Решение № 2-274/2017 2-274/2017~М-165/2017 М-165/2017 от 22 марта 2017 г. по делу № 2-274/2017

Дело № 2-274/2017 23 марта 2017 года


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего судьи Лощевской Е.А.

при секретаре Аксеновой Н. А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Архангельске гражданское дело по иску ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о признании отношений трудовыми, обязании внести сведения о работе в трудовую книжку, взыскании не начисленной и невыплаченной заработной платы, процентов за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ИП ФИО4 о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, обязании внести сведения о работе в трудовую книжку, взыскании не начисленной и невыплаченной заработной платы, заработной платы за время вынужденного прогула, процентов за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда. В обоснование требований истец указала, что 28 апреля 2015 она была принята на работу к ответчику на должность <должность> в магазин, расположенный по адресу <адрес>, трудовые отношения ответчик не оформил документально. 13 января 2017 г. ответчик расторг с истцом договор без объяснения причин. Считает, что увольнение неправомерно, т.к. она на момент увольнения была беременной. Просит признать увольнение незаконным, восстановить ее на работе, выплатить заработную плату за время вынужденного прогула с 13 января 2017 по день вынесения решения судом. Также истец считает, что т.к. она работала у ответчика, он должен внести запись в трудовую книжку. Кроме этого, полагает, что ответчик неправильно начислял заработную плату в 2015, 2016 году, считает, что заработная плата должна быть установлена в размере, не ниже МРОТ, с учетом надбавок, предусмотренных за работу в районах, приравненных к Крайнему Северу. С учетом полученной заработной платы за указанное время, просит взыскать с ответчика недовыплаченную заработную плату с 28 апреля 2015 по 13 января 2017 в размере 203675,19 руб.. В связи с несвоевременной выплатой расчета просит взыскать проценты за задержку выплаты заработной платы в размере 2308,32 руб. На основании ст. 237 ТК РФ взыскать компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО3, изменила исковые требования. Просила суд признать отношения трудовыми, обязать ответчика внести запись в трудовую книжку истца о работе в качестве продавца с 28 апреля 2015 года по 13 января 2017 года, взыскать с ответчика на основании ст. 133 ТК РФ, исходя из размера МРОТ с учетом районного коэффициента и надбавки за работу в районах приравненных к крайнему Северу, недовыплаченную заработную плату с 28 апреля 2015 по 13 января 2017 в размере 203675,19 руб.; проценты за задержку выплаты заработной платы на основании ст. 236 ТК РФ в размере 2308,32 руб., компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. на основании ст. 237 ТК РФ, отказалась от требований в части признания увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, отказ изложен в письменной форме.

Отказ истца от иска в части принят судом, о чем вынесено определение.

Представитель истца ФИО3 – ФИО5 поддержал требования истца. В дополнении указал, что наличие трудовых отношений подтверждается фактическим допуском истца к работе, контролем рабочего времени со стороны работодателя, выдачей спецодежды. Полагает, что ответчик не доказал размер выплаченной истцу заработной платы.

Ответчик ИП ФИО4, его представитель Наделку Ю. Е. с исковыми требованиями не согласились в полном объеме, указав, что между истцом и ИП ФИО4 имели место отношения гражданско-правового характера, на которые не распространяются нормы трудового кодекса. Согласно представленного стороной ответчика расчета, за время оказания услуг по гражданско-правовому договору вознаграждение ФИО3 было установлено 60 руб. за час отработанного времени, всего за время оказания услуги с апреля 2015 по январь 2017 сумма вознаграждения составила 233100 руб.. по мнению ответчика начисление процентов на указанную сумму за работу в особых условиях труда не подлежит, т.к. отношения сторон не являются трудовыми.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему:

Согласно сведений ФБД ЕГРЮЛ и ЕГРИП ФИО4 является индивидуальным предпринимателем.

В судебном заседании установлено, что в 2015-2016 годах ФИО4 осуществлял торговую деятельность, связи с чем открыл магазин в арендованном помещении, расположенном <адрес>.

Из пояснений сторон следует, что по устной договоренности между ФИО3 и Наделку Ю.Е. с 28 апреля 2015 года ФИО3 исполняла обязанности <должность> в магазине ИП ФИО4 <адрес>.

из уговора с Наделку Ю.Е., следовало, что ИП ФИО4 будет производить оплату ФИО3 за фактически отработанное время, 85 руб. в час., определенные дни выплаты заработной платы не оговаривались. Каких-либо разговоров об оформлении трудовых отношений между сторонами не велось.

В судебном заседании истец указала, что заявлений о приеме на работу, на отпуск, отгулы она не писала, работала с напарницей два через два дня, т.к. это было удобно, но если надо было выйти по другому графику, решали этот вопрос с напарницей, ответчику не сообщали, когда летом решила выехать на отдых, договаривалась с напарницей ФИО1 о том, что она за нее (ФИО3) поработает. В счет заработной платы брала в магазине продукты, сумму, на которую взяла продукты, писала в журнал, по мере необходимости также брала из кассы деньги, записав в журнал какую сумму взяла, каких-либо определенных дней выдачи заработной платы не было. В случае болезни своей или ребенка, лист нетрудоспособности не получала, к оплате его не предъявляла, на дни болезни договаривалась с напарницей о том, что на работу не выйдет. С должностной инструкцией при поступлении на работу истца никто не знакомил, также не требовали с нее санитарную книжку, не заключали договор о материальной ответственности.

Согласно Конституции Российской Федерации труд свободен: каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, т.е. выбрать как род занятий, так и порядок оформления соответствующих отношений и определять, заключит ли он трудовой договор либо предпочтет выполнять работы (оказывать услуги) на основании гражданско-правового договора. В случае избрания договорно-правовой формы он вправе по соглашению с лицом, предоставляющим работу, остановиться на той модели их взаимодействия, которая будет отвечать интересам их обоих. Каждый вправе определить, какой именно договор будет заключен - трудовой либо гражданско-правовой.

Таким образом, договорно-правовыми формами, опосредующими выполнение работ (оказание услуг), по возмездному договору могут быть как трудовой договор, так и гражданско-правовые договоры (подряда, поручения, возмездного оказания услуг и т.д.).

Предметом трудового договора (соглашения) является труд работника без достижения конечного результата, предметом же гражданско-правовых договоров является овеществленный конечный результат труда, а труд в них - лишь способ выполнения взятых на себя обязательств.

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 19 мая 2009 года № 597-О-О, суды общей юрисдикции, разрешая подобного рода споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации.

Часть 1 статьи 15 Трудового кодекса РФ определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно части 1 статьи 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании заключаемого ими трудового договора.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса РФ).

В силу статьи 56 Трудового кодекса РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В соответствии с частью 2 статьи 67 Трудового кодекса РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 ТК РФ).

Исходя из совокупного толкования приведенных норм следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: личный характер прав и обязанностей работника; обязанность работника выполнять определенную, заранее обусловленную трудовую функцию; подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер (оплата производится за труд).

В силу принципа состязательности сторон (статья 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и требований части 2 статьи 35, части 1 статьи 56 и части 1 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. В данном случае обязанность доказать возникновение трудовых отношений с ответчиком возложена на истца.

Оценив представленные по делу доказательства, в том числе пояснения истца, суд полагает, что ФИО3 не представила надлежащих доказательств, свидетельствующих о наличии между истцом и ответчиком трудовых отношений (трудового договора, приказа о приеме на работу и увольнении).

Согласно материалам дела, пояснениям участников процесса, в том числе истца, свидетелей, кадровых решений в отношении ФИО3 не принималось, заявление о приеме на работу к ответчику она не подавала, с правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией и локальными актами, регулирующими оплату труда, не знакомилась, социальные гарантии ей не предоставлялись, табель учета рабочего времени в отношении истца не велся, запись о приеме и увольнении в трудовую книжку не вносилась, расчетные листки не выдавались, заработная плата не начислялась и не выплачивалась. После 13 января 2017 года истец самостоятельно прервала отношения с ИП ФИО4, при этом заявление об увольнении с работы она не писала, не поставила ФИО4 в известность о том, что на работу не выйдет, приказ об увольнении в соответствии с трудовым законодательством не издавался, компенсационные выплаты не начислялись и не выплачивались. Из пояснений стороны ответчика следует, что каких-либо санкций за невыход ФИО3 13 января 2017 г. в магазин, к ней не применялось, приказов о прогулах не издавалось.

Какие-либо письменные доказательства, подтверждающие подчинение ФИО3 правилам внутреннего распорядка не представлено. Напротив, из пояснений истца, свидетеля ФИО2, представителя ответчика наделку Ю.Е. следует, что при необходимости (болезнь, дни для отдыха летом), вопросы выхода на работу, продавцы решали между собой, также по необходимости могли задержаться с выходом на работу. При этом каких-либо санкций со стороны ИП ФИО4 за это не применялось.

Длительный характер спорных отношений не изменяет их гражданско-правовую природу и не является сам по себе доказательством существования между сторонами взаимоотношений, возникающих из трудового договора.

Доводы истца о том, что выдача фартука в начале работы свидетельствует о том, что правоотношения между истцом и ответчиком соответствовали признакам трудовых, судом не принимаются, т.к. из пояснений ФИО3 следует, что работала она в своей одежде, иногда пользовалась фартуком, чтобы не запачкать одежду.

Пункт 9.13 санитарных Правил, утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 07.09.2001 N 23 "О введении в действие Санитарных правил", устанавливает, что в спецодежду для продавцов входит чистая санитарная одежду (включая специальный головной убор), нагрудный фирменный знак организации, его наименование, адрес (местонахождение), Ф.И.О. продавца.

В судебном заседании не установлено, что указанный комплект спецодежды был выдан ФИО3 в начале торговли в магазине ИП ФИО4

Согласно пояснениям стороны ответчика, а также информации, предоставленной ГУ ОПФР по Архангельской области, пенсионные перечисления за ФИО3 не производились.

Изложенное свидетельствует о том, что деятельность ФИО3 носит гражданско-правовой характер и признаков трудовых отношений не содержит.

С учетом установленных обстоятельств, суд полагает, что требования истца о признании отношений трудовыми, внесении записи в трудовую книжку истца удовлетворению не подлежат.

Требования истца о взыскании недоначисленной и невыплаченной заработной платы на основании ст. 133 ТК РФ, исходя из размера МРОТ с учетом районного коэффициента и надбавки за работу в районах, приравненных к крайнему Северу, процентов за задержку выплаты заработной платы на основании ст. 236 ТК РФ, также не подлежат удовлетворению ввиду следующего.

Заключив трудовой договор с работодателем, физическое лицо приобретает правовой статус работника, содержание которого определяется положениями ст. 37 Конституции Российской Федерации и охватывает в числе прочего ряд закрепленных данной статьей трудовых и социальных прав и гарантий, сопутствующих трудовым правоотношениям либо вытекающих из них. К их числу относятся права на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, на защиту от безработицы, а также право на отдых и гарантии установленных федеральным законом продолжительности рабочего времени, выходных и праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска.

Лицо, заключившее гражданско-правовой договор о выполнении работ или оказании услуг, не пользуется перечисленными конституционными правами и гарантиями, предоставленными работнику в соответствии с законодательством о труде.

Основаниями для взыскании компенсации морального вреда в порядке ст. 237 ТК РФ являются факты нарушения работодателем трудовых прав работника, неправомерные действия работодателя. Факт установления трудовых отношений между сторонами в ходе судебного заседания не нашел своего подтверждения, ввиду чего требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Суд считает необходимым разъяснить, что отказ в удовлетворении настоящих требований, не лишает истца права обратиться в суд с иным иском, направленным на защиту прав о взыскании недополученного вознаграждения за оказанные услуги.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199, ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО3 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о признании отношений трудовыми, обязании внести сведения о работе в трудовую книжку, взыскании не начисленной и невыплаченной заработной платы, заработной платы за время вынужденного прогула, процентов за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд через Приморский районный суд в течение месяца со дня вынесения решения судом в окончательной форме.

Судья Е.А. Лощевская