Решение № 2-806/2020 2-806/2020~М-711/2020 М-711/2020 от 1 сентября 2020 г. по делу № 2-806/2020

УИД 42RS0№-53 (2-806/2020)


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Центральный районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области в составе председательствующего судьи Мокина Ю.В.,

при секретаре Терещенко Е.Н.,

с участием ст. помощника прокурора г. Прокопьевска Раткевич И.В.,

представителя истца ФИО1 - ФИО2,

представителя ответчика ОАО «Российские железные дороги» - ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Прокопьевске

2 сентября 2020 года

гражданское дело по иску ФИО1 ФИО17 к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.

Свои исковые требования мотивировал тем, что в соответствии с приказом о направлении работника в командировку №-№ от ДД.ММ.ГГГГ он был направлен в командировку в <адрес> сроком на 10 дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с целью участия в ремонте летнепутевых машин. ДД.ММ.ГГГГ около 10 часов он получил задание от начальника <адрес> ФИО5 освободить кабинет на втором этаже административного здания <адрес> от офисной мебели. При поднятии стола почувствовал сильную боль в <данные изъяты>, сообщил об ухудшении физического состояния здоровья бригаде в составе из 4 человек ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО16 и начальнику <адрес> ФИО5, но каких-либо мер в оказании ему медицинской помощи не последовало. На станции <адрес> не было травмпункта, где ему могли бы оказать первую медицинскую помощь, в связи с чем ему пришлось отправиться в травмпункт <адрес> самостоятельно, т.к. работодателем не было предпринято мер для его госпитализации в ближайшее травматологическое отделение. Со <адрес> до <адрес> он добрался на электричке, с железнодорожного вокзала <адрес> до автовокзала <адрес> добрался на такси, с автовокзала <адрес> до <адрес> добрался на рейсовом автобусе, с железнодорожного вокзала <адрес> на такси доехал до <адрес>. По приезду в <адрес> незамедлительно обратился в ГБУЗ «Прокопьевская городская больница №», где ему была оказана медицинская помощь, а ДД.ММ.ГГГГ проведена операция: <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ по факту произошедшего несчастного случая был составлен акт о несчастном случае на производстве формы Н-1, из которого следует, что в действиях ФИО1 факта грубой неосторожности, нарушений требований охраны труда, приведших к несчастному случаю, не установлено. Согласно заключению медико-социальной экспертизы бюро № по <адрес><адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ему установлено <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ экспертным составом № ГБ МСЭ КО в порядке контроля над решением бюро № от ДД.ММ.ГГГГ ему было <данные изъяты>ДД.ММ.ГГГГ он был уволен с Топкинской механизированной дистанции инфраструктуры структурное подразделение Уральской дирекции по эксплуатации путевых машин – структурное подразделение Центральной дирекции инфраструктуры – филиал ОАО «Российские железные дороги» по состоянию здоровья, поскольку продолжать выполнять работу по своей профессии не мог. Другие вакансии отделом кадров не были предложены, руководство предприятия настояло на его увольнении с формулировкой в трудовой книжке «уволен по инициативе работника в связи с выходом на пенсию». В результате полученной <данные изъяты> в настоящее время устроиться на работу по специальности он не может, т.к. машинист железнодорожных строительных машин должен постоянно работать с рычагами, переключать их, прилагая определенные усилия, также требует физических усилий. Поскольку выполнение технических обслуживаний, текущих, средних и капитальных ремонтов выполняется силами бригады, т.к. нет специальной СТО. Кроме того, <данные изъяты> носит длительный характер, требует постоянного лечения и не поддается полному излечению. В настоящее время он не может выполнять работу, требующую физическую нагрузку, и вместе с тем обеспечить себя материально. К тому же, следуя заключению программы реабилитации, есть большие ограничения в поиске работы, ему противопоказан тяжелый физический труд, он нуждается в проведении реабилитационных мероприятий. Из-за плохого состояния здоровья нет работы, отсутствует возможность в дальнейшем работать по специальности. Нравственные и физические страдания связаны с перенесением <данные изъяты> невозможностью выполнять работу, требующую физической нагрузки, и обеспечить себя материально, устроиться по профессии. ДД.ММ.ГГГГ ответчику было направлено заявление о выплате компенсации морального вреда, однако ответ до настоящего времени им не получен. Никаких выплат в связи с причинением вреда его здоровью ответчик не произвел, что нарушает его права, в связи с чем обратился к ответчику с претензией, однако в удовлетворении его претензионных требований отказано, в связи с чем вынужден обратиться в суд. Просит взыскать с ОАО «РЖД» в его пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 на исковых требованиях настаивал по основаниям, изложенным в заявлении, просил иск удовлетворить полностью, пояснил, что после случившегося ему на поврежденную руку была наложена только повязка, до дома в <адрес> он добирался самостоятельно на общественном транспорте, время в пути составило около 12 часов, все это время он испытывал боль в руке. Во время госпитализации в <адрес> до операции к нему в палату приезжали представители работодателя с целью уговорить оформить <данные изъяты> как бытовую, он отказался. Послеоперационный период продолжался 7 дней, после выписки наблюдался в отделении травматологии. По нетрудоспособности находился около 8 месяцев. ДД.ММ.ГГГГ он был направлен на медкомиссию, ему запретили работу по профессии, было выдано соответствующее заключение. Через 2-3 дня позвонили и пригласили оформлять трудовую книжку. Уволили его в связи с выходом на пенсию. В настоящее время он получает страховые выплаты в связи с утратой профессиональной трудоспособности. В период нахождения на длительном лечении возникали трудности в быту. В настоящее время тяжелую работу по дому выполнять не может, во всем ему помогают дети. Моральный вред в сумме 500 000 руб. считает разумным и справедливым, т.к. данная сумма составляет его годовой заработок за ДД.ММ.ГГГГ. В настоящее время испытывает неудобства при физических нагрузках, раз в год посещает <данные изъяты>, ему назначают мази и уколы, так как его беспокоят боли в руке. Ранее по <данные изъяты> ему была установлена <данные изъяты> на год. В настоящее время получает страховые выплаты по <данные изъяты> в связи с утратой профтрудоспособности.

Представитель истца ФИО4, действующая на основании письменного заявления ФИО1 (л.д. 43), на исковых требованиях настаивала, просила требования удовлетворить полностью, пояснила, что вследствие <данные изъяты> ФИО1 испытывает неудобства, это отражается на его здоровье, окружающих. В данном случае ответственность за <данные изъяты> возложена на работодателя, т.к. она является производственной. Помещение, которое обязали убрать ФИО1 вместе с бригадой, он убирал именно по поручению бригадира, не по своей личной инициативе. Истец не нарушал технику безопасности, в акте о несчастном случае это зафиксировано. Заявленный размер компенсации морального вреда считает разумным и справедливым, так как ФИО1 потерял работу, на сегодняшний день ему сложно работать, поскольку профессия машиниста железнодорожного пути требует от работника физической силы, были выявлены противопоказания к труду.

Представитель ответчика ОАО «РЖД» - ФИО9, действующая по доверенности (л.д. 76-77), исковые требования не признала, просила в иске отказать полностью за необоснованностью, представила письменные возражения на иск (л.д. 78-81), пояснила, что в соответствии с действующим законодательством при произошедшем несчастном случае на производстве работодатель обязан провести расследование, составить акт в установленные сроки в двух экземплярах, один из которых выдается работнику. Также согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В Трудовом кодексе РФ регламентированы основания, возмещения работнику морального вреда, а именно неправомерными действиями или бездействием работодателя, в результате которого был причинен моральный вред. В иных случаях подлежат применению нормы ст. ст. 151, 1099 гл. 59 Гражданского кодекса РФ, которые регулируют обязательства вследствие причинения вреда. С учетом разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по возмещению компенсации морального вреда работнику является наступление вреда, противоправность деяния, которое может выражаться как в форме действия, так и бездействия причинителя вреда, наличие причинной связи между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда и вина причинителя вреда. Таким образом, потерпевший должен представить доказательства, которые подтверждают факт увечья или иного повреждения здоровью, размер причиненного вреда, доказательства того, что именно ответчик является причинителем вреда и лицом обязанным возместить этот вред. В материалы дела представлены документы, которые подтверждают, что действительно ДД.ММ.ГГГГ с истцом произошел несчастный случай на производстве. Причиной несчастного случая явилась личная неосторожность истца при поднятии тяжести без учёта ограничения, лицом, допустившим нарушение правил охраны труда при поднятии тяжести, признан сам истец. Никаких других лиц, допустивших нарушение норм охраны труда, в ходе расследования установлено не было. Акт о несчастном случае на производстве не содержит сведения о виновности работодателя. Полагает, что оснований для возложения ответственности на ОАО «РЖД» не имеется.

Свидетель ФИО10 пояснила, что истец ФИО1 её супруг, в браке состоят с ДД.ММ.ГГГГ. Последним местом работы мужа являлось ОАО «РЖД» по специальности машинист. В ДД.ММ.ГГГГ муж был направлен в командировку. Спустя 1-2 дня после отъезда супруг позвонил и сказал, что <данные изъяты>, пояснил, что они освобождали помещение под жилую комнату, он дернул стол и почувствовал сильную боль. Пояснил, что старший смены предложил поставить обезболивающий укол и направил к водителю. Муж подошел к водителю, тот ответил, что нет бензина. Супруг собрался и поехал домой. Сын нашел такси и поехал встречать отца в <адрес>. Муж доехал на электричке до <адрес>, потом ехал на автобусе до <адрес>, при этом все время испытывал боль. Сын с отцом приехал в травматологический пункт <адрес>, там ему оказали помощь, выписали больничный лист. Супругу постоянно звонили представители с ОАО РЖД и предлагали отказаться от оформления производственной <данные изъяты>, оформить бытовую <данные изъяты>, супруг им отказал. В день операции представители также приезжали сначала к ней домой, потом поехали к мужу в больницу, настаивали на своих предложениях. Супруг не согласился на оформление бытовой <данные изъяты>. Изначально дали акт, где не было указано, что это производственная <данные изъяты>. С того момента, как произошла <данные изъяты>, был всего один звонок от работодателя во время пандемии и предложили помощь сходить за продуктами в магазин, больше никакой помощи не оказывалось. На лечении супруг находился примерно полгода, в период нахождения на амбулаторном лечении испытывал сложности при поднятии тяжести, не может делать никакую физическую работу, им во всем помогают сыновья. Часто жалуется на постоянные боли в руке. Периодически обращается к <данные изъяты> ему назначают массаж, медикаментозное лечение. Последний раз обращался к <данные изъяты> месяц назад.

Старший помощник прокурора Раткевич И.В. в своем заключении полагала иск ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежащим удовлетворению частично, поскольку производственная <данные изъяты> подтверждается материалами дела, составлен акт о несчастном случае. Однако при определении размера компенсации морального вреда просила учесть требование разумности и справедливости, категорию <данные изъяты> отнесенной к легкой, причины несчастного случая - личная неосторожность истца.

Выслушав истца и его представителя, представителя ответчика ОАО «РЖД», допросив свидетеля, исследовав письменные материалы дела, с учетом заключения старшего помощника прокурора <адрес> Раткевич И.В., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относится право на охрану здоровья (статья 41 часть 1), которое является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (статья 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 ГК Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1). При этом законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда, что является специальным условием ответственности (пункт 2).

Так, статья 1079 ГК РФ предусматривает, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, в том числе с использованием транспортных средств, механизмов, с осуществлением строительной и иной, связанной с нею деятельности, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами ст. 151 ГК РФ, которая предусматривает, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред.

Из п. 2 ст. 1101 ГК РФ следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В силу статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал машинистом железнодорожно-строительной машины на линейном участке на <адрес> №-го разряда. Уволен по инициативе работника в связи с выходом на пенсию на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (копия трудовой книжки на л.д. 26-30, удостоверения на л.д. 13, свидетельство об обучении на л.д. 32).

Согласно приказу о направлении работника в командировку №<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 был направлен в командировку в <адрес> ОАО Калугаремпутьмаш с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ для участия в ремонте летнепутевых машин (л.д. 75).

В заключении государственного инспектора труда <адрес> ФИО11 по несчастному случаю с легким исходом, произошедшему ДД.ММ.ГГГГ в 12 час. 10 мин. с ФИО1, сделан вывод, что несчастный случай подлежит квалификации как связанный с производством, оформлению актом формы Н-1, учету и регистрации в Топкинской механизированной дистанции инфраструктуры структурное подразделение Уральской дирекции по эксплуатации путевых машин – структурное подразделение Центральной дирекции инфраструктуры – филиал ОАО «РЖД».

Согласно выводам государственного инспектора труда причиной несчастного случая на производстве явилась личная неосторожность пострадавшего при перемещении тяжести. Ответственным лицом за допущенные нарушения требований законодательных и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведшие к несчастному случаю, является машинист железнодорожно-строительной машины <данные изъяты> ФИО1, допустивший личную неосторожность при поднятии и перемещении тяжести (л.д. 82-84).

Из акта о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ Формы Н-1, следует, что ДД.ММ.ГГГГ машинист железнодорожно-строительной машины ФИО1, командированный в <адрес>, около 10 час. 30 мин. местного времени, после проведения целевого инструктажа начальником <данные изъяты> ФИО12 (также командированным в <данные изъяты>), бригада в составе машиниста железнодорожно-строительной машины ФИО1, машиниста железнодорожно-строительной машины ФИО13 получила задание от начальника <адрес> освободить кабинет на втором этаже административного здания <адрес> от офисной мебели в срок до 12 часов 00 минут местного времени. В ходе расследования установлено, что работы были закончены в установленное время и, по личной инициативе работников ФИО1 и ФИО13, продолжены во время обеденного перерыва, регламентированного трудовым договором, заключенным между работником и работодателем с 12 часов 00 минут до 13 часов 00 минут. Так, при резком перемещении очередного письменного стола весом около 10-15 кг, машинист железнодорожно-строительной машины ФИО1, почувствовав сильную боль в предплечье левой руки, сообщил об этом машинисту железнодорожно-строительной машины ФИО13 При этом после ухудшения физического состояния здоровья ФИО1, предупредив начальника <адрес> ФИО5, в связи с отсутствием при себе страхового полиса ОМС отправился в травмпункт по месту жительства в <адрес>. Со станции <адрес> до <адрес> добирался на электропоезде, из <адрес> на рейсовом автобусе до <адрес>. По прибытию ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> на автовокзале примерно в 22-30 час. пересел в попутный транспорт и следовал до <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ около 00 часов 10 местного времени обратился в амбулаторно-поликлиническое травматологическое отделение ГБУЗ КО «Прокопьевская городская больница №», где получил лист нетрудоспособности, установленный диагноз: <данные изъяты><данные изъяты> относится к категории легких. ДД.ММ.ГГГГ машинисту железнодорожно-строительной машины ФИО1 была проведена операция. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был выписан из ГБУЗ КО «Прокопьевская городская больница №» и направлен на амбулаторное лечение. Дополнительно при расследовании установлено, что анализы для проведения токсикологического или наркотического опьянения у ФИО1 не брались.

Причинами несчастного случая явились: личная неосторожность при поднятии и перемещении тяжести. Лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, явились машинист железнодорожно-строительных машин <адрес> ФИО1 (л.д. 85-89).

Из выписки из истории болезни № следует, что ФИО1 находился в хирургическом отделении ООО «Медицинская практика» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты> (л.д. 33).

Согласно справке серии МСЭ-2006 № ФИО1 установлена <данные изъяты> связи с несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Дата очередного освидетельствования ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 23).

По программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания - карта №ДД.ММ.ГГГГ<данные изъяты>

Согласно справке серии МСЭДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 установлена степень утраты <данные изъяты>

По программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания - карта №ДД.ММ.ГГГГ к акту освидетельствования №ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 нуждается <данные изъяты> (л.д. 25).

Приказом ГУ Новосибирское региональное отделение ФССРФ №-В от ДД.ММ.ГГГГ в связи с несчастным случаем на производстве ФИО1 назначена единовременная страховая выплата в сумме 75 167,39 руб. (л.д. 66).

Приказом ГУ Новосибирское региональное отделение ФССРФ №-В от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 назначена ежемесячная страховая выплата в сумме 11 568,22 руб. (л.д. 61).

Таким образом, обстоятельство участия ответчика ОАО «РЖД» в причинении вреда работнику ФИО1 при исполнении им своих трудовых обязанностей и, соответственно, отнесение указанного ответчика к причинителям вреда суд признает установленным и доказанным.

Принимая во внимание, что утрата профессиональной трудоспособности сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие истца, суд приходит к выводу о причинении истцу ФИО1 морального вреда.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного денежного выражения и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Утрата профессиональной трудоспособности рассматривается в качестве сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Исходя из изложенного, поскольку установлен факт несчастного случая на производстве и утрата профессиональной трудоспособности у истца, факт причинения истцу морального вреда предполагается и установлению подлежит лишь размер его компенсации.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу истца ФИО1, суд руководствуется вышеуказанными положениями Гражданского кодекса РФ.

Характер физических и нравственных страданий истца оценивается судом с учетом обстоятельств причинения утраты профессиональной трудоспособности.

На основании изложенного, принимая во внимание, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а его защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах), право граждан на возмещение вреда, причиненного здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, прямо закрепленных в Конституции РФ, суд приходит к выводу о том, что заявленные истцом требования о компенсации морального вреда ОАО «РЖД» подлежат удовлетворению, но размер компенсации морального вреда в соответствии с принципами разумности и справедливости, а также при наличии личной неосторожности ФИО1, подлежит снижению до 40 000 руб.

Во взыскании компенсации морального вреда в большем размере суд истцу отказывает, считает исковые требования необоснованно завышенными.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ суд взыскивает с ответчика ОАО «РЖД» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 ФИО18 к ОАО «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб. (сорок тысяч рублей).

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход местного бюджета госпошлину в сумме 300 руб. (триста рублей).

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, т.е. через Центральный районный суд г. Прокопьевска Кемеровской области.

Судья (подпись) Ю.В. Мокин

Решение в окончательной форме составлено 7 сентября 2020 года

Судья (подпись) Ю.В. Мокин

Подлинный документ подшит в деле УИД 42RS0033-01-2020-001464-53 (2-806/2020) Центрального районного суда г. Прокопьевска Кемеровской области