсходованными 0.15 граммами наркотического средства при проведении исследований и экспертиз, является крупным размером и не нарушает право А.И.И.

При описании действий А.И.И. в части их времени допущена техническая ошибка, которая могла быть устранена в суде.

Преступление А.И.И. не довел до конца в связи с задержанием его сотрудниками полиции.

Проверив доводы апелляционного представления, исследовав материалы дела, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 1 (ред. от <данные изъяты>) «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта. В частности, исключается возможность вынесения судебного решения в случаях, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении или обвинительном акте, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого; когда обвинительное заключение или обвинительный акт не подписан следователем, дознавателем либо не утвержден прокурором; когда в обвинительном заключении или обвинительном акте отсутствуют указание на прошлые судимости обвиняемого, данные о месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был установлен по делу, и др.

Если возникает необходимость устранения иных препятствий рассмотрения уголовного дела, указанных в пунктах 2 - 5 части 1 статьи 237 УПК РФ, а также в других случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном заседании, а устранение таких нарушений не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия, судья в соответствии с частью 1 статьи 237 УПК РФ по собственной инициативе или по ходатайству стороны в порядке, предусмотренном статьями 234 и 236 УПК РФ, возвращает дело прокурору для устранения допущенных нарушений. Одновременно с этим судья в соответствии с частью 3 статьи 237 УПК РФ принимает решение о мере пресечения в отношении обвиняемого (в том числе о заключении под стражу) и перечисляет его за прокуратурой.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд установил, что общая масса наркотического средства не соответствует массам вмененных А.И.И. массам свертков, что не может быть устранено в судебном заседании и противоречит положениям ст.73 и ст.434 УПК РФ.

Довод прокурора о том, что 0,15 грамм наркотического средства были израсходованы при проведении по делу исследований и экспертиз несостоятелен, поскольку по версии следствия и эта масса наркотического средства была изъята из незаконного оборота и фактически вменяется А.И.И. с учетом установленных судом противоречий в этой части.

Судом установлено, что из описательной части деяния (событие от <данные изъяты>) следует, что А.И.И. приобрел для цели сбыта наркотическое средство <данные изъяты>, а задержание А.И.И. и его личный досмотр датирован <данные изъяты>, из описательной части деяния (событие от <данные изъяты>) также следует, что договоренность между А.И.И. и неустановленным следствием лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, произошла до <данные изъяты>, а получение А.И.И. данных о месте расположения тайниковой закладки, его задержание и личный досмотр, и изъятие наркотического средства датировано <данные изъяты>.

Ссылки в этой части прокурора на техническую ошибку неубедительны, поскольку в соответствии со ст.73 и 434 УПК РФ время совершения общественно опасного деяния подлежит обязательному установлению и доказыванию.

Также не подлежат удовлетворению и доводы прокурора о задержании А.И.И. сотрудниками полиции, поскольку в соответствии с ч.3 ст.30 УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам, которые подлежат установлению и доказыванию.

При таких обстоятельствах, с учетом приведенных требований закона, суд апелляционной инстанции находит постановление суда законным и соответствующим ст. 7 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Королевского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении А.И.И. оставить без изменения, апелляционное представление без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции по правилам Главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий М.А. Пешков