Решение № 2-559/2020 2-559/2020~М-468/2020 М-468/2020 от 13 октября 2020 г. по делу № 2-559/2020

Дело №2-559/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 октября 2020 года г. Карасук

Карасукский районный суд Новосибирской области в составе:

председательствующего судьи Недобор С.Н.,

с участием прокурора Дроздецкого А.Ю.

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3, ФИО4, ФИО5

при секретаре Кузменко Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к общероссийской общественно-государственной организации «Добровольное общество содействия армии, авиации и флота России» (ДОСААФ России) о признании приказа об увольнении незаконным и его отмене, восстановлении на работе, взыскании морального вреда и размера невыплаченной заработной платы

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к общероссийской общественно-государственной организации «Добровольное общество содействия армии, авиации и флота России» (ДОСААФ России) о признании приказа об увольнении незаконным и его отмене, восстановлении на работе, взыскании морального вреда и размера невыплаченной заработной платы, в обоснование требований указав, что 01.11.2017 г. он был принят на работу начальником учреждения в обособленное подразделение ответчика, расположенное по адресу: <...>. Трудовой договор был заключен с ним на определенный срок с 14.11.2017 г. по 13.11.2020 г., место определено в г.Карасук, должность - начальник учреждения, размер заработной платы: базовый должностной оклад: 16 602,00 руб. Договор заключен на основании решения единственного учредителя от 01.11.2017 г. С 14.11.2017 г. он приступил к исполнению своих должностных обязанностей. 15.01.2020 года его ознакомили с актом проверки финансовой и хозяйственной деятельности за период с 2018-2019 гг. По итогам данной проверки он 22.01.2020 г. подал и.о. председателя Новосибирского регионального отделения ДОСААФ России ФИО3 объяснения. Согласно приказу №19-П от 06.05.2020 г. была назначена контрольная поверка, по устранению недостатков проверки от 30.12.2019 г. По итогам повторной проверки был принят акт итогов повторной проверки от 15.05.2020 г., из итогов которого ему, как руководителю учреждения, предложено было представить в Региональное отделение объяснение по указанным в акте нарушениям в срок до 20.05.2020 г., что им и было исполнено. 08.06.2020 г. ему сообщили, что руководителем РО ДОСААФ России было принято решение о расторжении с ним трудового договора на основании однократного грубого нарушения руководителем организации своих трудовых обязанностей. В чем выразились данные нарушения, и как они установлены, ему никто не объяснил. Он обратился с заявлением о том, что бы ему предоставили приказ об увольнении с причиной такого решения, и ему прислали по почте приказ № 7л/с от 08.06.2020 г. об увольнении за однократное грубое нарушение руководителем организации своих трудовых обязанностей, пп.10 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации. Никаких объяснений по итогам повторной проверки и возможности предоставить свои объяснения, ему никто не предлагал. Итоговый акт проверки, по которому бы он мог дать пояснения и предоставить необходимые документы, ему не предоставили. Никаких дисциплинарных наказаний по итогам проверки к нему не применялось. Ему пришло требование с предложением погасить непонятно как и кем установленный материальный ущерб в размере 4 343 267 руб. 04 коп., но как такая сумма образовалась и какие основания ему не понятно. Ему никаких требований по причинению материального ущерба не предъявлялось.

Истец просит на основании ст.ст.391, 394, 395 Трудового кодекса Российской Федерации признать приказ № 7л/с от 08.06.2020 г. с формулировкой увольнения его «за однократное грубое нарушение руководителем организации своих трудовых обязанностей, пп.10 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации» незаконным и отменить, восстановить его на работе в должности начальника учреждения, взыскать с ответчика в его пользу моральный вред в размере 50 000 руб., невыплаченную заработную плату за период с 09.06.2020 г. по 02.07.2020 г. в сумме 1 644 руб. в день за 14 рабочих дней 23 023,70 руб.

Впоследствии истцом уточнены исковые требования, просил взыскать с ответчика компенсацию за вынужденный прогул за период с 09.06.2020 г. по 17.09.2020 г. в размере 118 407,60 рублей, на момент рассмотрения дела судом на 14 октября 2020 года в сумме 149 654,05 рублей.

К участию в деле в качестве соответчика было привлечено Профессиональное образовательное учреждение «Карасукская автомобильная школа Общероссийской общественно-государственной организации «Добровольное общество содействия армии, авиации и флоту России».

В судебном заседании истец ФИО1 поддержал свои уточненные исковые требования в полном объеме, суду пояснил, что 5 июня 2020 года ему позвонил 25 и сообщил, что приедет на проверку техники. Он сообщил 26, что может быть будет на больничном. Утром 8 июня 2020 года он поехал в больницу, ему сделали укол. На работе он был, были ФИО4, 33, ФИО3, 34, достали акты, проверили технику, снова акты непонятные. На 13 часов попросили всех собрать. Он собрал коллектив, сделал доклад, потом руководство достало приказы об увольнении. Он давал объяснения 22 января и 20 мая. Ему дали акт от 25 мая 2020 года, а уволили его по другому акту. По истечению контракта он должен в Москву руководству написать о продлении контракта. По акту от 25 мая у него объяснения не просили. Больничный был электронный, он его сдал в бухгалтерию. Он ходил к 28, почему там фамилия 29 и почему несколько больничных листов от одного и того же числа, пояснить не может. ФИО3 и ФИО6 знали, что он на больничном. Акт ему отдали в кабинете, а через час уволили. Когда отдавали акт, он предупредил, что на больничном. Он не знал, что ФИО3 приедет. 32 не предупреждал о больничном, только в кабинете сказал об этом. Приказ огласили при всех, он отказался получать приказ, сказав, что он на больничном. Электронный адрес в скриншоте принадлежит ДОСААФ в Карасуке, но он приказ от 21 мая не получал. Приказ об исполнении за него обязанностей во время больничного, он издать не успел.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержал, суду пояснил, что с сентября 2019 года началась проверка финасово-хозяйственной деятельности, потом повторная по проверке от 30 декабря, фактически это была единая проверка. 15 мая был итоговый акт и по нему ФИО1 дал объяснения. Ответчик 25 мая делает акт проверки, называя его заключение и по данному акту уже никаких объяснений ФИО1 не давал. Данный акт вручили ФИО1 8 июня 2020 года, никаких разъяснений никто не потребовал. Одновременно с вручением акта произошло увольнение, объяснения не отобраны, еще и на больничном был. ФИО1 не оспаривает, что получил заключение. Акт об отказе в получении приказа сомнительный, так как составлен только должностными лицами.

Представитель ответчика ДОСААФ России ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, представила письменный отзыв на исковое заявление, указав, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению. На основании приказов и.о. председателя Новосибирского регионального отделения ДОСААФ России ФИО3 от 06.09.2019 г. №24-П, от 19.09.2019 г. № 24/2-П проведена проверка финансовой и хозяйственной деятельности ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России». Актом проверки финансовой и хозяйственной деятельности ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» от 30.12.2019 г. установлено, что в период с 2018-2019 гг. в учреждении были выявлены нарушения, предложено разработать Положение об оплате труда и Положение о премировании работников, согласовать указанное Положение и коллективный договор с Региональным отделением, и др. По факту нарушений, установленных актом проверки, ФИО1 представил объяснение от 22.01.2020 г. В период с 07.05.2020 г. по 08.05.2020 г. на основании приказа от 06.05.2020 г. № 19-П комиссией проведена повторная проверка по исполнению предложений по устранению нарушений, установленных актом проверки от 30.12.2019 г. Проверкой установлено, что на момент повторной проверки в учреждении не разработано Положение об оплате труда, в нарушение п.5.2.9 и 5.2.12 Устава ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» не представлены на согласование в Региональное отделение на момент повторной проверки локально-нормативные документы учреждения: штатное расписание от 17.12.2019 г. №3, Положение о порядке оплаты труда работников, коллективный договор ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» Новосибирской области. В нарушение Положения о порядке оплаты труда работников, сотрудникам учреждения с января 2018 г. по март 2020 г., на основании приказов руководителя были начислены и выплачены надбавки за интенсивность в сумме 1 283 007,21 руб. В нарушение п.2.4 Положения №2 с января 2018 г. по март 2020 г. необоснованно была начислена и выплачена ФИО1 ежемесячная надбавка к должностному окладу за непрерывный стаж работы в ДОСААФ России в сумме 560 078,16 руб. В нарушение п.3.4 трудового договора от 01.11.2017 г. № 198117-з ФИО1 размер начисленных и выплаченных премий и надбавок за интенсивность в 2018 г. составил в сумме 131 706.98 руб., в 2019 г. - 226 116,87 руб., в 2020 г. - 25 752,22 руб. (с учетом начисленных и перечисленных страховых взносов), всего в сумме 383 576,07 руб. В нарушение п.3.4 трудового договора ФИО1 лично сам издавал приказы о своем премировании без согласования с председателем Регионального отделения ДОСААФ России. Таким образом, в период с 2018 г. - март 2020 г. в результате необоснованно начисленных и выплаченных работникам учреждения и начальнику ФИО1 премий, надбавок за интенсивность, а также за непрерывный стаж работы ФИО1 в ДОСААФ России учреждению причинен материальный ущерб на сумму 3 054 617, 04 руб. Кроме того, в период с 2018 г. - март 2020 г. в результате выдачи бланков свидетельств гражданам, успешно сдавшим квалифицированный экзамен, без оформления договоров, без оплаты или частичной оплаты оказанных услуг, учреждению причинен материальный ущерб на сумму 1 288 650 руб. повлекший не доначисление отчислений в Централизованный бюджет ДОСААФ России в сумме 103 092,00 руб. С актом повторной проверки ФИО1 ознакомлен 18.05.2020 г., объяснение от 20.05.2020 г. №58 по факту нарушений представлено 21.05.2020 г. На основании приказа от 21.05.2020 г. №21-П проведена служебная проверка. 25.05.2020 г. оформлено заключение служебной проверки по фактам нарушений, выявленных актом повторной проверки от 15.05.2020 г. Приказ о проведении служебной проверки был направлен на адрес электронной почты учреждения от 21.05.2020 г. ФИО1 было предложено представить объяснение по всем фактам нарушений, установленных и отраженных в акте в срок до 16-00 часов 22 мая 2020 г. В установленный срок объяснение представлено не было. Проверкой установлено, что выявленные комиссией нарушения стали возможны в результате не выполнения начальником устава учреждения, трудового договора, должностной инструкции руководителя организации. Учитывая, что в результате грубого нарушения ФИО1 своих трудовых обязанностей материальный ущерб составил 4 343 267,04 руб., комиссий рекомендовано привлечь ФИО1 к дисциплинарной ответственности. С заключением служебной проверки ФИО1 был ознакомлен лично 08.06.2020 г., что подтверждается его подписью. Заключение являлось обобщением актов проверки по всем нарушениям, изложенным в актах. Приказ об увольнении был оглашен на совещании в учреждении 08.06.2020 г. в присутствии сотрудников ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» и членов комиссии, что подтверждается протоколом совещания от 08.06.2020 г. ФИО1 отказался от подписи в приказе об увольнении, в связи с чем, был оформлен акт от 08.06.2020 г. об отказе от подписи. Заработная плата с учетом компенсации за неиспользованный отпуск выплачена в полном объеме. 08.06.2020 г. ФИО1 в присутствии сотрудников учреждении был выдана трудовая книжка, где основанием увольнения указан приказ от 08.06.2020 г. №7 л/с. Процедура увольнения ФИО1 проведена в соответствии с действующим законодательством. Также суду пояснила, что акт по проверке от 30 декабря был получен ФИО1, ФИО1 дал по нему пояснения. Давали возможность поправить ситуацию первый квартал и апрель, но ситуация не изменилась. По объяснениям ФИО1 написал, что у них все хорошо, но ситуация еще больше усугубилась, а не исправилась. Выросли долги и фонд оплаты труда. Работодатель издал приказ о служебной проверке, 21 мая был направлен по электронной почте ФИО1, есть скриншот. В этом приказе было указано на предоставление объяснений, но объяснения не поступили. Имелись объяснения по актам проверок и комиссия составила заключение на основании всех актов с предложением о привлечении к дисциплинарной ответственности. По бухгалтеру даже не смогли принять решение, так как у бухгалтера не было должностной инструкции. 8 июня они приехали в школу с приказом в районе 8 часов, ФИО1 был на месте, помпезно встречая их. До обеда ФИО1 с комиссией обследовал машины, на 13 часов попросили собрать коллектив. Про больничный лист ФИО1 не говорил. В 13 часов собрали коллектив, ФИО1 выступил с докладом, что все хорошо, выступил ФИО3 о превышении фонда оплаты труда, зачитал приказ об увольнении ФИО1 от начала до конца. ФИО1 в ходе разбирательства в суде уже неоднократно менял свои пояснения: то не знаком с приказом, сегодня уже признал, что приказ зачитали. Около 14 часов ФИО1 покинул совещание, но находился на территории школы, ругался с 35. Никаких оснований полагать, что ФИО1 находится на больничном, не было. Никаких доказательств ФИО1 не предоставлял и не сообщал устно. Об отсутствии на рабочем месте ФИО1 должен был поставить в известность ФИО3. Для них заявление о больничном – это неожиданность, так как даже в исковом заявлении об этом ничего не сказано. На совещании был ФИО5, его потом в курс дела вводил ФИО1. По расчету заработка непонятный расчет, заработная плата 16 000 рублей, а почему 1 600 рублей в день, не ясно. Свой расчет они предоставлять не будут. На совещании ФИО1 лично сказал, что среди коллектива больных нет, это указано в протоколе, который она вела. Вопросы приема-увольнения решает ФИО3, Москва тут не причем. Если бы ФИО1 не был бы уволен, то был бы отстранен. Больничные листы должен был предоставить в региональное отделение. Грубые нарушения по актам – это отсутствие локальных нормативных актов, которые не были согласованы с региональным руководителем, только в мае предоставил. В нарушение существующих положений начислял увеличенный фонд оплаты труда, набивая деньгами свои карманы и карманы сотрудников, без согласования начислял себе премии и интенсивность. Установлен факт выдачи свидетельств без договоров, отсутствовала полная оплата, хотя предусмотрено, что свидетельство выдается только после поной оплаты. Ущерб только от этого миллион рублей. Если по данному факту не возбудят уголовное дело, то за возмещением материального ущерба будут обращаться в суд. Суммы ущерба отражены в актах.

Представитель ответчика ФИО3 исковые требования не признал, суду пояснил, что по результатам проверок составлялись акты и ФИО1 с актами был знаком. Ему делегированы все полномочия, поэтому Москва к приему на работу отношения не имеет. По первым объяснениям ФИО1 все был готов исправить, потом уже ничего дельного не написал. По больничному листу должен был уведомить руководителя, но ничего не было, никаких уведомлений. На совещании он задал вопрос по болезни, ФИО1 сообщил, что все здоровы. До обеда вообще проверяли вместе технику. Приказ об увольнении он подписал, там есть о заключении по проверке. Они приехали вместе с юристом, это же очевидно, что нельзя увольнять во время нетрудоспособности, но никаким образом ФИО1 о болезни не сообщал, ему не звонил. Он должен издавать приказ на время отсутствия руководителя, то есть ФИО1, а не ФИО1 должен данный приказ издавать, ФИО1 даже этого не знает.

Представитель ответчика ФИО5 исковые требования не признал, о чем предоставил отзыв. Суду пояснил, что больничные листы ФИО1 через время предоставил им в организацию, он сам два листа отвозил в соцстрах. Он работает руководителем, на должности, которую занимал ФИО1. ФИО3 ему предложил работу и попросил приехать 8 июня, он приехал. ФИО1 о больничном на совещании 8 июня не заявлял, но потом привез первый больничный с 8 июня. Как пояснила ФИО4 о совещании, так все и происходило.

Суд, выслушав истца ФИО1, представителей истца и ответчиков, исследовав материалы дела, выслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования ФИО1 не подлежат удовлетворению, оценив все доказательства в совокупности, приходит к следующему.

Согласно ст.3 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника… Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда.

Положения ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливают, что работодатель имеет право: заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами… Работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором;… обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами;… знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами, непосредственно связанными с их трудовой деятельностью…

Согласно п.4 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации основанием прекращения трудового договора является, в том числе, расторжение трудового договора по инициативе работодателя (статьи 71 и 81 настоящего Кодекса).

Согласно ст.192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии со ст.193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не представлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки не может быть применено позднее двух лет со дня его совершения. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Пунктом 10 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения руководителем организации (филиала, представительства), его заместителем своих трудовых обязанностей.

В пункте 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по п.10 ч.1 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации с руководителем организации (филиала, представительства) или его заместителями, если ими было допущено однократное грубое нарушение своих трудовых обязанностей. Вопрос о том, являлось ли допущенное нарушение грубым, решается судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела. При этом обязанность доказать, что такое нарушение в действительности имело место и носило грубый характер, лежит на работодателе. В качестве грубого нарушения трудовых обязанностей руководителем организации (филиала, представительства), его заместителями следует, в частности, расценивать неисполнение возложенных на этих лиц трудовым договором обязанностей, которое могло повлечь причинение вреда здоровью работников либо причинение имущественного ущерба организации.

Согласно п.23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Положения ч.1 ст.394 Трудового кодекса Российской Федерации закрепляют, что в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы… В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Согласно положениям ст.234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Размер заработной платы за время вынужденного прогула определяется в соответствии с правилами ст.139 Трудового кодекса Российской Федерации.

Аналогичные правила содержатся и в Положении «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», утвержденном Постановлением Правительства РФ от 24.12.2007 г. №922.

Согласно п.62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» средний заработок для оплаты вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст.139 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно ст.139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно)…

Согласно ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 1 ноября 2017 года принят в общероссийскую общественно-государственную организацию «Добровольное общество содействия армии, авиации и флота России» (ДОСААФ России) на должность начальника учреждения. Срок действия договора с 14 ноября 2017 г. по 13 ноября 2020 г. Место работы: профессиональное образовательное учреждение «Карасукская автомобильная школа общероссийской общественно-государственной организации «Добровольное общество содействия армии, авиации и флота России», расположенное по адресу: <...>, что подтверждается трудовым договором № 198117-р от 1 ноября 2017 года, приказом о приеме работника на работу № 552-рк от 01.11.2017 г. и не оспаривается ответчиком.

На основании приказов и.о. председателя Новосибирского регионального отделения ДОСААФ России ФИО3 от 06.09.2019 г. №24-П, от 19.09.2019 г. № 24/2-П проведена проверка финансовой и хозяйственной деятельности ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России».

По итогам проверки составлен акт от 30.12.2019 г. Согласно акту, в ходе проверки финансовой и хозяйственной деятельности ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» за 2018-2019 г. были выявлены нарушения: Положение об оплате труда, коллективный договор не согласованы с председателем Регионального отделения (нарушены п.5.2.9 и п.5.2.12 Устава), отсутствует Положение по премированию работников учреждения; при имеющейся кредиторской задолженности, за проверяемый период работникам аппарата управления были начислены премия и надбавки стимулирующего характера в сумме 791 851,35 руб., начислено страховых взносов в сумме 159 953,97 руб. в том числе ФИО1 были начислены премия, надбавки за интенсивность, высокие показатели в работе и повышающий коэффициент за стаж работы ДОСААФ России (выслуга лет) в сумме 360 978,64 руб. (нарушен п.3.4 трудового договора № 198117-р от 01.11.2017 г.) Начальнику УПЧ 36 была начислена и выплачена доплата за увеличение объемов работ в размере 58 834,12 руб. приказ представлен не был. При проверке путевых листов обнаружено, что некоторые путевые листы переписаны, подписи курсантов не актуальные. Нормы расхода ГСМ не разработаны, спидометры не работают, путевые листы, наряды на выход машин, журнал выхода и возвращения машин в наличии, журналы не заполнены, свидетельства выдавались без оплаты или частичной оплаты оказанных услуг и др.

22.01.2020 г. ФИО1 дано письменное объяснение, из которого следует, что он не знал о необходимости согласования Положения об оплате труда и коллективного договора, начисление заработной платы производилось по тем расчетам, которые производились в школе ранее. В дальнейшем начисление будет производиться согласно Приложению №1. Положение об оплате приведено в соответствие. Путевые листы на стороннюю организацию были выписаны в связи проведением работы по погашению кредиторской задолженности. Нормы расхода ГСМ установлены. Субсидийное дело по взводу №2 оформлено в соответствии с правилами по ВУС. Разработан план устранения недостатков по Акту проверки.

В период с 07.05.2020 г. по 08.05.2020 г. на основании приказа от 06.05.2020 г. №19-П комиссией проведена повторная проверка по исполнению предложений по устранению нарушений, установленных актом проверки от 30.12.2019 г.

В соответствии с актом повторной проверки от 15.05.2020 г. в ходе проверки установлено, что в учреждении не разработано Положение об оплате труда, в нарушение п.5.2.9 и 5.2.12 Устава ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» не представлены на согласование в Региональное отделение на момент повторной проверки локально-нормативные документы учреждения: штатное расписание от 17.12.2019 г. №3, Положение о порядке оплаты труда работников, коллективный договор ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» Новосибирской области. В нарушение Положения о порядке оплаты труда работников, сотрудникам с января 2018 г. по март 2020 г., на основании приказов руководителя были начислены и выплачены надбавки за интенсивность в сумме 1 283 007,21 руб. В нарушение п.2.4 Положения №2 с января 2018 г. по март 2020 г. необоснованно была начислена и выплачена ФИО1 ежемесячная надбавка к должностному окладу за непрерывный стаж работы в ДОСААФ России в сумме 560 078,16 руб. В нарушение п.3.4 трудового договора от 01.11.2017 г. № 198117-з ФИО1 размер начисленных и выплаченных премий и надбавок за интенсивность в 2018 г. составил в сумме 131 706.98 руб., в 2019 г. - 226 116,87 руб., в 2020 г.-25 752,22 руб. (с учетом начисленных и перечисленных страховых взносов), всего в сумме 383 576.07 руб.

В нарушение п.3.4 трудового договора ФИО1 лично сам издавал приказы о своем премировании без согласования с председателем Регионального отделения ДОСААФ России. Таким образом, в период с 2018 г. - март 2020 г. в результате необоснованно начисленных и выплаченных работникам учреждения и начальнику ФИО1 премий, надбавок за интенсивность, а также за непрерывный стаж работы ФИО1 в ДОСААФ России учреждению причинен материальный ущерб на сумму 3 054 617,04 руб. Кроме того, не представлены на проверку 43 договора об оказании платных образовательных услуг, представлено только 9 таких договоров. В период с 2018 г. - март 2020 г. в результате выдачи бланков свидетельств гражданам, успешно сдавшим квалифицированный экзамен, без оформления договоров, без оплаты или частичной оплаты оказанных услуг, учреждению причинен материальный ущерб на сумму 1 288 650 руб. повлекший не доначисление отчислений в Централизованный бюджет ДОСААФ России в сумме 103 092,0 руб.

С актом повторной проверки ФИО1 ознакомлен 18.05.2020 г., о чем свидетельствует его подпись в акте.

Объяснение по факту нарушений от 20 мая 2020 года представлено 21.05.2020 г., из него следует, что штатное расписание, Положение о порядке оплаты труда работников, коллективный договор, были направлены на согласование 19 мая 2020 г. В связи с тем, что в программе 1С нет показателя «персональный повышающий коэффициент», а есть «надбавка за интенсивность» в начислении этого показателя подразумевается оплата до МРОТ, оплата за часы больше нормы, премия. За первый квартал 2020 г. ФОТ превысил 55% от доходов. По выданным бланкам свидетельств и оплате, разбирается главный бухгалтер.

На основании приказа от 21.05.2020 г. №21-П проведена служебная проверка. Из содержания текста приказа следует, что ФИО1 было предложено представить объяснения по всем фактам нарушений, установленных и отраженных в акте в срок до 16-00 часов 22 мая 2020 г. Приказ о проведении служебной проверки был направлен на адрес электронной почты учреждения от 21.05.2020 г., что подтверждается скриншотом, ФИО1 не отрицал принадлежность электронной почты автошколе, где он исполнял обязанности руководителя.

Согласно заключению служебной проверки по фактам нарушений выявленных актом повторной проверки от 15.05.2020 г. комиссия пришла к выводу о наличии в действиях (бездействиях) ФИО1 признаков дисциплинарного проступка. С заключением комиссии ФИО1 ознакомлен, о чем имеется его подпись.

Приказом №7 л/с от 08.06.2020 г. ФИО1 уволен в соответствии с п.10 ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации 08.06.2020 г. за однократное грубое нарушение своих должностных обязанностей. В основание приказа указан: Акт от 15.05.2020 г. повторной проверки, приказ от 21.05.2020 г. № 21-П, заключение служебной проверки, объяснение ФИО1 от 20.05.2020 г.

В материалы дела представлен протокол совещания в ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» по адресу: <...>, из которого следует, что до ФИО1 доведено решение о привлечении его к дисциплинарной ответственности в виде увольнения, от подписания приказа об увольнении, приказа о создании комиссии по приему – передаче дел по должности ФИО1 отказался, покинул совещание. По указанным обстоятельствам составлен Акт от 08.06.2020 г.

Суд приходит к выводу, что процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности соблюдена.

Довод истца о том, что никаких объяснений по итогам повторной проверки, и возможности предоставить свои объяснения ему никто не предлагал, итоговый акт проверки, по которому бы он мог дать пояснения, и предоставить необходимые документы, ему не представили, необоснован и противоречит фактическим материалам дела.

Согласно материалам дела, по итогам повторной проверки ФИО1 дано объяснение, датированное 20.05.2020 г. №58. С актом повторной проверки, заключением служебной проверки по фактам нарушений выявленных актом повторной проверки от 15.05.2020 г. истец был ознакомлен под роспись.

Положения ст.193 Трудового кодекса Российской Федерации не возлагают на работодателя обязанность затребовать от работника объяснение по обстоятельствам, изложенным в итоговом акте служебной проверки. В служебной проверке изложены лишь факты, которые ранее были отражены в акте проверки, а по акту проверки ФИО1 объяснение было дано. Кроме того, в приказе о проведении служебной проверки ФИО1 предлагалось дать объяснения, но объяснения не поступили. Несмотря на указание срока предоставления объяснений до 22 мая 2020 года, заключение было принято 25 мая 2020 года, то есть у ФИО1 было достаточно времени при желании предоставить объяснения. Использование ответчиком объяснений от 20 мая 2020 года является правомерным, так как данное объяснение и было истребовано по фактам вменяемых ФИО1 нарушений должностных обязанностей. Несоставление акта об отсутствии объяснений не нарушает процедуру привлечения к дисциплинарной ответственности поскольку объяснения по акту уже были ранее даны ФИО1, времени для предоставления повторных объяснений (в которых не было необходимости) было достаточно.

Довод ФИО1 о том, что он не получал приказ о проведении служебной проверки при установленных обстоятельства, правового значения не имеет, однако суд считает, что факт направления данного приказа в адрес Карасукской автошколы является доказанным, неисполнение работниками Карасукской автошколы обязанностей по проверке электронной почты не может указывать на вину ответчика, либо оспорить факт направления.

Таким образом, вопреки доводам искового заявления, объяснения от ФИО1 перед дисциплинарным наказанием было истребовано, им написано 20 мая 2020 года и представлено работодателю. Заключение служебной проверки не является итоговым документом, подтверждающим выявленные нарушения, данным документом является акт от 15 мая 2020 года, заключение является документом, которым по итогам рассмотрения акта и объяснений ФИО1 сделан вывод о наличии дисциплинарного нарушения и высказаны комиссией предложения по привлечению к дисциплинарной ответственности.

Дисциплинарное взыскание наложено в пределах установленного законом срока. О приказе об увольнении ФИО1 узнал 8 июля 2020 года во время совещания, отказался ставить подпись об ознакомлении с ним, о чем был составлен акт об отказе от подписи, а также отказался его получать. Трудовая книжка была получена ФИО1 в этот же день. Нарушения в части выплаты окончательного расчета, о чем указано в ответе Государственной инспекции по труду, не могут свидетельствовать о нарушении порядка увольнения ФИО1. Справкой подтвердается, что задолженность выплачена.

Довод представителя истца ФИО2 о сомнительности акта об отказе от подписи, так как он составлен только должностными лицами, неоснователен, так как акт составлен, и то, что ФИО1 отказался расписываться и получать приказ, не отрицает сам истец, а также данный факт запротоколирован и подтверждается многочисленными свидетелями, показания которых изложены будут далее.

Разрешая спор, руководствуясь вышеприведенными нормами материального права, исследовав и оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что допущенные ФИО1 нарушения своих трудовых обязанностей, изложенных в акте от 15 мая 2020 года, являются грубыми.

Так актом от 15 мая 2020 года, как уже указано выше установлены следующие нарушения: не разработано Положение об оплате труда, в нарушение п.5.2.9 и 5.2.12 Устава ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» не представлены на согласование в Региональное отделение на момент повторной проверки локально-нормативные документы учреждения: штатное расписание от 17.12.2019 г. №3, Положение о порядке оплаты труда работников, коллективный договор ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» Новосибирской области. В нарушение Положения о порядке оплаты труда работников, сотрудникам с января 2018 г. по март 2020 г., на основании приказов руководителя были начислены и выплачены надбавки за интенсивность в сумме 1 283 007,21 руб. В нарушение п.2.4 Положения №2 с января 2018 г. по март 2020 г. необоснованно была начислена и выплачена ФИО1 ежемесячная надбавка к должностному окладу за непрерывный стаж работы в ДОСААФ России в сумме 560 078,16 руб. В нарушение п.3.4 трудового договора от 01.11.2017 г. № 198117-з ФИО1 размер начисленных и выплаченных премий и надбавок за интенсивность в 2018 г. составил в сумме 131 706.98 руб., в 2019 г. - 226 116,87 руб., в 2020 г.-25 752,22 руб. (с учетом начисленных и перечисленных страховых взносов), всего в сумме 383 576.07 руб. В нарушение п.3.4 трудового договора ФИО1 лично сам издавал приказы о своем премировании без согласования с председателем Регионального отделения ДОСААФ России. Таким образом, в период с 2018 г. - март 2020 г. в результате необоснованно начисленных и выплаченных работникам учреждения и начальнику ФИО1 премий, надбавок за интенсивность, а также за непрерывный стаж работы ФИО1 в ДОСААФ России учреждению причинен материальный ущерб на сумму 3 054 617,04 руб. Кроме того, не представлены на проверку 43 договора об оказании платных образовательных услуг, представлено только 9 таких договоров. В период с 2018 г. - март 2020 г. в результате выдачи бланков свидетельств гражданам, успешно сдавшим квалифицированный экзамен, без оформления договоров, без оплаты или частичной оплаты оказанных услуг, учреждению причинен материальный ущерб на сумму 1 288 650 руб. повлекший не доначисление отчислений в Централизованный бюджет ДОСААФ России в сумме 103 092,0 руб.

Все перечисленные нарушения возникли по вине ФИО1, в его обязанности, в частности, входит разработка местных локальных актов, которые подлежат обязательному согласованию с учредителем, в результате отсутствия данных актов стала возможной ситуация с начислением и выплатой денежных средств, превышающих лимиты. При этом в обязанности руководителя входила обязанность знать нормативные акты ДОСААФ, в связи с чем доводы ФИО1 о том, что до него никто не доводил эти акты, неоснователен, так как он должен их знать в любом случае. Нарушения в части отсутствия договоров на обучения и выдачи свидетельств без оплаты также суд относит к грубым нарушениям обязанностей. Суд при этом учитывает, что проверка проводилась длительное время, у ФИО1 было достаточно времени для разработки актов, проведения проверки по свидетельствам и договорам, однако в объяснении от 20 мая 2020 года по договорам вообще нет никакого объяснения, по свидетельствам указано, что с этим разбирается главный бухгалтер. Изложенные в акте пункты става, должностной инструкции, трудового договора подтверждены представленными суду копиями данных документов. Грубое нарушение должностных обязанностей установлено.

Статьей 273 Трудового кодекса Российской Федерации раскрыто понятие руководитель организации - это физическое лицо, которое в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа.

В силу ст.274 Трудового кодекса Российской Федерации права и обязанности руководителя организации в области трудовых отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами организации, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Как следует из представленных суду доказательств ФИО1, как руководитель ПОУ «ФИО7 ДОСААФ России» Новосибирской области, обязанности, возложенные на него трудовым договором, должностной инструкцией, Уставом, не выполнял, нарушения, изложенные в акте от 15 мая 2020 года, являются грубыми. Косвенно о степени серьезности нарушений свидетельствует постановление о возбуждении уголовного дела от 9 сентября 2020 года.

Представленные стороной истца копии ответа на запрос отдела судебных приставов от 3 августа 2020 года, сведения о кредиторской задолженности и её снижении в сравнении с 2017 годом не оспаривают нарушений финансово-организационной дисциплины со стороны ФИО1, изложенных в акте от 15 мая 2020 года.

Довод ФИО1 о том, что он извещал работодателя о нахождении на больничном, суд находит неподтвержденным, и приходит к выводу о том, что ФИО1 злоупотребил правом, не уведомив работодателя о периоде нетрудоспособности.

В силу ст.81 Трудового кодекса Российской Федерации не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. В частности, недопустимо сокрытие работником временной нетрудоспособности на время его увольнения с работы либо того обстоятельства, что он является членом профессионального союза или руководителем (его заместителем) выборного коллегиального органа первичной профсоюзной организации, выборного коллегиального органа профсоюзной организации структурного подразделения организации (не ниже цехового и приравненного к нему), не освобожденным от основной работы, когда решение вопроса об увольнении должно производиться с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации либо соответственно с предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа.

При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе (изменив при этом по просьбе работника, уволенного в период временной нетрудоспособности, дату увольнения), поскольку в указанном случае работодатель не должен отвечать за неблагоприятные последствия, наступившие вследствие недобросовестных действий со стороны работника.

В судебном заседании было установлено, что ФИО1 был предупрежден 37 о том, что 8 июня 2020 года будет осмотр техники. О проверке техники 5 июня 2020 года был издан приказ. Как указывает ФИО1 он предупредил 38 о возможном нахождении его на больничном, однако свидетель 39 данный факт отрицал в судебном заседании. Кроме того, накануне 8 июня 2020 года у ФИО1 не было листка нетрудоспособности и предположения о больничном были голословными в любом случае.

Судом также установлено, что с утра 8 июня 2020 года ФИО1 был на рабочем месте, проводил с приехавшими должностными лицами осмотр техники, а в 13 часов участвовал в совещании, где делал доклад, в том числе сообщил о том, что больных, в том числе коронавирусом, на предприятии нет, отказался от подписания в ознакомлении с приказом, что подтверждается пояснениями ФИО4, ФИО3, ФИО5, а также показаниями свидетелей. Так свидетель 40 указал, что ФИО1 на совещании отчитался о работе, чувствовал себя нормально, не говорил о наличии больных и не заявлял, что болен сам. Свидетель 41 также указал, что о больничном листе на совещании никто не говорил, накануне 42 звонил ФИО1, ФИО1 сообщил, что на больничном, но 43 сказал, что ФИО1 нужен будет на 1 час, за день или за два был разговор. Больничного не видел, знает со слов ФИО1. Свидетель 44 пояснил, что 8 июня 2020 года прибыл для проверки техники, с 8 часов были на территории, он с ФИО1 осматривал автомобили. В 13 часов на совещании выяснялся вопрос о наличии больных, потом дали слово ФИО1, огласили приказ, который ФИО1 отказался подписывать и покинул собрание, потом до 17 часов хаотично перемещался по территории. Накануне может быть он и звонил ФИО1, но о больничном ФИО1 не говорил. При осмотре техники рассказывал о том, что давно перенес операцию на ноге. Свидетель 45 пояснил, что пришел на совещание, когда уже ФИО1 заканчивал речь. ФИО3 зачитал приказ, предложил Трушкину расписаться, ФИО1 отказался, так как был с приказом не согласен. На совещании ФИО1 был, чему он удивился, так как 46 и 47 говорили накануне, что ФИО1 на больничном и в пятницу ФИО1 не было. Свидетель 48 суду пояснил, что в пятницу ФИО1 жаловался на боль в ноге и говорил, что пойдет в больницу. На совещании ФИО1 был, делал доклад, после того, как зачитали приказ, отказался от подписи, но заявлений о том, что он на больничном не делал. Свидетель 49 суду пояснил, что о больничном ФИО1, он знал с пятницы, так как ФИО1 сказал, что собирается в понедельник в больницу. На совещании ФИО1 при отказе от подписи сообщил, что он на больничном. Свидетель 50 суду пояснил, что ФИО1 видел в понедельник на планерке с утра, в обед было совещание, где выступал ФИО1 и зачитывали приказ об увольнении, ФИО1 не расписался в нем.

Из письменного протокола совещания от 8 июня 2020 года следует, что на совещании ФИО1 лично доложил о том, что на предприятии нет заболевших коронавирусом и другими заболеваниями, все здоровы и на рабочих местах.

Давая оценку исследованным доказательствам, суд находит показания свидетеля 51 в части сообщения ФИО1 на собрании о нахождении на больничном, недостоверными, так как данные показания опровергаются не только показаниями остальных свидетелей, но и письменным протоколом, где зафиксировано, что ФИО1 указывал об отсутствии заболевших на предприятии.

Указание свидетелями 52, 53, 54 о том, что накануне они узнали о том, что ФИО1 может быть на больничном, правового значения по делу не имеет, так как никакого больничного у ФИО1 в пятницу и другие дни накануне 8 июня 2020 года, не было, что подтверждается открытием больничного с 8 июля 2020 года. Кроме того, данные свидетели не являются руководителями ФИО1, в связи с чем их осведомленность о каких-либо обстоятельствах, а также осведомленность 55, если таковая имела место, правового значения по делу не имеет. Истец в ходе рассмотрения дела стал впоследствии утверждать, что сообщил о больничном при вручении ему заключения в кабинете, однако ФИО3, ФИО4, 56 данный факт отрицают. Данный факт опровергается также показаниями указанных выше свидетелей и письменным протоколом совещания, где указано, что ФИО1 о болезни и заболевших не сообщал, хотя препятствий у него на стадии выяснения вопроса о заболевших для сообщения о том, что болен он, не было.

Судом также исследованы электронные больничные листы ФИО1 и его медицинская карта, из которых следует, что электронный больничный лист под одним номером открыт дважды разными врачами: 57 и 58 с 8 июня 2020 года, один по 18 июня 2020 года, другой по 3 июля 2020 года, время открытия и время посещения врача не указано, подписи врачей в карте без расшифровки. При этом ФИО1 утверждает, что был у врача 59. Последний представленный лист датирован по 14 августа 2020 года, в медицинской карте больничный лист последний датирован по 12 сентября 2020 года. Из пояснений ФИО5 следует, что ФИО1 сдавал больничные листы, но не 8 июня 2020 года, а позднее для оплаты. Листы принимались и передавались в соцстрах.

Из должностной инструкции (п.3.23) следует, что ФИО1 обязан информировать председателя регионального отделения об уважительных причинах своего отсутствия на рабочем месте (временная нетрудоспособность и др.). В силу Уставов к компетенции Учредителя относится решение вопросов назначения на должность, отстранения, увольнения руководителя. Таким образом, оповещение руководителя регионального отделения о больничном является правовым основанием для назначения временного руководителя (и.о. обязанности) для непрерывного функционирования учреждения.

Суду стороной истца доказательств извещения руководителя регионального отделения о нахождении на больничном, то есть о своей нетрудоспособности, не предоставлено. Несмотря на требования доказательств данному факту судом от стороны истца, представитель истца настаивал, что сторона ответчика обязана доказать факт отсутствия такого извещения, однако данное утверждение противоречит процессуальным нормам, поскольку по данному делу в обязанность ответчика входит доказывание законности увольнения и соблюдения порядка увольнения, наличие же извещения работодателя работником о нетрудоспособности должен доказать истец.

Все поведение истца 8 июня 2020 года, а именно присутствие на рабочем месте в течение рабочего дня, отсутствие заблаговременного извещения руководителя регионального отделения (что в силу обстоятельств открытия больничного 8 июня 2020 года было невозможно) и отсутствие извещения руководителя 8 июня 2020 года, участие в совещании в 13 часов и доклад об отсутствии заболевших, не давало работодателю оснований полагать, что ФИО1 находится на рабочем месте в период нетрудоспособности, то есть со стороны истца ФИО1 в данной части (неизвещение о нетрудоспособности) установлено судом злоупотребление правом. Следует также отметить, что при направлении в суд искового заявления (направлено 22 июня 2020 года) истец ФИО1 о данном нарушении со стороны работодателя (увольнение в период нетрудоспособности) даже не упоминал.

Давая оценку представленному ответу Государственного инспектора по труду 60 от 11 июня 2020 года, суд учитывает, что предписание выдано по факту невыплаченного заработка, что следует из ответа. В предписании констатируется факт того, что с 8 июня 2020 года истец отсутствовал на рабочем месте по причине нетрудоспособности, однако в судебном заседании установлено, что 8 июня 2020 года истец на рабочем месте находился. Ответом истцу было разъяснено его право на обращение в суд.

Требование истца о признании приказа № 7л/с от 08.06.2020 г. незаконным и отмене, удовлетворению не подлежит.

Давая оценку представленному истцом расчету утраченного заработка, суд находит его недостоверным, поскольку из материалов дела, пояснений ФИО1 и ФИО5 следует, что истец длительное время находился на больничном, как минимум по 12 сентября 2020 года, больничные листы на оплату сдавал, и ФИО5 направлял их для оплаты, в связи с чем никаких оснований для выплаты заработка в период по 12 сентября 2020 года вообще не возникало.

Кроме того, поскольку в основном требовании истцу отказано, а взыскание оплаты за время вынужденного прогула является производным от основного, в удовлетворении данного требования, как и требования о взыскании морального вреда, связанного с увольнением, следует также отказать.

Руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи жалобы через Карасукский районный суд Новосибирской области.

Решение в окончательной форме принято 19 октября 2020 года.

СУДЬЯ: подпись

Решение не вступило в законную силу.

Подлинное решение вшито в материалы гражданского дела №2-559/2020, которое находится в производстве Карасукского районного суда Новосибирской области.