Апелляционное определение № 33-1252/2026 от 14 апреля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

УИД18RS0011-01-2025-002925-38

Судья Одинцова О.П. 1-я инстанция: № 2-1939/2025

Судья-докладчик Ступак Ю.А. Апел.инстанция: № 33-1252/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 апреля 2026 года г. Ижевск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Удмуртской Республики в составе:

председательствующего – судьи Сундукова А.Ю.,

судей Хохлова И.Н., Ступак Ю.А.,

с участием прокурора Талалаевой А.С.,

при ведении протокола помощником судьи Брызгаловой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО1, ФИО2 на решение Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 10 ноября 2025 года по иску ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Ступак Ю.А., объяснения ФИО1, ФИО2, заключение прокурора,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 (далее – ФИО1, истец) обратился в суд с иском к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, расходов по составлению искового заявления в размере 5 000 рублей. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ около 09.10 часов, управляя автомобилем Skoda, гос.номер №далее – автомобиль Skoda), ФИО2 на регулируемом перекрестке улиц Кирова-Ленина г. Глазова, двигаясь на зеленый сигнал светофора, при повороте налево в нарушение Правил дорожного движения РФ не уступила дорогу веломопеду без регистрационного знака под управлением истца, двигавшегося со встречного направления прямо, нарушив требования п.п. 1.3, 1.5, 13.4 Правил дорожного движения РФ, в результате чего произошло столкновение, ФИО1 получил телесные повреждения средней тяжести по признаку расстройства здоровья на срок свыше 21 дня. Постановлением Глазовского районного суда Удмуртской Республики от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении в травматологическом отделении ФИО3 с диагнозом <данные изъяты> ему было выполнено оперативное лечение. После этого в течение 2019 года по 2022 год истец ходил на костылях, что причиняло значительные неудобства. Второе оперативное лечение проходило в с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ФГБОУ ВО ПИМУ МР <адрес>. В настоящее время не может находиться в стоячем положении более 30 минут и пройти длительное расстояние без отдыха. Также в результате ДТП левая конечность стала короче на 3 см. Голеностопные связки левого голеностопного сустава до настоящего времени не восстановились. Испытывает физическую боль при ходьбе и в сидячем положении. В результате осмотра, проведенного врачом травматологии и ортопедии установлено, что предстоит третья операция по эндопротезированию.

В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении иска настаивал.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признала, указывая на завышенный размер компенсации. Заявила о снижении размера возмещения с учетом ее имущественного положения.

Третье лицо ФИО4 доводы ответчика поддержал, ссылаясь на завышенный размер компенсации.

Прокурор полагал исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению.

Решением Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 10 ноября 2025 года исковые требования ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда удовлетворены частично.

С ФИО2 в пользу ФИО1 взысканы компенсация морального вреда в размере 500 000 рублей, расходы по составлению искового заявления в размере 5 000 рублей.

С ФИО2 в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда изменить, вынести по делу новое решение, взыскав компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Указывает, что не согласен с выводом суда о причинении ему вреда здоровью средней тяжести, полагает, что исходя из характера и объема повреждений, длительности расстройства причинен тяжкий вред здоровью по признаку длительности расстройства.

Суд не в полной мере оценил степень тяжести причиненных моральных страданий, в частности длительность лечения, постоянные боли в конечности, а также тот факт, что в результате ДТП произошло укорочение левой конечности. В связи с данными обстоятельствами ФИО1 испытывает постоянный дискомфорт в повседневной жизни при передвижении и ходьбе, и такое состояние здоровья останется на всю жизнь. Суд не учел, что предстоит третья операция. На момент ДТП на его иждивении находилась несовершеннолетняя дочь. В связи с нетрудоспособностью истец не мог уделять необходимое время для общения с ребенком, материально поддерживать его.

Имущественное положение ответчика не является основанием для уменьшения взыскиваемой суммы.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда изменить, снизить размер взысканной с нее компенсации морального вреда.

Указывает, что истец обратился в суд с иском спустя 6 лет, до этого не предъявлял никаких претензий. Просит учесть, что непосредственно после ДТП она всячески пыталась загладить свою вину перед потерпевшим: принесла извинения, навещала в медицинском учреждении, покупала медицинские препараты, гостинцы. Суд не принял во внимание готовность ответчика частично возместить вред, от чего истец отказался.

Укорочение левой конечности истца произошло согласно одним медицинским документам на 2 см, другим – на 3 см. Следовательно, врачи вносили записи в медицинские документы со слов потерпевшего. Состояние здоровья позволяет истцу передвигаться на мопеде.

Изложенные в решении сведения о среднемесячном доходе ФИО2 в 2024 году, расходах по оплате коммунальных услуг противоречат материалам дела.

В момент ДТП в темное время суток истец двигался на своем транспортном средстве без световых сигналов, что является грубой неосторожностью.

В возражениях каждая из сторон полагает доводы апелляционной жалобы противоположной стороны спора необоснованными.

Судебное заседание суда апелляционной инстанции в соответствии со ст. ст. 327, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) проведено в отсутствие третьего лица ФИО4, извещенного о времени и месте рассмотрения жалобы в порядке ст. 113 ГПК РФ.

В суде апелляционной инстанции ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержал, возражал против удовлетворения жалобы ответчика.

ФИО2 поддержала доводы своей апелляционной жалобы, возражала против доводов жалобы истца.

Прокурор Талалаева А.С. в заключении полагала решение законным и обоснованным.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, возражений относительно жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Как видно из материалов дела и установлено судом, постановлением Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 27 декабря 2019 года, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 КоАП РФ.

Указанным постановлением установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 09.10 часов, управляя автомобилем Skoda, ФИО2 на регулируемом перекрестке улиц Кирова-Ленина, двигаясь по зеленому сигналу светофора, при повороте налево не уступила дорогу веломопеду без регистрационного знака под управлением истца, двигающегося со встречного направления прямо, нарушив требования п.п. 1.3, 1.5, 13.4 Правил дорожного движения РФ, в результате чего произошло столкновение транспортных средств, ФИО1 получил телесные повреждения средней тяжести. Согласно заключению эксперта № БУЗ УР «БСМЭ МЗ УР» от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 установлено: <данные изъяты> Вышеописанные повреждения причинили вред здоровью средней степени тяжести по признаку длительности его расстройства (свыше 21 дня) (л.д. 11-12).

На момент ДТП собственником автомобиля Skoda являлся ФИО4 ФИО2 согласно полису ОСАГО включена в перечень лиц, допущенных к управлению транспортным средством (л.д. 68, 69).

Согласно выписке из истории болезни № ФИО1 находился на стационарном лечении в травматологическом отделении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Поступил в экстренном порядке. Травма автодорожная, сбит автомобилем ДД.ММ.ГГГГ. Диагноз: <данные изъяты> Продолжение листка нетрудоспособности со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 36).

Как следует из выписки из амбулаторной карты, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в травматологическом отделении ФИО3 с диагнозом: <данные изъяты> (л.д. 34-35).

В соответствии с выписным эпикризом ФИО1 находился в травматолого-ортопедическом отделении ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты> Движения в коленном суставе болезненны, ограничены (л.д. 32).

Согласно сведениям, представленным ООО «МЦ «АФЛО-ЦЕНТР», ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обращался за консультацией к травматологу-ортопеду с жалобами на боль в левой ноге, хромоту, ограничение движений. Обнаружено: <данные изъяты> (л.д. 33).

Оценив представленные доказательства, районный суд установил, что нарушение ФИО2 Правил дорожного движения РФ состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями - причинением телесных повреждений ФИО1, в связи с чем в соответствии со ст. ст. 1064, 1079, 150, 151, 1100, 1101 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», пришел к выводу о возложении на ФИО2 ответственности за причиненные истцу физические и нравственные страдания.

При определении размера подлежащей взысканию с ответчика компенсации морального вреда суд первой инстанции учел характер и степень причиненных ФИО1 физических и нравственных страданий, многочисленные посттравматические симптомы, в том числе в настоящее время, длительность периода лечения, включая пребывание в стационаре, характер проведенного лечения, изменение образа жизни истца, находящегося в трудоспособном возрасте. При этом судом принято во внимание материальное положение ответчика.

Решение суда в части установления наличия оснований для взыскания с ответчика компенсации морального вреда сторонами не обжалуется, в связи с чем законность и обоснованность решения суда в указанной части судебной коллегией в силу ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ не проверяется. Иное противоречило бы диспозитивному началу гражданского судопроизводства, проистекающему из особенностей спорных правоотношений, субъекты которых осуществляют принадлежащие им права по собственному усмотрению, произвольное вмешательство в которые по положениям ст. 12 ГПК РФ, ст.ст. 1, 2, 9 ГК РФ недопустимо.

Оценивая доводы апелляционных жалоб о несогласии с взысканным судом размером компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу ст. 151 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1 ст.1101 ГК РФ).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Как видно, размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку судом совокупности всех обстоятельств по делу, связанных с фактом и способами причинения вреда, его последствиями для пострадавшей стороны.

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции в полной мере учел обстоятельства причинения вреда, глубину, степень, продолжительность и характер перенесенных истцом страданий в связи с действиями ответчика.

Довод апелляционной жалобы истца относительно несогласия с причинением вреда его здоровью средней степени тяжести, как и довод апелляционной жалобы ответчика относительно несостоятельности зафиксированных в медицинских документах последствиях травм, не являются основанием для изменения принятого по делу судебного актов.

Согласно п. 1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. К числу доказательств, согласно ст. 55 ГПК РФ, относится и заключение эксперта.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из вышеизложенных норм права, в совокупности с требованиями ст. 57 ГПК РФ, следует, что экспертиза может быть назначена судом по ходатайству лиц, участвующих в деле. Положения ст. 79 ГПК РФ не возлагают на суд обязанность назначать экспертизу в каждом случае по собственной инициативе, а лишь определяют порядок назначения экспертизы и обстоятельства, при которых ходатайство о назначении экспертизы может быть удовлетворено судом.

Поскольку оценка состояния здоровья относится к сфере специальных познаний, требующих участия специалистов и экспертов в области медицины, соответствующие выводы могут быть постановлены только по результатам судебно-медицинской экспертизы.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции ФИО1 степень причиненного в результате ДТП вреда здоровью, установленная БУЗ УР «БСМЭ МЗ УР», не оспаривалась, ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы сторонами заявлено не было, в связи с чем суд правомерно рассмотрел дело по имеющимся доказательствам, представленным сторонами.

Обращение ФИО1 с настоящим иском в суд спустя 6 лет после получения травмы правового значения для разрешения спора не имеет, поскольку в силу ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина.

Доказательств оказания материальной помощи ответчиком истцу с момента получения последним травмы в материалы дела не представлено. Несмотря на готовность ответчика, как это следует из его жалобы, частично возместить причиненный вред, в отсутствие активных действий по возмещению вреда (например, в виде перечисления денежных средств) данное обстоятельство не может учитываться в качестве влекущего уменьшение компенсации.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, постепенное возвращение истца к привычному образу жизни, по мере восстановления здоровья, как то передвижение на электровелосипеде, пешком, трудоустройство не умаляют причиненные ФИО1 страдания в связи с повреждением здоровья, которые, исходя из тяжести травм, длительности лечения, необходимости проведения третьего оперативного вмешательства, продолжаются и в настоящее время. Оснований полагать, что медицинские документы содержат недостоверную информацию относительно последствий телесных повреждений, полученных истцом в ДТП, судебная коллегия не усматривает.

Также судебная коллегия не может согласиться с доводом апелляционной жалобы ответчика о наличии в действиях истца грубой неосторожности.

Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

По обстоятельствам дела, в том числе из видеозаписи ДТП, принятой судом апелляционной инстанции в качестве нового доказательства в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, видно, что происшествие произошло в светлое время суток (утром), исключительно по вине водителя ФИО2, которая на регулируемом перекрестке при повороте налево не уступила дорогу веломопеду под управлением ФИО1, двигавшемуся прямо со встречного направления по правому краю проезжей части. С учетом светлого времени суток наличие либо отсутствие включенного светового сигнала на мопеде не состоит в причинно-следственной связи с наступившими неблагоприятными последствиями.

Таким образом, оснований для применения п. 2 ст. 1083 ГК при определении размера вреда не имеется.

Кроме того, судебная коллегия не может согласиться с выводом суда о наличии оснований для применения к спорным правоотношениям положений п. 3 ст. 1083 ГК РФ.

Так, согласно п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Применяя положения указанной статьи, суд принял во внимание материальное положение виновника ДТП ФИО2, которая состоит в браке с ФИО4, имеют на иждивении двоих малолетних детей, в собственности имеют жилое помещение, приобретенное за счет заемных средств на основании кредитного договора; также у семьи имеются кредитные обязательства на сумму 300 000 рублей. ФИО4 имеет в собственности автомобиль Honda, 2013 года выпуска. Среднемесячный доход ФИО4 в 2024 году составлял 48 538,98 рублей, в 2025 году – 42 125,59 рублей. Среднемесячный доход ФИО2 в 2024 году составил 39 183,48 рублей. Также семья несет расходы по оплате коммунальных услуг, платных образовательных услуг для несовершеннолетнего ребенка.

Все перечисленные сведения об имущественном положении ответчика подтверждаются документально, в частности, среднемесячный доход ФИО2 в 2024 году исчислен судом исходя из справки по форме 2-НДФЛ, представленной Федеральной налоговой службой по запросу суда (л.д. 117), а не произвольно, как указывается в жалобе ответчика. Размер расходов по оплате коммунальных услуг за сентябрь 2025 года установлен судом из квитанций на л.д. 132-133.

В связи с дополнительно распределенным бременем доказывания судом апелляционной инстанции в качестве новых доказательств в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ приняты справки ПАО Сбербанк о доступном остатке на счете ФИО4 – 12 595,49 рублей, ФИО2 – 7 106,07 рублей.

Между тем, представленные стороной ответчика доказательства не свидетельствуют с достаточной достоверностью об имущественном положении ответчика, которое могло бы явиться основанием для уменьшения размера возмещения вреда. Так, в материалах дела отсутствуют сведения о наличии/отсутствии счетов семьи ответчика в других банках, а также сведения о движении денежных средств по данным счетам. Также судебной коллегией учитывается наличие у семьи ответчика автомобиля, приобретенного в августе 2025 года.

С учетом изложенного размер компенсации морального вреда, определенный судом с учетом положений п. 3 ст. 1083 ГК РФ, подлежит увеличению до 550 000 рублей. Соответствующие доводы апелляционной жалобы истца являются обоснованными.

Нарушений норм процессуального права, влекущих в силу ч. 4 ст. 330 ГПК РФ отмену решения в любом случае, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Глазовского районного суда Удмуртской Республики от 10 ноября 2025 года в части размера компенсации морального вреда изменить, увеличив компенсацию морального вреда до 550 000 рублей.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционную жалобу ФИО1 удовлетворить частично, апелляционную жалобу ФИО2 оставить без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 28 апреля 2026 года.

Председательствующий А.Ю. Сундуков

Судьи И.Н. Хохлов

Ю.А. Ступак