Апелляционное определение № 11-14760/2025 11-1509/2026 11-1511/2026 от 29 января 2026 г.

УИД №№


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№11-1509/2026 и

№11-1511/2026
30 января 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Белых А.А.,

судей Чекина А.В., Волуйских И.И.,

при секретаре Щегольковой Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционным жалобам ФИО4 на решение Правобережного районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 01 октября 2025 года, на дополнительное решение Правобережного районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 11 ноября 2025 года по исковому заявлению ФИО5 к ФИО4 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Заслушав доклад судьи Чекина А.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО5 обратился в суд с иском к ФИО4, в котором с учетом уточнений просил о взыскании с ответчика в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 657 000 руб., расходов по оплате услуг оценщика 15 000 руб., по оплате услуг представителя 40 000 руб., по оплате нотариальных услуг 2400 руб., по направлению искового заявления 76 руб., по оплате государственной пошлины 20 000 руб., а также процентов за пользование денежными средствами на взысканные судом суммы, начиная со дня вступления решения в законную силу и по день исполнения обязательств, в обоснование требований указав, что 23 июня 2024 года в результате виновных действий ФИО4, управлявшего автомобилем «ВАЗ 21099», государственный регистрационный знак «№», произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого повреждено принадлежащее истцу транспортное средство «Фольксваген Поло», государственный регистрационный знак №. Согласно заключению эксперта, рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учета износа составляет 2 633 803 руб., рыночная стоимость автомобиля в неповрежденном состоянии – 1 366 000 руб., стоимость годных остатков - 309 000 руб. По обращению потерпевшего АО «АльфаСтрахование» произвело выплату страхового возмещения по договору ОСАГО в сумме 400000 руб. Невозмещенной осталась сумма в размере 657 000 руб.

Решением суда первой инстанции исковые требования удовлетворены. Суд взыскал с ФИО4 в пользу ФИО5 в счет возмещения ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, 657 000 руб., расходы по оплате услуг представителя 30 000 руб., по оплате государственной пошлины 18 140 руб., по оплате услуг оценки 15 000 руб., нотариальные расходы 2400 руб., почтовые расходы 76 руб., а также проценты за пользование денежными средствами, исходя из ключевой ставки Банка России, начисленные на взысканные суммы убытков и судебных расходов в размере 722 616 руб. с момента вступления в законную силу решения суда до полной уплаты взысканной суммы.

Дополнительным решением суда первой инстанции заявление эксперта ФИО1 удовлетворено частично. Суд взыскал с ФИО4 в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг эксперта 10 000 руб.

В апелляционной жалобе ФИО4 просит решение суда первой инстанции отменить, вынести новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказать. По существу жалобы выражает несогласие с распределением вины в произошедшем дорожно-транспортном происшествии. Считает, что вывод суда первой инстанции о том, что действия ответчика состояли в причинно-следственной связи с аварией и последствиями, не подтвержден доказательствами. Несоблюдение водителем ФИО5 скоростного режима послужило причиной дорожно-транспортного происшествия. Причиной столкновения стала также некорректная работа светофоров. Стоимость годных остатков определена неверно. Поскольку истец продал автомобиль за 400 000 руб., размер взысканных годных остатков является неосновательным обогащением. Выражает несогласие с взысканным размером судебных издержек. Истец злоупотребил правом, предъявив ответчику завышенные исковые требования, соответственно в удовлетворении требований о взыскании судебных расходов должно быть отказано. Выводы досудебной оценки не положены в основу решения суда, расходы на оценку взысканию не подлежат. Доверенность выдана не по данному конкретному делу. Оснований для взыскания процентов не имелось, факт неправомерного удержания денежных средств отсутствует.

Согласно жалобе ФИО4 на дополнительное решение суда, в удовлетворении требований эксперта ФИО1 должно быть отказано. Выплата эксперту вознаграждения сверх согласованного при назначении экспертизы не производится. Эксперт до предоставления заключения с ходатайством об увеличении стоимости экспертизы не обращался.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции надлежащим образом извещены, в суд не явились, в связи с чем, судебная коллегия на основании ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ признала возможным рассмотрение дела в их отсутствие.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность принятого решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии со статьей 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

По смыслу указанной нормы условиями возникновения ответственности за причинение вреда являются: наличие вреда, виновное и противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправным действием (бездействием) лица и наступившим вредом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу пункта 4 статьи 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно пункту 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ).

Как подтверждается материалами дела, 23 июня 2024 года в районе дома №2А по ул. Оренбургская в г.Магнитогорске ФИО4, управляя автомобилем «ВАЗ 21099», государственный знак № выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора, совершил столкновение с автомобилем «Фольксваген Поло», государственный номер №, под управлением ФИО5

Определением инспектора ФИО2 от 25 июня 2024 года возбуждено дело об административном правонарушении с указанием на то, что ФИО4, управляя автомобилем «ВАЗ 21099», государственный знак №, выехал на перекресток на запрещающий (красный) сигнал светофора, чем нарушил требования пунктов 6.2, 6.13 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Постановлением старшего инспектора ФИО2 от 09 августа 2024 года ФИО4 привлечен к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 12.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 1000 руб.

Решением судьи Ленинского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 28 ноября 2025 года постановление старшего инспектора ФИО2 о привлечении ФИО4 к административной ответственности по части 1 статьи 12.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях оставлено без изменения.

Решением судьи Челябинского областного суда от 05 февраля 2025 года по жалобе ФИО4 постановление старшего инспектора ФИО2 от 09 августа 2024 года, решение судьи Ленинского районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 28 ноября 2024 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО4 оставлены без изменения, жалоба ФИО4 - без удовлетворения.

Как следует из письменных объяснений ФИО4, данных сотрудникам полиции, он, управляя автомобилем «ВАЗ 21099», государственный знак №, выехал на перекресток на запрещающий сигнал светофора, на перекрестке совершил столкновение с автомобилем «Фольксваген».

Собственником автомобиля «Фольксваген Поло», государственный номер №, является ФИО5, собственником «ВАЗ 21099», государственный знак №, на момент дорожно-транспортного происшествия являлась ФИО6

Гражданская ответственность ФИО4 при управлении транспортным средством «ВАЗ 21099», государственный знак №, застрахована в АО «АльфаСтрахование» по полису ОСАГО №, водителя «Фольксваген Поло» ФИО5 - в АО «АльфаСтрахование» по полису №.

Представитель истца обратился в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о выплате страхового возмещения, страховщик выплатил ФИО5 страховое возмещение в сумме 400 000 руб.

Истец предоставил заключение № от 18 марта 2025 года ФИО3 согласно которому стоимость ремонта транспортного средства без учета износа составит 2 326 291 руб., стоимость транспортного средства в неповрежденном состоянии - 1 456 000 руб., стоимость годных остатков - 306 000 руб.

Определением суда с целью определения размера ущерба по ходатайству представителя ответчика назначена судебная экспертиза, согласно выводам судебного эксперта ФИО1 рыночная стоимость автомобиля «Фольксваген Поло», государственный номер №, на дату дорожно-транспортного происшествия 23 июня 2024 года составила 1 366 000 руб., стоимость восстановительного ремонта без учета износа - 2 633 803 руб., стоимость годных остатков - 309 000 руб.

Установив данные обстоятельства, суд первой инстанции пришёл к правильному выводу о том, что вред, причиненный имуществу истца по вине ответчика в части, не возмещенной за счет страхового возмещения, подлежит взысканию в размере, определенном судебным экспертом. В связи с нарушением ответчиком своих обязательств перед истцом, в соответствии со ст. 395 ГК РФ, суд пришел к верному выводу о наличии оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму ущерба с даты вступления в законную силу решения суда по дату фактического исполнения, исходя из размера ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды. Поскольку судом уточненные требования удовлетворены в полном объеме, суд взыскал понесенные истцом судебные расходы с ответчика.

С таким выводом суда у судебной коллегии нет оснований не соглашаться, так как он основан на правильно установленных обстоятельствах, а также собранных по делу доказательствах, которым дана правильная и надлежащая оценка в соответствии с положениями ст. ст. 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правильном применении норм материального и процессуального права.

Исследовав материалы дела, изучив представленную в дело видеозапись, суд пришел к верному выводу о том, что причиной рассматриваемого ДТП явились действия водителя ФИО4, допустившего нарушение требований Правил дорожного движения Российской Федерации при проезде регулируемого перекрестка, нарушений в действиях водителя ФИО5, явившихся причиной возникновения ущерба, не установлено.

Вопреки суждениям заявителя апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции о вине ответчика в причинении вреда соответствуют установленным обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судебная коллегия отмечает, что исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 21 декабря 2011 года №30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В связи с этим, судебная коллегия не принимает довод апелляционной жалобы о том, что водителем ФИО4 не допущены нарушения правил проезда регулируемого перекрестка и требования сигналов светофора, поскольку иное установлено решениями суда по делу об административном правонарушении, вступившими в законную силу.

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (пункт 1.5 ПДД РФ).

Под опасностью для движения, согласно п. 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, понимается ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

В силу требований пунктов 6.1, 6.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 года №1090, в светофорах применяются световые сигналы зеленого, желтого, красного и бело-лунного цвета. Круглые сигналы светофора имеют следующие значения:

ЗЕЛЕНЫЙ СИГНАЛ разрешает движение;

ЗЕЛЕНЫЙ МИГАЮЩИЙ СИГНАЛ разрешает движение и информирует, что время его действия истекает и вскоре будет включен запрещающий сигнал (для информирования водителей о времени в секундах, остающемся до конца горения зеленого сигнала, могут применяться цифровые табло);

ЖЕЛТЫЙ СИГНАЛ запрещает движение, кроме случаев, предусмотренных пунктом 6.14 Правил, и предупреждает о предстоящей смене сигналов;

ЖЕЛТЫЙ МИГАЮЩИЙ СИГНАЛ разрешает движение и информирует о наличии нерегулируемого перекрестка или пешеходного перехода, предупреждает об опасности;

КРАСНЫЙ СИГНАЛ, в том числе мигающий, запрещает движение.

В силу пункта 6.13 ПДД РФ при запрещающем сигнале светофора (кроме реверсивного) или регулировщика водители должны остановиться перед стоп-линией (знаком 6.16), а при ее отсутствии на перекрестке - перед пересекаемой проезжей частью (с учетом пункта 13.7 Правил), не создавая помех пешеходам.

По смыслу нормы пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системном толковании со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении вреда в результате столкновения автомобилей каждый из участников дорожно-транспортного происшествия (владельцев транспортных средств) несет бремя доказывания отсутствия своей вины в причинении ущерба.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая из сторон обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как верно указал суд, каких-либо доказательств, свидетельствующих о нарушении водителем ФИО5 Правил дорожного движения Российской Федерации, которые бы состояли в причинно-следственной связи со столкновением транспортных средств и причинением вреда имуществу, а также доказательств некорректной работы светофорного объекта в момент дорожно-транспортного происшествия, в дело не представлено.

В силу ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судебная коллегия принимает в качестве наиболее достоверного значения размера ущерба величины, установленные в судебном экспертном заключении ФИО1

Заключение эксперта в полном объеме отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы. В обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных. Достоверных, объективных доказательств, опровергающих выводы вышеназванного экспертного заключения, участвующими в деле лицами в процессе рассмотрения дела представлено не было.

Каких-либо объективных доказательств, дающих основание сомневаться в правильности и обоснованности заключения судебного эксперта ФИО1 предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющего соответствующее образование и квалификацию ответчиком не представлено.

Вопреки доводам ответчика в апелляционной жалобе, выводы эксперта, изложенные в заключении, судебная коллегия находит мотивированными, соответствующими требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Следовательно, оснований не согласиться с установленным судом размером причиненного имуществу истца ущерба на основании проведенного по ходатайству стороны ответчика экспертного заключения по доводам апелляционной жалобы у судебной коллегии не имеется.

Принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

На ответчика возлагается бремя доказывания существования иного более разумного и распространенного в обороте способа исправления повреждений соответствующего имущества.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июля 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» установлено, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (абзац 2 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

В состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Судом первой инстанции при определении размера ущерба, подлежащего взысканию с причинителя вреда, в полной мере была учтена приведенная выше правовая позиция, размер определен исходя из рыночной стоимости автомобиля за вычетом стоимости годных остатков, определенной судебным экспертом.

Факт продажи поврежденного автомобиля без его полного восстановления и по иной цене не может свидетельствовать об утрате истцом права на полное возмещение причиненного ущерба. Восстановление потерпевшим поврежденного транспортного средства или отказ от такого восстановления являются правомерным поведением собственника имущества.

Таким образом, судом верно взыскана с причинителя вреда сумма ущерба, определенная на основании выводов судебной экспертизы, не оспоренной сторонами, не покрытая выплатой страховой компании, а доводы апелляционной жалобы ответчика основаны на неверном толковании норм материального права.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия полагает обоснованным вывод суда о необходимости возмещения за счет ответчика понесенных истцом судебных расходов, определенных в размере пропорционально измененным исковым требованиям.

Согласно ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

Как разъяснено в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в случае изменения размера исковых требований после возбуждения производства по делу при пропорциональном распределении судебных издержек следует исходить из размера требований, поддерживаемых истцом на момент принятия решения по делу. Вместе с тем уменьшение истцом размера исковых требований в результате получения при рассмотрении дела доказательств явной необоснованности этого размера может быть признано судом злоупотреблением процессуальными правами и повлечь отказ в признании понесенных истцом судебных издержек необходимыми полностью или в части (часть 1 статьи 35 ГПК РФ, части 6, 7 статьи 45 КАС РФ) либо возложение на истца понесенных ответчиком судебных издержек (статья 111 АПК РФ).

В соответствии с п.1 ст.10 Гражданского кодекса Российской Федерации Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, обязанность доказать факт злоупотребления потерпевшим права при получении страхового возмещения в денежной форме должна быть возложена на причинителя вреда, выдвигающего такие возражения.

По настоящему делу не установлено каких-либо обстоятельств злоупотребления потерпевшим правом на предъявление искового заявления в суд с учетом того, что реализация предусмотренного законом права на обращение в досудебном порядке к оценщику в целях определения размера ущерба и цены иска сама по себе злоупотреблением правом признана быть не может.

В данном случае по делу не имеется доказательств, указывающих на злоупотребление истцом процессуальными правами и явную необоснованность заявленных им в первоначальном исковом заявлении требований. Требования основаны на досудебной оценке, выполненной экспертом, обладающим специальными познаниями, которых у истца, в свою очередь, не имеется. Сведений о том, что истец знал об ином, меньшем размере ущерба, однако намеренно завысил размер исковых требований, в деле не имеется.

Таким образом, судебные расходы обоснованно взысканы судом, исходя из размера требований, изложенных в измененном исковом заявлении.

Поскольку расходы на досудебную оценку были необходимы истцу для определения размера ущерба и размера исковых требований, суд первой инстанции верно взыскал данные расходы с ответчика.

В абз.2 п.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что расходы на оформление доверенности представителя могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Факт несения истцом расходов на оформление доверенности подтверждается представленными в дело доказательствами.

Также из текста доверенности следует, что представитель истца уполномочен на представление интересов истца при ведении судебных дел по спору, связанному с дорожно-транспортным происшествием от 23 июня 2024 года, с правом подписывать и подавать от имени истца различного вида заявления, расписываться и совершать все действия, связанные с данным поручением. При этом сведений о предоставлении права на участие от имени истца в иных гражданских делах из содержания доверенности не следует.

Таким образом, доверенность от имени истца выдана для участия его представителя в настоящем деле, расходы на ее оформление следует признать судебными издержками, что верно определено судом.

В соответствии с п. 1 ст. 395 Гражданского кодекса РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (п. 3 ст. 395 Гражданского кодекса РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательств (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации) (пункт 37).

В пункте 57 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 разъяснено, что обязанность причинителя вреда по уплате процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, возникает со дня вступления в законную силу решения суда, которым удовлетворено требование потерпевшего о возмещении причиненных убытков, если иной момент не указан в законе, при просрочке их уплаты должником.

Право на предъявление требования о взыскании процентов в силу статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации возникает с момента возникновения у ответчика соответствующего денежного обязательства.

Проценты, предусмотренные ст. 395 Гражданского кодекса РФ, могут быть начислены в случае неисполнения решения суда, поскольку с момента вступления его в законную силу деликтное обязательство ответчика стало денежным.

Таким образом, проценты за пользование чужими денежными средствами исходя из существа и оснований заявленных требований подлежали начислению с момента вступления решения суда о возмещения ущерба в законную силу, так как именно с этого момента на стороне ответчика возникла обязанность по возмещению заявленной суммы ущерба. Данное обстоятельство также верно установлено судом в решении.

Также судебная коллегия полагает, что в дополнительном решении судом обоснованно взысканы с ответчика расходы на оплату судебной экспертизы в сумме 10 000 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. По смыслу названной нормы вопрос о необходимости назначения экспертизы по делу, с учетом возможности оценки представленных доказательств и с учетом фактически заявленных требований, решает суд.

В соответствии ч. 1 ст. 80 Гражданского процессуального кодекса РФ суд обязан указать в определении о назначении экспертизы наименование стороны, которая производит ее оплату.

Распределение расходов по оплате экспертного исследования должно осуществляется судом с учетом бремени доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, возложенного на каждую из сторон.

Из материалов дела следует, что в связи с оспариванием размера рыночной стоимости принадлежащего истцу транспортного средства представителем ответчика первоначально заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы, при этом перечень вопросов эксперту в ходатайстве не конкретизирован.

В этой связи судом первой инстанции судебным экспертам, в том числе ФИО1 направлен запрос о стоимости проведения экспертизы с постановкой перед экспертом одного вопроса по определению рыночной стоимости автомобиля истца. В соответствии с ответом эксперта от 29 мая 2025 года стоимость проведения такой экспертизы составит 15 000 руб. (том 1 л.д.180, 182).

На основании данного ответа судом при назначении экспертизы использованы указанные в нем сведения о стоимости, обязанность по оплате экспертизы возложена на ответчика в сумме 15 000 руб.

При этом в ходатайстве о назначении судебного эксперта от 5 июня 2025 года представителем ответчика на разрешение эксперта предложен более широкий круг вопросов, в том числе о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства.

Определением суда от 10 июня 2025 года, исходя из круга оспариваемых ответчиком обстоятельств, перед экспертом ФИО1 на разрешение постановлено фактически три вопроса – о стоимости ремонта, рыночной стоимости автомобиля и стоимости его годных остатков.

В связи с этим, после проведения экспертизы судебных эксперт, осуществивший экспертное исследование по каждому из поставленных вопросов, обратился к суду с заявлением о взыскании расходов по экспертизе в общей сумме 25 000 руб., указав в обоснование, что стоимость проведенного экспертного исследования по трем поставленным вопросам составила именно указанную сумму.

Таким образом, вопреки доводам жалобы, требование эксперта в данном случае основано не на изменении расценок после назначения экспертизы, а на существенно ином объеме экспертного исследования, проведенного экспертом по поручению суда и в соответствии с заявленным самим ответчиком ходатайством.

Заключение эксперта ФИО1 принято в качестве надлежащего доказательства по делу при определении размера денежных средств, подлежащих взысканию в качестве возмещения ущерба с ответчика в пользу истца. При этом каждый из ответов эксперта на поставленные вопросы использован судом для определения размера причиненного ущерба.

На основании изложенного, дополнительное решение суда, возлагающее на проигравшую сторону обязанность по доплате расходов на проведение судебной экспертизы, является законным и обоснованным.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит, иными лицами решение суда не обжалуется.

Согласно ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Правобережного районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 01 октября 2025 года, дополнительное решение Правобережного районного суда г.Магнитогорска Челябинской области от 11 ноября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 13 февраля 2026 года.