Апелляционное определение № 22-2194/2025 от 8 декабря 2025 г.

Председательствующий Дело № 22-2194

ФИО2


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Воронеж 9 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Воронежского областного суда в составе:

председательствующего судьи Литовкиной Т.А.,

судей Платонова В.В. и Попова П.Н.,

при секретаре Рунковой А.А.,

с участием прокурора Сорочинской О.Н.,

осужденной ФИО1, участвовавшей в судебном заседании посредством использования системы видеоконференц-связи,

адвоката Пантелеева Д.С.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные представления государственного обвинителя заместителя прокурора г. Воронежа Болдырева Ю.В., апелляционные жалобы осужденной ФИО1 и ее защитника адвоката Пантелеева Д.С. на приговор Ленинского районного суда г. Воронежа от 13 мая 2025 года в отношении ФИО1, осужденной по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (9 преступлений), п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

Заслушав доклад судьи областного суда Литовкиной Т.А., изложившей содержание приговора и доводы апелляционных представлений и жалоб, возражений государственного обвинителя Болдырева Ю.В. на апелляционные жалобы, мнение прокурора Сорочинской О.Н., поддержавшей доводы апелляционных представлений и возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб, выступление адвоката Пантелеева Д.С., объяснения осужденной ФИО1, поддержавших доводы апелляционных жалоб и возражавших против удовлетворения апелляционных представлений, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

по приговору суда

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка и жительница г. Воронежа, ранее судимая:

1) 2 июня 2014 года Ленинским районным судом г. Воронежа по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года;

2) 24 декабря 2014 года Ленинским районным судом г. Воронежа по ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ с применением ст. 70 УК РФ к 5 годам лишения свободы, освободившаяся на основании постановления Вольского районного суда Саратовской области от 27 мая 2019 года условно-досрочно на 2 месяца 12 дней,

осуждена:

- по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по первому эпизоду преступлений к 8 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по второму эпизоду к 8 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по третьему эпизоду к 8 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по четвертому эпизоду к 8 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по пятому эпизоду к 8 годам лишения свободы;

- по п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по шестому эпизоду к 8 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по седьмому эпизоду к 8 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по восьмому эпизоду к 8 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по девятому эпизоду к 8 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по десятому эпизоду к 8 годам лишения свободы;

- по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ по одиннадцатому эпизоду к 10 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно осуждена к 11 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Постановлено меру пресечения ФИО1 в виде домашнего ареста до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, засчитав в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с 14 марта 2024 года по 24 апреля 2024 года, а также с 13 мая 2025 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима в соответствии с ч. 3.2 ст.72 УК РФ, а также засчитав ФИО1 в срок отбытия назначенного наказания время нахождения ее под домашним арестом с 25 апреля 2024 года по 12 мая 2025 года включительно из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы в соответствии с ч. 3.4 ст. 72 УК РФ.

Разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

ФИО1 признана виновной в совершении в период с 19 февраля 2024 года по 13 марта 2024 года в г. Воронеже:

- девяти покушений на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере;

- незаконного сбыта наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере;

- покушения на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Обстоятельства совершения преступлений подробно изложены в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель заместитель прокурора г. Воронежа Болдырев Ю.В., не оспаривая доказанности вины и правильности квалификации действий ФИО1, ставит вопрос об изменении приговора, в связи с чрезмерной мягкостью назначенного наказания.

Полагает, что районный суд не учел, что в силу положений ст. 6 УК РФ справедливость назначенного наказания заключается в его соответствии характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. В соответствии с ч. 2 ст. 43 УК РФ наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

Однако судом первой инстанции оставлены без должного внимания и надлежащей оценки подлежащие обязательному учету при назначении наказания характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, отнесенных уголовным законом к категории особо тяжких преступлений, обладающих высокой степенью общественной опасности, поскольку они направлены против здоровья населения и общественной нравственности.

Обращает внимание на то, что судом первой инстанции не были оценены и приняты во внимание фактические обстоятельства совершенных ФИО1 с другими соучастниками преступлений, целью которых являлся незаконный сбыт наркотических средств группой лиц, в крупном и значительном размерах, с использованием электронных информационно-коммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», без совершения действий которых («оператора», «диспетчера» и «закладчика») достижение преступного результата в виде распространения наркотических средств было бы невозможно.

Надлежащим образом также не учтено, что осужденная при совершении преступления руководствовалась исключительно корыстными побуждениями, намереваясь получать криминальный доход от незаконного сбыта наркотических средств в крупном размере.

При этом осужденная действовала с прямым умыслом, пошла на совершение преступления обдуманно и самостоятельно, осуществив собственную инициативу по установлению контактов с неустановленными лицами (соучастниками) для незаконного сбыта наркотических средств. Указанное преступление могло повлечь распространение наркотических средств в крупном и значительном размерах среди неограниченного количества лиц, подорвать состояние их здоровья.

В связи с этим просит приговор изменить, усилив размер назначенного осужденной наказания до 13 лет лишения свободы.

В дополнительном апелляционном представлении государственный обвинитель заместитель прокурора г. Воронежа Болдырев Ю.В. ставит вопрос об изменении приговора в связи с неправильным применением уголовно-процессуального закона.

Автор представления ссылается на то, что районный суд вопреки положениям п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», в описательно - мотивировочной части приговора указал, что преступления, в совершении которых ФИО1 признана виновной, совершены ею в соучастии с ФИО14 и неустановленным соучастником. Однако уголовное дело в отношении ФИО9 выделено в отдельное производство, которое приостановлено в связи с заключением ФИО9 контракта о прохождении военной службы, приговор в отношении него не постановлен, в связи с чем в приговоре в отношении ФИО1 не должна быть указана его фамилия? следует указать, что ФИО1 совершала преступления в соучастии с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

Кроме этого, указывает на то, что в резолютивной части приговора при назначении наказания по эпизодам преступной деятельности, предусмотренным ч. 3 ст. 30, п. «а, б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ районным судом не конкретизированы преступления, по которым назначено наказание, что не исключает возможность осуждения ФИО1 по одному и тому же деянию несколько раз.

В связи с этим, просит приговор районного суда изменить:

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на совершение ФИО1 преступлений в соучастии с ФИО14, заменив его указанием о совершении ею преступлений с «лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство»;

- уточнить резолютивную часть приговора указанием на назначение ФИО1 наказания:

- по ч. 3 ст. 30 п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты> массой <данные изъяты> грамма;

- по ч. 3 ст. 30 п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты> массой <данные изъяты> грамма;

- по ч. 3 ст. 30 п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты>) массой <данные изъяты> грамма;

- по ч. 3 ст. 30 п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты>) массой <данные изъяты> грамма;

- по ч. 3 ст. 30 п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты> массой <данные изъяты> грамма;

- по ч. 3 ст. 30 п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты> массой <данные изъяты> грамма;

- по ч. 3 ст. 30 п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты> массой <данные изъяты> грамма;

- по ч. 3 ст. 30 п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты> массой <данные изъяты> грамма;

- по ч. 3 ст. 30 п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ по эпизоду покушения на сбыт наркотического средства <данные изъяты> массой <данные изъяты> грамма.

В апелляционных жалобах адвокат Пантелеев Д.С. выражает несогласие с приговором районного суда, который находит незаконным и необоснованным.

Адвокат считает, что по первым двум преступлениям верно установлены фактические обстоятельства и правильно квалифицированы действия ФИО1, однако по другим эпизодам преступлений, по мнению защитника, районный суд обосновал виновность ФИО1 недопустимыми доказательствами.

Ссылаясь на ст. 2 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», согласно которой задачами оперативно-розыскной деятельности являются, в частности, выявление, предупреждение, пресечение, и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, адвокат полагает, что вопреки задачам оперативно-розыскной деятельности, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ сотрудники УНК ГУ МВД России по Воронежской области выявили факт сбыта ФИО14 и ФИО1 наркотического средства массой <данные изъяты> грамма, содержащего в своем составе наркотическое средство – метадон (фенадон, долофин) и кристаллообразного вещества белого цвета, содержащего в своем составе наркотическое средство – метадон (фенадон, долофин) массой <данные изъяты> грамма, но не пресекли их действия, а вновь 28 февраля, 11 и 13 марта 2024 года провели оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение» в отношении ФИО1 и ФИО14

Таким образом, выявив факт сбыта ФИО1 наркотического средства, сотрудники полиции не пресекли преступную деятельность, а посредством своего бездействия допустили дальнейшую деятельность по сбыту наркотических средств.

При этом действия оперативных сотрудников, связанные с дальнейшим проведением оперативно-розыскных мероприятий в отношении ФИО14 и ФИО1 с целью документирования их преступной деятельности, по мнению защитника, не были необходимы, поскольку как видно из материалов дела, последующие ОРМ «наблюдение» проводились вновь в отношении одних и тех же лиц, а не с целью выявления канала поступления наркотических средств, а также установления иных лиц, причастных к незаконному обороту наркотиков.

В связи с этим просит приговор в отношении ФИО1 отменить, оправдать ее по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (7 преступлений с 3 по 11), п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деяниях составов преступлений.

В апелляционных жалобах осужденная ФИО1 просит об отмене приговора районного суда и направлении уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, а также в связи с допущенными при его вынесении существенными нарушениями требований уголовно-процессуального закона, несправедливостью приговора.

Ссылается на то, что из обвинения следует, что она и лицо, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, получали наркотическое вещество в небольших количествах, которое впоследствии фасовалось и подлежало сбыту путем размещения в тайники, что не соответствует действительности. Указывает, что ни следствием, ни районным судом не было установлено, какой массы изначально было приобретено наркотическое средство, которое предназначалось для расфасовки на мелкие партии.

Также обращает внимание на то, что адвокат Пантелеев Д.С. в суде первой инстанции ходатайствовал о признании незаконным проведение ОРМ по 9 эпизодам преступлений, совершенных после 20 февраля 2024 года, и признании недопустимыми доказательствами в соответствии со ст. 75 УПК РФ доказательств, производных от результатов ОРМ по преступлениям, совершенным после 20 февраля 2024 года. Однако суд необоснованно не удовлетворил это ходатайство. Полагает, что если правоохранительными органами была получена информация о противоправной деятельности каких-либо лиц, то действия сотрудников полиции должны быть направлены на пресечение преступлений. Однако в действиях сотрудников полиции имела место провокация на совершение иных преступлений, поскольку они продолжили оперативно-розыскное мероприятие «наблюдение», а не пресекли преступления. Оперативным сотрудникам ничто не мешало задержать ФИО14, а затем установить и ее личность, тем более что наблюдение велось сотрудниками полиции от принадлежащего ей дома <адрес>.

Помимо этого, выражает несогласие с выводами районного суда о признании в качестве допустимых доказательств показаний оперуполномоченного Свидетель №10, поскольку он, как сотрудник полиции, явно заинтересован в исходе дела. Указывает, что показания данного свидетеля и акт ОРД «наблюдение» от 12 марта 2024 года, согласно которым неизвестный мужчина входил в подъезд <адрес>, откуда из тайника забрал сверток с наркотиком, а на выходе из подъезда был задержан подъехавшим экипажем сотрудников ППС, опровергаются показаниями свидетелей – сотрудников ППС ФИО10 и Свидетель №2, из которых следует, что указанный мужчина, Свидетель №5, был замечен ими у <адрес> в состоянии наркотического опьянения, и после задержания пояснил, что нашел и поднял данный сверток в лесном массиве.

Осужденная полагает, что показания свидетелей ФИО10, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5 не могут быть положены в основу приговора, так как эти лица были допрошены в рамках уголовного дела в отношении Свидетель №5, а не в отношении нее. Кроме того, из показаний свидетеля Свидетель №5 не следует, что наркотическое средство было приобретено через оператора под nik-неймом «Курбан». Каких-либо других

доказательств причастности ее к данному преступлению не имеется. При таких обстоятельствах, по мнению осужденной, показания свидетелей - сотрудников полиции Свидетель №10, ФИО11, Свидетель №8 следовало поставить под сомнение. Ни Свидетель №5, ни свидетелями ФИО10 и Свидетель №2 не указано, что наркотическое средство было приобретено ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес> ограждении балкона 14 этажа. Напротив, как Свидетель №5, так и сотрудники ППС, его задержавшие, не указывают на факт входа Свидетель №5 внутрь дома. Из показаний Свидетель №5 следует, что он нашел наркотическое средство около дома.

Осужденная указывает, что из показаний свидетелей ФИО17 и ФИО12 усматривается, что они участвовали в одном следственном действии в качестве понятых при осмотре места происшествия, а в приговоре указано два следственных действия.

Также ссылается на то, что при рассмотрении уголовного дела в отношении группы лиц совместно с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, районный суд не вправе указывать о виновности данного лица в совершении преступления, в связи с чем в приговоре данные об этом лице (ФИО14) необходимо заменить указанием на лицо, в отношении которого уголовное дело выделено в отдельное производство.

Осужденная обращает внимание, что в заключениях эксперта № 3330 от 12 июля 2024 года и № 3299 от 15 июля 2024 года изображено, какие именно объекты извлекались при вскрытии упаковки конверта. В них изолента, которой были обмотаны пакетики с наркотическим средством, отсутствует. При осмотре предметов следователем ФИО13 в иллюстрационной таблице от 1 ноября 2024 года изоляционная лента зафиксирована. Таким образом, считает, что конверт с вещественными доказательствами после осмотра их следователем и до проведения экспертизы вскрывался и с вещественными доказательствами: изолентой и пакетами с наркотическим средством производились какие-либо манипуляции.

Кроме этого, указывает, что из протокола осмотра места происшествия (т. 2, л.д. 114-124) следует, что изъятие вещества производилось без участия понятых, иллюстрационная таблица составлена с нарушением, а допросить каких-либо лиц, кроме специалиста и дознавателя, не представилось возможным.

Помимо этого, осужденная ФИО1 оспаривает справедливость назначенного ей наказания, считает, что оно является чрезмерно суровым, не соответствующим тяжести совершенных преступлений. Указывает, что суд не учел состояние ее здоровья, неверно определил вид рецидива в ее действиях. Считает, что в ее действиях имеется опасный, а не особо опасный рецидив. Полагает, что наличие у нее заболеваний, чистосердечное раскаяние ее в содеянном, а также способствование раскрытию и расследованию преступлений, что послужило выявлению новых фактов преступной деятельности, свидетельствует о необходимости применения к ней ч. 3 ст. 68 УК РФ.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель заместитель прокурора г. Воронежа Болдырев Ю.В., считая доводы жалоб адвоката и осужденной несостоятельными, просит оставить апелляционные жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных представлениях и жалобах, судебная коллегия приходит к следующему.

Виновность ФИО1 в совершении преступных действий установлена совокупностью собранных по делу доказательств, тщательно исследованных в судебном заседании, подробно изложенных в приговоре районного суда.

Так, из признательных показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия 14, 21 марта 2024 года, 8, 18 ноября 2024 года, 20 января 2025 года, подтвержденных ею в ходе судебного разбирательства, усматривается, что примерно в январе 2024 года, точную дату не помнит, находясь у нее дома по адресу ее регистрации, ФИО14 на принадлежащий ему абонентский номер телефона позвонил диспетчер «<данные изъяты>» и предложил трудоустроиться закладчиком, на что тот согласился, так как испытывал финансовые трудности. Для трудоустройства в мессенджере «WhatsApp» ФИО14 отправил фотографию своего паспорта гражданина РФ. Места, где ему нужно забрать оптовую партию с наркотиком «диспетчер» <данные изъяты> сообщал в мессенджере «WhatsApp» утром и вечером. Забирать оптовую партию с содержимым наркотиком ему нужно было в течение короткого времени, а именно в течение 2 часов. Она знает, что адреса оптовых партий были на территории <адрес>, а именно на <адрес>. По указанию диспетчера «<данные изъяты>» ФИО14 нужно было забрать указанную партию наркотика, привезти домой, расфасовать на более мелкие веса, примерно <данные изъяты> грамма. В конце января диспетчер «<данные изъяты>» написал ему в мессенджере «WhatsApp» с предложением оборудовать тайники с наркотическим средством – героин, в количестве 20 штук по <данные изъяты> грамма, но пару штук диспетчер «<данные изъяты>» разрешил взять для личного потребления. Диспетчер «<данные изъяты>» отправил ему в мессенджере «WhatsApp» фотографию оборудованного тайника с оптовой партией наркотика «героин», после чего ФИО14 забрал оптовую партию и стал оборудовать тайники с наркотиком по <адрес><адрес>, а после с разрешения куратора взял 2 свертка с наркотиком, обмотанных изолентой черного цвета, для себя и для нее и направился домой. Все последующие тайники с наркотиками они с ФИО14 оборудовали совместно. Она помогала ему оборудовать тайники с наркотиками, предназначенными для дальнейшего сбыта потребителям.

19, 27 февраля 2024 года и 10 марта 2024 года ФИО14 вновь поступили смс – сообщения в мессенджере «WhatsApp» с фотографией оптовой партии наркотика, которую нужно было расфасовать и после оборудовать тайники с расфасованным наркотиком, он согласился. 20, 28 февраля 2024 года, 11 марта 2024 года они совместно оборудовали тайники с наркотическими средствами, а ФИО14 сообщал об этом диспетчеру «<данные изъяты>».

13 марта 2024 года они решили продолжить оборудование тайников в <адрес>. Поднявшись на 11 этаж указанного дома на общий балкон, ФИО14 оборудовал тайник в ограждении балкона и сделал фотографию тайника, после этого они спустились вниз и вызвали такси для поездки на <адрес> они зашли в подъезд № и оборудовали три тайника с наркотиком на разных этажах. На выходе из дома их задержали сотрудники полиции.

Таким образом, осужденная ФИО1 в ходе предварительного следствия и в судебном заседании полностью признавала себя виновной в совершенных преступлениях, раскаивалась в содеянном, что было учтено при назначении ей наказания.

Признательные показания ФИО1 полностью согласуются с совокупностью иных исследованных судом доказательств, подробно изложенных в приговоре, в частности, с протоколами проверки ее показаний на месте от 14 марта 2024 года и 16 ноября 2024 года (т. 4, л.д. 200-212, т. 5, л.д. 70-76), с показаниями свидетелей Свидетель №6, Свидетель №7, ФИО11, Свидетель №15, Свидетель №16, Свидетель №21, Свидетель №10, Свидетель №19, Свидетель №22, Свидетель №8, Свидетель №20, ФИО17, Свидетель №24, ФИО15, Свидетель №9, Свидетель №13, Свидетель №14, Свидетель №11 и других, с протоколами осмотра места происшествия от 21, 22 февраля 2024 года, 1, 12, 14 марта 2024 года (т. 1, л.д. 180-185, 198-203, т. 2, л.д. 75-78, 114-124, 210-227); с материалами оперативно-розыскной деятельности, в том числе актами наблюдения от 21, 22, 29 февраля 2024 года, 1, 12,13, 14 марта 2024 года (т. 1, л.д. 195, 196, 220-221, 223, 224, т.2, л.д. 26, 27, 94, 141-143, 178-180, 198), со справками об исследовании № 309 от 22 февраля 2024 года, № 312 от 22 февраля 2024 года, № 351 от 2 марта 2024 года, № 352 от 2 марта 2024 года, № 410 от 13 марта 2024 года, № 432 от 19 марта 2024 года, № 429 от 18 марта 2024 года (т. 1, л.д. 188, 206, т. 2, л.д. 13, 81, 127, 190, 216); с заключениями экспертов № 1324 от 1 апреля 2024 года, № 2243 от 17 мая 2024 года, № 3299 от 15 июля 2024 года, № 3300 от 12 июля 2024 года, № 1881 от 23 апреля 2024 года, № 1943 от 25 апреля 2024 года, № 1939 от 25 апреля 2024 года, № 1941 от 24 апреля 2024 года (т. 1, л.д. 212-14, т. 2, л.д. 19-20, 40-41, 87-88, 134-135, 205-206, 231-232, т. 4, л.д. 232-234); с протоколами осмотра предметов от 14 марта 2024 года, 6 апреля 2024 года, 1, 22 мая 2024 года, 1 ноября 2024 года (т. 3, л.д.1-3, 33-36, 48-50, 53-62, 81-86, 89-91, 99 -101, 112-125, 129-133); с протоколом личного досмотра, досмотра вещей, находящихся при физическом лице ФИО1 от 13 марта 2024 года (т. 1, л.д. 225-227, т. 2, л.д. 1-2); с протоколом обыска по месту жительства ФИО16 и ФИО14 в <адрес> от 14 марта 2024 года, в ходе которого были и обнаружены и изъяты электронные весы со следами наркотического средства метадон (т. 2, л.д. 40-41, т. 4, л.д. 132-137); с протоколами изъятия вещей и документов от 13 марта 2024 года (т. 1, л.д. 228-230, т. 2, л.д. 3); с другими приведенными в приговоре доказательствами.

Тщательно проанализировав совокупность изложенных и иных приведенных в приговоре согласующихся между собой доказательств, районный суд пришел к обоснованным выводам о совершении осужденной преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (9 преступлений), ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ.

У суда не было оснований подвергать сомнению достоверность и допустимость представленных стороной обвинения доказательств по указанным преступлениям, которые были последовательны, непротиворечивы и согласуются между собой, в том числе с показаниями осужденной ФИО1

Суд в приговоре дал оценку собранным по делу доказательствам, представленным как стороной обвинения, так и стороной защиты, в соответствии с положениями ст. 87-88 УПК РФ и указал в приговоре, почему одни из доказательств им приняты во внимание, а другие отвергнуты с приведением мотивов принятых решений.

Из содержания протоколов судебных заседаний следует, что судебное разбирательство осуществлялось в условиях состязательности и равноправия сторон, с обеспечением прав сторон обвинения и защиты на предоставление и исследование доказательств.

Доводы апелляционных жалоб осужденной ФИО1 и ее защитника адвоката Пантелеева Д.С. о том, что все доказательства, полученные после 19 и 20 февраля 2024 года, являются недопустимыми, поскольку после выявления сотрудниками УНК ГУ МВД России по Воронежской области фактов незаконного сбыта ФИО14 и ФИО1 наркотического средства метадон (фенадон, долофин) они не пресекли их преступную деятельность, а вопреки задачам Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», продолжили за ними наблюдение, тем самым спровоцировав их на дальнейшее совершение преступлений, апелляционная инстанция не может признать состоятельными. Эти доводы были проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты в приговоре.

В частности, из показаний сотрудника Госнаркоконтроля Свидетель №10 следует, что наблюдение за преступной деятельностью ФИО1 и ее соучастника в течение определенного промежутка времени, в том числе после 20 февраля 2024 года, было вызвано необходимостью установления всех соучастников преступления, в том числе организатора, роли каждого из них, каналов поставки наркотических средств.

Тот факт, что в результате указанных мероприятий установить организатора преступлений и каналы поставки наркотиков не удалось, не свидетельствует о том, что указанные оперативно-розыскные мероприятия проводились в нарушение требований закона, а полученные по их результатам доказательства являются недопустимыми.

Из материалов уголовного дела следует, что акты наблюдения и другие документы ОРД соответствуют требованиям Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и УПК РФ. Они были предоставлены следователю в установленном законом порядке после рассекречивания, надлежащим образом исследованы в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства, получив статус доказательств.

Кроме того, наблюдая за действиями ФИО1 и ее соучастников, сотрудники полиции какого-либо воздействия на возникновение и реализацию умысла осужденной на сбыт наркотических средств не оказывали и какого-либо вмешательства в ее деятельность не осуществляли, что опровергает доводы апелляционных жалоб на наличие признаков провокации ФИО1 на совершение преступлений.

Доводы апелляционной жалобы осужденной ФИО1 о том, что ни следствием, ни районным судом не было установлено, какой массы изначально было приобретено наркотическое средство, которое предназначалось для расфасовки на мелкие партии, не принимаются во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку установление указанного осужденной обстоятельства не влияет на доказанность преступлений и квалификацию действий осужденной, так как каждый факт осуществления закладки наркотического средства квалифицирован органом предварительного следствия и судом отдельно, как самостоятельное преступление.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что свидетели ФИО17 и Свидетель №24 участвовали в качестве понятых в одном следственном действии – осмотре места происшествия, а в приговоре указано, что они участвовали в двух следственных действиях, не заслуживают внимания, поскольку осужденной и ее соучастником было оборудовано два тайника с наркотическим средством в подъезде <адрес> на 9 и 14 этажах. Эти наркотические средства были обнаружены в ходе осмотра места происшествия 1 марта 2024 года, а показания указанных свидетелей в приговоре обоснованно приведены отдельно в качестве доказательств каждого из преступлений.

Ссылка апелляционных жалоб ФИО1 на то обстоятельство, что на иллюстрациях в заключениях физико-химических экспертиз № 3330 от 12 июля 2024 года и № 3299 от 15 июля 2024 года не отображена изолента, которой были обмотаны пакетики с наркотическим средством (т. 2, л.д. 205-206, 231-232), что по мнению осужденной свидетельствует о вскрытии пакетов с вещественными доказательствами непроцессуальным путем после осмотра их следователем, апелляционная инстанция не может признать состоятельными, так как на иллюстрациях изображены лишь предметы, которые по мнению эксперта, имели существенное значение. Доводы осужденной о вскрытии этих пакетов и манипуляций с ними после осмотра их следователем являются ее необоснованным предположением.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденной ФИО1, изъятие свертка с наркотическим средством в ходе осмотра места происшествия на участке местности у <адрес> было осуществлено без участия понятых с применением фотографирования и приложением к протоколу соответствующих фототаблиц (т. 2, л.д. 114-124), что не противоречит положениям ч. 1.1 ст. 170 УПК РФ.

Вместе с тем, признавая ФИО1 виновной в совершении 11 марта 2024 года незаконного сбыта наркотического средства матадон (фенадон, долфин) в количестве 0,33 грамма путем помещения его в тайник на балконе 14 этажа <адрес>, суд сослался на показания свидетеля Свидетель №5 – приобретателя данного наркотического средства, свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2 – сотрудников ПППСП УМВД России по г. Воронежу, которые 12 марта 2024 года около <адрес> с признаками наркотического опьянения задержали Свидетель №5, у которого в дальнейшем был изъят пакет с наркотическим средством <данные изъяты> в количестве <данные изъяты> грамма.

Между тем, из показаний свидетеля Свидетель №5 следует, что пакет с наркотическим средством он приобрел не на балконе 14 этажа <адрес>, где была сделана закладка с наркотическим средством осужденной и ее соучастником, а около дороги на земле у <адрес>.

Согласно копии вступившего в законную силу приговора Ленинского районного суда г. Воронежа от ДД.ММ.ГГГГ в отношении Свидетель №5, он признан виновным в совершенииДД.ММ.ГГГГ незаконного приобретения наркотического средства <данные изъяты> массой <данные изъяты> грамма, которое обнаружил в свертке на земле у <адрес> (т. 4, л.д. 16-23).

Поскольку в силу положений ст. 90 УПК РФ обстоятельства, установленные указанным приговором, в части места приобретения наркотических средств Свидетель №5, имеют преюдициальное значение, судебная коллегия находит, что показания свидетеля Свидетель №5 не подтверждают виновность осужденной ФИО1 в незаконном сбыте наркотического средства через тайник, оборудованный ею и соучастником на балконе 14 этажа <адрес>, как не подтверждают ее виновность и протокол осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3, л.д. 155-161), протокол осмотра предметов (т. 3, л.д. 112-125).

Таким образом, поскольку обстоятельства совершения данного преступления, помимо признательных показаний ФИО1, другими доказательствами не подтверждены, а сам по себе факт оборудования ею с соучастником тайника с неустановленным веществом не подтверждает ее виновность в совершении преступления, предусмотренного п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, приговор в данной части в отношении осужденной ФИО1 подлежит отмене, а производство по делу в этой части – прекращению в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в ее действиях состава преступления.

Действия осужденной верно квалифицированы районным судом по ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (по 9 преступлениям), как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в значительном размере, и по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

При назначении наказания районный суд учел характер и степень общественной опасности совершенных особо тяжких преступлений, данные о личности осужденной, характеризующейся удовлетворительно, страдающей «наркоманией опийной», ранее судимой, смягчающих и отягчающего ее наказание обстоятельств.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, районный суд принял во внимание признание осужденной своей вины, раскаяние ее в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений (п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ), состояние здоровья осужденной, страдающей хроническими заболеваниями.

Таким образом, все смягчающие наказание обстоятельства, на которые осужденная ссылается в своих апелляционных жалобах, были учтены судом при назначении наказания.

Обстоятельством, отягчающим наказание осужденной, районный суд обоснованно признал в действиях ФИО1 рецидив преступлений, по своему виду являющийся особо опасным.

Доводы апелляционной жалобы осужденной ФИО1 о том, что в ее действиях имеет место опасный, а не особо опасный рецидив преступлений, являются несостоятельными, так как ФИО1 ранее дважды была осуждена к лишению свободы за совершения тяжкого и особо тяжкого преступлений, отбывала реальное наказание в местах лишения свободы и вновь осуждена за ряд особо тяжких преступлений к лишению свободы, в связи с чем в силу п. «б» ч. 3 ст. 18 УК РФ в ее действиях правильно установлен особо опасный рецидив преступлений.

Учитывая конкретные фактические обстоятельства содеянного и данные о личности осужденной, смягчающие и отягчающее ее наказание обстоятельства, районный суд пришел к обоснованному выводу о возможности его исправления только в условиях изоляции от общества и назначил ей наказание в виде реального лишения свободы в пределах положений ч. 3 ст. 66, ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Оснований для применения при назначении наказания положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, как о том ставится вопрос в апелляционной жалобе осужденной, а также для усиления назначенного наказания в соответствии с доводами апелляционного представления не усматривается.

В связи с отменой приговора в части осуждения ФИО1 по п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, суд назначает ей наказание по совокупности неоконченных преступлений в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний.

Кроме того, районный суд вопреки положениям п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 55 от 29 ноября 2016 года «О судебном приговоре», в описательно - мотивировочной части приговора указал, что преступления, в совершении которых ФИО1 признана виновной, совершены ею в соучастии с ФИО14 и неустановленным соучастником. Однако уголовное дело в отношении ФИО9 выделено в отдельное производство, которое приостановлено в связи с заключением ФИО9 контракта о прохождении военной службы, приговор в отношении него не постановлен, в связи с чем в приговоре в отношении ФИО1 не должна быть указана его фамилия? следует указать, что ФИО1 совершала преступления в соучастии с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

Исходя из изложенного, руководствуясь ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Ленинского районного суда г. Воронежа от 13 мая 2025 года в отношении ФИО1 в части осуждения ее по п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ отменить, производство по делу в данной части в отношении ФИО1 прекратить за отсутствием в ее действиях состава преступления.

Этот же приговор в отношении ФИО1 изменить: по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт <данные изъяты> гр. <данные изъяты>), ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт <данные изъяты> гр. <данные изъяты> 20 февраля 2024 года), ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт <данные изъяты> гр. <данные изъяты>), ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт <данные изъяты> гр. <данные изъяты>), ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт <данные изъяты> гр. <данные изъяты>), ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт <данные изъяты> гр. <данные изъяты>), ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт <данные изъяты> гр. <данные изъяты>), ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт <данные изъяты> гр. метадона 13 марта 2024 года), ч. 3 ст. 30, п. «а», «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (покушение на сбыт <данные изъяты> гр. <данные изъяты>), ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно ФИО16 назначить наказание в виде 10 (десяти) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании обстоятельств преступлений, признанных судом доказанными, указание о совершении ФИО1 преступлений группой лиц по предварительному сговору с ФИО14, заменив его указанием о совершении ФИО1 преступления группой лиц по предварительному сговору с лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство.

В остальном приговор районного суда оставить без изменения, а апелляционные представление и жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном ст. 401.3, 401.7 - 401.8 УПК РФ, путем подачи кассационных жалобы, представления в суд, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденной, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ей копии апелляционного определения.

По истечении указанного срока апелляционное определение может быть обжаловано в порядке, предусмотренном ст. 401.3, 401.10 - 401.12 УПК РФ, путем подачи кассационных жалобы, представления непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи областного суда