Апелляционное постановление № 22-6041/2017 от 29 октября 2017 г. по делу № 22-6041/2017

Судья Софронов В.А. Дело № 22-6041 АП


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Нижний Новгород 30 октября 2017 года

Нижегородского областной суд в составе председательствующего судьи Кострова А.В.,

с участием прокуроров Паньковой Т.В., Видоновой К.В.,

осужденного ФИО1,

защитников - адвоката Сайбеля М.В., представившего удостоверение № и ордер №, адвоката Державиной Ю.С., представившего удостоверение № и ордер №,

представителя потерпевшего ОАО «<ФИРМА 1>» Л.Д.В.,

при секретаре Рыбковой К.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Юдина А.И. в интересах осужденного ФИО1, возражения государственного обвинителя Видоновой К.В., адвоката Н.Ю.В., в интересах ОАО «<ФИРМА 1>» на приговор Нижегородского районного суда г.Н.Новгорода от 30 июня 2017 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <адрес>,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 50000 рублей.

На основании пункта «а» части 1 статьи 78 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО1 освобожден от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Мера процессуального принуждения до вступления приговора в законную силу оставлена прежней - обязательство о явке, после вступления приговора в законную силу - постановлено отменить.

Вопрос о вещественных доказательствах по делу разрешен.

Заслушав доклад судьи Кострова А.В., изложившего содержание приговора, доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав участников, суд

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 признан виновным за заведомо ложное заключение эксперта в суде, то есть в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 50000 рублей.

На основании пункта «а» части 1 статьи 78 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО1 освобожден от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре суда.

ФИО1 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе адвокат Юдин А.И. в интересах ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела. В обоснование своей позиции указывает, что при выполнении экспертизы, проводимой по поручению Арбитражного суда <адрес> в ДД.ММ.ГГГГ, эксперты между собой по обстоятельствам производимых исследований не общались, не договаривались, не обменивались мнениями относительно объема своих работ и исследований, что исключает заведомый сговор, для получения итогового неправильного заключения. Данные обстоятельства, по мнению защиты, подтверждаются показаниями свидетелей Н., Д., М., Г., М., Ф.. Расчет осуществляла эксперт Н.. Ее данные и послужили основанием для последующих расчетов ФИО1. Условия применения методов расчета применяемых его подзащитным соблюдены. Анализируя предъявленное обвинение, считает его необоснованным. Приводя объективную сторону данного преступления, указывает, что выводы эксперта вытекают из проведенной им оценки. Обращает внимание, что в действиях его подзащитного не установлен мотив преступления, что, по его мнению, подтверждается постановлением от 29 сентября 2017 года о частичном прекращении уголовного дела. Просит приговор отменить и постановить в отношении подзащитного оправдательный приговор.

В своем возражении государственный обвинитель Видонова К.В. считает приговор законным, обоснованными справедливым. Просит оставить его без изменения, а жалобу, без удовлетворения.

В своем возражении адвокат Н.Ю.В., действующая в интересах ОАО «<ФИРМА 1>» подробно, анализируя жалобу адвоката, считает, что доводы, в ней изложенные не могут служить основанием для отмены приговора. Обращает внимание, что ФИО1, используя заведомо ложные сведения о прогнозируемом годовом доходе, сослался на выводы эксперта Н.Н.А., а затем путем применения индексного метода посчитал годовой доход за ДД.ММ.ГГГГ. После чего умышленно и необоснованно применил метод капитализации дохода, приняв за ставку капитализации ставку рефинансирования, составляющую 7,75%, получив сумму в размере № рублей, внеся указанную сумму в ответ заключения эксперта о размере упущенной выгоды, которая в действительности составляла № рубля. Данное заключение эксперта легло в основу вынесенного Арбитражным судом решения ДД.ММ.ГГГГ. Также не соглашается с доводами защиты относительно непреднамеренного характера совершенного преступления, поскольку ложность сделанных ФИО1 выводов носит очевидный характер. Считает, что ссылка защиты на постановление о частичном прекращении уголовного дела от 29 сентября 2016 года является необоснованной. Просит в удовлетворении жалобы отказать.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 и его защитники - адвокаты Сайбель М.В., Державина Ю.С. доводы жалоб поддержали, просили приговор суда первой инстанции отменить, оправдать ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Представитель ОАО «<ФИРМА 1>» Л.Д.В., просит приговор оставить без изменения, а жалобу без удовлетворения.

Прокуроры Панькова Т.В., Видонова К.В., полагали, что приговор суда является законным и обоснованным и просили оставить его без изменения.

Согласно ст. 3899 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Проверив представленные материалы с учетом доводов апелляционной жалобы, а также возражений, выслушав участников процесса, апелляционная инстанция приходит к следующему:

Выводы суда о виновности ФИО1 в содеянном соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных и оцененных судом в соответствии со ст.88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности - достаточности.

Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о расследовании дела с явным обвинительным уклоном, апелляционной инстанцией не установлено.

Выводы суда должным образом мотивированы, согласуются с материалами дела, которые явились предметом исследования в судебном заседании.

В судебном заседании всесторонне, полно и объективно исследовались показания представителей потерпевшего, свидетелей, ФИО1, в том числе по ходатайствам сторон оглашались показания названных лиц, данные ими в ходе предварительного следствия, выяснялись причины противоречий в этих показаниях и путем полного и объективного исследования доказательств по делу в их совокупности эти противоречия устранялись.

Приведенным доказательствам суд в приговоре дал правильную оценку и обоснованно пришел к выводу о доказанности событий преступного деяния и виновности ФИО1.

Согласно содержанию протокола судебного заседания подсудимому была предоставлена возможность довести до суда свою позицию относительно предъявленного обвинения.

Оснований для признания доказательств, на которых основаны выводы суда, недопустимыми, не имеется, поскольку такие доказательства получены с соблюдением требований закона, о чем мотивированно указано в соответствующих постановлениях суда и дана оценка в приговоре. Доводы защиты на нарушения процедуры проведения следственных действий не связаны с лишением или ограничением процессуальных прав стороны защиты, повлиявших на результаты следственных действий и на законность и обоснованность приговора. Порядок возбуждения уголовного дела, действий должностных лиц, связанных с движением уголовного дела, изъятия и осмотра вещественных доказательств, допросов и других следственных действий был соблюден, протоколы следственных действий подписаны их участниками. Допросы ФИО1 проведены с участием адвоката и после разъяснения процессуальных прав. Возможность реализации предусмотренных законом прав при проведении следственных действий стороне защиты была обеспечена.

Анализ показаний представителей ОАО «<ФИРМА 1>»о и свидетелей, письменные документы и другие собранные по делу доказательства, проверенные в судебном заседании, нашли свое объективное подтверждение и в совокупности подтверждают выводы суда о виновности ФИО1 в указанном преступлении.

Все выводы суда, изложенные в приговоре, являются правильными. Показания представителей потерпевшего, свидетелей, иные доказательства, перечисленные в приговоре суда и имеющие существенное значение для постановления обоснованного приговора, судом исследовались и в приговоре получили надлежащую оценку. Оснований сомневаться в правдивости и объективности показаний свидетелей и письменных документов дела не имеется. Показания указанных лиц подробны, логически последовательны, не противоречивы и полностью согласуются с имеющимися в деле доказательствами, подробно приведенными в приговоре суда. Выводы суда мотивированы подробно и достаточно полно.

Доводы защиты о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, протоколу судебного заседания, не являются обоснованными.

Вопреки доводам жалоб, судом первой инстанции верно установлено, что ФИО1 определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ был включен совместно с лицом, уголовное преследование в отношении которого за дачу заведомо ложного заключения эксперта в суде прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования (далее - эксперт Н.), в состав судебных экспертов ООО НПО «<ФИРМА 2>» для проведения комплексной (экологической, строительно-технической, гидротехнической, бухгалтерской, товароведческой) судебной экспертизы по гражданскому делу № № по исковому заявлению ООО «<ФИРМА 3>» о взыскании с ОАО «<ФИРМА 1>» в лице филиала - перекачивающей станции «<данные изъяты>» ущерба, причиненного ООО «<ФИРМА 3>» вследствие произошедшей ДД.ММ.ГГГГ аварии на № км подземно пролегающего магистрального нефтепродуктопровода «<данные изъяты>» возле села <адрес>, в результате которой в окружающую среду протекло дизельное топливо, попавшее в рыбохозяйственный водоем ООО «<ФИРМА 3>».

В рамках назначенной комплексной судебной экспертизы ФИО1 должен был провести исследование и ответить на третий вопрос по определению общей суммы реального ущерба и упущенной выгоды, причиненных ООО «<ФИРМА 3>» в результате указанной аварии, а эксперт Н. - на первый вопрос по установлению количества и стоимости уничтоженной (погибшей, поврежденной) рыбы, принадлежащей ООО «<ФИРМА 3>».

Руководителем ООО НПО «<ФИРМА 2>» ДД.ММ.ГГГГ в помещении ООО «НПО «<ФИРМА 2>» по адресу: <адрес>, ФИО1 и эксперт Н. были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации и им разъяснены права и обязанности эксперта, предусмотренные статьей 55 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о чем они расписались в подписке экспертов.

После этого в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> ФИО1, действуя в интересах ООО «<ФИРМА 3>», желая завысить сумму причиненного ущерба и упущенной выгоды, вступил в преступный сговор с экспертом Н. на дачу заведомо ложного заключения эксперта в Арбитражном суде <адрес> по вышеуказанному гражданскому делу.

Тогда же эксперт Н., находясь в помещении ООО НПО «<ФИРМА 2>» по вышеуказанному адресу, действуя по предварительному сговору с ФИО1, создавая последнему условия для завышения размера упущенной выгоды ООО «<ФИРМА 3>», злоупотребляя правом эксперта, предусмотренным частью 2 статьи 86 Арбитражно-процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в заключение экспертов выводов об обстоятельствах, которые имеют значение для дела и по поводу которых ему не были поставлены вопросы, вышел за пределы рамок своего исследования по установлению количества и стоимости погибшей рыбы, не выясняя доходы и расходы ООО «<ФИРМА 3>» за прошлые годы, не имея достаточных документов бухгалтерского учета, в том числе налоговой декларации по Единому сельскохозяйственному налогу за ДД.ММ.ГГГГ год, в нарушение требований статьи 8 Федерального закона Российской Федерации № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» о проведении объективного исследования на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме, внес в исследовательскую часть по первому вопросу заключения экспертов заведомо ложные сведения о прогнозируемом годовом доходе, указав, что эксперт принимает за данное, что предприятие функционирует в ДД.ММ.ГГГГ году в рабочем режиме с условным доходом от реализации товарной рыбы в сумме № рублей, тогда как по заключению эксперта № возможный годовой доход за ДД.ММ.ГГГГ составлял не более № рублей № копеек.

При этом эксперт Н., скрывая с ведома ФИО1 заведомую ложность своих расчетов дохода от реализации товарной рыбы, не внес в исследовательскую часть сведения о том, что доход в размере № рублей согласно его расчетам мог быть получен лишь при наличии исключительно благоприятных условий.

В тот же период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел, находясь в помещении ООО НПО «<ФИРМА 2>» по вышеуказанному адресу, будучи обязанным в соответствии со статьей 8 Федерального закона Российской Федерации № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и частью 2 статьи 55 Арбитражно-процессуального кодекса Российской Федерации провести исследование на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме, дать объективное заключение по поставленному вопросу об определении общей суммы реального ущерба и упущенной выгоды, причиненных ООО «<ФИРМА 3>» в результате аварии на трубопроводе <адрес>, имевшей место ДД.ММ.ГГГГ в районе реки <адрес>, действуя в интересах этого Общества, желая завысить сумму причиненного ущерба и упущенной выгоды, осознавая, что в соответствии со статьей 64 Арбитражно-процессуального кодекса Российской Федерации заключение экспертов является доказательством, на основании которого арбитражный суд будет устанавливать наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования ООО «<ФИРМА 3>» и возражения представителей ответчика, умышленно при проведении исследования необоснованно применил метод капитализации, внес в исследовательскую часть по третьему вопросу и в выводы заключения экспертов № неправильные расчеты упущенной выгоды, недостоверные сведения о прогнозируемом годовом доходе и размере упущенной выгоды ООО «<ФИРМА 3>», вследствие аварии на магистральном нефтепродуктопроводе «<данные изъяты>».

Так, ФИО1, используя изложенные экспертом Н. в заключении экспертов № по предварительному сговору заведомо ложные выводы об условном доходе на ДД.ММ.ГГГГ год, сослался на эти выводы, указал в исследовательской части по третьему вопросу заключения экспертов, что ожидаемый годовой доход на ДД.ММ.ГГГГ год принят к расчетам в размере № рублей.

После этого ФИО1, продолжая использовать заведомо недостоверные данные о годовом доходе на ДД.ММ.ГГГГ год в размере № рублей, путем применения индексного метода рассчитал годовой доход за ДД.ММ.ГГГГ год, который якобы составил № рублей.

Затем с целью дальнейшего увеличения суммы упущенной выгоды ФИО1 умышленно необоснованно применил метод капитализации дохода за ДД.ММ.ГГГГ год в размере № рублей, приняв за ставку капитализации на дату оценки ставку рефинансирования Банка России в размере 7,75%, получив сумму в размере № рублей, что также отразил в исследовательской части по третьему вопросу заключения экспертов.

Далее, ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел, при ответе на третий вопрос внес в выводы заключения экспертов заведомо ложные сведения о том, что упущенная выгода ООО «<ФИРМА 3>» в результате аварии на нефтепродуктопроводе «<данные изъяты>», имевшей место ДД.ММ.ГГГГ в районе реки <адрес>, на дату оценки ДД.ММ.ГГГГ составляет № рублей, при этом по заключению эксперта № упущенная выгода за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составила не более № рублей.

Заключение экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, подписанное ФИО1 и экспертом Н., ДД.ММ.ГГГГ поступило в Арбитражный суд <адрес> по адресу: <адрес>, где ДД.ММ.ГГГГ было исследовано в судебном заседании, после чего ДД.ММ.ГГГГ суд вынес решение по иску ООО «<ФИРМА 3>» к ОАО «<ФИРМА 1>» в лице филиала - перекачивающая станция «<данные изъяты>», приняв и использовав для доказывания заключение экспертов в качестве доказательства по делу.

Вина ФИО1 подтверждается показаниями представителя потерпевшегоЖ.В.Н., согласно которым в результате произошедшей ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> аварии, нефтепродукты попали в окружающую среду - реку <данные изъяты> и пруды ООО «<ФИРМА 3>». В последующем ООО «<ФИРМА 3>» обратилось в Арбитражный суд <адрес> с исковым заявлением о возмещении вреда, причиненного в результате аварии в сумме № рублей. На основании экспертного заключения ООО «НПО <ФИРМА 2>», решением Арбитражного суда <адрес> с ОАО «<ФИРМА 1>» взыскан ущерб и упущенная выгода в общей сумме около № рублей. Апелляционный суд уменьшил упущенную выгоду в 3 раза.

Согласно показаниям свидетеля К.Ф.Н. - генерального директора ООО «<ФИРМА 3>» следует, что по результатам экспертизы, проведенной ООО НПО «<ФИРМА 2>», Арбитражный суд вынес решение и взыскал № рублей на восстановление пруда и №. упущенной выгоды. Решение первой инстанции было частично изменено, размер упущенной выгоды снижен до №.

Свидетель Ф.П.В., являющийся директором ООО НПО «<ФИРМА 2>», пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ из Арбитражного суда <адрес> поступил запрос о возможности проведения экспертизы по указанным в нем вопросам. В ответ было направлено сообщение о возможности провести экспертизу, указаны эксперты Д.М.В., Н.Н.А., Г.П.В., М.В.В., ФИО1 и М.Д.В.. После получения определения суда о назначении экспертизы, он ДД.ММ.ГГГГ предупредил всех экспертов об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ и разъяснил им права и обязанности.

Данные обстоятельства также подтверждаются показаниями В.В.К., заместителя директора по экспертной деятельности ООО НПО «<ФИРМА 2>».

Согласно показаниям свидетелей Д.М.В., Г.П.В. и М.В.В. следует, что каждый из них был включен в состав экспертной комиссии для проведения комплексной судебной экспертизы, ДД.ММ.ГГГГ предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ и каждый готовил свою часть заключения. Из-за технической ошибки вместо даты «ДД.ММ.ГГГГ» написана дата «ДД.ММ.ГГГГ».

Доводы апелляционной жалобы, что показания свидетелей не подтверждают виновности ФИО1, являются необоснованными и не опровергают выводов суда первой инстанции, с учетом приведенных в приговоре письменных доказательств, а также выводов, что подсудимый не посвящал этих лиц в свой преступный умысел, но не опровергает установленных по делу обстоятельств совершения преступления.

Так, согласно материалам дела № исковое заявление ООО «<ФИРМА 3>» кОАО «<ФИРМА 1>» от ДД.ММ.ГГГГ принято к производству Арбитражного суда <адрес> определением от ДД.ММ.ГГГГ (т. 47, л.д. 19-20, 26-29).

Определением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ производство экспертизы было поручено ООО НПО «<ФИРМА 2>». На разрешение экспертов поставлено три вопроса. Согласно третьему вопросу предложено определить общую сумму реального ущерба и упущенной выгоды, причиненных ООО «<ФИРМА 3>» в результате аварии (т. 56 л.д. 143-147).

Согласно постановлению № арбитражного апелляционного суда от ДД.ММ.ГГГГ (т. 64 л.д. 178-193), Федерального арбитражного суда <адрес> округа от ДД.ММ.ГГГГ (т. 76 л.д. 130-137) следует, что решением Арбитражного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ требования ООО «<ФИРМА 3>» удовлетворены частично, с ОАО «<ФИРМА 1>» взыскано № рублей реального ущерба, № рубля упущенной выгоды, № рублей судебных расходов. Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения судом кассационной инстанции, названное решение изменено, размер подлежащей взысканию упущенной выгоды снижен до № рублей, при этом указано, что применение при расчете размера упущенной выгоды ставки капитализации не может быть принято во внимание, поскольку применительно к статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации является самостоятельным видом ответственности за неисполнение денежного обязательства.

Вопреки доводам жалобы при расчете размера упущенной выгоды эксперт ФИО1 использовал приведенные сведения, внесенные экспертом Н.Н.А. в исследовательскую часть заключения, не проверив их, не проведя при этом самостоятельно расчет дохода, указал, что исходит из ожидаемого годового дохода ООО «<ФИРМА 3>» на ДД.ММ.ГГГГ год в размере № рублей. При этом указал, что стоимость уничтоженной товарной рыбы составляет № рублей.

Исходя из указанного размера, применив индекс потребительских цен ДД.ММ.ГГГГ годов, эксперт ФИО1 определил годовой доход за ДД.ММ.ГГГГ год в сумме № рублей. Сумму расходов, необходимых для получения дохода в указанной сумме эксперт ФИО1 не учитывал.

Затем ФИО1, принимая за ставку капитализации ставку рефинансирования Банка России в размере 7,75%. Определил упущенную выгоду ООО «<ФИРМА 3>» в результате капитализации годового дохода за ДД.ММ.ГГГГ год в сумме № рублей, которая составила № рублей.

Расчет упущенной выгоды ФИО1 произвел методом капитализации дохода за ДД.ММ.ГГГГ год в размере № рублей. В заключении ФИО1 привел используемую им методику расчета упущенной выгоды, в которой отразил, что метод капитализации доходов используется, если потоки доходов стабильны длительный период времени, представляют собой значительную положительную величину, возрастают устойчивыми, умеренными темпами. В то же время, как следует из заключения экспертизы финансовые и бухгалтерские документы, содержащие сведения о расходах и доходах ООО «<ФИРМА 3>» за периоды, предшествующие аварии, им не исследовались, анализ доходов за предыдущие годы не производился.

В судебном заседании ФИО1 показал, что все подписи в экспертном заключении ООО НПО «<ФИРМА 2>» от ДД.ММ.ГГГГ №, выполненные от его имени, выполнены им лично.

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Н.Н.А. следует, что сумма в размере № рублей, определена как «условный доход от реализации товарной рыбы в ДД.ММ.ГГГГ года», на самом деле не является доходом за ДД.ММ.ГГГГ год, поскольку рыбхоз не мог получить доход в ДД.ММ.ГГГГ году от реализации товарной рыбы в таком размере. Данный доход рыбхоз мог теоретически получить лишь в ДД.ММ.ГГГГ года и только при наличии исключительно благоприятных условий выращивания рыбы, при полном отсутствии негативных факторов, и с учетом того, что в ДД.ММ.ГГГГ году ООО «<ФИРМА 3>» не должно совсем реализовывать рыбу и не иметь никакого дохода, а лишь только одни расходы, связанные с содержанием рыбы.

На основании приведенной в приговоре совокупности доказательств, суд пришел к обоснованному выводу, что заключение по вопросам, поставленным перед экспертами Н.Н.А. и ФИО1, является неправильным (ложным).

Обоснованным является приведение в качестве подтверждения выводов суда данных декларации по единому сельскохозяйственному налогу, согласно которой сумма дохода за налоговый период ДД.ММ.ГГГГ года составила № рублей, что более чем в три раза меньше прогнозируемого Н.Н.А. дохода на ДД.ММ.ГГГГ год в размере № рублей, который мог быть лишь при условии наличия исключительно благоприятных условий.

Не смотря на это ФИО1, воспользовавшись недостоверными данными о годовом доходе, определил упущенную выгоду исключительно исходя из размера условного дохода без учета расходов, связанных с его получением. При этом, как следует из материалов дела и указано в приговоре не исследовал необходимые документы.

Из показаний эксперта П.М.С. следует, что в данном случае метод капитализации не применим. В случае применения ставки капитализации доходов, можно найти не упущенную выгоду, а стоимость всего предприятия. При определении упущенной выгоды он делал 2 экспертизы, в одной была установлена сумма дохода исходя из порядка № рублей в год, в другой экспертизе он рассчитывал исходя из тех доходов, которые указанны ООО «<ФИРМА 3>» в своих налоговых декларациях. Рассчитанная им сумма получилась меньше даже когда он пользовался тем же доходом, который ООО НПО «<ФИРМА 2>» использовало в своей экспертизе. Во второй экспертизе он использовал сумму дохода исходя из налоговой декларации, упущенная выгода получилась на порядок меньше. Считает, что правильной является экспертиза исходя из доходов по налоговой декларации.

Согласно оглашенным показаниям свидетеля С.Д.А., следует, что ООО «<ФИРМА 4>», руководителем которого он являлся, оказывало ОАО «<ФИРМА 1>» консультационные услуги. Считает, что экспертиза ООО НПО «<ФИРМА 2>» проведена не профессионально, завышена сумма причиненного ущерба.

В этой связи суд первой инстанции проанализировав доводы защиты, приведя нормы действующего законодательства, рассмотрев рекомендации, касающиеся проведения экспертных исследований, пришел к обоснованному выводу, что упущенная выгода не может являться объектом оценки, и не может быть исчислена используемым в оценке и примененным ФИО1 методом капитализации дохода.

Кроме того, приняв данный метод оценки ФИО1 без соблюдения условий его применения, в том числе без исследования необходимой документации деятельности предприятия, которая необходима для произведения расчетов, без достаточных на то оснований принял за ставку капитализации безрисковую ставку рефинансирования Банка России в размере 7,75%. Тогда, как сам факт произошедшей ДД.ММ.ГГГГ аварии о которой было известно эксперту, предполагал учет данного обстоятельства при учете величины ставки.

Рассматривая доводы жалобы апелляционная инстанция принимает во внимание, что суд в приговоре пришел к верному выводу об умышленном характере действий ФИО1 ввиду их очевидности.

При этом судом проверялась версия стороны защиты о возможности собственного усмотрения эксперта, либо случайных ошибках ФИО1 и обоснованно, как опровергающаяся приведенными в приговоре доказательствами, получившими надлежащую оценку, отвергнута. Выводы суда о ложности результатов экспертного заключения ФИО1 мотивированы, являются правильными, с ними соглашается и апелляционная инстанция.

При этом, судом обоснованно сделана ссылка на имеющийся опыт экспертной деятельности ФИО1, его образование, квалификацию,

В этой связи, следует особо отметить, что в сообщении <ВУЗ> от ДД.ММ.ГГГГ приведен учебный план образовательной программы, по которой обучался ФИО1, в приложении к сообщению отмечено, что метод капитализации применяется в том случае, когда доход является стабильным или, по крайней мере, ожидается, что текущие денежные доходы приблизительно будут равны будущим или темпы их роста - умеренны (т. 46 л.д. 163-201).

Приведенные доказательства об очевидности нарушений, вопреки позиции защиты свидетельствуют о завышении суммы упущенной выгоды, вследствие наличия прямого умысла эксперта ФИО1 на дачу заведомо ложного заключения, что исключает возможность совершения указанных явных, очевидных нарушений вследствие экспертной ошибки.

Указанные обстоятельства и выводы суда первой инстанции опровергают также и позицию защиты, изложенную в апелляционной жалобе, о том, что экспертом дана верная оценка фактов и обстоятельств, а выводы вытекают из исследованных материалов.

Учитывая, что мотив, по которому эксперт совершил свои действия, за которые он признан виновным, значения для квалификации преступления не имеет, суд в приговоре установил, осведомленность ФИО1 об исковых требованиях ООО «<ФИРМА 3>», информированность о том, что в соответствии со статьей 64 АПК РФ заключение экспертов является доказательством, на основании которого суд будет устанавливать наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования истца. Кроме того, именно ООО «<ФИРМА 3>» просило о поручении экспертизы ООО НПО «<ФИРМА 2>», в котором подсудимый занимал должность начальника отдела оценки. ООО НПО «<ФИРМА 2>» является коммерческой экспертной организацией - хозяйственным обществом, доходность деятельности которого находится в зависимости от желания (волеизъявления) сторон просить о поручении провести экспертизы именно в этой экспертной организации.

Указанное позволило придти к выводу, что ФИО1 действовал в интересах истца ООО «<ФИРМА 3>».

В этой связи, ссылка защиты на исследованное в суде постановление от 29 сентября 2017 года о частичном прекращении уголовного дела, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, и на выводы в нем изложенные, не опровергают выводов суда первой инстанции о виновности ФИО1 в том объеме, в котором он признан виновным.

Представленные в судебное разбирательство доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, правильно оценены в соответствии с положениями ст. ст. 87, 88 и 307 УПК РФ, при этом суд обоснованно пришел к выводу о достоверности доказательств, которые не имеют существенных противоречий, влияющих на правильность установления судом обстоятельств совершения осужденным преступления, и доказанность его вины, согласуются между собой, и подтверждаются материалами дела, дополняют друг друга и содержат исчерпывающие сведения относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, в связи с чем, суд апелляционной инстанции, находя правильной оценку данную судом собранным по делу доказательствам, как с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого из них, так и с точки зрения достаточности всей их совокупности для принятия правильного решения по делу, считает обоснованным вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления.

Суд также обосновал свое решение о наличии предварительного сговора эксперта ФИО1 с экспертом Н.Н.А. в части дачи заведомо ложного заключения о размере условного дохода от реализации товарной рыбы. Вместе с тем, привел убедительные выводы, что доказательств того, что в последующем, отвечая на поставленный перед ФИО1 третий вопрос экспертного заключения, он действовал в сговоре с экспертом Н.Н.А., судом не установлено, в этой части предъявленное обвинение не нашло подтверждения в ходе судебного следствия.

Принимая во внимание наличие необходимой и достаточной совокупности установленных судебным разбирательством доказательств, непосредственно указывающих на виновность ФИО1 в содеянном, доводы защиты о несостоятельности предъявленного ФИО1 обвинения являются необоснованными.

Апелляционная инстанция, вопреки доводам защиты, находит приведенные судом первой инстанции в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными. Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу ФИО1, вопреки доводам жалобы, а также изложенных в суде по делу отсутствуют. Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции судебная коллегия не находит.

Вопреки доводам жалоб об отсутствии субъективной стороны преступления, судом дана надлежащая оценка характеру действий ФИО1 и направленности его умысла. Решая вопрос о содержании умысла осужденного, суд обоснованно исходил из совокупности всех обстоятельств совершенного преступления и учел, в частности, способ, мотивы и схему совершения преступления, характер взаимоотношений. Выводы суда носят непротиворечивый и достоверный характер, основаны на анализе и оценке совокупности достаточных доказательств, исследованных в судебном заседании, и, вопреки доводам защиты, соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела. Суд, не допускал каких-либо предположительных суждений. Оснований для иной оценки доказательств, как об этом ставится вопрос в апелляционной жалобе защитника, не имеется, в связи с чем, судебная коллегия признает доводы жалобы о том, что ФИО1 признан виновным при отсутствии достоверных и объективных доказательств, несостоятельными.

Нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов ФИО1 и его защите в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для дела, нарушений процессуальных прав участников, повлиявших или которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, по делу не допущено.

Юридическая квалификация действий ФИО1, по ч. 1 ст. 307 УК РФ как заведомо ложное заключение эксперта в суде, дана правильно,

Нарушений каких-либо норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на постановление законного и обоснованного приговора либо влекущих безусловную отмену приговора, органами предварительного следствия и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, допущено не было. Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст. 302, 307, и 308 УПК РФ.

При назначении осужденному ФИО1 наказания, суд первой инстанции, исходя из положений ст. 60, 61 УК РФ, учел характер и степень общественной опасности, способ и обстоятельства совершенного преступления, а также данные о личности осужденного, характеризующие данные, смягчающие наказание обстоятельства, которыми признаны состояние здоровья, положительные характеристикиФИО1.

Обстоятельством, отягчающим наказание, признано совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору

Все обстоятельства, которые необходимо учитывать суду были известны и учтены при решении вопроса о виде и размере наказания осужденному.

Оснований для признания смягчающими обстоятельствами каких-либо иных обстоятельств, которые не были учтены в качестве таковых судом первой инстанции, не имеется.

Необходимость назначения ФИО1 наказания в виде штрафа и отсутствие при этом оснований для применения положений ст. 64 УК РФ, суд в приговоре мотивировал надлежащим образом.

Оснований для изменения категории совершенного преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется.

Таким образом, назначенное ФИО1 наказание отвечает требованиям закона, и считать его чрезмерно суровым оснований не имеется.

В то же время, поскольку на момент рассмотрения данного дела судом, в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ, п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, истекли сроки давности уголовного преследования ФИО1 по ч. 1 ст. 307 УК РФ и он обоснованно освобожден от наказания, назначенного за указанное преступление.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, а также в суде апелляционной инстанции не содержат фактов, которые не были проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, влияли бы на обоснованность и законность приговора, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения приговора.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 398.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Нижегородского районного суда г.Н.Новгорода от 30 июня 2017 года в отношении ФИО1, оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Юдина А.И. в интересах осужденного ФИО1 - без удовлетворения

Председательствующий