Приговор № 1-160/2021 от 29 июля 2021 г. по делу № 1-160/2021

Дело №1-160/2021

УИД 33RS0014-01-2021-000644-75


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

30 июля 2021 года г.Муром

Муромский городской суд Владимирской области в составе:

председательствующего Араблинской А.Р.,

при секретаре Назаровой Е.В., помощнике судьи Ершовой Е.Н.,

с участием:

государственных обвинителей Разиной Е.И., Ожева А.И.,

потерпевшей Ф.Г,В.,

подсудимого ФИО1,

защитника-адвоката Шмельковой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке судебного разбирательства уголовное дело в отношении

ФИО1 , персональные данные,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

В период с 19 часов 00 минут 18 декабря 2020 года по 10 часов 00 минут 19 декабря 2020 года ФИО1, находясь в квартире, расположенной по адресу: адрес, будучи в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений, вызванных произошедшей ссорой с Ф.Д.В. в ходе совместного распития спиртного, а также в связи с противоправным и аморальным поведением Ф.Д.В. , который высказал в адрес ФИО1 нецензурные оскорбления и причинил ему физическую боль, умышленно, желая причинить Ф.Д.В. тяжкий вред здоровью, без цели убийства, нанес ему не менее семи ударов кулаками в область головы и не менее четырех ударов приисканным им ножом в указанной квартире, который он использовал в качестве оружия, в область расположения жизненно важных органов Ф.Д.В. – грудной клетки и живота, а также в область конечности.

В результате указанных преступных действий ФИО1 Ф.Д.В. были причинены колото-резаная рана на передней поверхности грудной клетки слева, проникающая в левую плевральную полость с повреждением сердечной сорочки и сердца; колото-резаная рана на боковой поверхности грудной клетки слева, проникающая в левую плевральную и брюшную полости с повреждением поперечно-ободочной кишки. Эти телесные повреждения являются опасными для жизни, поэтому повлекли за собой тяжкий вред здоровью, и находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью Ф.Д.В.

Кроме того, своими преступными действиями ФИО1 причинил Ф.Д.В. колото-резаную рану на передней поверхности грудной клетки справа, резаную рану на тыльной поверхности средней фаланги 4-го пальца правой кисти. Эти телесные повреждения повлекли за собой легкий вред здоровью, так как вызывают его кратковременное расстройство на срок до 3-х недель, и прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти не имеют. Также, ФИО1 своими преступными действиями причинил Ф.Д.В. ушибы мягких тканей лица, кровоподтек на верхнем веке правого глаза, кровоподтек и 13 ссадин в окружности левого глаза, левой скуловой области и левой щеке, ушиб левого глазного яблока, по 1 ссадине в правой скуловой области и лобной области справа, кровоподтек на спинке носа, кровоподтеки на слизистых оболочках губ, ушибленную рану на слизистой оболочке верхней губы, по 1 кровоизлиянию в мягких тканях височных областей головы. Эти телесные повреждения повлекли за собой в своей совокупности легкий вред здоровью, так как вызывают его кратковременное расстройство на срок до 3-х недель, и прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти не имеют.

В результате умышленных противоправных действий ФИО1 Ф.Д.В. скончался на месте происшествия от колото-резаных ран на передней поверхности грудной клетки слева и боковой поверхности грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную и брюшную полости с повреждением сердца и поперечно-ободочной кишки, сопровождавшихся наружным и внутренним кровотечением.

Подсудимый ФИО1 в ходе судебного следствия вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, признал частично, поскольку умысла на убийство потерпевшего у него не было, полагает, что его действия подлежат квалификации по ч.4 ст.111 УК РФ, вину по которой признает полностью.

Суду показал, что 18 декабря 2020 года около 20 часов он пришел в гости к Ф.Д.В. , с которым они на кухне стали распивать спиртные напитки. В какой-то момент Ф.Д.В. стал вести себя неадекватно, вскочил из-за стола, вырвал раковину рядом с холодильником. Когда он попытался его успокоить, Ф.Д.В. обнял его за талию руками, сильно сдавил и стал его трясти, отчего он испытал физическую боль. Он сказал Ф.Д.В. , чтобы тот прекратил свои действия. Ф.Д.В. его отпустил, они снова сели за стол, продолжили распивать спиртное. Ф.Д.В. вдруг стал его оскорблять унизительными нецензурными словами, снова встал из-за стола, стал беситься. Слова Ф.Д.В. его очень сильно задели, он встал, схватил со стола нож, которым они резали хлеб, и нанес им три-четыре удара в область грудной клетки Ф.Д.В. . Осознав, что произошло, он спросил, как себя чувствует Ф.Д.В. , предложил вызвать «скорую помощь», на что тот ответил, что все нормально, «скорую помощь» вызывать не нужно. После этого он пошел в комнату, Ф.Д.В. также вышел из кухни в прихожую и, прислонившись к стене, присел на корточки. Он подошел к Ф.Д.В. ., снова предложил вызвать «скорую помощь», однако последний отказался. Он все же попытался набрать номер «скорой помощи» со своего сотового телефона, однако сделать это у него не получилось, тогда он ушел в зал и лег спать. Нож, которым он наносил удары потерпевшему, он взял с собой в зал и положил рядом с собой. Ф.Д.В. в это время оставался сидеть в прихожей около стены. Когда он проснулся, и вышел в прихожую, увидел, что Ф.Д.В. находился в том же месте, только лежал на полу, под ним растеклась кровь. Он подошел к Ф.Д.В. , потрогал тело, понял, что он мертвый. Испугавшись, он допил спиртное на кухне, взял с тумбочки ключи, вышел из квартиры и запер дверь. На улице рядом с домом он выбросил ключи, вернулся домой и лег спать. Утверждает, что кроме него и Ф.Д.В. в квартире никого не было. Полагает, что крики, и слова «не надо, не надо», которые слышали соседи, были от Ф.Д.В. ., когда он наносил ему ножевые ранения. Наличие у Ф.Д.В. телесного повреждения в виде резаной раны на тыльной поверхности средней фаланги четвертого пальца правой кисти, объяснил тем, что Ф.Д.В. мог схватиться за нож, когда он пытался его ударить. Предположил, что после того как он ушел спать в зал, Ф.Д.В. мог передвигаться по квартире и падать, и вследствие этого получить телесные повреждения, которые были у него обнаружены в области лица, головы и туловища. Когда он пришел к Ф.Д.В. . в квартиру, никаких телесных повреждений у того не было, в его присутствии Ф.Д.В. не падал и ни о какие предметы не ударялся. До произошедшего между ним и Ф.Д.В. были дружеские отношения, иногда они вместе употребляли спиртные напитки, в состоянии алкогольного опьянения поведение Ф.Д.В. менялось, он начинал заговариваться, приставал ко всем, но до серьезных конфликтных ситуаций не доходило.

Из показаний ФИО1 от 18 февраля 2021 года и от 19 февраля 2021 года, данных в ходе предварительного расследования в качестве обвиняемого, оглашенных в судебном заседании на основании п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что 18 декабря 2020 года, когда они с Ф.Д.В. в квартире последнего распивали спиртные напитки, Ф.Д.В. внезапно встал из-за стола, схватил руками мойку и вырвал ее из столешницы. Когда он стал спрашивать Ф.Д.В. , зачем он это сделал, тот обнял его руками за талию, сильно сдавил и начал трясти. Он попросил его прекратить указанные действия, так как ему стало больно. Ф.Д.В. отпустил его и стал оскорблять обидными нецензурными словами. Он испытал унижение от этих слов, разозлился и нанес Ф.Д.В. не менее 6 ударов кулаками по лицу, телу и рукам, после чего взял со стола кухонный нож с пластмассовой рукояткой и нанес Ф.Д.В. четыре удара ножом в грудь. Ф.Д.В. отошел от него в сторону прохода из кухни и сполз по стене на пол. Испугавшись, он предложил Ф.Д.В. вызвать скорую помощь, но он отказался. Он попытался набрать на телефоне номер «скорой помощи», но у него это сделать не получилось. Затем он выпил на кухне спиртное, взял с собой нож, которым нанес Ф.Д.В. удары в грудь, прошел в жилую комнату и лег спать. Проснувшись, обнаружил Ф.Д.В. на том же месте, лежащем на животе, под ним растеклась кровь. Он потрогал Ф.Д.В. , понял, что тот умер, так как он не дышал. Указал, что именно он нанес Ф.Д.В. удары кулаками и ножом, больше его никто не бил, поскольку в квартире они находились вдвоем (т.1 л.д.208, 216-220).

После оглашения указанных выше показаний подсудимый ФИО1 их полностью подтвердил, указал, что действительно перед тем как нанести удары ножом, он нанес Ф.Д.В. удары кулаками в область лица, туловища и конечностей, при этом от указанных ударов потерпевший не падал. Также показал, что при нанесении ударов кулаками, Ф.Д.В. стоял к нему лицом, по задней поверхности головы, туловища и конечностям, он ему удары не наносил.

В основу приговора суд считает необходимым положить показания ФИО1, данные им при допросе в качестве обвиняемого 19 февраля 2021 года и при дополнительном допросе в качестве обвиняемого от 18 февраля 2021 года. Данные показания являются последовательными и стабильными, согласуются с совокупностью собранных и исследованных по делу доказательств, получены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона в связи с чем суд находит указанные показания допустимыми, правдивыми и считает необходимым положить их в основу приговора.

Кроме того, в ходе следственного эксперимента 21 декабря 2020 года ФИО1 с использованием манекена человека и макета ножа продемонстрировал механизм нанесения ударов ножом Ф.Д.В. ., а также их локализацию. При этом, ФИО1 взял в правую руку макет ножа, лезвием которого соприкоснулся с грудной клеткой манекена, сообщив, что таким образом он нанес удары Ф.Д.В. . Следственный эксперимент зафиксирован в фото-таблице (т.1 л.д.174-178).

В ходе проверки показаний на месте 23 декабря 2020 года обвиняемый ФИО1 на месте происшествия около дома, расположенного по адресу: адрес, указал направление вдоль ул.Куликова г.Мурома от дома №14 в сторону пересечения ул.Куликова с ул.Воровского г.Мурома, и пояснил, что после совершенного преступления взял ключи от квартиры убитого, которые лежали на комоде в жилой комнате, вышел из квартиры и запер за собой дверь. Затем он проследовал по ул.Воровского и Куликова до дома адрес, где бросил ключи от квартиры Ф.Д.В. за металлический ящик, расположенный у боковой стены дома. Далее ФИО1 указал на металлический ящик, расположенный у боковой стены дома № и пояснил, что именно за данный ящик он выбросил ключи от квартиры Ф.Д.В. . Проверка показаний на месте зафиксирована в фото-таблице (т.1 л.д.199-203).

С участием обвиняемого ФИО1 23 декабря 2020 года также произведен осмотр местности у дома адрес. Осмотром установлено, что у боковой стены указанного дома установлен металлический ящик, между ящиком и стеной дома имеется расстояние примерно 10-15 см. ФИО1 сделал заявление о том, что за данный ящик он бросил ключи от квартиры Ф.Д.В. В ходе осмотра на снегу между ящиком стеной дома обнаружена связка из трех ключей и брелка от домофона, которая была изъята. ФИО1 подтвердил, что это ключи от квартиры Ф.Д.В. , которые он выбросил. Осмотр местности зафиксирован протоколом с фото-таблицей (т.1 л.д.204-207).

Оценивая вышеуказанные следственные действия, суд считает, что они произведены в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с разъяснением ФИО1 прав подозреваемого и обвиняемого, а также с обеспечением его квалифицированной защитой. По результатам следственных действий каких-либо замечаний, заявлений и ходатайств ни ФИО1, ни его защитником заявлено не было.

При таких обстоятельствах, оснований не доверять указанным выше процессуальным документам у суда не имеется, они являются допустимыми доказательствами, полученными в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в связи с чем суд кладет в основу приговора.

Вина подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу и исследованными в ходе судебного разбирательства.

Так, согласно сообщению, поступившему 20 декабря 2020 года в 15 час. 28 мин. в дежурную часть МО МВД России «Муромский», в квартире адрес обнаружен человек в крови (т.1 л.д.30).

Потерпевшая Ф.Г,В. показала, что погибший Ф.Д.В. приходился ей сыном, проживал один в адрес. Последний раз она видела сына 17 декабря 2020 года, на следующий день около 17 часов они созвонились, он ей сообщил, что ложиться спать. Около 20 часов ей позвонила К.Л.В. , сказала, что в квартире Ф.Д.В. шумно. Она позвонила сыну на сотовый телефон, но он не брал трубку. Тогда она позвонила в полицию, однако сотрудники полиции в квартиру не попали, поскольку дверь им никто не открыл. Она снова стала звонить сыну, но в тот вечер и на следующий день он трубку не брал. В воскресенье она приехала в квартиру к сыну, открыла дверь своим ключом и увидела его, лежащим в прихожей на полу в крови, без признаков жизни. В состоянии алкогольного опьянения Ф.Д.В. мог быть агрессивным, себя не контролировал, был случай, когда разбил у нее мебель.

Свидетель К.Л.В. , показания которой данные в ходе предварительного следствия оглашены в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, показала, что ее соседом в квартире № был Ф.Д.В. , который злоупотреблял спиртными напитками, приводил разные компании, устраивал скандалы, ночью включал музыку. Когда Ф.Д.В. хулиганил, она звонила на сотовый телефон его матери – Ф.Г,В.., чтобы она его успокоила. 18 декабря 2020 года около 22 часов из квартиры Ф.Д.В. . стала доноситься музыка, громкие разговоры. У них хорошая слышимость на кухне, поскольку с квартирой Ф.Д.В. общее вентиляционное сообщение. Сначала она слышала в квартире два мужских голоса, один из которых принадлежал самому Ф.Д.В. В какой-то момент она услышала сиплый голос женщины, которая несколько раз крикнула: «Не надо, а-а-а, не надо, а-а-а!», после чего послышался звон металла, как будто что-то металлическое упало на пол, а также голос Ф.Д.В. : «Ты, че?». Она постучала в стену, после чего позвонила Ф.Г,В. и рассказала, что в квартире ее сына происходит что-то плохое. Та ответила, что либо приедет сама, либо вызовет полицию. Затем из комнаты в квартире Ф.Д.В. она услышала голос женщины, которая приглушенно сказала: «Не надо, не надо!», после чего в квартире наступила тишина, и заиграла музыка. В 22 часа 25 минут приехали сотрудники полиции, которые стали стучать в квартиру Ф.Д.В. ., но дверь им никто не открыл. 19 декабря 2020 года около часа ночи она пошла на кухню, слышала из квартиры Ф.Д.В. слабые звуки музыки. После этого в квартире ФИО2 все было тихо. 20 декабря 2020 года от сотрудников полиции ей стало известно, что Ф.Д.В. убили (т.1 л.д.61-63).

Свидетель П.В.Д. показала, что квартира №, где ранее проживал Ф.Д.В. , находится на одной лестничной площадке с квартирой №, в которой проживает она. Охарактеризовала Ф.Д.В. как доброго, отзывчивого человека, однако злоупотребляющего спиртными напитками. Ф.Д.В. . часто приводил в квартиру шумные компании. 18 декабря 2020 года она находилась дома. В период с 18 часов до 22 часов услышала в подъезде на лестничной площадке голос женщины, которая кричала: «Что ты наделал?». По данному обращению она поняла, что женщина находилась в подъезде с мужчиной. Сама из квартиры она не выходила, кто именно находился на лестничной площадке, не видела.

Свидетель Р.А.В. показал, что Ф.Д.В. проживал в соседней квартире, был безобидным, общительным, любил распивать спиртные напитки, приглашал в свою квартиру компании, которые иногда скандалили. 18 декабря 2020 года он находился дома, ночью услышал шум из подъезда, как ему показалось, кто-то стучал в дверь квартиры Ф.Д.В. ., также слышал на лестничной площадке подростковый голос, но не придал этому значение.

Свидетель Т.О.В. , показания которой данные в ходе предварительного расследования были оглашены на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, показала, что последний раз видела Ф.Д.В. 18 декабря 2020 года в дневное время, когда приезжала в г.Муром в больницу. Около 20 часов она позвонила ему на мобильный телефон, но трубку взял не он, а ФИО1, с которым она долго разговаривала. При этом Ф.Д.В. тоже кричал в трубку, что они собираются гулять. По разговору было понятно, что они оба находятся в состоянии алкогольного опьянения. В какой-то момент трубку взяла какая-то женщина и стала ей хамить. В тот же вечер около 23 часов, а также около 01 часа ночи 19 декабря 2020 года она снова позвонила Ф.Д.В. , однако трубку никто не брал. 20 декабря 2020 года от матери Ф.Д.В. узнала, что его убили (т.1 л.д.65-66).

Свидетель К.И,В. (полицейский ОР ППСп МО МВД России «Муромский») показал с К.Ю,О. 18 декабря 2020 года находились на дежурстве, когда около 22 часов поступило сообщение из дежурной части о том, что необходимо проехать по адресу: адрес, поскольку в квартире происходит драка. Прибыв на месте, их встретила соседка из квартиры № данного дома, указала на квартиру, где якобы происходила драка. Они постучали в дверь, им никто не открыл, через некоторое время из-за двери пьяный мужской голос сказал, что дверь не откроет. Они сообщили, что это полиция, на что мужчина ответил, что сейчас сам вызовет полицию. В квартире никакого шума они не слышали. Поскольку соседка отказалась писать заявление, они доложили в дежурную часть, что дверь им никто не открыл, после чего уехали на дежурство.

Свидетель К.Ю,О. (полицейский ОР ППСп МО МВД России «Муромский»), показал, что 18 декабря 2020 года, когда они с К.И,В. . находились на дежурстве, около 22 часов от Ф. в дежурную часть поступило сообщение о том, что ее соседка пожаловалась, что сын Ф. привел в квартиру друзей, которые возможно дерутся. Прибыв по адресу: адрес, их встретила соседка из квартиры №, сказала, что в квартире № происходит драка. При них никакого шума в квартире № не было. Они постучали в дверь, им ответил пьяный мужской голос, что сейчас полицию вызовет. Они сказали, что сами из полиции и попросили открыть дверь, однако дверь им не открыли, голос из-за двери был непонятный и пьяный. Они спросили соседку, будет ли она писать заявление и давать объяснения, она это делать отказалась. О произошедшем они доложили в дежурную часть, им сказали написать рапорт.

Свидетель Б.Р.И. показала, что ФИО1 приходится ей сыном, с которым она проживала по адресу: адрес. 19 декабря 2020 года он вернулся домой в состоянии алкогольного опьянения, был подавленный, сказал, что поссорился с другом Ф.Д.В. , поскольку последний обзывал его, хватал за больное место. Подробности произошедшего сын не рассказывал, только сказал, что Ф.Д.В. было плохо, он пытался вызвать «скорую помощь», но не смог это сделать. Когда сын вернулся домой, был одет в куртку и свитер. Он снял свитер и попросил его постирать, что она и сделала. Охарактеризовала сына с положительной стороны, он добрый, отзывчивый, неагрессивный, помогает ей как по хозяйству, так и материально.

Свидетель Б.Н.В. показала, что брак между ней и ФИО1 расторгнут, однако они проживали совместно, то есть находились в фактических брачных отношениях. ФИО1 занимается воспитанием и содержанием их совместных малолетних детей, спиртными напитками не злоупотребляет. В декабре 2020 года ФИО1 проживал у матери, поскольку они поругались, и он ушел.

Виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается также письменными доказательствами, которые были исследованы в ходе судебного разбирательства.

Так, с разрешения потерпевшей Ф.Г,В. произведен осмотр места происшествия - квартиры адрес, где в проходе между кухней и прихожей обнаружен труп Ф.Д.В. . с колото-резанными ранами грудной клетки и тыльной поверхности средней фаланги четвертого пальца правой кисти. На полу в прихожей и на стене на высоте 50 см. от пола имеются множественные следы бурого цвета, похожие на кровь. На кухне вдоль правой стены расположен кухонный гарнитур, из столешницы вырвана мойка с места крепления и лежит на столешнице. На полу в ванной комнате обнаружена поролоновая губка, пропитанная веществом бурого цвета, похожего на кровь. В жилой комнате на ламинате обнаружены многочисленные следы, образованные веществом бурого цвета похожего на кровь. На диване, расположенном напротив входа в комнату, обнаружен кухонный нож длиной 210 мм, длиной клинка 110мм, шириной клинка 15,5мм и рукоятью, изготовленной из пластмассы черного цвета. На лезвии клинка ножа обильные помарки бурого цвета, похожего на кровь. В ходе осмотра были изъяты: нож, ватная палочка со смывом с линолеума, фрагмент обоев, фрагмент поролона, шесть фрагментов ламината, со следами бурого цвета, похожими на кровь, а также следами обуви. Осмотр места происшествия зафиксирован в фото-таблице (т.1 л.д.12-25,11).

Протоколом выемки от 28 декабря 2020 года у судебно-медицинского эксперта изъяты: образец крови от трупа Ф.Д.В. на марлевом тампоне, кожная рана от трупа Ф.Д.В. , выписка из заключения эксперта №937 (т.1 л.д.78-81).

Протоколом выемки от 21 декабря 2020 года с фото-таблицей у подозреваемого ФИО1 изъяты джинсовые брюки с пятами бурого цвета, свитер бежевого цвета с помарками бурого цвета похожими на кровь, куртка серого цвета со следами бурого цвета похожими на кровь, ботинки (т.1 л.д.181-187).

Согласно заключению судебной молекулярно-генетической идентификационной судебной экспертизы №31/18, проведенной в период с 12 по 18 февраля 2021 года, на ноже, ватной палочке со смывом, фрагменте обоев, фрагменте поролона, трех фрагментах ламината, изъятых в ходе осмотра места происшествия от 20.12.2020г., а также на куртке и ботинках, изъятых в ходе выемки у подозреваемого ФИО1, обнаружена кровь человека. Генотипические признаки в препаратах ДНК, полученных из биологических следов на ноже, ватной палочке со смывом, фрагменте обоев, фрагменте поролона, трех фрагментах ламината, куртки и ботинках ФИО1 и из образца крови Ф.Д.В. одинаковы, что указывает на то, что данные биологические следы могли произойти от Ф.Д.В. Расчетная вероятность того, что эти биологические следы действительно произошли от Ф.Д.В. составляет не менее 99,(9)% (т.1 л.д.127-138).

Из заключения судебной трасологической экспертизы №54, проведенной в период с 2 по 7 февраля 2021 года, видно, что след на фрагменте ламината, изъятый в ходе осмотра места происшествия от 20.12.2020г., оставлен подмёточной частью подошвы ботинка на правую ногу подозреваемого ФИО1, которые были изъяты у него в ходе выемки 21.12.2020г. (т.1 л.д.116-122).

Согласно заключению судебной медико-криминалистической экспертизы №28, проведенной в период с 2 по 5 февраля 2021 года, рана на лоскуте кожи от трупа Ф.Д.В. могла быть причинена клинком ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия от 20.12.2020г. (т.1 л.д.110-111)

Протоколом осмотра предметов от 18 февраля 2021 года осмотрены изъятые в ходе осмотра места происшествия: нож, ватная палочка со смывом с линолеума, фрагмент обоев, фрагмент поролона, шесть фрагментов ламината; изъятые в ходе выемки у подозреваемого ФИО1: свитер, джинсы, куртка со следами крови на задней поверхности слева, ботинки со следами крови; изъятый у судебно-медицинского эксперта образец крови погибшего Ф.Д.В. Осмотренные предметы, а также связка ключей от квартиры Ф.Д.В. ., изъятая в ходе осмотра местности 23 декабря 2020 года постановлением от 19 февраля 2021 года признаны вещественными доказательствами и приобщены к делу; впоследствии джинсы и свитер возвращены под расписку ФИО1, образец крови Ф.Д.В. на марлевом тампоне, фрагмент ламината, как следует из акта уничтожения от 19 февраля 2021 года, уничтожены (т.1 л.д.82-83,84,87,188).

Характер, механизм образования, степень тяжести телесных повреждений у Ф.Д.В. ., а также время и причина его смерти объективно подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы №937, проведенной в период 21 декабря 2020 года по 19 февраля 2021 года, согласно выводам которой при исследовании трупа Ф.Д.В. установлены следующие телесные повреждения:

а) колото-резаная рана (рана № 1) на передней поверхности грудной клетки слева, проникающая в левую плевральную полость с повреждением сердечной сорочки и сердца; колото-резаная рана (рана №3) на боковой поверхности грудной клетки слева, проникающая в левую плевральную и брюшную полости с повреждением поперечно-ободочной кишки; б) колото-резана рана (рана №2) на передней поверхности грудной клетки справа, резаная рана (рана №4) на тыльной поверхности средней фаланги 4-го пальца правой кисти; в) ушибы мягких тканей лица, кровоподтек на верхнем веке правого глаза, кровоподтек и 13 ссадин в окружности левого глаза, левой скуловой области и левой щеке, ушиб левого глазного яблока, по 1 ссадине в правой скуловой области и лобной области справа, кровоподтек на спинке носа, кровоподтеки на слизистых оболочках губ, ушибленная рана на слизистой оболочке верхней губы, кровоизлияние в мягких тканях теменно-затылочной области головы справа, по 1 кровоизлиянию в мягких тканях височных областей головы; ссадина на передней поверхности правого надплечья, 2 ссадины на задней поверхности левого надплечья, 2 ссадины на левом плече, 2 ссадины на левом локтевом суставе; ссадина на задней поверхности грудной клетки, ссадина в левой поясничной области.

Телесные повреждения у Ф.Д.В. ., указанные в пункте 1-а, носят прижизненный характер и были причинены острым орудием с колюще-режущим механизмом действия - ножом, имеющим одностороннюю заточку клинка, о чем свидетельствуют наличие ровных краев кожных ран, одного остроугольного, а другого П-образного их концов, а также наличие раневых каналов, проникающих в левую плевральную и брюшную полости, в срок до 1-го часа до момента наступления смерти. Эти телесные повреждения являются опасными для жизни, поэтому влекут за собой тяжкий вред здоровью, в соответствии с п.6.1.9., п.6.1.15. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Приказ МЗ и СР РФ №194н от 24.04.2008г.). Данные повреждения были причинены в результате 2-х ударных воздействий колюще-режущего орудия.

Смерть Ф.Д.В. наступила от колото-резаных ран на передней поверхности грудной клетки слева и боковой поверхности грудной клетки слева, проникающих в левую плевральную и брюшную полости с повреждением сердца и поперечно-ободочной кишки, сопровождавшихся наружным и внутренним кровотечением. Между имеющимися телесными повреждениями и смертью потерпевшего имеется прямая причинно-следственная связь.

Телесные повреждения у Ф.Д.В. , указанные в пункте 1-б, носят прижизненный характер и были причинены острым орудием с колюще-режущим механизмом действия - ножом, имеющим одностороннюю заточку клинка, о чем свидетельствуют наличие ровных краев кожных ран, остроугольных и П-образного концов ран, а также наличие раневого канала, в срок до 1-го часа до момента наступления смерти. Эти телесные повреждения влекут за собой легкий вред здоровью, т.к. вызывают его кратковременное расстройство на срок до 3-х недель, в соответствии с п.8.1. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Приказ МЗ и СР РФ №194н от 24.04.2008 г.) и прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти не имеют. Данные повреждения были причинены в результате 2-х ударных воздействий колюще-режущего орудия.

Телесные повреждения у Ф.Д.В. , указанные в пункте 1-в, носят прижизненный характер и были причинены тупыми твердыми предметами и при ударах о таковые, возможно при ударах кулаками, ногами постороннего человека, в срок до 1-го часа до момента наступления смерти. Эти телесные повреждения влекут за собой, в своей совокупности, легкий вред здоровью, т.к. вызывают его кратковременное расстройство на срок до 3-х недель, в соответствии с п.8.1. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» (Приказ МЗ и СР РФ №194н от 24.04.2008г.) и прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти не имеют. Данные повреждения были причинены в результате не менее 8-ми травматических воздействий тупого твердого предмета на лицо и волосистую часть головы потерпевшего, не менее 7-ми травматических воздействий тупого твердого предмета на верхние конечности потерпевшего, не менее 2-х травматических воздействий тупого твердого предмета на заднюю поверхность грудной клетки и поясничную область потерпевшего.

Учитывая характер развития общих трупных явлений, установленных при осмотре трупа на месте происшествия и при исследовании трупа Ф.Д.В. , эксперт считает, что смерть потерпевшего наступила в срок 2-3 суток до момента исследования его трупа.

Характер колото-резанных ран и их локализация, характер повреждения сердца, а также объем кровопотери, имевших место у Ф.Д.В. ., дают основание полагать, что потерпевший мог сохранять способность к активным самостоятельным действиям (передвигаться, разговаривать) в течение первых нескольких минут после причинения данных повреждений.

При судебно-химическом исследовании у трупа Ф.Д.В. этиловый спирт обнаружен в концентрации: в крови 2,1%%; в моче 2,9 %% (промилле), что на момент наступления его смерти могло соответствовать средней степени алкогольного опьянения (т.1 л.д.98-101).

Приведенные выше доказательства, подвергнутые судебному исследованию, и положенные в основу приговора - последовательны, согласуются между собой, в соответствии со ст.87,88 УПК РФ являются относимыми, допустимыми и достоверными, а в своей совокупности - достаточными для разрешения уголовного дела.

Вместе с тем, в соответствии с ч.1 ст.5 УК РФ, лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.

Органами предварительного расследования действия ФИО1 квалифицированы по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В ходе судебного разбирательства государственный обвинитель в соответствии с п.3 ч.8 ст.246 УПК РФ просил переквалифицировать действия подсудимого ФИО1 на ч.4 ст.111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

В обоснование указал, что установленные в ходе судебного следствия обстоятельства не позволили сделать вывод о том, что ФИО1, нанося удары потерпевшему в область грудной клетки и живота, желал, либо сознательно допускал смерть потерпевшего, либо относился к ней безразлично. При этом после нанесения Ф.Д.В. телесных повреждений, ФИО1, имея реальную возможность совершить действия, направленные на лишение жизни потерпевшего, таких действий не совершал, напротив предложил Ф.Д.В. вызвать «скорую помощь». Кроме того, государственный обвинитель просил исключить из объема предъявленного ФИО1 обвинения телесные повреждения, установленные у Ф.Д.В. в виде 2 ссадин на задней поверхности левого надплечья, 2 ссадин на левом плече, 2 ссадин на левом локтевом суставе, ссадину на задней поверхности грудной клетки, ссадину в поясничной области, а также кровоизлияния в мягких тканях теменно-затылочной области головы справа, поскольку как следует из показаний ФИО1, все телесные повреждения он причинил, когда Ф.Д.В. стоял напротив него лицом, вследствие чего образование телесных повреждений на задних частях тела у потерпевшего, от действий ФИО1 не нашло своего подтверждения. Полагал необходимым указать в обвинении о нанесении ФИО1 потерпевшему Ф.Д.В. не менее семи ударов кулаками в область головы и не менее четырех ударов ножом в область расположения жизненно важных органов Ф.Д.В. – грудной клетки и живота, а также в область конечности.

Суд, с учетом требований ч.1 ст.252, ст.15 УПК РФ, соглашается с мнением государственного обвинителя, анализируя позицию которого находит ее законной и обоснованной, поскольку она основана на положениях уголовного закона и подтверждается материалами уголовного дела.

Переквалификация действий подсудимого, а также исключение из обвинения части телесных повреждений не ухудшает положение ФИО1 и не нарушает его право на защиту.

Виновность ФИО1 в совершенном преступлении подтверждается показаниями потерпевшей Ф.Г,В.., свидетелей П.В.Д. ., Р.А.В. , К.И,В. , К.Ю,О. , Б.Р.И. ., данными ими в ходе судебного разбирательства, показаниями свидетелей К.Л.В. , Т.О.В. , данными в ходе предварительного следствия и признанными судом достоверными, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, а также вышеприведенными письменными доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия.

Оснований не доверять показаниям потерпевшей, свидетелей, у суда не имеется, их показания непротиворечивы, согласуются между собой и с другими вышеперечисленными и исследованными в судебном заседании доказательствами. В судебном заседании не установлено данных о заинтересованности кого-либо из перечисленных лиц в оговоре подсудимого.

У суда также не имеется оснований сомневаться в выводах приведенных выше экспертиз, так как они являются научно-обоснованными, выполнены квалифицированными специалистами с описанием примененных методов и результатов исследований.

Выводы эксперта о причинах и времени смерти потерпевшего, механизме образования телесных повреждений согласуются с другими исследованными доказательствами.

Также суд учитывает и считает необходимым положить в основу приговора показания самого ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого от 18 февраля 2021 года и от 19 февраля 2021 года, в которых он подробно сообщал об обстоятельствах причинения потерпевшему телесных повреждений кулаками и ножом. Не доверять данным показаниям ФИО1 у суда оснований не имеется, они являются последовательными, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с разъяснением ФИО1 прав обвиняемого, статьи 51 Конституции РФ, а также с разъяснением того, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе, в случае последующего отказа от этих показаний. Также ФИО1 при производстве следственных действий был обеспечен квалифицированной защитой. ФИО1 и его защитник знакомились с протоколами допросов никаких замечаний, заявлений и ходатайств ни обвиняемым, ни его защитником заявлено не было, показания допрошенного лица удостоверены подписями ФИО1 и его защитника. При этом в ходе судебного следствия ФИО1 после оглашения показаний, данных в ходе предварительного следствия, их полностью подтвердил.

Кроме того, показания ФИО1 согласуются с другими вышеперечисленными доказательствами по уголовному делу, в том числе, с показаниями потерпевшей, свидетелей, заключениями экспертов и в своей совокупности подтверждающими виновность ФИО1 в совершении преступления.

Вместе с тем суд при постановлении приговора не принимает во внимание в числе доказательств вины подсудимого явку с повинной по следующим основаниям.

По смыслу закона, в тех случаях, когда в ходе проверки сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст.144 УПК РФ, подсудимый обращался с письменным или устным заявлением о явке с повинной, и сторона обвинения ссылается на указанные в этом заявлении сведения как на одно из доказательств его виновности, суду надлежит проверять, в частности, разъяснялись ли подсудимому при принятии от него такого заявления с учетом требований ч.1.1 ст.144 УПК РФ права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования в порядке, установленном гл.16 УПК РФ; была ли обеспечена возможность осуществления этих прав.

Поскольку протокол явки с повинной ФИО1 в полной мере не отвечает требованиям ст.142, ч.1.1 ст.144 УПК РФ (отсутствует разъяснение положений ст.51 Конституции РФ и других процессуальных прав), суд не принимает ее во внимание и не учитывает в числе доказательств при постановлении приговора.

Однако исключение из числа доказательств явки с повинной не ставит под сомнение виновность подсудимого в совершении инкриминируемого ему преступления, поскольку иные приведенные в приговоре доказательства в своей совокупности являются достаточными для признания подсудимого ФИО1 виновным.

При этом суд полагает, что телесные повреждения, которые были установлены у Ф.Д.В. (с учетом уточненного обвинения), были причинены потерпевшему именно подсудимым. Как пояснил в судебном заседании ФИО1, когда он пришел к Ф.Д.В. ., никаких телесных повреждений у Ф.Д.В. не было, в квартире они находились только вдвоем. То обстоятельство, что свидетели слышали женский голос, не свидетельствует о том, что именно в момент причинения Ф.Д.В. телесных повреждений в квартире находились иные лица кроме потерпевшего и подсудимого. Кроме того, из показаний самого ФИО1 следует, что слова «не надо, не надо» и крики были от Ф.Д.В. в тот момент, когда он наносил ему ножевые ранения. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что кто-либо иной причинил Ф.Д.В. телесные повреждения либо о самооговоре подсудимого, в ходе судебного следствия не установлено.

Также суд критически относится к показаниям подсудимого в части того, что он наносил несильные удары кулаками по лицу потерпевшего и о возможности получения Ф.Д.В. телесных повреждений в области лица, предположив, что Ф.Д.В. мог передвигаться и падать в тот момент, когда он (ФИО1) спал.

Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы №937 характер колото-резанных ран, их локализация, характер повреждения сердца, а также объем кровопотери, имевших место у Ф.Д.В. ., дают основание полагать, что потерпевший мог сохранять способность к активным самостоятельным действиям (передвигаться, разговаривать) в течение первых нескольких минут после причинения данных повреждений. Из показаний ФИО1 следует, что после того, как он нанес Ф.Д.В. ножевые ранения, он проследовал в прихожую и сполз по стене на пол. На следующий день он обнаружил Ф.Д.В. на том же месте только лежащим на животе, под ним растеклась лужа крови. Как следует из заключения эксперта №937 у Ф.Д.В. от колото-резаных ран имело место как внутреннее так и наружное кровотечение. Вместе с тем, из протокола осмотра места происшествия следует, что кровь была обнаружена только в прихожей на стене и в месторасположении трупа, в остальных помещениях квартиры следов крови не установлено. Следы обуви на ламинате в жилой комнате, как видно из заключения трасологической экспертизы, принадлежат ФИО1 Указанные обстоятельства в их совокупности свидетельствуют о том, что Ф.Д.В. ., после того как вышел в прихожую из кухни и сел на пол, по квартире после этого не передвигался, следовательно, не падал и не мог получить телесные повреждения.

При установленных обстоятельствах суд считает доказанным факт нанесения ФИО1 Ф.Д.В. . не менее семи ударов кулаками в область головы и не менее четырех ударов ножом в область грудной клетки, живота, а также в область конечности. В результате указанных действий подсудимого потерпевшему были причинены телесные повреждения, в том числе опасные для жизни, повлекшие за собой тяжкий вред здоровью, что повлекло по неосторожности его смерть. Между действиями подсудимого и последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью Ф.Д.В. имеется прямая причинно-следственная связь.

Таким образом, обстоятельств, свидетельствующих о возможности причинения потерпевшему телесных повреждений, как состоящих в причинной связи с наступившими последствиями, так и причинивших легкий вред здоровью, при иных обстоятельствах, причастности к этому других лиц, в ходе судебного разбирательства не установлено и объективными доказательствами не подтверждено.

Показания ФИО1 в ходе судебного разбирательства о возможности получения Ф.Д.В. телесных повреждений, повлекших легкий вред здоровью потерпевшего, при иных обстоятельствах, суд расценивает как способ защиты от предъявленного обвинения, с целью смягчить свою ответственность за содеянное.

При решении вопроса о направленности умысла виновного и правовой оценки его действий, суд исходит из совокупности всех установленных обстоятельств содеянного, приведенных доказательств, учитывает способ, количество, характер и локализацию телесных повреждений, а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного, и поведение самого потерпевшего.

Об умысле подсудимого на причинение тяжкого вреда здоровью Ф.Д.В. объективно свидетельствует использование ФИО1 в качестве орудия преступления ножа, то есть предмета основным назначением которого является нарушение целостности других вещей, в том числе и биологических объектов; количество, характер телесных повреждений и их локализация, нанесение ударов в жизненно-важные органы (согласно заключению судебно-медицинской экспертизы в область грудной клетки слева и живот), а также их нанесение с достаточной силой; характер действий ФИО1 – в тот момент, когда потерпевший опасности для подсудимого не представлял.

Указанные обстоятельства наряду с другими вышеперечисленными доказательствами, дают бесспорное основание полагать, что ФИО1, при совершении преступления, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью Ф.Д.В. и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего.

Суд полагает, что мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения, которые возникли у ФИО1 и Ф.Д.В. в ходе ссоры во время распития спиртных напитков. Как пояснил ФИО1, сначала Ф.Д.В. схватил его руками за талию, сильно сдавил и начал трясти, отчего он испытал физическую боль и попросил прекратить указанные действия. После этого Ф.Д.В. . его отпустил и стал оскорблять обидными нецензурными словами, и это явилось причиной нанесения ФИО1 потерпевшему ударов сначала кулаками, а потом ножом.

Суд считает, что поведение потерпевшего Ф.Д.В. ., предшествующее причинению ему телесных повреждений, явилось поводом для совершения преступления, было противоправным и аморальным, вместе с тем оно не носило характер общественного опасного посягательства. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что действия потерпевшего вызвали у ФИО1 внезапно возникшее сильное душевное волнение или подсудимый мог находиться в состоянии необходимой обороны либо превысил ее пределы, из исследованных доказательств не усматривается.

Обнаруженная у ФИО1 согласно заключению судебной медицинской экспертизы №1410 от 25 декабря 2020 года ссадина на задней поверхности левого локтевого сустава, не повлекшая вреда здоровью, как следует из показаний ФИО1 (т.1 л.д.219), была получена им дома, когда он случайно ударился на кухне об шкаф.

Поскольку для совершения своих преступных действий в отношении Ф.Д.В. подсудимый использовал нож, в действиях ФИО1 наличествует квалифицирующий признак «с применением предмета, используемого в качестве оружия».

О последствиях в виде причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, свидетельствует заключение эксперта №937.

Таким образом, оценивая каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд признает вину ФИО1 в совершении преступления доказанной и квалифицирует его действия по ч.4 ст.111 УК РФ, - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Разрешая вопрос о вменяемости подсудимого, суд исходит из следующего.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит. Поведение ФИО1, как на стадии предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства не отклонялось от общепринятых норм, он давал показания, отвечал на все вопросы суда и участников процесса соответственно их смыслу и содержанию, избирал последовательную линию защиты. Принимая во внимание указанные выше обстоятельства, данные, характеризующие его личность, в которых отсутствуют сведения о наличии у него каких-либо отклонений психики и заболеваний, оснований сомневаться в психической полноценности подсудимого ФИО1 у суда не имелось, в связи с чем в отношении содеянного суд признает ФИО1 вменяемым.

При назначении наказания виновному суд учитывает положения ст.ст.6,43,60 УК РФ, характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, состояние здоровья, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

ФИО1 судимости не имеет, совершил особо тяжкое преступление, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоит, к административной ответственности за правонарушения, посягающие на общественный порядок и общественную безопасность, не привлекался, по месту жительства характеризуется как лицо, периодически злоупотребляющее спиртными напитками, однако жалоб на его поведение в быту от соседей и родственников не поступало, состоит в фактических брачных отношениях, занимается воспитанием и содержанием детей, является иные сведения.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в силу п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ противоправность и аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, в соответствии с п.«к» ч.1 ст.61 УК РФ оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, которое выразилось в принятии мер, направленных на попытку вызова «скорой помощи», в силу п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ – наличие малолетних детей у виновного; на основании ч.2 ст.61 УК РФ признание вины, раскаяние в содеянном, наличие иные сведения, заболеваний, состояние здоровья, наличие матери пенсионного возраста, которой ФИО1 оказывает помощь.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и личность ФИО1, суд не находит оснований для признания отягчающим наказание обстоятельством совершение ФИО1 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Таким образом, обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

При определении вида и размера наказания суд учитывает изложенные обстоятельства в их совокупности, данные о личности ФИО1, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, и назначает подсудимому наказание в виде лишения свободы и приходит к выводу о том, что его исправление без изоляции от общества невозможно.

Суд полагает, что только наказание в виде реального лишения свободы будет соответствовать цели восстановления социальной справедливости, задачам охраны прав и свобод человека и гражданина, общественного порядка и общественной безопасности от преступных посягательств, предупреждения совершения новых преступлений, а также в достаточной мере будет соответствовать цели исправления осужденного.

Суд считает, что избираемая в отношении ФИО1 мера государственного принуждения в виде лишения свободы достаточна для исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений, а потому не находит оснований применения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией части 4 статьи 111 УК РФ.

Поскольку судом установлены смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные п.п.«и,к» ч.1 ст.61 УК РФ, суд назначает подсудимому наказание с применением ч.1 ст.62 УК РФ.

Вместе с тем, каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновного во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, которые давали бы основания для назначения подсудимому наказания с применением положений ст.64 УК РФ суд не усматривает.

Само по себе наличие заболеваний у подсудимого, на которые ссылается защитник, безусловным основанием для принятия решения о применении к нему положений ст.64 УК РФ не является, как и применение положений ст.81 УК РФ при отсутствии заключения специальной врачебной комиссии. При наличии к тому оснований осужденный вправе будет обратиться с ходатайством в порядке ст.ст.397,398 УПК РФ. При этом наличие у подсудимого заболеваний суд учел как смягчающее наказание обстоятельство, однако их наличие существенно не уменьшает степень общественной опасности совершенного им преступления.

Также, по мнению суда, отсутствуют основания для применения ст.73 УК РФ с учетом данных о личности ФИО1, обстоятельств и степени общественной опасности совершенного преступления.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, не имеется.

ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, ранее не отбывал лишение свободы, поэтому отбывать наказание в соответствии с п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ ему необходимо в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1 по настоящему уголовному делу в порядке ст.91 УПК РФ был задержан 21 декабря 2020 года, 23 декабря 2020 года в отношении него была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая на момент постановления приговора не изменялась.

С учетом вида назначаемого наказания и для обеспечения исполнения приговора меру пресечения ФИО1 в виде домашнего ареста надлежит изменить на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1 следует исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На основании ч.3.4 ст.72 УК РФ в срок лишения свободы ФИО1 следует зачесть время его нахождения под домашним арестом с 24 декабря 2020 года по 29 июля 2021 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы, а также в соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 21 по 23 декабря 2020 года и с 30 июля 2021 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: ватную палочку, фрагмент обоев, фрагмент поролона, шесть фрагментов ламината, куртку, ботинки в соответствии с п.3 ч.3 ст.81 УПК РФ подлежат уничтожению; нож в силу п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ надлежит уничтожить; связку ключей, переданную на хранение Ф.Г,В. на основании п.6 ч.3 ст.81 УПК РФ следует оставить потерпевшей Ф.Г,В..

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.304,307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить наказание в виде лишения свободы на срок 5 (пять) лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменить с домашнего ареста на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время нахождения под домашним арестом с 24 декабря 2020 года по 29 июля 2021 года из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима и время содержания под стражей с 21 по 23 декабря 2020 года включительно и с 30 июля 2021 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства: нож, ватную палочку, фрагмент обоев, фрагмент поролона, шесть фрагментов ламината, куртку, ботинки - уничтожить; связку ключей – оставить потерпевшей Ф.Г,В..

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке во Владимирский областной суд через Муромский городской суд Владимирской области в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при ее рассмотрении судом апелляционной инстанции, о чем ему необходимо указать в жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками судебного разбирательства.

Председательствующий А.Р. Араблинская