Приговор № 1-87/2024 от 1 июля 2024 г. по делу № 1-87/2024

УИД 11RS0№-10 дело №


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

<адрес> 02 июля 2024 года

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Горбачёвой Т.Ю.,

при секретаре судебного заседания Трофимове Л.М.,

с участием:

государственного обвинителя – помощника прокурора <адрес> Сюрвасева Г.Л.,

потерпевшего ФИО3 №2,

подсудимой ФИО1 и ее защитников – адвоката Полежаева А.В., представившего удостоверение № и ордер № от <дата>, адвоката Проворова О.В., представившего удостоверение № и ордер № от <дата>,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, несудимой,

по настоящему делу под стражей не содержавшейся, избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении,

по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.158 и п. «г» ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ),

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершила кражу, т.е. тайное хищение чужого имущества, а также грабеж, т.е. открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, при следующих обстоятельствах.

В период времени с 19 часов 00 минут <дата> до 02 часов 00 минут <дата>, ФИО1, будучи в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, находясь в квартире, расположенной по адресу: Республика, Коми, <адрес>, обнаружила в своем пакете сотовый телефон марки Realme С30 с защитной пленкой, силиконовом чехлом черного цвета, картой памяти micro SD и магнитным переходником, принадлежащие ФИО3 №1, и осознав, что они находятся без присмотра, и за ее действиями никто не наблюдает, путем свободного доступа, действуя умышленно, тайно похитила принадлежащий ФИО3 №1 сотовый телефон марки Realme С30 стоимостью 2144 рубля 97 копеек, с защитной пленкой стоимостью 140 рублей, силиконовым чехлом стоимостью 122 рубля, картой памяти micro SD стоимостью 196 рублей, магнитным переходником стоимостью 125 рублей, а всего на общую сумму 2727 рублей 97 копеек, тем самым причинив ФИО3 №1 имущественный вред.

Она же, ФИО1, находясь <дата> в период времени с 10 часов 00 минут до 19 часов 10 минут в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, в целях реализации возникшего у нее в тот период корыстного умысла, направленного на открытое хищение чужого имущества, принадлежащего ФИО3 №2 - телефона марки «Itel» модели «А48», осознавая, что ее действия понятны и очевидны для ФИО3 №2, и игнорируя данное обстоятельство, нанесла один удар рукой по лицу ФИО3 №2, причинив ему физическую боль и ссадину, квалифицирующуюся как не причинившую вреда здоровью. После этого, ФИО1, подавив волю ФИО3 №2 к сопротивлению, выхватила из его правой руки телефон марки «Itel» модели «А48», и скрылась с указанным имуществом с места преступления, распорядившись похищенным по своему усмотрению. В результате преступных действий ФИО1 потерпевшему ФИО3 №2 причинен имущественный вред на сумму 1332 рубля 89 копеек и физическая боль, выразившаяся в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 признала себя виновной в хищении имущества ФИО3 №1

Не отрицая факта открытого хищения сотового телефона ФИО3 №2, ФИО1 настаивала на том, что насилие к нему в момент изъятия имущества не применяла, ударила ФИО3 №2 ладонью по лицу, поскольку в ходе конфликта, ввиду того, что она вылила выпиваемую им водку в раковину, он оскорбил ее нецензурными словами, унижающими ее женское достоинство. Умысел украсть телефон у нее возник после указанного удара, она забрала у ФИО3 №2 телефон, хотела позвонить матери, после чего, выйдя на улицу, сделала телефонный звонок и уехала.

От дальнейшей дачи показаний по обстоятельствам дела ФИО1 отказалась со ссылкой на статью 51 Конституции Российской Федерации, в связи с чем, на основании п.1 ч.3 ст.276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) оглашены ее показания в ходе предварительного расследования.

При допросе в качестве подозреваемой <дата> ФИО1 показала, что в <данные изъяты> пошла в гости к знакомой Потерпевшая №1, предварительно ей позвонила, последняя не хотела ее видеть ввиду плохого самочувствия, однако, она все равно пошла Потерпевшая №1, поскольку хотела употребить спиртное. Она пришла в квартиру к Потерпевшая №1 со своими детьми, принесла с собой две бутылки водки, закуску и сладости для детей, находилась в трезвом состоянии. В квартире, помимо Потерпевшая №1, находился мужчина по имени «С.», с которыми она стала распивать спиртное. По ее просьбе Потерпевшая №1 на своем сотовом телефоне включила детям мультики и передала им свой телефон. В ходе распития алкоголя она попросила С. сходить до соседки ФИО5 №3 и спросить, можно ли ей с детьми пойти к ФИО5 №3 в гости. С. ушел и спустя время вернулся с ФИО5 №3, они все вместе немного побыли в квартире у Потерпевшая №1 после чего она с детьми ушла к ФИО5 №3 домой, находилась в состоянии опьянения. Она не обратила внимание, куда ее дети положили телефон Потерпевшая №1, однако, находясь в квартире ФИО5 №3 по адресу: <адрес>, она обнаружила в своем пакете телефон Потерпевшая №1 в чехле черного цвета, предположив, что дети положили телефон в этот пакет вместе с игрушками.

Через несколько часов нахождения в квартире ФИО5 №3 она поехала к своим знакомым в <адрес>. Для этого она вызвала такси по телефону у ФИО5 №3, используя сим-карту из телефона Потерпевшая №1, по времени было 01 час 05 минут. По приезду такси она ушла от ФИО5 №3, взяв с собой ее телефон, а также телефон Потерпевшая №1. Доехав до места, она вышла из такси, оставила телефон Потерпевшая №1 в залог и сказала таксисту, что скоро вернется, поскольку у нее были заказы такси по следующим адресам: «<адрес> - <адрес>», она хотела увидеться со знакомыми и уехать обратно в <адрес>. Свою знакомую по имени «Е. она нашла в другой квартире в том же доме в подъезде №, заговорилась с ней, поэтому вышла на улицу спустя 30 минут, однако водителя такси уже не было, наличие пропущенных звонков в телефоне Потерпевшая №1 от водителя она не проверяла. До утра она осталась у Е. в <адрес>, уехала домой примерно в 10 утра. На телефон ФИО5 №3, который был у нее с собой, пришло смс-сообщение от водителя такси о том, что он отвез телефон в полицию по адресу: <адрес>. Она не предпринимала попыток забрать телефон из полиции, поскольку испугалась. Через несколько дней к ней домой пришли П. – дочь ФИО5 №3, Потерпевшая №1 и С., спрашивали про свои телефоны, и она вернула им телефон ФИО5 №3 и сказала, что телефон Потерпевшая №1 она не брала, оставила в ее квартире возле телевизора, понимая, что не сможет ей вернуть телефон. Если бы она не оставила телефон в такси, то отнесла Потерпевшая №1 обратно, она понимает, что распорядилась указанным имуществом без ее разрешения, просит прощенья у Потерпевшая №1 (т.1 л.д.№).

По обстоятельствам хищения сотового телефона у ФИО3 №2 подсудимая ФИО2 при даче показаний в ходе предварительного расследования <дата> следователю Л. показала, что до <дата> проживала в <адрес>, указанная квартира принадлежит супругу ее матери – ФИО3 №2 <дата> ФИО3 №2 приехал в <адрес>, на следующий день, <дата> около 10 часов утра между ними произошла ссора, поскольку он стал распивать спиртное, она вылила в раковину оставшуюся в бутылке водку, после чего одела детей и собиралась выходить на улицу. Ввиду отсутствия в ее сотовом телефоне сим-карты, она попросила у ФИО3 №2 его сотовый телефон, при этом обращалась к нему с указанной просьбой неоднократно. Марку сотового телефона она помнит, телефон в корпусе черного цвета с сенсорным экраном. ФИО3 №2 сотовый телефон держал в руках, на ее просьбы передать ей телефон отвечал отказом. По этой причине она ударила его один раз кулаком по лицу, после чего выхватила из его рук телефон. ФИО3 №2 просил ее вернуть телефон, но она этого не сделала и ушла из дома с детьми. С указанного телефона она позвонила знакомому, попросила отвезти ее в <адрес> к знакомым Е. и Е., тот согласился, попросил за проезд 1000 рублей. По пути следования от <адрес> до <адрес> она решила сдать изъятый у ФИО3 №2 сотовый телефон в комиссионный магазин <данные изъяты> расположенный на <адрес> возле <адрес>, поскольку надо было расплатиться за проезд, а лишних денег у нее не было. На момент ее приезда Е. находилась в гостях в другой квартире - у ФИО5 №1. Указанный мужчина по ее просьбе сдал сотовый телефон в комиссионный магазин, получил за это <сумма> рублей, которые потом передал ей, а квитанция о приеме телефона осталась у него. Эти денежные средства она потратила на покупку продуктов питания, спиртного и сигарет. ФИО5 №1 она уверила в том, что указанный телефон принадлежит ей. Поздно вечером <дата> она узнала, что сотрудники полиции <адрес> ищут ее за то, что она забрала телефон у ФИО3 №2. Поэтому <дата> она пришла в полицию, чтобы признаться в содеянном (т.1 л.д.№).

При допросе в качестве обвиняемой <дата> ФИО1, подтвердив ранее данные показания, настаивала на том, что случайно обнаружила телефон ФИО3 №1 в пакете, телефон потом взяла с собой, передав таксисту в качестве залога. Нанесение ФИО3 №2 удара по лицу она объясняла тем, что он не давал ей свой сотовый телефон для совершения звонка. В последующем принесла извинения указанным потерпевшим. После обозрения фототаблиц к протоколу осмотра места происшествия по адресу: <адрес>, она узнала обстановку внутри жилых помещений, в которых находилась перед совершением преступлений (т.2 л.д.№).

Согласно показаниям ФИО1 в качестве обвиняемой <дата>, она не вернула телефон ФИО3 №1 сразу, поскольку та уже спала, и она не хотела возвращаться, после обнаружения телефона в квартиру ФИО3 №1 не ходила и не проверяла, спит ли она. По обстоятельствам оставления сотового телефона ФИО3 №1 в качестве залога оплаты проезда в такси ФИО1 показала, что планировала оплатить такси наличными, поскольку о таком способе оплате ей сообщил оператор при вызове машины. Однако ввиду отсутствия у нее денежных средств, Е., к которой она ехала в гости по адресу: <адрес>, должна была ей одолжить денег для оплаты. Поэтому, предположив, что таксист не согласится выпустить ее из машины, она оставила ему сотовый телефон ФИО3 №1, однако, потом об этом забыла, долго проговорив с Е.. Обнаружив отсутствие таксиста на улице, она ему не звонила, чтобы забрать телефон, поскольку испугалась за себя, и разговора с таксистом о том, что в случае ее невозвращения сотовый телефон останется у него, не было. Если бы она не оставила телефон в такси, то в дальнейшем незаметно бы подложила его ФИО3 №1. В последующем она сказала ФИО3 №1 о том, что оставила ее телефон на тумбочке у телевизора, поскольку в тот момент была П., с которой у нее неприязненные отношения, поэтому она не хотела в ее присутствии говорить правду (т.2 л.д. №).

В ходе проверки показаний на месте <дата>:

- ФИО1 показала место жительства ФИО3 №1 – <адрес>, где она находилась в <дата> и распивала с ней спиртные напитки, а ее дети некоторое время пользовались сотовым телефоном ФИО3 №1, который она впоследствии обнаружила в пакете с продуктами по прибытии в квартиру своей другой знакомой – ФИО5 №3, проживающей в <адрес>, <адрес>. Находясь около указанного дома, она села в такси, имея при себе телефон ФИО3 №1, и уехала в <адрес>, где, находясь в автомобиле службы такси, отдала телефон ФИО3 №1 таксисту в залог;

- ФИО1 пояснила, что совершила хищение телефона ФИО3 №2, ударив его рукой по лицу, в квартире, расположенной в <адрес>, после чего уехала в <адрес>, около указанного дома передала похищенный ею у ФИО3 №2 сотовый телефон ФИО5 №1 для последующей сдачи в магазин «<данные изъяты>» (т.1 л.д.№).

Оглашенные показания подсудимая ФИО1 подтвердила, однако по обстоятельствам совершения преступления в отношении потерпевшего ФИО3 №2 обратила внимание суда, что при допросах говорила следователю Л. о ее оскорблениях ФИО3 №2, предшествующих хищению телефона, а почему эти показания не отражены в протоколе допроса, она не смогла пояснить. Замечаний на содержание показаний в протоколах допросов не подавала по настоянию другого следователя К., чтобы исключить необходимость проведения по делу очных ставок. Однако, все показания давала добровольно, без какого-либо давления со стороны следователей, в органы полиции о ее оскорблении ФИО3 №2 не обращалась, учитывая их давние родственные отношения.

Отметила, что каких-либо телесных повреждений на лице ФИО3 №2 после их конфликта <дата> она не видела, а отраженная в заключении эксперта ссадина на правой стороне его лица была образована ранее, ввиду полученного ФИО3 №2 повреждения в период работы. Об обращении ФИО3 №2 с заявлением о преступлении она узнала от его сестры, поэтому <дата> самостоятельно приехала в отдел полиции, сообщила о местонахождении телефона, после чего ее сожитель ФИО5 №2 съездил в комиссионный магазин и выкупил телефон.

По хищению сотового телефона у ФИО3 №1 отметила, что, находясь в трезвом состоянии, она бы не взяла указанное имущество и не распоряжалась им, а нахождение в состоянии опьянения позволило ей не думать о последующих последствиях по распоряжению имуществом ФИО3 №1 После обращения потерпевшей с заявлением о преступлении она была доставлена в отдел полиции для дачи объяснений.

Виновность подсудимой ФИО1 в совершении хищения имущества потерпевшей ФИО3 №1, наряду с ее показаниями, подтверждается исследованными в судебном заседании показаниями потерпевшей ФИО3 №1, свидетелей ФИО5 №3, ФИО5 №5, данными указанными лицами в ходе предварительного следствия и оглашенными в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, показаниями свидетеля ФИО5 №4, а также письменными доказательствами, в том числе заключением эксперта.

Так, из показаний потерпевшей ФИО3 №1 следует, что в <дата>, в вечернее время она была у себя дома, выпивала спиртные напитки вместе с ФИО5 №4. В это время ей позвонила ФИО6, просилась к ней в гости, но ФИО3 №1 отказала ей ввиду плохого самочувствия. Однако, спустя время, И. все равно приехала к ней с двумя детьми, при этом была выпившая, с собой принесла 2 бутылки водки, немного закуски и сладости для детей. Они стали распивать бутылку водки, выпили примерно половину бутылки. Потом по просьбе И. она дала ее детям свой сотовый телефон марки Realme c30 черного цвета, для просмотра мультиков, поскольку в нем работал интернет. В какой-то момент после выпитого спиртного она захотела спать и не помнит, как ушла И.. Со слов С. она знает, что также к ней в квартиру приходила ФИО5 №3, чтобы помочь уйти И., поскольку последняя находилась в сильном опьянении. На следующий день, около 08-09 часов утра, она проснулась, решила проверить свой телефон на наличие пропущенных звонков, обычно он лежал возле подушки на кровати, либо на тумбочке у телевизора, однако в указанных местах его не обнаружила, последующие поиски телефона также не ничего не дали. Тогда она и С. пошли к ФИО5 №3, которая им сообщила, что примерно в 04 часа утра И. уехала куда-то на такси, взяв с собой телефон П.. К И. она не пошла, поскольку думала, что И. сама принесет ей телефон. Однако, по прошествии нескольких дней И. телефон не вернула, а когда она пришла к И. домой вместе с С. и О., И. им ответила, что оставила телефон в квартире на тумбе у телевизора. Позже И. призналась, что оставила телефон в такси в качестве залога. Она не давала И. разрешения на пользование своим телефоном, а в случае поступления такой просьбы отказала, поскольку это единственное средство связи, и в то время она ждала звонок от своего сожителя. Поскольку она была возмущена такой ситуацией, сообщила о случившемся в полицию. Спустя время ей стало известно, что водитель такси принес ее телефон в УМВД России по <адрес>. Телефон и комплектующие к нему (чехол, защитная пленка, сим-карта, магнитный переходник, карта памяти) были в идеальном состоянии, телефон был приобретен в 2022 году по цене <сумма> рублей. Она согласна с заключением эксперта в части оценки комплектующих к телефону, а именно силиконового чехла черного цвета - в 122 рубля, карту памяти - в 196 рублей, магнитного переходника - в 125 рублей, а на общую сумму - в 583 рубля (т.1 л.д.№).

ФИО5 ФИО5 №4, подтвердив показания, данные им в ходе предварительного расследования, оглашенные судом в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.№), сообщил суду аналогичную информацию о том, что в один из дней в <дата>, в период его нахождения в квартире ФИО3 №1 по адресу: <адрес>, туда приходила ФИО6 со своими детьми. Они втроем распивали алкогольную продукцию, и он видел, как дети И. с разрешения ФИО3 №1 смотрели на ее сотовом телефоне мультфильмы. Потом он по просьбе И. привел в квартиру соседку ФИО5 №3, к которой через некоторое время И. ушла вместе со своими детьми. Во время ухода И. ФИО3 №1, будучи в состоянии опьянения, скорее всего, спала. Позже ФИО3 №1 обнаружила пропажу своего телефона, к которой, по их мнению, была причастна ФИО6, поскольку никого посторонних в квартире в тот день не было. Он пытался позвонить на сотовый телефон, однако никто не ответил. Позже он и ФИО3 №1 ходили к ФИО6 домой, однако она заявила, что телефон не брала. В связи с этим, они обратились в полицию и дали пояснения. После возбуждения уголовного дела ФИО6 приезжала к ФИО3 №1, просила забрать заявление, но та отказалась. В последующем ФИО3 №1 ему рассказала, что принадлежащий ей сотовый телефон таксист привез в отдел полиции.

ФИО5 ФИО5 №3 дала аналогичные по содержанию показания о том, что в <дата> приходила в квартиру Е., проживающей по вышеуказанному адресу, по просьбе ФИО5 №4, где помимо этих лиц, находилась ФИО6 вместе со своими детьми, последние на момент ее прихода смотрели мультфильмы на сотовом телефоне. И. находилась в состоянии опьянения. Спустя время она с И. и ее детьми пошли к ней домой, а примерно в 04 часа утра И. вызвала с ее телефона такси и уехала, забрав принадлежащий ей телефон. Телефон Е. свидетель не видела, И. ей об этом ничего не говорила. Утром к ней в квартиру приходили Е. и С., искали И., она им сообщила, что И. уехала на такси (т.1 л.д.№).

ФИО5 ФИО5 №5 показал, что <дата> вышел на работу в службу такси «<данные изъяты>». Примерно в 01 час 05 минут <дата> ему поступил заказ, оформленный через телефонный звонок - перевозка пассажира с адреса: <адрес> на адрес: <адрес>. Пассажиркой была девушка от <данные изъяты> лет, худого телосложения, ростом примерно 160 см, одета в куртку темного цвета, с женской сумкой. Приехав по адресу, девушка вышла из машины, сказав, что вернется, и они поедут обратно в <адрес>. В качестве залога она оставила ему сенсорный телефон, который был в хорошем состоянии, имел магнитный переходник, о принадлежности телефона девушка ничего не сказала. После ожидания 40 минут девушка не вернулась, на его телефонные звонки не отвечала, поэтому он отвез телефон в полицию по адресу: <адрес> (т.1 л.д.№).

Показания свидетеля ФИО5 №5 подтверждаются фото заказа из приложения «<данные изъяты>», являющимся приложением к протоколу его допроса, в котором отражена информация о поступлении заказа такси с <адрес>, до <адрес> (т.1 л.д.№).

Виновность подсудимой ФИО1 в совершении преступления в отношении ФИО3 №1 также подтверждается следующими письменными доказательствами:

- карточкой оператора 112 от <дата>, зарегистрированной в КУСП ОМВД по <адрес><дата> за №, о поступлении в 11 часов 18 минут сообщения от ФИО3 №1, проживающей в <адрес>, о пропаже телефона (т.1 л.д.№);

- заявлением ФИО3 №1 от <дата>, зарегистрированным в КУСП ОМВД России по <адрес><дата> за №, о привлечении к ответственности ФИО6, похитившей из ее квартиры сотовый телефон Realme C30 (т.1 л.д.№);

- протоколами осмотра места происшествия с фототаблицей от <дата> – <адрес>, которым зафиксирована обстановка внутри жилого помещения (т.1 л.д.№);

- протоколом осмотра места происшествия с фототаблицей от <дата>, согласно которому по итогам осмотра квартиры по вышеуказанному адресу изъята коробка с документацией на телефон марки «Realme С30», кассовый чек о покупке телефона (т.1 л.д.№);

- протоколом осмотра места происшествия от <дата>, согласно которому, осмотрен кабинет УУиПДН России по <адрес> по адресу: <адрес>, где на столе обнаружен сотовый телефон Realme С30, с защитной пленкой на экране, в силиконовом чехле черного цвета, в usb-разъеме имеется магнитный переходник (адаптер), также в телефоне имелась карта памяти. По итогам следственного действия сотовый телефон с указанными комплектующими изъят и упакован (т.1 л.д.№);

- протоколом осмотра предметов от <дата>, из которого следует, что осмотрены коробка оранжевого цвета с надписью Realme С30 с кассовым чеком о покупке телефона стоимостью <сумма> рублей, документы о приобретении сотового телефона Realme С30 от <дата>, сотовый телефон в корпусе черного цвета, который не имеет видимых повреждений, с защитной пленкой, в чехле черного цвета, с картой памяти micro SD на 4 Гб, в usb-разъем вставлен магнитный переходник (т.1 л.д.№);

- заключением эксперта № от <дата>, согласно которому стоимость телефона марки «Realme» серии «C30» модели «<данные изъяты>» с учетом его состояния на <дата> составляет 2144 рубля 97 копеек (т.1 л.д.№);

- заключением эксперта № от <дата>, согласно которому стоимость защитной пленки к телефону на момент хищения составляет 140 рублей, силиконового чехла черного цвета – 122 рубля, карты памяти micro SD на 4 Гб – 196 рублей, магнитного переходника (адаптера) для кабеля – 125 рублей (т.1 л.д.№).

Виновность подсудимой ФИО1 в хищении имущества потерпевшего ФИО3 №2, помимо ее показаний, подтверждается показаниями указанного потерпевшего, свидетелей ФИО5 №2 и ФИО5 №1, а также письменными доказательствами.

Так, из показаний потерпевшего ФИО3 №2 в ходе предварительного расследования, оглашенных в соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ, следует, что <дата> около 10 утра к нему домой приехала И. вместе с детьми. Он стал распивать спиртное, и по этой причине между ними возник конфликт, И. вылила водку в раковину, потом попросила у него сотовый телефон, чтобы позвонить своей матери. Он отказался, предполагая, что И. телефон не вернет, поскольку ранее так уже поступала, возвращала телефон спустя время. Между ними начался словесный конфликт, в ходе которого И. подошла к нему и ударила кулаком в область правой щеки, от чего он испытал физическую боль, после чего, против его воли выхватила из его правой руки сотовый телефон. Его требования вернуть телефон И. не выполнила, кому-то позвонила по телефону, выясняла, приедет ли тот человек за ней, и спустя некоторое время ушла с детьми (т.1 л.д.№).

В судебном заседании потерпевший ФИО3 №2 показал, что хищение телефона ФИО1 совершила в квартире по адресу: <адрес>. По последовательности развития событий рассказал, что по приходу в квартиру ФИО6 сразу попросила у него телефон для совершения звонка, однако он отказал. Тогда ФИО1 ударила его ладонью по лицу, от чего на его правой щеке образовалась ссадина, наличие которой в последующем зафиксировано в заключении судебно-медицинской экспертизы по итогам его очного осмотра экспертом на следующий день после конфликта с ФИО1 Отметил, что посредством такого удара ФИО1 подавила его волю к сопротивлению, и с применением силы выхватила из руки телефон, и ушла из квартиры. Похищенный телефон марки Itel А48, с учетом заключения эксперта он оценивает в 1332 рубля 89 копеек. В последующем, телефон был возвращен ему сотрудниками полиции, в исправном состоянии, ФИО1 передала ему в счет возмещения ущерба 1700 рублей, принесла извинения, которые он расценивает как принятие с ее стороны иных мер, направленных на заглаживание вреда.

Согласно заявлению ФИО3 №2 от <дата> в органы полиции, зарегистрированному в КУСП <дата> в 19 часов 20 минут за №, он просит привлечь к уголовной ответственности ФИО6, которая <дата> против его воли с применением силы отобрала у него сотовый телефон (т.1 л.д.№).

Из рапорта оперуполномоченного П. и Ш. заместителя начальника ОУР ОМВД России по <адрес> об обнаружении признаков преступления от <дата>, следует, что факт хищения ФИО1 телефона у ФИО3 №2 с применением насилия зарегистрирован в КУСП <дата> за № в 19 часов 10 минут (т.1 л.д.№).

Место проживания ФИО3 №2 в инкриминируемый период времени и место хищения принадлежащего ему сотового телефона установлено протоколом осмотра места происшествия от <дата>, объектом которого является <адрес>. В ходе указанного следственного действия зафиксирована обстановка внутри жилого помещения (т.1 л.д.№).

По заключению эксперта № от <дата>, у ФИО3 №2, осмотренного экспертом <дата>, обнаружена ссадина щечной области справа, которая квалифицируется как не причинившая вреда здоровью, могла образоваться в результате одного удара твердым предметом, высказаться более конкретно о травмирующем предмете не представляется возможным, ее образование не исключается за сутки до обследования, т.е. <дата> (т.1 л.д.№).

Из показаний свидетеля ФИО5 №1 в ходе предварительного расследования, оглашенных судом на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что <дата> во время его нахождения дома по адресу: <адрес>, пришла его знакомая ФИО6 с детьми, попросила сдать ее телефон в комиссионный магазин «<данные изъяты>», поскольку у нее не было паспорта, сказала, что телефон принадлежит ей. Он сходил в комиссионный магазин «<данные изъяты>» по адресу: <адрес><адрес>, где сдал указанный телефон по своему паспорту, получил 1500 рублей, которые передал Патовой. На денежные средства ФИО3 приобрела сигареты и спиртное (т.1 л.д.№).

Показания свидетеля ФИО5 №1 в этой части подтверждаются протоколом осмотра предметов от <дата> - договора № серия СК, выданного указанным свидетелем по итогам его допроса. В соответствии с указанным договором, магазин расположен в <адрес>, продавцом товара (сотового телефона Itel А48) по стоимости 1500 рублей является ФИО5 №1 (т.1 л.д.№).

ФИО5 ФИО5 №2, согласно его показаниям в ходе предварительного расследования, оглашенным судом на основании ч.1 ст.281 УПК РФ, <дата> узнал о том, что И. при помощи ФИО5 №1 сдала сотовый телефон марки Itel A48, в магазин «<данные изъяты>», расположенный <адрес>, Указанный телефон он в последующем выкупил вместе с ФИО5 №1 по предъявлении последним паспорта (т.1 л.д.№).

Сотовый телефон марки «Itel A48» в прозрачном силиконовом чехле, согласно протоколу выемки от <дата>, выдан свидетелем ФИО4 следователю добровольно (т.1 л.д.№).

Протоколом осмотра предметов от <дата> (изъятого телефона) установлено, что телефон в пластиковом чехле, на экране и чехле имеются следы потертостей. ФИО3 ФИО3 №2, участвующий в осмотре, подтвердил, что данный телефон принадлежит ему (т.1 л.д.№).

По заключению эксперта № от <дата>, стоимость телефона марки «Itel» модели «А48» по состоянию на <дата> составляет 1332 рубля 89 копеек (т.1 л.д.54-60).

Из показаний свидетеля ФИО5 №5, допрошенной по ходатайству стороны защиты, следует, что ей известно со слов супруга ФИО3 №2 о том, что в марте 2024 года ее дочь ФИО1 забрала у него телефон. В последующем, как сообщал ей супруг, ФИО1 принесла ему извинения за содеянное, возвратила телефон.

Согласно заключению судебно-психиатрического эксперта № от <дата>, у ФИО1 обнаруживались ранее и обнаруживаются в настоящее время признаки <данные изъяты> Однако данные нарушения носят невыраженный характер и в этой связи выявленные признаки <данные изъяты>, не лишали и не лишают ее в настоящее время возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий. В период инкриминируемого деяния у ФИО1 признаков временного психического расстройства не обнаруживалось, действия носили последовательный и целенаправленный характер, поэтому она могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.1 л.д.№).

С учетом заключения экспертизы, поведения подсудимой на протяжении уголовного судопроизводства по делу суд приходит к выводу, что ФИО1 является вменяемым лицом и подлежит уголовной ответственности. Оснований сомневаться в выводах эксперта у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена квалифицированным специалистом с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, выводы обоснованы и аргументированы.

Оценив исследованные и изложенные выше доказательства в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ, суд признает их относимыми, отражающими обстоятельства совершения преступлений, допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, достоверными, так как они не противоречат фактическим обстоятельствам дела, согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, а в их совокупности – достаточными для разрешения уголовного дела и установления вины подсудимой.

За основу обвинительного приговора по обстоятельствам совершения каждого из преступлений суд принимает показания ФИО1 в качестве подозреваемой и обвиняемой, в которых она подробно изобличала себя в содеянном. Показания даны подсудимой в присутствии защитника, перед началом допроса ей разъяснены положения ст.51 Конституции Российской Федерации о праве не свидетельствовать против себя самой, положения п.2 ч.4 ст.46 и п.3 ч.4 ст.47 УПК РФ о возможности их использования в качестве доказательств. Замечаний на содержание показаний стороной защиты не принесено.

Анализ этих показаний ФИО1 показал, что она на протяжении всего досудебного производства по делу подробно и последовательно сообщала о совершенных ею противоправных действиях по незаконному завладению имуществом ФИО3 №1 и ФИО3 №2 и последующим его распоряжению. Ее показания по основным деталям произошедшего логичны и стабильны.

В связи с этим, доводы ФИО1 в судебном заседании о том, что протокол ее первоначального допроса <дата> следователем Л. не содержит сообщенных сведений о ее оскорблении со стороны ФИО3 №2, судом признаются несостоятельными, учитывая, что замечаний к протоколам о том, что искажен смысл показаний, от ФИО1 и ее защитника не поступило, правильность изложенных в протоколе допроса сведений удостоверена личной подписью участвующих в ходе следственных действий лиц.

Исходя из положений ч.2 ст.77 УПК РФ, суд отмечает, что по фактическим обстоятельствам показания ФИО1 в ходе предварительного расследования согласуются с протоколами следственных действий, обращениями потерпевших в органы полиции с сообщениями о преступлении, а также:

- в части хищения имущества ФИО3 №1 - с показаниями потерпевшей, свидетелей ФИО5 №4 и ФИО5 №3 о пропаже принадлежащего ФИО3 №1 сотового телефона после ухода из ее квартиры подсудимой, показаниями свидетеля ФИО5 №5 (таксиста) об обстоятельствах распоряжения ФИО1 сотовым телефоном ФИО3 №1;

- в части хищения имущества ФИО3 №2 – с его показаниями о том, что ФИО1 изъяла у него телефон против его воли, ударив кулаком по лицу, показаниями свидетелей ФИО5 №1 и ФИО5 №2 о последующем распоряжении похищенным телефоном посредством сдачи в комиссионный магазин.

Оснований для оговора подсудимой со стороны допрошенных по делу лиц, оснований к самооговору суд не усматривает.

Показания подсудимой ФИО1 в судебном заседании о том, что хищение телефона ФИО3 №2 не было сопряжено с применением к нему насилия, судом отвергаются, поскольку противоречат достаточной совокупности исследованных по делу доказательств (ее показаниям в ходе предварительного расследования, показаниям потерпевшего), свидетельствующих о том, что она нанесла ФИО3 №2 удар кулаком в область правой щеки, поскольку он отказывался передавать ей телефон, несмотря ее неоднократные просьбы.

Оценивая показания потерпевшего ФИО3 №2 по делу, в том числе в части причинения ему физической боли от нанесенного ему ФИО1 удара кулаком по лицу и причины применения к нему насилия со стороны ФИО1, суд отдает предпочтение его показаниям, данным в ходе предварительного расследования, поскольку перед допросом ему разъяснялись все предусмотренные уголовно-процессуальным законом права и обязанности, протокол удостоверен его подписями, без каких-либо замечаний по процедуре его проведения, в том числе по содержанию показаний.

Показания потерпевшего ФИО3 №2 в судебном заседании суд принимает только в части – относительно того, что ФИО1 применила к нему насилие посредством удара по лицу в качестве способа подавления воли к сопротивлению при хищении телефона, и образования на его правой щеке ссадины от указанного удара, поскольку они согласуются с его показаниями в ходе досудебного производства по делу, подтверждаются заключением судебно-медицинского эксперта о локализации, механизме и давности образования имеющего у него телесных повреждений.

В то же время, показания ФИО3 №2 суду о том, что какой-либо физической боли от нанесенного ФИО1 удара он не испытал ввиду нахождения в тот момент в состоянии опьянения, а примененное к нему со стороны ФИО1 насилие вызвано тем, что он оскорбил ее нецензурными словами, суд отвергает и признает недостоверными, поскольку они противоречат приведенным выше его показаниям в ходе предварительного следствия.

Такая неоднозначная позиция потерпевшего ФИО3 №2 при даче показаний в судебном заседании по обстоятельствам произошедшего суд расценивает, как стремление помочь подсудимой ФИО1 избежать уголовной ответственности за тяжкое преступление, учитывая их примирение в настоящее время, близкое общение ввиду его родственных связей с матерью подсудимой – свидетелем ФИО5 №5

Суд также отмечает, что на протяжении всего производства по уголовному делу потерпевший ФИО3 №2, до последнего его допроса в судебном заседании <дата>, не сообщал о том, что ФИО1 ударила его по лицу в ответ на его оскорбления в ее адрес, изменил показания в этой части после того, как ФИО1 в судебном заседании в его присутствии сообщила о такой версии развития событий.

Доводы потерпевшего ФИО3 №2 о том, что он не сообщал следователю о причинах получения им телесных повреждений, поскольку вопросы в таком аспекте ему не задавались, суд признает несостоятельными, поскольку, согласно протоколу допроса, после дачи показаний, потерпевший не был лишен возможности подать замечания на содержание показаний, что он не отрицал в судебном заседании.

Оценивая показания допрошенного по делу свидетеля ФИО5 №4, суд принимает в обоснование вины подсудимой его показания, как в ходе предварительного расследования, которые по обстоятельствам дела, периоду нахождения ФИО1 в квартире ФИО3 №1 в конце <данные изъяты> 2024 года являются подробными, подтверждаются приведенными в приговоре показаниями данной потерпевшей, свидетеля ФИО5 №3, так и в судебном заседании – в части, не противоречащей его первоначальным показаниям.

Заключения проведенных по делу экспертиз соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, содержат все необходимые данные. Экспертизы проведены уполномоченными лицами, не находящимися в служебной или иной зависимости от сторон.

Размер ущерба, причиненного преступлением в отношении ФИО3 №2, установлен заключением экспертизы, сторонами не оспаривается.

Относительно общей суммы ущерба, причиненного противоправными действиями ФИО1 потерпевшей ФИО3 №1, суд отдает предпочтение заключению эксперта № от <дата> (т.1 л.д.№).

Оснований считать, что стоимость похищенного у ФИО3 №1 телефона, установленная заключением эксперта в 2144 рубля 97 копеек, является заниженной, у суда не имеется, учитывая примененную экспертом методику расчета стоимости имущества, период эксплуатации телефона (в данном случае 1,5 года), срок службы, фактический осмотр экспертом указанного имущества, представленного на экспертизу, установление комплектности данного изделия.

В соответствии с положениями абзаца 4 пункта 25 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2002 № 29 (в ред. от 15.12.2022) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», определяя размер похищенного имущества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления. При отсутствии сведений о цене стоимость похищенного имущества может быть установлена на основании заключения экспертов.

В связи с этим, суд отвергает показания потерпевшей ФИО3 №1 о стоимости принадлежащего ей сотового телефона в 7150 рублей, и причинение ей в результате хищения имущества значительного материального ущерба.

Государственным обвинителем предъявленное ФИО1 обвинение поддержано в полном объеме по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ по факту хищения имущества ФИО3 №2, а по хищению имущества ФИО3 №1 – по ч.1 ст.158 УК РФ.

Данная квалификация нашла свое подтверждение в судебном заседании.

Судом установлено, что ФИО1, находясь в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в период времени с 19 часов <дата> до 02 часов <дата> в квартире, расположенной в <адрес>, <адрес>, действуя умышленно, с корыстной целью, противоправно и безвозмездно завладела имуществом, принадлежащим потерпевшей ФИО3 №1, обнаруженном в пакете – сотовым телефоном и комплектующими к нему (чехлом, картой памяти, защитной пленкой, магнитным переходником).

ФИО1 похитила указанное имущество тайно, поскольку потерпевшая ФИО3 №1 не знала о ее действиях, согласие на распоряжение принадлежащим ей имуществом не давала.

То обстоятельство, что ФИО1 оставила сотовый телефон ФИО3 №1 в качестве залога таксисту с намерением его забрать после оплаты поездки в такси, не свидетельствует об отсутствии у нее корыстного умысла на хищение, поскольку она изъяла имущество в отсутствие согласия собственника и получила реальную возможность распорядиться им в своих личных целях, о чем свидетельствует последующая замена сим-карт в телефоне ФИО3 №1, а также указанные выше ее фактические действия по распоряжению телефоном.

Таким образом, суд квалифицирует действия ФИО1 по хищению имущества потерпевшей ФИО3 №1 по ч.1 ст.158 УК РФ, как кража, т.е. тайное хищение чужого имущества.

Нахождение ФИО1 в момент совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения в силу ст.23 УК РФ не исключает уголовную ответственность.

Также, по итогам оценки исследованных и приведенных в приговоре доказательств судом достоверно установлено, что <дата> ФИО1, находясь в <адрес>, действуя умышленно, совершила противоправное изъятие сотового телефона, принадлежащего ФИО3 №2

Согласно правовой позиции, сформулированной в пунктах 3, 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2022 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», открытым хищением чужого имущества, предусмотренным статьей 161 УК РФ (грабеж), является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.

Судом установлено, что хищение имущества ФИО1 носило открытый характер, поскольку совершалось в присутствии его собственника – потерпевшего ФИО3 №2, и, исходя из исследованных по делу доказательств, ФИО1 осознавала, что указанное лицо понимает противоправный характер ее действий, учитывая, что он не давал разрешения брать его телефон, держа его в руках.

Несмотря на это, ФИО1 с целью грабежа указанного имущества, ударила ФИО3 №2 один раз кулаком по лицу, что повлекло причинение ему физической боли и ссадины, т.е. подсудимая применила насилие, которое по заключению судебно-медицинского эксперта, является не опасным для его жизни и здоровья.

Предшествующие совершению преступления действия ФИО1, а именно обращения к ФИО3 №2 с просьбами передать ей телефон для совершения звонков, не исключают ее вины в совершении преступления, поскольку как установлено судом, ФИО1, имея корыстный мотив, с целью облегчения завладения мобильным телефоном потерпевшего, применила к нему физическую силу, что позволило ей, после подавления воли потерпевшего к сопротивлению, распорядиться похищенным имуществом по своему усмотрению.

Об этом свидетельствуют фактические обстоятельства дела, а именно сдача телефона в комиссионный магазин для получения денежных средств.

Наряду с этим, суд уточняет время совершения ФИО1 преступления в отношении ФИО3 №2, вмененное органом предварительного расследования в период времени с 10 часов 00 минут до 19 часов 35 минут <дата>.

Суд признает доказанным, что указанное деяние имело место <дата> с 10 часов 00 минут до 19 часов 10 минут, поскольку рапорт об обнаружении в действиях ФИО1 признаков преступления зарегистрирован в КУСП в тот же день в 19 часов 10 минут.

Суд, руководствуясь положениями ст.252 УПК РФ, также считает необходимым исключить указание на причинение со стороны ФИО1 нравственных страданий потерпевшему ФИО3 №2 вследствие совершенного преступления, поскольку указанные обстоятельства стороной обвинения в ходе судебного разбирательства не выяснялись, а определяющим значением при квалификации открытого хищения имущества с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, является причинение потерпевшему физической боли, что установлено судом по итогам исследования и оценки представленных доказательств.

Изменение обвинения в этой части не ухудшает положение подсудимой и не нарушает ее право на защиту.

Таким образом, суд квалифицирует действия подсудимой ФИО1 по хищению имущества ФИО3 №2 по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, как грабеж, т.е. открытое хищение чужого имущества, совершенный с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

При назначении наказания суд руководствуется требованиями ст.6, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, личность виновной, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи.

ФИО1 совершила умышленные преступления, отнесенные уголовным законом к категории небольшой тяжести и тяжких, направленные против чужой собственности.

С учетом категории совершенного подсудимой преступления по ч.1 ст.158 УК РФ вопрос о применении к ней положений ч.6 ст.15 УК РФ судом не обсуждается.

Согласно материалам дела, ФИО1 не судима, в сентябре 2023 года привлекалась к административной ответственности за заведомо ложный вызов специализированных служб, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, однако получала лечебно-консультативную помощь <данные изъяты>

По информации администрации <адрес>», где по показаниям свидетеля ФИО5 №5 и самой подсудимой ФИО1, она проживала до мая 2024 года, заявлений о ненадлежащем поведении ФИО1 в быту в администрацию сельского поселения не поступало.

Вместе с тем, по месту жительства в <адрес> ФИО1 характеризуется отрицательно, неоднократно была замечена гуляющей в состоянии алкогольного опьянения вместе с малолетней дочерью, <дата> г.р., в компании мужчин, злоупотребляющих спиртными напитками. При нахождении в состоянии алкогольного опьянения имеет склонность к агрессии.

В соответствии с положениями ст.61 УК РФ суд признает обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимой ФИО1, по каждому из составов преступлений:

- в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ – активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче объяснений <дата> и <дата>, подробных показаний по обстоятельствам совершения преступлений в качестве подозреваемой и обвиняемой, имеющих значение для расследования уголовного дела, подтверждение их в ходе проверки показаний на месте, что позволило органу следствия установить фактические обстоятельства произошедшего;

- на основании ч.2 ст.61 УК РФ – состояние ее здоровья, учитывая заключение судебно-психиатрического эксперта.

По преступлению, предусмотренному п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, суд также признает обстоятельствами, смягчающими наказание:

– активное способствование розыску имущества, добытого в результате преступления, поскольку ФИО1 при даче объяснений <дата> (т.1 л.д.№) сообщила сотрудникам полиции информацию о местонахождении похищенного у ФИО3 №2 сотового телефона – в комиссионном магазине <данные изъяты> квитанция от которого в последующем была изъята у свидетеля ФИО5 №1;

- добровольное возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления, что подтверждается имеющейся в деле распиской о передаче денежных средств ФИО3 №2 (т.1 л.д.№);

- совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, что выразилось в принесении ФИО3 №2 извинений, которые им расценены как способ заглаживания вреда;

- частичное признание вины.

По преступлению, предусмотренному ч.1 ст.158 УК РФ, в качестве смягчающих обстоятельств суд признает принесение потерпевшей ФИО3 №1 извинений и признание вины.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание, судом не установлено.

Сам по себе факт наличия у ФИО1 малолетних детей не может рассматриваться как безусловное основание для признания его в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, поскольку закон (п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ) указанное смягчающее обстоятельство связывает с выполнением виновным обязанностей родителя по воспитанию и материальному содержанию ребенка.

Согласно материалам дела ФИО1 состоит на учете в ГПДН ОМВД России по <адрес>, поскольку с <дата> ее семья поставлена на учет в Единый муниципальный банк данных семей и несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении, в связи с неисполнением с ее стороны родительских обязанностей, поскольку выявлены факты бродяжничества ФИО1 вместе с малолетними детьми, проживания их в антисанитарных условиях, отсутствие должного ухода за детьми, несоблюдение режима питания сна и отдыха, а также ввиду периодического ухода ФИО1 из дома и оставление детей на попечение своей матери ФИО5 №5 и отчима ФИО3 №2

По представленной суду информации <адрес><адрес>» от <дата>, в настоящее время поведение подсудимой ФИО1 не изменилось в лучшую сторону, поскольку с <дата> она допускала злоупотребление спиртными напитками, за ее детьми осуществляла присмотр ФИО5 №5

Согласно сведениям ОМВД России по <адрес>, ФИО1 постановлением от <дата> привлечена к административной ответственности по ч.1 ст.5.35 КоАП РФ, за ненадлежащее исполнение обязанностей как родителя, по воспитанию и содержанию своих несовершеннолетних детей.

Таким образом, представленные суду сведения, характеризующие личность подсудимой, указывают на ненадлежащее исполнение ее обязанностей родителя, отрицательную динамику в ее поведении по отношению к детям после привлечения к административной ответственности в марте 2024 года, поскольку в июне 2024 года на протяжении нескольких дней отсутствовала по месту жительства, злоупотребляя спиртными напитками.

Суд также обращает внимание на поведение подсудимой перед совершением преступления в отношении ФИО3 №1, а именно нахождение малолетних детей в компании взрослых людей, распивавших спиртные напитки, в том числе в ночное время, оставление ФИО1 своих дочерей на в квартире ФИО5 №3, накануне распивавшей спиртные напитки, и отъезд в <адрес>.

Указанные обстоятельства в совокупности ставят под сомнение доводы подсудимой ФИО1, показания потерпевшего ФИО5 №5 и свидетеля ФИО5 №5 о надлежащем исполнении подсудимой своих родительских обязанностей.

Кроме того, по материалам дела, ФИО1, несмотря на посещение детей детского сада, не трудоустроена, их содержание обеспечивается за счет пособия, получаемого до достижения детьми 14-летнего возраста и заработной платой сожителя ФИО5 №2, что также не позволяет суду утверждать о том, что подсудимая занимается содержание своих детей.

С учетом вышеизложенного, оснований для признания в качестве смягчающего обстоятельства – наличие малолетних детей у виновной, суд не усматривает.

Объяснения ФИО1 от <дата> об обстоятельствах хищения сотового телефона ФИО3 №1 (т.1 л.д.№), от <дата> по хищению имущества ФИО3 №2 (т.1 л.д.№), суд не расценивает как явки с повинной применительно к положениям п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ.

Как следует из исследованных доказательств и не отрицалось ФИО1 в судебном заседании, а также следует из ее показаний в ходе досудебного производства, она обратилась в органы полиции с объяснениями об обстоятельствах хищения имущества потерпевших после того, как указанные лица сообщили о совершенных в отношении них преступлениях.

В связи с этим, несмотря на возбуждение уголовного дела по факту хищения сотового телефона ФИО3 №1 в отношении неустановленного лица, на момент дачи ФИО1 объяснений орган следствия располагал достаточной информацией о ее причастности к совершению преступления.

В данном случае характер и содержание объяснений ФИО1 охватывается признанным судом смягчающим наказание обстоятельством в виде активного способствования раскрытию и расследованию преступления по каждому из составов инкриминируемых ей деяний.

Позиция ФИО1 при даче показаний в ходе предварительного расследования о том, что она сдала похищенный у ФИО3 №2 сотовый телефон, поскольку не имела финансовых возможностей заплатить за проезд до <адрес>, не свидетельствуют о наличии по делу смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «д» ч.1 ст.61 УК РФ, поскольку отсутствие у ФИО1 денежных средств на момент совершения преступления вызвано обычными бытовыми причинами, и не позволяет утверждать о том, что преступление совершено в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств.

Обстоятельством, отягчающим наказание, по ч.1 ст.158 УК РФ, суд признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в связи со следующим.

Согласно предъявленному обвинению, ФИО1 совершила хищение имущества ФИО3 №1 в состоянии алкогольного опьянения, что также подтверждается исследованными в судебном заседании показаниями ФИО1 в качестве подозреваемой, показаниями свидетелей ФИО3 №1, ФИО5 №4, ФИО5 №3 о предшествующем хищению телефона распитии спиртных напитков.

Согласно пояснениям ФИО1 в судебном заседании, в трезвом состоянии она бы не совершила преступление.

Таким образом, учитывая фактические обстоятельства дела, а именно, совершение преступления после употребления спиртных напитков, данные о личности ФИО1 по месту жительства, замеченной в быту в употреблении спиртных напитков, суд приходит к выводу, что нахождение в состоянии алкогольного опьянения способствовало формированию у подсудимой преступного умысла и совершению преступления в целом, т.е. снизило контроль над ее действиями и оценки их общественной опасности.

При наличии обстоятельства, отягчающего наказание, отсутствуют основания для применения к ФИО1 льготных правил назначения наказания по ч.1 ст.158 УК РФ, предусмотренных ч.1 ст.62 УК РФ, несмотря на наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание, по преступлению, предусмотренному п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, судом не установлено, однако, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, общественную опасность совершенного преступления, суд не усматривает достаточных оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ об изменении категории преступления на менее тяжкую. Вместе с тем, при наличии по делу обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренных п. «и», «к» ч.1 ст.61 УК РФ, при назначении наказания по данному составу преступления суд руководствуется положениями ч.1 ст.62 УК РФ.

Решая вопрос о виде наказания, суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности каждого из преступлений, в том числе, размер похищенного, конкретные обстоятельства дела, в том числе временной промежуток между деяниями, данные о личности подсудимой, имеющей крайне отрицательные характеристики, ее семейное, социальное и имущественное положение, отсутствие судимостей, установленную совокупность смягчающих обстоятельств по каждому из преступлений, наличие отягчающего обстоятельства по ч.1 ст.158 УК РФ, и отсутствие таковых по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, и приходит к выводу, что достижение целей наказания в виде восстановления социальной справедливости, а также исправление ФИО1 и предупреждение совершения ею новых преступлений возможно при назначении наказания по ч.1 ст.158 УК РФ в виде ограничения свободы, а по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ - в виде лишения свободы.

По этим же мотивам суд не усматривает оснований для применения к подсудимой положений ст.73 УК РФ по ч.1 ст.161 УК РФ, поскольку условное осуждение, по мнению суда, не обеспечит достижение целей наказания.

Каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих суду применить положения ст.64 УК РФ при назначении наказания, по делу не установлено, а совокупность установленных по делу смягчающих обстоятельств, без учета данных о личности подсудимой, в данном случае не является для суда достаточным основанием для назначения более мягкого вида наказания.

Вместе с тем, при наличии совокупности смягчающих обстоятельств, суд считает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренные санкцией ч.2 ст.161 УК РФ.

Оснований для применения положений ст.53.1 УК РФ о применении принудительных работ применительно к составу преступления по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, не имеется, ввиду предусмотренных ч.7 ст.53.1 УК РФ ограничений для данного вида наказания.

Окончательное наказание подлежит назначению по правилам ч.3 ст.69 УК РФ с учетом положений п. «б» ч.1 ст.71, ч.2 ст.72 УК РФ, в виде лишения свободы.

Местом отбывания наказания суд определяет исправительную колонию общего режима – в соответствии с положениями п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ, поскольку ФИО6, осуждена к лишению свободы, в том числе, за совершение тяжкого преступления.

Оснований, предусмотренных главой 12 УК РФ, для освобождения ФИО1 от наказания, суд не усматривает.

Оснований для применения к ФИО1 положений ст.82 УК РФ об отсрочке отбывания наказания, несмотря на наличие у нее детей, не достигших 14-летнего возраста, по делу не имеется в связи со следующим.

Согласно ч.1 ст.82 УК РФ женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, и являющемуся единственным родителем, суд может отсрочить реальное отбывание наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста.

Целью правовой нормы, предусмотренной ч.1 ст.82 УК РФ, является обеспечение разумного баланса между публичным интересом в неотвратимости наказания лица, совершившего преступление, и интересами его ребенка, развитию которого и формированию его личности в малолетнем возрасте противоречит отстранение от воспитательного процесса его матери либо отца как единственного родителя.

По смыслу закона, в применении института отсрочки отбывания наказания первостепенное значение придается интересам ребенка, которые затрагиваются осуждением его родителя.

Судом установлено, что ФИО1 совершила умышленные преступления, одно из которых относится к категории тяжких, и, несмотря на наличие малолетних детей, в быту злоупотребляет спиртными напитками, не исполняет свои родительские обязанности по воспитанию и содержанию своих малолетних детей, в связи чем, ее семья поставлена на учет семей, находящихся в социально опасном положении.

Оснований для прекращения уголовного дела в связи с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа не имеется, поскольку совокупность условий, необходимых для применения положений ст.76.2 УК РФ, по данному делу отсутствует.

По делу установлено, что ФИО1 не возмещала причиненный потерпевшей ФИО3 №1 материальный ущерб, сотовый телефон был возвращен потерпевшей по итогам проведения следственных действий.

В связи с этим, учитывая конкретные обстоятельства дела, данные о личности подсудимой, несмотря на отсутствие у нее прежних судимостей, суд приходит к выводу, что после совершения инкриминируемого деяния не произошло изменения степени ее общественной опасности, которая, согласно материалам дела, продолжает злоупотреблять спиртными напитками.

В связи с этим, прекращение уголовного дела не будет способствовать предупреждению совершению ФИО1 новых преступлений, не соответствует целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства, а также принципу справедливости.

Предусмотренных законом оснований для прекращения уголовного дела за примирением сторон по ходатайству потерпевшего ФИО3 №2 по преступлению, совершенному ФИО1 по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, несмотря на полное возмещение ущерба, не имеется, поскольку в силу взаимосвязанных положений ст.25 УПК РФ и ст.76 УК РФ, прекращение уголовного дела по данному основанию с освобождением лица от уголовной ответственности допускается в случае совершения впервые преступления небольшой или средней тяжести, а ФИО1 в данном случае совершено тяжкое преступление.

По делу имеются вещественные доказательства, судьбу которых по вступлении приговора в законную силу суд определяет в соответствии с положениями п.5 и 6 ч.3 ст.81 УПК РФ:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В соответствии с ч.2 ст.97 УПК РФ в целях обеспечения исполнения обвинительного приговора с назначением ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима суд считает необходимым до вступления приговора в законную силу изменить ей меру пресечения на заключение под стражу.

На основании изложенного, руководствуясь ст.299, 307, 308, 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

признать ФИО1 виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации и п. «г» ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ей наказание:

- по ч.1 ст.158 УК РФ в виде ограничения свободы на срок 8 месяцев, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории МО МР <данные изъяты>» и не изменять место жительства, работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; и с возложением обязанности являться в указанный специализированный орган два раза в месяц для регистрации;

- по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ в виде лишения свободы на срок 10 месяцев.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ, с учетом положений п. «б» ч.1 ст.71 и ч.2 ст.72 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 1 год с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания в виде лишения свободы исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

На период обжалования приговора в апелляционном порядке меру пресечения в отношении ФИО1 изменить на заключение под стражу, взяв ее под стражу в зале суда.

Время содержания ФИО1 под стражей со дня фактического задержания после постановления приговора до дня вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Коми через Сыктывдинский районный суд Республики Коми в течение 15 суток со дня постановления приговора, а осужденной – в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии, а также об участии защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должно быть указано в апелляционной жалобе. Ходатайство об участии также может быть заявлено осужденной в течение 10 суток со дня вручения ей жалобы или представления, затрагивающих ее интересы.

При вступлении приговора в законную силу данное итоговое судебное решение может быть обжаловано сторонами в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб (представления) через суд первой инстанции (в данном случае – Сыктывдинский районный суд Республики Коми), в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, при условии, что итоговое судебное решение являлось предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования, может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. В случае пропуска установленного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматривается в порядке, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Подаются непосредственно в суд кассационной инстанции в порядке ст.401.10-401.12 УПК РФ кассационные жалоба, представление на постановленный по делу приговор в том случае, если указанное судебное решение не было обжаловано сторонами в апелляционном порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ.

Председательствующий - Т.Ю. Горбачёва