Апелляционное определение № 33-9838/2025 от 8 декабря 2025 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

УИД 91RS0021-01-2024-001183-80

дело №2-997/2024 судья первой инстанции – ФИО3

дело №33-9838/2025 докладчик – судья апелляционной инстанции Онищенко Т.С.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

09 декабря 2025 года г. Симферополь

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего, судьи

Онищенко Т.С.,

судей

ФИО4, ФИО5,

при секретаре

ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Онищенко Т.С. гражданское дело по иску ФИО7 к Администрации г. Судака Республики Крым (Администрация г. Судака) о признании права собственности на самовольную постройку, третьи лица – Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (Госкомрегистр), Служба государственного строительного надзора Республики Крым (Служба госстройнадзора Республики Крым), Судакский городской отдел Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики Крым (Судакский городской отдел Госкомрегистра), по апелляционной жалобе представителя ФИО7 – ФИО8 на решение Сакского городского суда Республики Крым от 05 ноября 2024 года,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, от имени и в интересах которой как представитель по доверенности действовала ФИО2, 05 августа 2024 года обратилась в суд с указанным иском и просила признать за ней право собственности на жилой дом лит. «А» общей площадью 559,30 кв.м совместно с террасой лит. «Б», расположенные на земельном участке общей площадью 0,06 га с кадастровым номером № по адресу: <адрес> /т.1, л.д. 5-9/.

Заявленные требования обоснованы тем, что ФИО1 на праве собственности, приобретённом в порядке наследования после смерти ФИО11, принадлежит земельный участок площадью 600 кв. м с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, с видом разрешённого использования – индивидуальное жилищное строительство. На указанном земельном участке наследодателем возведён жилой дом лит. «А» общей площадью 559,30 кв. м совместно с террасой лит. «Б». Строительство осуществлялось на основании разрешительной документации, которая впоследствии была утрачена. Объект прошёл техническую инвентаризацию в январе 2014 года; согласно техническому паспорту, является индивидуальным жилым домом. Спорный объект соответствует градостроительным и строительным нормам, действовавшим на момент завершения строительства, не нарушает права и охраняемые законом интересы третьих лиц, не создаёт угрозы жизни и здоровью граждан.

Определением суда (протокольно) от 02 октября 2024 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечён Судакский городской отдел Госкомрегистра /т.1. л.д. 130/.

Решением Судакского городского суда Республики Крым от 05 ноября 2024 года в удовлетворении иска отказано /т.1, л.д. 274-279/.

Не согласившись с данным решением суда, представитель истца – ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять по делу новое решение об удовлетворении иска, ссылаясь на неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение норм материального и процессуального права /т.2. л.д. 5-9/.

В частности, основные доводы жалобы заключаются в том, что технические и иные характеристики спорного объекта недвижимого имущества соответствуют установленным законом требованиям, в то время как иные препятствия для его введения в гражданский оборот отсутствуют.

Возражений на апелляционную жалобу не поступало.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 01 апреля 2025 года оставлено без изменения решение Судакского городского суда Республики Крым от 05 ноября 2024 года /т.2. л.д. 97-103/.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 03 сентября 2025 года отменено апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым от 01 апреля 2025 года, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции /т.2. л.д. 132-140/.

Информация о движении дела (в т.ч. о времени и месте рассмотрения дела) размещена 12 ноября 2025 года на официальном сайте Верховного Суда Республики Крым в сети Интернет по адресу: vs.krm@sudrf.ru /т.2, л.д. 231/.

Лица, участвующие в деле (их представители), будучи надлежащим образом извещёнными о времени и месте рассмотрения дела, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, что с учётом положений части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционное производство как один из процессуальных способов пересмотра, не вступивших в законную силу судебных постановлений, предполагает проверку законности и обоснованности решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Суд оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства, если признает, что они не могли быть представлены стороной в суд первой инстанции; подтверждает указанные в обжалованном решении суда факты и правоотношения или устанавливает новые факты и правоотношения.

Заслушав доклад судьи Онищенко Т.С., проверив материалы дела, законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что обжалуемое решение подлежит отмене.

Согласно части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О судебном решении» №23 от 19 декабря 2003 года, решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Обжалуемое решение суда первой инстанции не соответствует изложенным требованиям.

Согласно статье 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

По мнению судебной коллегии, суд первой инстанции при принятии решения такие нарушения допустил.

Как следует из материалов дела, ФИО1 на праве собственности в порядке наследования после смерти ФИО11 принадлежит земельный участок площадью 600 кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, имеющий категорию – земли населённых пунктов, вид разрешённого использования – для индивидуального жилищного строительства.

По данным технического паспорта на данном земельном участке по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ возведён объект недвижимости общей площадью 559,30 кв.м, состоящий из 3-х этажей и мансарды (далее также – спорный объект недвижимого имущества).

Тот факт, что спорный объект недвижимого имущества является самовольной постройкой, установлен решением Судакского городского уда Республики Крым от 12 октября 2020 года по делу №2-31/2020 /т.1, л.д. 136-141/, оставленным без изменения апелляционным определением Верховного Суда Республики Крым от 26 мая 2022 года /т.1, л.д. 142-147/ и определением Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от 29 сентября 2022 года /т.1, л.д. 148-154/, и не оспаривается самим истцом, что следует из содержания искового заявления, в т.ч. предмета заявленных требований (признание права собственности на самовольную постройку).

В силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Таким образом, обстоятельства того, что спорный объект недвижимого имущества является самовольной постройкой, установленные вступившим в законную силу вышеуказанным судебным постановлением по ранее рассмотренному делу №2-31/2020, обязательны для суда, они не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении данного дела, в котором участвуют те же лица (ФИО1 и ФИО13), в связи с чем судебная коллегия отклоняет доводы представителя истца об обратном (что спорный объект не является самовольной постройкой), как не основанные на законе.

Согласно статье 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведённые или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешённое использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведённые или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешённое использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки (пункт 1).

Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нём данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создаёт угрозу жизни и здоровью граждан (пункт 3).

В соответствии с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пунктах 39-40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 декабря 2023 года №44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке», право собственности на самовольную постройку может быть признано за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведён (создан) объект, при одновременном соблюдении следующих условий:

если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта;

если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям;

если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создаёт угрозу жизни и здоровью граждан (пункт 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом, необходимо учитывать, что для целей признания права собственности самовольная постройка должна отвечать требованиям, установленным правилами землепользования и застройки, документации по планировке территории, обязательным требованиям к параметрам постройки, установленным на день обращения в суд (абзац четвёртый пункта 2, абзац третий пункта 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 4, 7 статьи 2 Градостроительного кодекса Российской Федерации).

Признание права собственности на самовольную постройку является основанием возникновения права собственности по решению суда. В связи с этим при рассмотрении иска о признании права собственности на самовольную постройку применению подлежат положения пункта 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации в той редакции, которая действовала на момент принятия решения суда (пункт 2 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия считает, что суд нижестоящей инстанции подошёл к разрешению спора формально и фактически уклонился от установления обстоятельств, имеющих юридическое значение для его правильного разрешения, не дал правовой оценки соответствующим доводам сторон, допустил существенное нарушение норм процессуального права, устанавливающих правила доказывания в гражданском процессе, а также исследования и оценки доказательств, что привело к неправильному применению норм материального права.

Разрешая спор, суд первой инстанции вопрос о наличии или отсутствии условий, при одновременном соблюдении которых, в соответствии с пунктом 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть признано право собственности на самовольную постройку, фактически не разрешил.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В подтверждение заявленных требований истцом были предоставлены незаверенная копия экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО14 по делу № /т.1, л.д. 39-69/, незаверенная копия заключения № экспертного строительно-технического исследования от ДД.ММ.ГГГГ /т.1, л.д. 14-24/, незаверенная копия экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ (<адрес>) /т.1, л.д. 220-271/.

С иском по настоящему гражданскому делу ФИО1 обратилась 05 августа 2024 года.

Судебная коллегия констатирует, что ни одно из вышеуказанных заключений не подтверждает соответствие спорного объекта требованиям, установленным правилами землепользования и застройки, документации по планировке территории, обязательным требованиям к параметрам постройки, установленным на день обращения в суд.

Кроме того, распоряжением Правительства Российской Федерации от 16 ноября 2021 года №3214-р утверждён Перечень видов судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями.

В свою очередь, распоряжением Правительства Российской Федерации №3041-р от 31 октября 2023 года Перечень видов судебных экспертиз, проводимых исключительно государственными судебно-экспертными организациями, утверждённый распоряжением Правительства Российской Федерации от 16 ноября 2021 года №3214-р, дополнен разделом VIII следующего содержания: «Судебные экспертизы по гражданским делам, связанным с самовольным строительством».

Таким образом, с 31 октября 2023 года суды при вынесении решения по самовольному строительству обязаны руководствоваться результатами исключительно государственной строительно-технической экспертизы.

Надлежащим доказательством соответствия спорного объекта требованиям, установленным правилами землепользования и застройки, документации по планировке территории, обязательным требованиям к параметрам постройки, установленным на день обращения в суд, является заключение исключительно государственной строительно-технической экспертизы.

Вместе с тем, суд первой инстанции при разрешении спора по настоящему делу фактически ограничился установлением формальных оснований для применения закона.

Несмотря на то, что при разрешении дела возникли вопросы, требующие специальных познаний, суд первой инстанции не разъяснил сторонам по делу право на заявление ходатайства о назначении экспертизы, а также последствия не совершения указанного процессуального действия, не назначил экспертизу.

Согласно статье 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных познаний в различных областях науки, суд назначает экспертизу.

Установление соответствия объекта недвижимости по своим архитектурно-планировочным характеристикам требованиям, установленным правилами землепользования и застройки, документации по планировке территории, обязательным требованиям к параметрам постройки, установленным на день обращения в суд, требует специальных познаний. Более того, проведение строительно-технической экспертизы по данной категории споров является обязательным.

Не распределив бремя доказывания по делу, не предложив истцу право на заявление ходатайства о проведении по делу строительно-технической экспертизы, суд нижестоящей инстанции тем самым ограничил истца в реализации процессуального права и обязанности представлять доказательства.

На необходимость устранения данных нарушений процессуального закона указано в определении суда кассационной инстанции.

В пункте 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 03 июля 2007 года №595-О-П разъяснено, что самовольное строительство представляет собой правонарушение, которое состоит в нарушении норм земельного законодательства, регулирующего предоставление земельного участка под строительство, либо градостроительных норм, регулирующих проектирование и строительство.

С учётом этого, именно истец, допустивший такое правонарушение, при обращении с иском о признании права собственности в порядке статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, должен представить доказательства соответствия объекта установленным нормам и правилам, действующим на момент обращения с иском.

При новом апелляционном пересмотре решения суда первой инстанции, 12 ноября 2025 года судом апелляционном инстанции в адрес представителя истца – ФИО2 средствами почтовой связи /т.2, л.д. 219-220/ и электронной почтой /т.2, л.д. 222-223/, а также электронной почтой в адрес истца /т.2, л.д. 226-227/ направлено письмо с разъяснением права на заявление ходатайства о проведении по делу соответствующей судебной строительно-технической экспертизы с поручением её производства государственному судебному экспертному учреждению.

18 ноября 2025 года вышеуказанное письмо получено представителем истца – ФИО2 /т.2, л.д. 237/.

По состоянию на 09 декабря 2025 года письменных ходатайств от стороны истца о проведении по делу судебной строительно-технической экспертизы не поступало.

В письменных пояснениях по делу представитель истца – ФИО2 продолжил настаивать на допустимости представленных им внесудебных заключений /т.2, л.д. 238-240/.

Иными достоверными, объективными и непротиворечивыми доказательствами факт соответствия спорного объекта параметрам, установленным на дату обращения в суд с иском документацией по планировке территории, правилами землепользования и застройки или обязательным требованиям к параметрам постройки, содержащихся в иных документах; отсутствия нарушения сохранением постройки прав и охраняемых законом интересов других лиц и отсутствия угрозы жизни и здоровью граждан истцом подтверждён не был.

В письменных пояснениях по делу, направленных в адрес суда апелляционной инстанции, представитель истца – ФИО2 просила исследовать в качестве дополнительных доказательств по делу переводы на русский язык копий ранее предоставленных экспертных заключений, указывая, что при таком положении вещей данные документы могут быть положены в основу решения суда о признании права собственности на спорный объект недвижимого имущества.

Вместе с тем, вопреки доводам истца, указанное заключение (с учётом предоставленных переводов и заверенных копий) не отвечает предусмотренным статьям 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации требованиям, предъявляемым к доказательствам, поскольку проведено негосударственными экспертными учреждениями, т.е. получено в нарушение установленного законом порядка (доказательство в данном случае не является допустимым).

В этом смысле исполнение истцом (апеллянтом) предписаний, указанных в определении суда кассационной инстанции (в части предоставления переводов и заверенных копий), свидетельствует лишь о соблюдении формальных процедурных требований, направленных на устранение ранее выявленных недостатков в представлении доказательств, но не подтверждает их допустимость и не наделяет их доказательственной силой в соответствии с нормами процессуального законодательства.

Указания суда кассационной инстанции, изложенные в его определении, являются обязательными для исполнения судом апелляционной инстанции при новом рассмотрении дела в апелляционном порядке, поскольку по смыслу части 4 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд, отменяя постановление апелляционной инстанции и направляя дело на новое рассмотрение, вправе давать обязательные указания по толкованию и применению норм права, а также по вопросам, связанным с исследованием доказательств, и такие указания не подлежат обсуждению нижестоящим судом, который обязан их выполнить в полном объёме для обеспечения единообразия судебной практики и соблюдения принципа законности.

Вместе с тем, обязательность этих указаний не отменяет фундаментальных требований к доказательствам, установленных статьями 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и не может служить основанием для признания допустимыми тех экспертных заключений, которые были получены в нарушение установленного законом порядка, в частности, проведены негосударственными экспертными учреждениями без соблюдения процедур, предусмотренных для назначения и проведения судебной экспертизы, что делает их недопустимыми и лишает возможности положить их в основу судебного решения.

Таким образом, предоставление переводов и заверенных копий, хотя и соответствует предписаниям кассационного суда, однако не устраняет пороков в самих доказательствах, поскольку их источник и способ получения не соответствуют критериям относимости, допустимости и достоверности, требуемым для использования в гражданском процессе.

Суд апелляционной инстанции, выполняя указания вышестоящей инстанции, в данном случае вправе одновременно оценить эти доказательства на предмет их соответствия закону, придя к выводу об их неприемлемости без нарушения принципа обязательности судебных актов.

Также, судебная коллегия обращает внимание на то, что при рассмотрении спора по делу №2-31/2020 суд, отказывая в удовлетворении иска ФИО1, указал, что возведённый объект является самовольной постройкой, в связи с чем право собственности у наследодателя не возникло и как следствие это имущество не подлежит включению в наследственную массу.

При этом, суд первой инстанции, сославшись на пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10/22 от 29 апреля 2010 года, указал что вместе с тем это обстоятельство (самовольный характер постройки) не лишает наследников, принявших наследство, права требовать признания за ними права собственности на самовольную постройку. Однако, такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если к наследникам в порядке наследования перешло право собственности или право пожизненного наследуемого владения земельным участком, на котором осуществлена постройка, при соблюдении условий, установленных статьёй 222 Гражданского кодекса Российской Федерации. В связи с чем суд по ходатайству истца назначил судебную строительно-техническую экспертизу.

В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, самовольно возведённое строение (жилой дом литер «А», согласно данным техпаспорта БТИ), расположенное по адресу: <адрес>, на дату проведения осмотра, частично соответствует требованиям части 39 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации, пунктов 4, 5 статьи 51.1 Градостроительного кодекса Российской Федерации; пунктов 5.2.3 и 5.3.2 СП 30-102-99, СП 53.13330.2011 «Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения» (красные линии); СП 55.13330.2016 «Здания жилые одноквартирные», СанПиН 2.2.1/2.1.1.1076-01 «Гигиенические требования к инсоляции и солнцезащите помещений жилых и общественных зданий», «Системы противопожарной защиты, эвакуационные пути и выходы», СНиП 21-01-97* «Пожарная безопасность зданий и сооружений»; пунктов 8.6 и 8.17 СП 4.13130.2013 «Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объёмно-планировочным и конструктивным решениям»; СП 22.13330.2016 «Основания зданий и сооружений»; СП 14.13330.2018 Строительство в сейсмических районах; СП 17.13330.2017 «Кровли».

При этом, исследованное строение не соответствует действующим градостроительным, противопожарным нормам, а именно: по критерию этажности (количество надземных этажей не более чем три для объектов индивидуального жилищного строительства); этажность здания литер «А» - четыре надземных этажа, в том числе мансардный этаж, что не соответствует требованиям пункта 5.1.1 СП 30-102-99.

Расстояние от наружных стен левого, бокового и тыльного фасадов здания литер «А» до границы соседнего земельного участка составляет от 1,05м до 1,15м, что не соответствует требованиям пункта 6.7 СП 53.13330.2011; расстояние от тыльного фасада исследуемого здания литер «А» до соседнего строения составляет 2,40м, что не соответствует требованиям пункта 5.3.2 СП 4.13130.

Кроме того, по этим же основаниям строение не соответствует обязательным требованиям и параметрам разрешённого строительства объектов капитального строительства, установленным правилами землепользования и застройки городского округа Судак, а именно: пунктам 1,4 статьи 26. Ж-1 «Зона застройки индивидуальными жилыми домами» (этажность исследуемого здания литер «А» - четыре надземных этажа, в том числе мансардный этаж, при этом, требования ПЗЗ не выше трех надземных этажей.

Расстояние от наружных стен левого, бокового и тыльного фасадов исследуемого здания литер «А» до границы соседнего земельного участка составляет от 1,05м до 1,15м, а требования ПЗЗ - не менее трех метров от границы смежного земельного участка до основного строения).

Несмотря на то, что постройка соответствует отдельным вышеперечисленным градостроительным, противопожарным нормам и правилам, как усматривается из заключения судебной экспертизы, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что данного условия для признания за истцом права собственности на неё недостаточно, поскольку из пунктов 1 и 2 статьи 49 Градостроительного кодекса Российской Федерации следует, что к объектам индивидуального жилищного строительства относятся отдельно стоящие жилые дома с количеством этажей не более чем три, предназначенные для проживания одной семьи.

Суд указал, что из фотографий спорного домовладения усматривается, что оно имеет три этажа, а также эксплуатируемую мансарду, имеющую окна, балкон, в связи с чем, имеются основания полагать, что мансарда спорной постройки используется в качестве жилого помещения. Таким образом, этажность спорного объекта недвижимости составляет 4 этажа.

Кроме того, как указал суд первой инстанции, согласно данным технического паспорта спорного объекта недвижимости, самовольная постройка состоит из изолированных помещений, включающих отдельные кухни, санузлы, жилые комнаты, которые не связаны между собой, имеют отдельные выходы/входы на лестничные площадки общего пользования.

При таких обстоятельствах, суд пришёл к выводу о том, что наследодателем возведён объект капитального строительства, превышающий по этажности, установленные законодательством нормы индивидуальной жилой застройки, возведённый жилой дом не может быть отнесён к индивидуальной жилой застройке, поскольку состоит из изолированных помещений, не связанных между собой.

В свою очередь, судебная коллегия по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции своим определением от 29 сентября 2022 года, оставляя без изменения решение Судакского городского суда Республики Крым от 12 октября 2020 года по делу №2-31/2020 и апелляционное определение Верховного Суда Республики Крым от 26 мая 2022 года, согласилась с выводами этих судов (в т.ч. с тем, что возведённый жилой дом не может быть отнесён к индивидуальной жилой застройке, поскольку состоит из изолированных помещений, не связанных между собой) и дополнительно указала, что после устранения выявленных нарушений истец не лишена права обратиться в суд с соответствующими исковыми требованиями о признании права на самовольную постройку.

Однако, относимых и допустимых доказательств того, что выявленные нарушения устранены и спорная постройка на дату обращения в суд с настоящим иском соответствует установленным требованиям, её сохранение не нарушает права, и охраняемые законом интересы других лиц и не создаёт угрозу жизни и здоровью граждан, не представлено и материалы данного дела не содержат.

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что совокупность условий, предусмотренных пунктом 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания права собственности на самовольную постройку, отсутствует.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции не установил обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, и не применил указанные нормы материального и процессуального права, регулирующие спорные правоотношения, что повлекло неправильное разрешение спора.

С учётом вышеизложенного, судебная коллегия считает, что принятое по делу судебное постановление нельзя признать законным, поскольку оно принято при неправильном определением обстоятельств, имеющих значение для дела, с существенным нарушением норм материального и процессуального права, повлёкшее неправильное разрешение спора, что согласно пунктам 1, 4 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемого решения с принятием нового – об отказе в удовлетворении иска (по иным основаниям).

Ссылка в апелляционной жалобе на Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2018), утверждённый Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14 ноября 2018 года, о том, что нельзя одновременно отказывать, как в иске о сносе самовольной постройки, так и в иске о признании права собственности на неё, а органом местного самоуправления не предпринималось мер к сносу спорной постройки, основана на неверном понимании норм процессуального права.

Так, в силу положений статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассматривает спор в пределах заявленных исковых требований.

Из содержания искового заявления по данному делу следует, что заявленные требования сводятся к признанию права собственности ФИО1 на самовольную постройку – жилой дом лит. «А» общей площадью 559,30 кв.м совместно с террасой лит. «Б», расположенные на земельном участке общей площадью 0,06 га с кадастровым номером № по адресу: <адрес>.

Требований о сносе указанной самовольной постройки не заявлялись, в связи с чем предметом судебного рассмотрения не являлись.

Таким образом, в данном деле отсутствует одновременный отказ, как в иске о сносе самовольной постройки, так и в иске о признании права собственности на неё.

Доводы представителя истца, изложенные в письменных пояснения, о возможности признать за ФИО1 право собственности на спорную самовольную постройку в силу приобретательной давности (статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации) судебная коллегия отклоняет, т.к. спорная постройка является недвижимым имуществом и пятнадцатилетний срок, установленный статьёй 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, не истёк (истец владеет имуществом с момента его возведения – с января 2014 года, т.е. более 11 лет, но менее 15 лет).

Руководствуясь статьями 327-328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия, -

ОПРЕДЕЛИЛА:

Апелляционной жалобу представителя ФИО7 – ФИО8 удовлетворить частично.

Решение Сакского городского суда Республики Крым от 05 ноября 2024 года отменить.

Принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке путём подачи в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции кассационной жалобы в срок, не превышающий трёх месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено и подписано 10 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи