Апелляционное определение № 33-8880/2025 от 23 декабря 2025 г.

УИД 29RS0018-01-2025-002803-49

Судья Поздеева Ю.М. № 2-2248/2025 24 декабря 2025 года

Докладчик Попова Т.В. № 33-8880/2025 город Архангельск


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе

председательствующего судьи Бланару Е.М.,

судей Зайнулина А.В., Поповой Т.В.,

при секретаре судебного заседания Ануфриевой Т.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по иску ФИО1 к государственному казенному учреждению Архангельской области «Архангельский областной центр социальной защиты населения» о признании решения незаконным, понуждении устранить допущенные нарушения прав и законных интересов, взыскании компенсации морального вреда по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Октябрьского районного суда города Архангельска от 8 октября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Поповой Т.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному казенному учреждению Архангельской области «Архангельский областной центр социальной защиты населения» (далее – ГКУ АО «АОЦСЗН») о признании решения незаконным, понуждении устранить допущенные нарушения прав и законных интересов, взыскании компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований указала, что 28 апреля 2022 года ей, ввиду признания нуждающейся в социальном обслуживании на дому ГКУ АО «АОЦСЗН», назначена и составлена индивидуальная программа предоставления социальных услуг сроком на 3 года. По окончании срока данной программы в апреле 2025 года она обратилась в орган социальной защиты населения с заявлением о продлении индивидуальной программы социальных услуг с приложением сведений и документов, необходимых для предоставления социальных услуг. Указала, что нуждается в следующих социальных услугах: покупка лекарственных препаратов - 2 раза в месяц; покупка продуктов питания - 3 раза в неделю; покупка средств санитарии, гигиены, средств ухода - 2 раза в месяц; покупка промышленных товаров - 1 раз в месяц; покупка книг, газет, журналов - 1 раз в неделю; помощь в приготовлении пищи - 3 раза в неделю; оплата ЖКУ - 2 раза в месяц; стирка вещей - 2 раза в неделю; покупка топлива-2 раза в год; поднесение топлива - 15 раз в неделю; топка печей - 5 раз в неделю; вынос мусора - 5 раз в неделю; предоставление гигиенических услуг - 2 раза в неделю; уборка жилых помещений - 2 раза в неделю, помощь в написании, прочтении писем и различных документов - 1 раза в неделю; выполнение процедур - 5 раз в неделю; проведение оздоровительных мероприятий - 3 раза в неделю; систематическое наблюдение - 5 раз в неделю; содействие в получении медицинской помощи - 2 раза в месяц; содействие в оказании медицинской помощи - 2 раза в месяц; социально-психологический патронаж - 1 раз в месяц; формирование позитивных интересов - 4 раза в год; организация досуга - 4 раза в год; доставка и сдача в библиотеку книг - 1 раз в месяц; содействие в выписке периодических изданий - 2 раза в год. В качестве оснований нуждаемости указаны следующие обстоятельства: возраст и заболевания. Однако, социальные услуги существенно сокращены в сравнении с социальными услугами, предоставляемыми ей в период с 2022 года по 2025 год. Так, вместо 5 раз в неделю предоставлена только одна услуга «предоставление гигиенических услуг лицам, не способным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять уход за собой», вместо 5 раз в неделю - 2 раза «вынос мусора из жилых помещений», вместо 2 раз в неделю - 1 раз «стирка вещей», вместо 15 раз еженедельно - 5 раз «поднесение топлива к печам», вместо 2 раз в неделю - 1 услуга «покупка и доставка на дом средств санитарии и гигиены, средств ухода», вместо 2 раз в неделю один раз услуга «оплата ЖКУ и услуг связи», вместо пяти раз в неделю - 2 раза услуга «выполнение процедур, связанных с сохранением здоровья», вместо 2 раз в месяц один раз услуга «содействие в оказании и в получении мед помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области». За период с 2022 года по 2025 год состояние ее здоровья не улучшилось, что подтверждается различными врачебными заключениями. <данные изъяты>. Она проживает одна. Установленные социальные услуги не соответствуют тем услугам, что были указаны ею в заявлении о предоставлении социальных услуг. Полагает, у ответчика основания для сокращения вида и объема предоставляемых социальных услуг отсутствовали. Ответчиком из программы № исключены жизненно важные для нее социальные услуги, а именно: покупка лекарственных препаратов 2 раза в месяц, покупка топлива, топка печей, помощь в написании, прочтении писем и различных документов, проведение оздоровительных мероприятий, социально-психологический патронаж, формирование позитивных интересов, организация досуга, содействие в выписке периодических изданий. Тем самым ответчиком нарушены ее права, свободы и законные интересы, кроме того, ответчик указанными действиями создал для нее препятствия к осуществлению своих прав, свобод и реализации законных интересов, умалил ее достоинство личности, решив, что нет необходимости развиваться, проводить досуг, формировать позитивные интересы. Просила признать решение от 28 апреля 2025 года № незаконным, устранить допущенные нарушения прав и законных интересов путем увеличения предоставления социальных услуг в индивидуальной программе социальных услуг от 28 апреля 2025 года №, согласно поданному заявлению о предоставлении социальных услуг, взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей 00 копеек, расходы по уплате государственной пошлины.

Истец в судебное заседание суда первой инстанции не явилась, ее представитель ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала.

Представители ответчика ФИО3, ФИО4, действующие на основании доверенностей, в удовлетворении исковых требований просили отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

От представителя министерства труда, занятости и социального развития Архангельской области в материалы дела представлен отзыв на исковое заявление, в котором просит в удовлетворении исковых требований отказать.

От третьего лица ФИО5 поступили письменные пояснения, в которых указано, что вывод о количестве социальных услуг, необходимых для удовлетворения потребностей в социальном обслуживании ФИО1, сделан обоснованно.

Судом первой инстанции дело рассмотрено при данной явке.

Решением Октябрьского районного суда города Архангельска от 8 октября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГКУ АО «АОЦСЗН» о признании решения незаконным, понуждении устранить допущенные нарушения прав и законных интересов, взыскании компенсации морального вреда отказано.

С указанным решением не согласилась истец, в поданной апелляционной жалобе просит его отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить. Полагает, судом нарушены нормы материального права, выводы суда не основаны на фактических обстоятельствах дела. Указывает, что ответчиком принято решение о признании ее нуждающейся в социальном обслуживании в связи с обстоятельствами, которые ухудшают или могут ухудшить условия ее жизнедеятельности, соответственно, учитывая положения ч. 1 ст. Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в РФ» и то обстоятельство, что она не отказывалась от услуг, указанных ею в заявлении, сокращение услуг, по ее мнению, является незаконным. Считает, если она признана нуждающейся в социальном обслуживании, то она определяет, исходя из потребностей вид и объем услуг, не превышающий установленные нормы. Решение суда принято без учета реализованной ранее индивидуальной программы и без соблюдения принципа сохранения пребывания гражданина в привычной благоприятной среде. В частности, не учтено, что ее жилищные условия остались прежними, необходимые удобства те же самые, <данные изъяты>. Суд первой инстанции принял за основу анкету-опросник, составленную в одностороннем порядке, без ее подписи, не приняв во внимание, что система баллов в анкетировании составлена без учета медицинских документов. Обстоятельства, свидетельствующие о фактической нуждаемости в социальной помощи, оставлены судом без внимания и не получили оценки. Считает, суду надлежало проверить фактическую ее нуждаемость в получении каждой затребованной услуги, указать причины, по каким три года назад она нуждалась в услуге «предоставление гигиенических услуг» 5 раз в неделю, а когда ее возраст увеличился и ухудшилось состояние здоровья, она стала нуждаемой в указанной услуге только один раз в неделю. В решении суда не дана оценка, не приведены доводы относительно обоснованности сокращения услуг. Обращает внимание, что исключение и сокращение услуг, связанных с сохранением здоровья при наличии диагнозов (<данные изъяты>) не отвечает конституционному принципу охраны здоровья. В нарушение ч. 4 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) не указаны мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативно-правовые акты, на которые ссылалась ее сторона. Судом не учтены такие важные обстоятельства, как отсутствие душевой кабины, ванны в ее квартире, необходимость ежедневного приема лекарств, измерение давления утром и вечером, возраст – <данные изъяты>, заключение поставщика услуг о необходимости продолжения предоставления социальных услуг без уменьшения их объема и периодичности, прохождение обследования в медицинских учреждениях. Доказательств того, что ее дочь имеет возможность круглосуточно осуществлять за ней уход, материалы дела не содержат. Факт совместного проживания дочери с ней не установлен. Она (истец) проживает одна. Доводы о регистрации дочери и проживании в одном населенном пункте озвучен ответчиком только в последнем судебном заседании. Суд не ставил на обсуждение сторон данный вопрос, у суда не было вопросов к ее представителю по факту наличия родственников. Судом не исследованы обстоятельства, помогает ли дочь ей, имеет ли такую возможность, детско-родительская привязанность не установлена. Также считает, выводы суда о том, что она не нуждается в таких услугах как формирование позитивных интересов, организации досуга, доставке и сдаче в библиотеку книг, содействие в выписке периодических изданий, поскольку <данные изъяты>, в движении не ограничена, в том же населенном пункте проживает ее дочь, навещает внук, она сама может организовать себе досуг, противоречат правовым нормам, поскольку в нормативных актах нет обязательного условия наличия инвалидности, ограничения в движении, наличия детей и внуков для предоставления социальных услуг. Вывод суда о ее посещении внуком не подтвержден. Приводя п. 2.2.4.8 ГОСТ Р 52495-2005 в части термина социально-психологического патронажа, суд не учел, что данная услуга нужна для своевременного выявления ситуаций психологического дискомфорта. Кроме того, считает, суд не обладает специальными познаниями относительно определения нуждаемости в социальном обслуживании, исходя из состояния здоровья гражданина. Обращает внимание на дополнительные пояснения от 29 июля 2025 года, в которых описаны обстоятельства ее нуждаемости в социальных услугах, а также отзыв на иск от поставщика услуг. В анкете-опроснике отсутствуют галочки в разделе в п. 1.8.4 «Степень выраженности ограничений основных категория жизнедеятельности гражданина», нет сведений об иных гражданах, участвующих в ее жизни, указаны падения за последнее время.

В возражениях на апелляционную жалобу третье лицо министерство труда, занятости и социального развития Архангельской области просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу ответчик ГКУ АО «Архангельский областной центр социальной защиты населения» просит решение оставить без изменения, считает, оно является законным и обоснованным. Указывает, что при определении объема социальных услуг ФИО1 учитывалось, что она проживает в трехкомнатной, благоустроенной квартире, где имеется водопровод, центральное отопление, водоотведение. В квартире имеется стиральная машина-автомат. С учетом этих обстоятельств был определен объем услуг по выносу мусора, стирке вещей, поднесению топлива, гигиенических услуг. При этом по сравнению с предыдущей программой социальные услуги сокращены незначительно, добавлена услуга – доставка и сдача в библиотеку книг, газет, журналов. Вид и количество социальных услуг в программе определены на основе анализа жилищных условий истца, <данные изъяты>, предоставленных самим истцом сведений о выполнении некоторых жизненных потребностей. Программа ею подписана. В медицинской документации сведений, которые бы указывали на ограничение жизнедеятельности истца, не содержится. Обращает внимание, что дочь истца состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО6 и осуществляла функции социального работника. Полагает, ущемления и нарушения прав истца ответчиком не допущено.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца ФИО2 доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержала.

Представитель ГКУ АО «Архангельский областной центр социальной защиты населения» ФИО3 с доводами апелляционной жалобы не согласилась по основаниям, изложенным в возражениях на нее, дополнив, что при составлении для истца индивидуальной программы предоставления социальных услуг учреждением учитывались предыдущая программа, условия жизни, <данные изъяты>, тяжелых заболеваний, наличие родственников. Несмотря на то, что состояние здоровья истца не улучшилось, условия жизни также остались прежними, сотрудники учреждения, оценив вышеизложенное, критерии нуждаемости, при наблюдении за истцом пришли к выводу о незначительном сокращении услуг по сравнению с ранее разработанной программой. Баллы, учтенные при составлении программы, учитывались по аналогии с назначением социальных услуг по уходу, включаемых в социальный пакет долговременного ухода. Обращает внимание, что истцом медицинских документов сотрудникам предоставлено не было, они ими не оценивались, но и в них отсутствуют какие-либо сведения о том, что истец нуждается в тех социальных услугах, которые ею указаны в заявлении. Кроме того, считает, истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора. При этом не оспаривала, что в случае его соблюдения оценка правильности составления программы осуществлялась бы по документам, а не фактическому наблюдению за истцом, ее условиями жизни.

Третье лицо ИП ФИО6 поддержала доводы апелляционной жалобы, указав, что именно с ней был заключен договор как с поставщиком социальных услуг. Ранее разработанная для истца программа ею реализовывалась в полном объеме. Истец, <данные изъяты>, нуждается в тех социальных услугах, которые ей предоставлялись на основании ранее разработанной программы и указаны ею в заявлении. Также пояснила, что в квартире истца действительно имеется центральное отопление, однако квартира расположена на первом этаже деревянного дома, истец проживает в районе Крайнего Севера, где, несмотря на наличие отопления, даже в летнее время требуется топка печей. Кроме того, в квартире отсутствует кухня, имеется кухонный очаг, также требующий постоянной топки, в связи с чем сокращение в новой программе такой услуги как поднесение дров с 15 шт. еженедельно до 5 шт. еженедельно не будет соответствовать критерию нуждаемости. Кроме того, у истца частые головокружения, наклоняться ей тяжело. В остальном поддержала изложенное ею в заключении о выполнении индивидуальной программы предоставления социальных услуг, отзыве на иск.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции иные лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Третье лицо ФИО5 просит о рассмотрении дела без ее участия.

В соответствии с ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, заслушав представителя истца, представителя ответчика, третье лицо, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 28 апреля 2022 года истцу разработана индивидуальная программа предоставления социальных услуг №. Данная программа разработана до 27 апреля 2025 года. При этом ею определены такие социально-бытовые услуги как: вынос мусора из жилых помещений объемом предоставления 5 штук еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом книг, газет, журналов объемом предоставления 1 штука еженедельно, топка печей объемом предоставления 5 штук еженедельно, помощь в приготовлении пищи объемом предоставления3 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя услуг и доставка на дом продуктов питания – 3 штуки еженедельно, уборка жилых помещений – 2 штуки еженедельно, поднесение топлива к печам - 15 штук еженедельно, предоставление гигиенических услуг лицам, неспособным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять за собой уход, - 5 штук еженедельно, стирка вещей объемом 2 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом средств санитарии и гигиена, средств ухода - 2 штуки ежемесячно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом промышленных товаров первой необходимости – 1 штука ежемесячно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом лекарственных препаратов – 2 штуки ежемесячно, оплата за счет средств получателя социальных услуг жилищно-коммунальных услуг и услуг связи - 2 штуки ежемесячно, а также социально-медицинских услуг: выполнение процедур, связанных сохранением здоровья получателей социальных услуг (измерение температуры тела, артериального давления, контроль за приемом лекарственных препаратом и др.), объемом предоставления 5 штук еженедельно, систематическое наблюдение за получателями социальных услуг для выявления отклонений в состоянии здоровья – 5 штук еженедельно, содействие в обеспечении лекарственными препаратами и изделиями медицинского назначения по заключению врачей – 2 штуки ежемесячно, содействие в получении медицинской помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области, в том числе в выписке рецептов, объемом предоставления 2 штуки ежемесячно.

28 апреля 2025 года истец обратилась в отделение социальной защиты населения по Лешуконскому району с заявлением о признании ее нуждающейся в социальном обслуживании на дому и документами, указав в заявлении, в каких социальных услугах она нуждается, в частности истец указала на тот вид и тот объем услуг, за исключением услуги по содействию в обеспечении лекарственными препаратами и изделиями медицинского назначения по заключению врачей, которые были указаны в ранее разработанной программе и дополнительно она указала, что нуждается в помощи в прочтении и написании писем и различных документов объемом предоставления 1 раз в неделю, социально-психологическом патронаже – 1 раз в месяц, формировании позитивных интересов – 4 раза в год, организации досуга – 4 раза в год, содействии в выписке периодических изданий – 2 раза в год.

Решением ответчика от 28 апреля 2025 года № истец признана нуждающейся в социальном обслуживании с 28 апреля 2025 года.

28 апреля 2025 года для истца составлена индивидуальная программа предоставления социальных услуг №. Данная программа по виду и объему услуг сокращена по сравнению с ранее разработанной программой.

Обращаясь с настоящим иском в суд, сторона истца полагает, что новая программа нарушает права истца, поскольку в ней сокращена часть услуг, в то время как в жизни истца ничего не изменилось, состояние здоровья, условия жизни, состав родственников остались неизменными, при ее составлении не учтен принцип сохранения для истца привычной благоприятной среды.

Разрешая спор, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что права истца ответчиком не нарушены, поскольку требования порядка пересмотра индивидуальной программы и проведения анкетирования сотрудниками ответчика соблюдены, установление степени индивидуальной нуждаемости соответствует действительности, виды и объем социальных услуг, содержащихся в индивидуальной программе предоставления социальных услуг, установлены в соответствии с действующим законодательством с учетом степени утраты способности к самообслуживанию и возможности обеспечения жизненных потребностей ввиду наличия заболеваний и преклонного возраста.

С данным выводом судебная коллегия согласиться не может в силу следующего.

В Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (ст. 7 Конституции Российской Федерации).

В силу ст. 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Вместе с тем, Конституция Российской Федерации, в соответствии с целями социального государства, гарантируя каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (ст. 39 ч. 1), и относя социальную защиту к совместному ведению Российской Федерации и ее субъектов (ст. 72), не устанавливает конкретные способы и объемы такой защиты, предоставляемой тем или иным категориям граждан. Разрешение этих вопросов отнесено к компетенции законодателя, который располагает свободой усмотрения при определении организационно-правовых форм и механизмов реализации социальной защиты, включая социальную поддержку, в частности при выборе или изменении условий их предоставления.

Правовые, организационные и экономические основы социального обслуживания граждан в Российской Федерации, полномочия федеральных органов государственной власти и полномочия органов государственной власти субъектов Российской Федерации в сфере социального обслуживания граждан, права и обязанности получателей социальных услуг, права и обязанности поставщиков социальных услуг устанавливает Федеральный закона от 28 декабря 2013 года № 442-ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации» (далее - «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации»).

Исходя из ст. 4 данного закона, социальное обслуживание основывается на соблюдении прав человека и уважении достоинства личности, носит гуманный характер и не допускает унижения чести и достоинства человека.

Социальное обслуживание осуществляется на следующих принципах:

1) равный, свободный доступ граждан к социальному обслуживанию вне зависимости от их пола, расы, возраста, национальности, языка, происхождения, места жительства, отношения к религии, убеждений и принадлежности к общественным объединениям; 2) адресность предоставления социальных услуг; 3) приближенность поставщиков социальных услуг к месту жительства получателей социальных услуг, достаточность количества поставщиков социальных услуг для обеспечения потребностей граждан в социальном обслуживании, достаточность финансовых, материально-технических, кадровых и информационных ресурсов у поставщиков социальных услуг; 4) сохранение пребывания гражданина в привычной благоприятной среде; 5) добровольность; 6) конфиденциальность.

В ст. 9 указанного Федерального закона закреплены права получателей социальных услуг, это, в том числе право на получение бесплатно в доступной, форме информации о своих правах и обязанностях, видах социальных услуг, сроках, порядке и об условиях их предоставления, о тарифах на эти услуги и об их стоимости для получателя социальных услуг, о возможности получения этих услуг бесплатно, а также о поставщиках социальных услуг, право на защиту своих прав и законных интересов в соответствии с законодательством Российской Федерации и право на участие в составлении индивидуальных программ.

Гражданин признается нуждающимся в социальном обслуживании в случае, если существуют следующие обстоятельства, которые ухудшают или могут ухудшить условия его жизнедеятельности, в частности полная или частичная утрата способности либо возможности осуществлять самообслуживание, самостоятельно передвигаться, обеспечивать основные жизненные потребности в силу заболевания, травмы, возраста или наличия инвалидности (п. 1 ч. 1 ст. 15 ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации»).

Согласно ст. 16 ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации», индивидуальная программа предоставления социальных услуг гражданину является документом, в котором указаны форма социального обслуживания, виды, объем, периодичность, условия, сроки предоставления социальных услуг, перечень рекомендуемых поставщиков социальных услуг, а также мероприятия по социальному сопровождению, осуществляемые в соответствии со ст. 22 данного федерального закона.

Индивидуальная программа составляется исходя из потребности гражданина в социальных услугах, пересматривается в зависимости от изменения этой потребности, но не реже чем раз в три года. Пересмотр индивидуальной программы осуществляется с учетом результатов реализованной индивидуальной программы.

Индивидуальная программа для гражданина или его законного представителя имеет рекомендательный характер, для поставщика социальных услуг - обязательный характер.

Индивидуальная программа составляется в двух экземплярах. Экземпляр индивидуальной программы, подписанный уполномоченным органом субъекта Российской Федерации или уполномоченной организацией, передается гражданину или его законному представителю в срок не более чем десять рабочих дней со дня подачи заявления гражданина о предоставлении социального обслуживания. Второй экземпляр индивидуальной программы остается в уполномоченном органе субъекта Российской Федерации или в уполномоченной организации (ст. 16 данного Закона).

Социальные услуги предоставляются гражданину на основании договора о предоставлении социальных услуг, заключаемого между поставщиком социальных услуг и гражданином или его законным представителем, в течение суток с даты представления индивидуальной программы поставщику социальных услуг (ч. 1 ст. 17 ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации»).

Правовое регулирование социального обслуживания граждан осуществляется на основании настоящего Федерального закона, других федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а также законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации (ст. 2 указанного выше закона).

Порядок признания граждан нуждающимися в социальном обслуживании и составления индивидуальной программы предоставления социальных услуг государственными организациями социального обслуживания граждан Архангельской области, находящимися в ведении министерства труда, занятости и социального развития Архангельской области утвержден Постановлением Правительства Архангельской области от 18 декабря 2018 года № 594-пп (далее – Порядок № 594пп).

Данным порядком установлены правила обращения граждан, порядок рассмотрения запроса, признания гражданина нуждающимся в социальном обслуживании, а также порядок составления индивидуальной программы, досудебный порядок обжалования действия (бездействия) уполномоченной организации и ее работников.

Как указано в п. 7 порядка, основанием для рассмотрения вопроса о предоставлении социального обслуживания является заявление гражданина или его законного представителя о предоставлении социального обслуживания либо обращение в его интересах иных граждан, государственных органов, органов местного самоуправления, общественных объединений.

Заявители для признания гражданина нуждающимся в социальном обслуживании представляют в уполномоченную организацию, в том числе заявление по утвержденной форме.

Уполномоченная организация при рассмотрении запроса, в том числе проверяет информацию о наличии у гражданина действующей индивидуальной программы, перечне социальных услуг, предоставленных гражданину или предоставляемых гражданину, периодичности и результатах предоставления социальных услуг в государственной информационной системе Архангельской области «Регистр получателей социальных услуг в Архангельской области» (п. 21 Порядка).

Согласно п. 31, п. 32 Порядка, уполномоченная организация в случаях принятия решений о признании совершеннолетнего гражданина нуждающимся в социальном обслуживании, составляет индивидуальную программу в двух экземплярах по форме, утвержденной приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 10 ноября 2014 года N 874н. Заявитель вправе принимать участие в составлении индивидуальной программы.

Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации утверждены приказом от 30 июля 2014 года № 500н, Рекомендации по определению индивидуальной потребности в социальных услугах получателей социальных услуг. В силу указанных рекомендаций, при определении индивидуальной потребности рекомендуется установить необходимую форму социального обслуживания, виды, объем, периодичность, условия, сроки предоставления социальных услуг, перечень рекомендуемых поставщиков социальных услуг получателям социальных услуг, указанным в ч. 1 ст. 15 ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации».

Определение индивидуальной потребности в социальных услугах рекомендуется проводить на основании оценки условий жизнедеятельности гражданина, а также обстоятельств, которые ухудшают или могут ухудшить условия его жизнедеятельности.

Индивидуальную потребность в социальных услугах получателей социальных услуг рекомендуется определять исходя из принципа сохранения пребывания гражданина в привычной благоприятной среде.

При оценке условий жизнедеятельности гражданина рекомендуется исходить, в том числе, из условий проживания и состава семьи гражданина, дохода, учитываемого для расчета величины среднедушевого дохода для предоставления социальных услуг бесплатно, медицинских документов, характеризующих состояние здоровья гражданина и отсутствие у него медицинских противопоказаний к получению социальных услуг в организации социального обслуживания, предоставляющей социальные услуги в стационарной форме (на основании заключения медицинской организации); результаты реализованной индивидуальной программы предоставления социальных услуг, иных условий, определяющих индивидуальную потребность гражданина в социальных услугах.

Для установления формы или форм социального обслуживания в соответствии с индивидуальной потребностью получателя социальных услуг рекомендуется составлять примерный (предварительный) перечень видов, объема, периодичности, условий, сроков предоставления социальных услуг по формам социального обслуживания, который рекомендуется предложить получателю социальных услуг для ознакомления.

Из анализа вышеуказанных норм закона, Порядка и Рекомендаций следует, что социальное обслуживание должно гарантировать определенность и максимально возможную его стабильность, а также индивидуализацию защиты от социальных рисков, в частности, путем составления индивидуальных программ, составление которых осуществляется уполномоченным органом субъекта или уполномоченной организацией, свободных при их составлении в выборе форм социального обслуживания, видов, объема, периодичности, условий, сроков предоставления социальных услуг. Вместе с тем, действующее законодательство исходит из того, что составление индивидуальной программы должно осуществляться таким образом, чтобы соблюдался один из основных принципов социального обслуживания - это сохранение пребывания гражданина в привычной благоприятной среде с учетом индивидуальной потребности каждого гражданина в социальных услугах, таких основных условий жизнедеятельности гражданина, как условий проживания и состава семьи гражданина, дохода, медицинских документов и результатов реализованной индивидуальной программы предоставления социальных услуг и наличии/отсутствии изменений в его жизни, влекущие определение потребности в социальных услугах, и произошедшие после составления реализованной индивидуальной программы.

Таким образом, с учетом приведенных норм материального права юридически значимыми обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора, являлось установление того, составлена ли индивидуальная программа с учетом условий жизнедеятельности гражданина, наличии/отсутствии потребности в тех или иных социальных услугах с учетом изменений в его жизни и соблюден ли при ее составлении принцип социального обслуживания - сохранение пребывания гражданина в привычной благоприятной среде.

Как указано выше, ответчиком в 2025 году для истца, признанной нуждающейся в социальном обслуживании, составлена индивидуальная программа предоставления социальных услуг. При ее составлении проводился опрос, составлена анкета-опросник, с которой истец ознакомлен.

Из анкеты-опросника следует, что истец проживает в <адрес><адрес>. Проживает одна в квартире, находящейся в деревянном доме, где имеются отопление, электроснабжение, водоснабжение и водоотведение, отсутствует место для купания, имеется печь, электроплита. В качестве родственников, участвующих в жизни истца, указана дочь истца ФИО Указано в качестве заключения об уровне нуждаемости: не установлен уровень нуждаемости, поскольку определено количество баллов в диапазоне от 0 до 15 баллов. Также указаны рекомендуемые виды социальных услуг (без периодичности, объема).

Из пояснений стороны ответчика следует, что при составлении для истца программы учитывались все условия ее жизнедеятельности, в том числе наличие у истца дочери, внука, наличие удобств в квартире, возможность истца самостоятельно передвигаться без помощи каких-либо технических средств реабилитации. Объем ряда услуг если и сокращен, то незначительно. При этом при ее составлении учитывались результаты ранее составленной программы и не учитывались медицинские документы, так как они истцом не представлены работникам учреждения.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судебная коллегия считает, что в данном случае стороной ответчика не представлено доказательств, подтверждающих составление для истца индивидуальной программы предоставления социальных услуг в соответствии с вышеназванными требованиями.

Из материалов дела следует и это не оспаривается ответчиком, что после 2022 года (составления первоначальной программы) в жизни истца ничего не изменилось, условия проживания, состав близких родственников, состояние здоровья остались прежними. Однако, несмотря на это, ряд социальных услуг по сравнению с ранее реализованной программой или объем некоторых услуг в новой программе сокращены. Сокращение, исходя из пояснений стороны ответчика, обусловлено исследованием условий жизнедеятельности истца. Вместе с тем, обстоятельств, определяющих отсутствие потребности истца в таких социальных услугах и таких объемах как: вынос мусора из жилых помещений объемом предоставления 5 штук еженедельно, топка печей объемом предоставления 5 штук еженедельно, поднесение топлива к печам объемом предоставления 15 штук еженедельно, предоставление гигиенических услуг лицам, неспособным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять за собой уход, объемом 2 штуки еженедельно, стирка вещей объемом 2 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом средств санитарии и гигиена, средств ухода объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, оплата за счет средств получателя социальных услуг жилищно-коммунальных услуг и услуг связи объемом предоставлен 2 штуки ежемесячно, выполнение процедур, связанных сохранением здоровья получателей социальных услуг (измерение температуры тела, артериального давления, контроль за приемом лекарственных препаратом и др.), объемом предоставления 5 штук еженедельно, содействие в получении медицинской помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области, в том числе в выписке рецептов, объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, указанных ею в заявлении, стороной ответчика не приведено. Доказательств, подтверждающих необходимость сокращения услуг по сравнению с ранее разработанной программой, чем обусловлено их сокращение при отсутствии в жизни истца изменений, не представлено.

Таким образом, в данном случае сокращение социальных услуг по виду и объему по сравнению с ранее разработанной программой не было обусловлено обстоятельствами, с которыми законодательство связывает определение объема и вида социальных услуг, – отсутствие потребности в них. Изменение вида и объема социальных услуг определено на основе мнения сотрудников учреждения, проводивших анкетирование, при этом ничем не подтвержденным, в то время как отсутствие потребности в тех или иных социальных услугах либо в конкретном их объеме не может основываться на субъективном мнении сотрудников, должно подтверждаться достаточным количеством доказательств. Судебной коллегией разъяснялись стороне ответчика положения ст. 56 ГПК РФ, предлагалось представить соответствующие доказательства, однако сторона ответчика от их предоставления отказалась (указала на отсутствие необходимости вызова специалистов, назначения экспертизы), ссылаясь в подтверждение правомерности своих действий лишь на письменные возражения и пояснения по делу, мнение лиц, проводивших анкетирование истца.

Отсутствуют и основания считать, что ответчиком при составлении программы в 2025 году учитывались результаты ранее реализованной программы. Каким образом ответчик учитывал ее результаты, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии потребности истца в вышеназванных услугах и в названном объеме, ответчик доводов не привел. Так, обоснование того, в связи с чем ответчик посчитал необходимым предоставить истцу такую социальную услугу как поднесение топлива к печам, при этом отказал в услуге по топке печей, отсутствует, в то время как без топки печей поднесение топлива к ним и не требуется. Сокращение объема предоставления такой услуги как поднесение топлива к печам с 15 шт. еженедельно до 5 шт. еженедельно, при том, что истец проживает в районе Крайнего Севера, и, согласно ее пояснениям и пояснениям третьего лица ФИО6 (поставщика социальных услуг), топит печи ежедневно, в том числе в летний период, признать соответствующим индивидуальной потребности истца в этой услуге и объеме нельзя. Аналогично не приведено обоснования и в отношении иных вышеперечисленных социальных услуг, сокращенных по виду или объему по сравнению с ранее разработанной программой.

Не оспаривает ответчик, что им при составлении индивидуальной программы не учитывались медицинские документы истца, что не соответствует требованиям законодательства.

Вместе с тем, ранее программой определен вид и объем социальных услуг, которые для истца за 3 года ее (программы) действия стали привычными, и, по мнению истца, были максимально приспособлены для ее нужд и потребностей личного характера, направлены на максимально возможную компенсацию нарушений функций организма, повышения качества ее жизни.

Учитывая изложенное, составление программы в 2025 году без учета медицинских документов, результатов ранее составленной программы, отсутствия в жизни истца изменений и обстоятельств, определяющих отсутствие потребности истца в социальных услугах, указанных в ранее составленной программе, не отвечает принципу сохранения пребывания гражданина в привычной благоприятной среде, установленному ст. 4 ФЗ «Об основах социального обслуживания граждан в Российской Федерации», под которым следует понимать не только пребывание дома, но и сохранение проживания дома в привычных жизненных условиях и привычной реализации жизненных потребностей, привычной организации быта. При том, что в жизни истца ничего не изменилось, основания для отказа в предоставлении таких социальных услуг и в таком объеме как вынос мусора из жилых помещений объемом предоставления 5 штук еженедельно, топка печей объемом предоставления 5 штук еженедельно, поднесение топлива к печам объемом предоставления 15 штук еженедельно, предоставление гигиенических услуг лицам, неспособным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять за собой уход, объемом 2 штуки еженедельно, стирка вещей объемом 2 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом средств санитарии и гигиена, средств ухода объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, оплата за счет средств получателя социальных услуг жилищно-коммунальных услуг и услуг связи объемом предоставлен 2 штуки ежемесячно, выполнение процедур, связанных сохранением здоровья получателей социальных услуг (измерение температуры тела, артериального давления, контроль за приемом лекарственных препаратом и др.), объемом предоставления 5 штук еженедельно, содействие в получении медицинской помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области, в том числе в выписке рецептов, объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, у ответчика отсутствовали, в связи с чем его отказ в них законным не является. При этом объем и вид услуг не превышают вид услуг и их объем, предусмотренные примерным перечнем социальных услуг и стандартам.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что требования законодательства при составлении истцу программы не нарушены, установление степени индивидуальной нуждаемости соответствует действительности, нельзя признать правильным. Признание судом того, что программа предоставления истцу социальных услуг по их виду и объему соответствует действительности, степени индивидуальной нуждаемости истца, сделано при отсутствии доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости. Юридически значимое обстоятельство – составление программы с соблюдением принципа сохранения пребывания гражданина в привычной благоприятной среде, судом не устанавливалось.

Принимая во внимание, что в данном случае ответчик как такового решения об отказе в предоставлении ряда социальных услуг не принимал, объем и вид социальных услуг указан в программе от 28 апреля 2025 года №, где отсутствуют некоторые социальные услуги либо их объем не аналогичен ранее разработанной программе, заявлению истца, следует признать незаконным отказ ответчика во включении в индивидуальную программу предоставления социальных услуг от 28 апреля 2025 года №, составленную для истца, следующих социальных услуг: вынос мусора из жилых помещений объемом предоставления 5 штук еженедельно, топка печей объемом предоставления 5 штук еженедельно, поднесение топлива к печам объемом предоставления 15 штук еженедельно, предоставление гигиенических услуг лицам, неспособным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять за собой уход, объемом 2 штуки еженедельно, стирка вещей объемом 2 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом средств санитарии и гигиены, средств ухода объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, оплата за счет средств получателя социальных услуг жилищно-коммунальных услуг и услуг связи объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, выполнение процедур, связанных сохранением здоровья получателей социальных услуг, объемом предоставления 5 штук еженедельно, содействие в получении медицинской помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области, в том числе в выписке рецептов, объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, а также возложить на ответчика обязанность устранить допущенные нарушения путем включения в индивидуальную программу предоставления социальных услуг от 28 апреля 2025 года №, составленную для истца следующие социальные услуги: вынос мусора из жилых помещений объемом предоставления 5 штук еженедельно, топка печей объемом предоставления 5 штук еженедельно, поднесение топлива к печам объемом предоставления 15 штук еженедельно, предоставление гигиенических услуг лицам, неспособным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять за собой уход, объемом 2 штуки еженедельно, стирка вещей объемом 2 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом средств санитарии и гигиены, средств ухода объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, оплата за счет средств получателя социальных услуг жилищно-коммунальных услуг и услуг связи объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, выполнение процедур, связанных сохранением здоровья получателей социальных услуг объемом предоставления 5 штук еженедельно, содействие в получении медицинской помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области, в том числе в выписке рецептов, объемом предоставления 2 штуки ежемесячно.

Вместе с тем, судебная коллегия не усматривает оснований для возложения на ответчика обязанности по внесению в программу таких социальных услуг как проведение оздоровительных мероприятий – 3 раза в неделю, оказание помощи в прочтении и написании писем и различных документов объемом предоставления 1 раз в неделю, социально-психологическом патронаже – 1 раз в месяц, формировании позитивных интересов – 4 раза в год, организации досуга – 4 раза в год, содействии в выписке периодических изданий – 2 раза в год. Данные услуги в ранее разработанной программе отсутствовали. Доказательства того, что истец в них нуждается, в деле отсутствуют, основания считать, что в случае их невключения будет нарушен принцип сохранения пребывания гражданина в привычной благоприятной среде, отсутствуют.

Иные социальные услуги истец в своем заявлении от 28 апреля 2025 года не просила предоставить, а поскольку в иске сторона истца просила устранить нарушения путем увеличения объема и вида социальных услуг, согласно поданному заявлению, суд в силу ст. 196 ГПК РФ принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Доводы стороны ответчика о том, истец не является одинокой, у нее имеются дочь и внук, при том, что состав семьи истца с 2022 года, условия жизни не изменились, при составлении программы в 2022 году состав близких родственников являлся таким же, как и в 2025 году, к числу обстоятельств, определяющих отсутствие потребности истца в тех социальных услугах и в том объеме, которые были предоставлены с 2022 года, отнесены быть не могут.

Ссылки стороны ответчика на то, что дочь истца состояла в трудовых отношениях с ИП ФИО6 и осуществляла функции социального работника, правового значения для настоящего спора не имеют.

Непредоставление истцом медицинских документов не свидетельствует о том, что они не подлежали учету при составлении программы. В таком случае ответчик обязан был разъяснить истцу необходимость их предоставления, однако доказательств того, что такие разъяснения истцу давались, в деле не имеется. Кроме того, по мнению представителя ответчика, письменных возражений, имеющиеся медицинские документы никак бы и не повлияли на вид социальных услуг и их объем, указанный в программе от 28 апреля 2025 года №, поскольку состояние здоровья истца не является тяжелым, <данные изъяты>, за период с 2022-2025 годы оно осталось прежним.

Ссылки стороны ответчика на несоблюдение истцом досудебного порядка урегулирования спора, основанием для оставления иска без рассмотрения являться не могут.

В силу п. п. 38, 39 Порядка № 594пп, заявитель вправе в досудебном (внесудебном) порядке обратиться с жалобой на решения и действия (бездействие) уполномоченной организации, работников уполномоченных организаций (далее - жалоба). Жалобы подаются: 1) на решения и действия (бездействие) руководителя уполномоченной организации - министру труда, занятости и социального развития Архангельской области; 2) на решения и действия (бездействие) работников уполномоченной организации - руководителю уполномоченной организации.

Как разъяснено, в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства», суд первой инстанции или суд апелляционной инстанции, рассматривающий дело по правилам суда первой инстанции, удовлетворяет ходатайство ответчика об оставлении иска без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного порядка урегулирования спора, если оно подано не позднее дня представления ответчиком первого заявления по существу спора и ответчик выразил намерение его урегулировать, а также если на момент подачи данного ходатайства не истек установленный законом или договором срок досудебного урегулирования и отсутствует ответ на обращение либо иной документ, подтверждающий соблюдение такого урегулирования (ч. 4 ст. 1 ст. 222 ГПК РФ).

Если ответчик своевременно не заявил указанное ходатайство, то его довод о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора не может являться основанием для отмены судебных актов в суде апелляционной или кассационной инстанции, поскольку иное противоречило бы целям досудебного урегулирования споров (ст. ст. 327.1, 328, 330, 379.6 и 379.7 ГПК РФ).

Из материалов дела следует, что ответчик в суде первой инстанции на несоблюдение истцом досудебного порядка урегулирования спора не ссылался, активно возражал против удовлетворения требований истца, ссылаясь на отсутствие оснований для их удовлетворения, что лишь подтверждает отсутствие возможности урегулировать спор в досудебном порядке, ввиду чего у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для оставления иска без рассмотрения после того, как спор между сторонами разрешен судом первой инстанции.

В соответствии с п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.

В силу п. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 2 ст. 1101 ГК РФ установлено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года).

Пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года разъяснено, что в случаях, если законом предусмотрена обязанность ответчика компенсировать моральный вред в силу факта нарушения иных прав потерпевшего (например, ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»), при доказанности факта нарушения права гражданина (потребителя) отказ в удовлетворении требования о компенсации морального вреда не допускается.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года, на основании ч. 1 ст. 151 ГК РФ суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причинённого незаконными действиями (бездействием) государственных органов, органов местного самоуправления, должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, нарушающих имущественные права гражданина, исходя из норм ст. 1069 и п. 2 ст. 1099 ГК РФ, рассматриваемых во взаимосвязи, компенсации не подлежит. Вместе с тем моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан. Например, несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на получение мер социальной защиты (поддержки), социальных услуг, предоставляемых в рамках социального обслуживания и государственной социальной помощи, иных социальных гарантий, осуществляемое в том числе в виде денежных выплат (пособий, субсидий, компенсаций и т. д.), может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда, если указанные нарушения лишают гражданина возможности сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, обеспечения достоинства личности.

Как указано выше, действия ответчика по составлению программы для истца без учета ряда социальных услуг, ранее предоставлявшихся, или в меньшем объеме признаны незаконными.

При таких обстоятельствах, учитывая, что ввиду неправомерных действий ответчика нарушены права истца на своевременное предоставление социальных услуг в связи с нуждаемостью в социальном обслуживании, такие действия не могли не причинить нравственных страданий истцу, выразившихся в чувстве страха, унижения, обиды, волнения. В этой связи, поскольку истец не был своевременно обеспечен необходимыми ему социальными услугами и обеспечен ими в меньшем объеме, а также учитывая, что предусмотренная законом процедура предоставления лицам, нуждающимся в социальном обслуживании, направлена на создание им достойных условий жизни, поддержание их жизнедеятельности, сохранение их здоровья (состояния физического, психического и социального благополучия человека) и в связи с этим на обеспечение достоинства их личности, что и есть охраняемые законом нематериальные блага, нарушенные ответчиком, судебная коллегия приходит к выводу о том, что на ответчике лежит обязанность по компенсации истцу морального вреда.

Определяя размер его компенсации, судебная коллегия учитывает возраст истца (74 года), не предоставление некоторых социальных услуг либо предоставление в меньшем объеме в течение более чем полугода, требования разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

Заявленный истцом размер компенсации морального вреда в 50 000 рублей, учитывая фактические обстоятельства данного дела, не будет отвечать принципам разумности и справедливости.

Учитывая изложенное, решение суда как постановленное с нарушением норм материального права и при неправильном определении обстоятельств, имеющих значение для дела, на основании ст. 330 ГПК РФ подлежит отмене с принятием по делу нового решения о частичном удовлетворении требований истца, признании незаконным отказа ответчика во включении в индивидуальную программу предоставления социальных услуг от 28 апреля 2025 года №, составленную для истца, следующих социальных услуг: вынос мусора из жилых помещений объемом предоставления 5 штук еженедельно, топка печей объемом предоставления 5 штук еженедельно, поднесение топлива к печам объемом предоставления 15 штук еженедельно, предоставление гигиенических услуг лицам, неспособным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять за собой уход, объемом 2 штуки еженедельно, стирка вещей объемом 2 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом средств санитарии и гигиены, средств ухода объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, оплата за счет средств получателя социальных услуг жилищно-коммунальных услуг и услуг связи объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, выполнение процедур, связанных сохранением здоровья получателей социальных услуг, объемом предоставления 5 штук еженедельно, содействие в получении медицинской помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области, в том числе в выписке рецептов, объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, возложении на ответчика обязанности включить в индивидуальную программу предоставления социальных услуг от 28 апреля 2025 года №, составленную для истца следующие социальные услуги: вынос мусора из жилых помещений объемом предоставления 5 штук еженедельно, топка печей объемом предоставления 5 штук еженедельно, поднесение топлива к печам объемом предоставления 15 штук еженедельно, предоставление гигиенических услуг лицам, неспособным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять за собой уход, объемом 2 штуки еженедельно, стирка вещей объемом 2 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом средств санитарии и гигиены, средств ухода объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, оплата за счет средств получателя социальных услуг жилищно-коммунальных услуг и услуг связи объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, выполнение процедур, связанных сохранением здоровья получателей социальных услуг объемом предоставления 5 штук еженедельно, содействие в получении медицинской помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области, в том числе в выписке рецептов, объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5000 рублей 00 копеек. В удовлетворении остальной части исковых требований истца надлежит отказать.

Истец при обращении в суд освобождена от уплаты государственной пошлины (ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации), в связи с чем основания для взыскания с ответчика в ее пользу государственной пошлины отсутствуют. Истец на основании ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации не лишена возможности решить вопрос о возврате уплаченной государственной пошлины в порядке ст. 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст. 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда города Архангельска от 8 октября 2025 года отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к государственному казенному учреждению Архангельской области «Архангельский областной центр социальной защиты населения» о признании решения незаконным, понуждении устранить допущенные нарушения, взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным отказ государственного казенного учреждения Архангельской области «Архангельский областной центр социальной защиты населения» (№) во включении в индивидуальную программу предоставления социальных услуг от 28 апреля 2025 года №, составленную для ФИО1 (№), следующих социальных услуг: вынос мусора из жилых помещений объемом предоставления 5 штук еженедельно, топка печей объемом предоставления 5 штук еженедельно, поднесение топлива к печам объемом предоставления 15 штук еженедельно, предоставление гигиенических услуг лицам, неспособным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять за собой уход, объемом 2 штуки еженедельно, стирка вещей объемом 2 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом средств санитарии и гигиены, средств ухода объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, оплата за счет средств получателя социальных услуг жилищно-коммунальных услуг и услуг связи объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, выполнение процедур, связанных сохранением здоровья получателей социальных услуг, объемом предоставления 5 штук еженедельно, содействие в получении медицинской помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области, в том числе в выписке рецептов, объемом предоставления 2 штуки ежемесячно.

Возложить на государственное казенное учреждение Архангельской области «Архангельский областной центр социальной защиты населения» (№) обязанность включить в индивидуальную программу предоставления социальных услуг от 28 апреля 2025 года №, составленную для ФИО1 (№), следующие социальные услуги: вынос мусора из жилых помещений объемом предоставления 5 штук еженедельно, топка печей объемом предоставления 5 штук еженедельно, поднесение топлива к печам объемом предоставления 15 штук еженедельно, предоставление гигиенических услуг лицам, неспособным по состоянию здоровья самостоятельно осуществлять за собой уход, объемом 2 штуки еженедельно, стирка вещей объемом 2 штуки еженедельно, покупка за счет средств получателя социальных услуг и доставка на дом средств санитарии и гигиены, средств ухода объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, оплата за счет средств получателя социальных услуг жилищно-коммунальных услуг и услуг связи объемом предоставления 2 штуки ежемесячно, выполнение процедур, связанных сохранением здоровья получателей социальных услуг объемом предоставления 5 штук еженедельно, содействие в получении медицинской помощи в государственных медицинских организациях Архангельской области, в том числе в выписке рецептов, объемом предоставления 2 штуки ежемесячно.

Взыскать с государственного казенного учреждения Архангельской области «Архангельский областной центр социальной защиты населения» (№) в пользу ФИО1 (№) компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к государственному казенному учреждению Архангельской области «Архангельский областной центр социальной защиты населения» о признании решения незаконным, понуждении устранить допущенные нарушения отказать.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 января 2026 года.

Председательствующий Е.М. Бланару

Судьи А.В. Зайнулин

Т.В. Попова