Апелляционное постановление № 22-269/2018 22А-269/2018 от 11 июля 2018 г. по делу № 22-269/2018

Председательствующий Сусоров О.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 22А-269/2018
12 июля 2018 г.
г. Ростов-на-Дону
Судебная коллегия по уголовным делам Северо-Кавказского окружного военного суда в составе председательствующего Колесника А.В., при секретаре судебного заседания Хандилян Л.А., с участием военного прокурора отдела военной прокуратуры Южного военного округа <данные изъяты> Метченко А.А., потерпевшего ФИО10, его представителя ФИО11 осуждённого ФИО1 и защитника Куманёвой Т.Н. рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе указанного потерпевшего на приговор Новочеркасского гарнизонного военного суда от 30 мая 2018 г., в соответствии с которым военнослужащий войсковой части № <данные изъяты>

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимый, на военной службе по контракту с ДД.ММ.ГГГГ,

осуждён по ч. 1 ст. 264 УК РФ к штрафу в размере 80000 рублей с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами на срок 2 года.

Заслушав доклад председательствующего Колесника А.В., выступления потерпевшего ФИО10 и его представителя ФИО11 в поддержку доводов апелляционной жалобы, а также возражения прокурора Метченко А.А., осуждённого ФИО1 и защитника Куманёвой Т.Н., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 признан виновным в нарушении им, как лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при следующих установленных судом первой инстанции обстоятельствах.

Около <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> ФИО1, управляя в нарушение п. 5.1 Перечня неисправностей и условий, при которых запрещается эксплуатация транспортных средств, принадлежащим ему транспортным средством <данные изъяты> с государственными регистрационными знаками № с остаточной глубиной рисунка протектора шин, запрещающей эксплуатацию транспортного средства, и двигаясь в нарушение пп. 2.3.1, 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения со скоростью, не обеспечивающей безопасность движения, в районе инкубатора <данные изъяты> допустил наезд на гражданина ФИО10.

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия потерпевшему ФИО10 были причинены телесные повреждения в виде тяжёлой сочетанной травмы головы, живота с внутрибрюшным разрывом мочевого пузыря и множественных закрытых переломов ног (таза), создавшие непосредственную угрозу для жизни в момент причинения, а также повлекшие значительную стойкую утрату общей трудоспособности свыше 30 процентов, то есть тяжкий вред здоровью.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО10, считая приговор несправедливым, незаконным и необоснованным просит его отменить, а уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.

В обоснование жалобы потерпевший, излагая фактические обстоятельства дела и давая собственную оценку исследованным судом доказательствам, положенным в основу приговора, утверждает, что суд необоснованно переквалифицировал содеянное ФИО1 с ч. 2 на ч. 1 ст. 264 УК РФ, не дав при этом должной оценки показаниям свидетелей ФИО17, ФИО18, ФИО19 и ФИО20 о наличии в отобранном у ФИО1 биологическом материале сильнодействующего вещества «трамадола».

По мнению автора апелляционной жалобы, суд безосновательно счёл заключение комиссии экспертов № 1647-2557/9192 от 30 мая 2018 г. аргументированным и обоснованным, при этом оставил без внимания тот факт, что осуждённый неоднократно привлекался к административной ответственности за управление транспортным средством в состоянии опьянения и в момент совершения преступления не имел страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства (ОСАГО).

Также автор жалобы высказывает несогласие с исключением из объёма предъявленного ФИО1 обвинения указания о проявленной им невнимательности к дорожной обстановке, что, по мнению потерпевшего, противоречит выводам, изложенным в заключения эксперта № 246/07-1 от 5 февраля 2018 г.

Помимо этого, в апелляционной жалобе потерпевший указал на то, что в приговоре суд не отразил его мнение по поводу назначения наказания ФИО1, а также не дал должной оценки техническим неисправностям автомобиля последнего.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник военного прокурора Новочеркасского гарнизона <данные изъяты> ФИО2, а также осуждённый ФИО1 просят приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшего – без удовлетворения.

Рассмотрев материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы и возражений на неё, заслушав выступления лиц, участвовавших в заседании суда апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к выводу о том, что приговор в отношении ФИО1 является законным, обоснованным и справедливым, а апелляционная жалоба потерпевшего – не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства в соответствии со ст. 15, 244, 274 УПК РФ обеспечено равенство прав сторон, которым суд первой инстанции, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Все представленные сторонами доказательства исследованы судом, все заявленные участниками судебного разбирательства ходатайства разрешены в установленном законом порядке.

Судебной коллегией не установлено каких-либо данных, свидетельствующих об ошибочном исключении из разбирательства по делу допустимых доказательств или об отказе сторонам в исследовании доказательств, которые могли бы иметь существенное значение для правильного разрешения дела.

Вывод суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, соответствует фактическим обстоятельствам дела и подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств: показаниями ФИО1, признавшего свою вину, потерпевшего ФИО10 и его представителя ФИО22, свидетелей ФИО17, ФИО24 и ФИО18, оглашённых показаний свидетеля ФИО26, протоколами осмотров места происшествия и транспортного средства, заключениями экспертов, а также иными документами.

Указанные доказательства надлежащим образом исследованы и оценены судом в ходе судебного разбирательства, достаточно полно и правильно изложены в приговоре, сомнений в своей относимости, допустимости и достоверности не вызывают.

Противоправные действия осуждённого ФИО1 судом первой инстанции верно квалифицированы по ч. 1 ст. 264 УК РФ. Что же касается утверждения потерпевшего о необходимости квалификации содеянного осуждённым по ч. 2 ст. 264 УК РФ, то оно не может быть признано обоснованным по следующим основаниям.

Органами предварительного следствия действия ФИО1 вменялся квалифицирующий признак «совершение лицом, находящимся в состоянии опьянения», предусмотренный ч. 2 ст. 264 УК РФ. Однако, с учётом анализа фактических обстоятельств уголовного дела, по итогам исследования в судебном заседании совокупности представленных сторонами доказательств, государственный обвинитель пришёл к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 указанного квалифицирующего признака. В связи с этим, в прениях сторон государственный обвинитель в порядке реализации своих полномочий, в соответствии с п. 3 ч. 8 ст. 246 УПК РФ переквалифицировал содеянное ФИО1 на ч. 1 ст. 264 УК РФ, изложив при этом суду мотивированное обоснование изменения предъявленного подсудимому обвинения.

Согласно ст. 246 УПК РФ изменение государственным обвинителем обвинения в сторону смягчения предопределяет принятие судом соответствующего решения, так как уголовно-процессуальный закон исходит из осуществления уголовного судопроизводства на основе принципа состязательности и равноправия сторон. При этом суд не может подменять органы и лиц, выдвигающих и обосновывающих обвинение, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечивается обвинителем. В силу особенностей своего статуса, определённого уголовно- процессуальным законом, потерпевший и его представитель не наделены правом осуществлять уголовное преследование по делам публичного и частно-публичного обвинения и определять его пределы, а также самостоятельно выдвигать и поддерживать обвинение в суде.

Таким образом, в силу требований ст. 252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, в рамках обвинения, изменённого государственным обвинителем, суд первой инстанции постановил в отношении ФИО1 законный и обоснованный обвинительный приговор с осуждением по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

При этом, судом первой инстанции обоснованно отвергнуты выводы, содержащиеся в акте медицинского освидетельствования на состояние опьянения от 13 декабря 2017 г. № 744, ввиду допущенных при его составлении нарушений п. 21 Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утверждённого приказом Минздрава России от 18 декабря 2015 г. № 933н, как и показания свидетелей ФИО19 и ФИО20 об отсутствии в их действиях нарушений при составлении вышеуказанного акта. В ходе судебного заседания эти нарушения достоверно установлены (при отсутствии клинических признаков опьянения в п. 17 акта указано об установлении состоянии опьянения, в то время, как этот пункт должен быть перечёркнут; в п. 14 акта должны быть указаны наименование и концентрация обнаруженного вещества, чего не сделано), им дана надлежащая оценка в приговоре.

При таких обстоятельствах вышеуказанный акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения не может быть признан допустимым доказательством в силу положений ст. 75 УПК РФ и положен в основу приговора.

Кроме того, как указано в заключении экспертов № 1647-2557/9192 от 30 мая 2018 г., проводивших в ходе судебного разбирательства комплексную судебно-медицинскую и судебно-химическую экспертизы, согласно результатам указанного выше акта медицинского освидетельствования не выявлено признаков, однозначно указывающих на наличие состояния опьянения у ФИО1. При этом судебная коллегия обращает внимание на то обстоятельство, что при составлении данного заключения комиссия экспертов не принимала во внимание вышеуказанные нарушения, допущенные при составлении акта медицинского освидетельствования, а исследовала и анализировала хроматографическую и масс-спектральную информацию.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, у суда не было оснований ставить под сомнение компетентность этой комиссии экспертов, имеющих необходимую квалификацию и значительный стаж экспертной работы, заключение которой является научно обоснованным и аргументированным. В приговоре этому заключению дана оценка в совокупности с другими доказательствами по делу: показаниями свидетелей ФИО17, ФИО26, ФИО18, ФИО19 и подсудимого ФИО1.

Также суд первой инстанции правильно изложил в приговоре мотивы, по которым принял решение об исключении из обвинения ФИО1 указания на проявленную им невнимательность к дорожной обстановке при совершении инкриминируемого деяния.

Как усматривается из предъявленного ФИО1 обвинения, органами предварительного следствия ему было вменено совершение преступления по неосторожности в форме легкомыслия выразившегося в том, что предвидя возможность наступления общественно опасных последствий своих действий (управление автомобилем с недостаточной глубиной рисунка проектора шин, невыполнение требований пп. 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывая на предотвращение этих последствий, он совершил наезд на потерпевшего.

Эти же обстоятельства, полностью согласующиеся с заключением эксперта № 246/07-1 от 5 февраля 2018 г., изложены в приговоре при описании преступного деяния.

Вместе с тем, в предъявленном органами предварительного следствия ФИО1 обвинении также указано на проявленную им невнимательность к дорожной обстановке, что согласно ч. 3 ст. 26 УК РФ является признаком неосторожности в форме небрежности.

Таким образом, суд обоснованно исключил данное указание из объёма предъявленного осуждённому обвинения как излишнее.

При этом, довод апелляционной жалобы о том, что в приговоре суд не дал должной оценки техническому состоянию автомобиля ФИО1 является беспредметным, поскольку противоречит тексту обжалуемого судебного решения.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств совершённого им преступления, данных о его личности, а также влияния назначенного наказания на исправление осуждённого и условия жизни его семьи.

Суд учёл и привёл в приговоре в качестве смягчающих наказание обстоятельств то, что ФИО1 к уголовной ответственности привлекается впервые, по службе и месту жительства характеризуется положительно, является ветераном боевых действий, награждён государственной наградой – медалью Суворова, признание подсудимым своей вины, исполнение им обязанностей водителя по оказанию помощи потерпевшему до прибытия медицинских работников. Кроме того, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, смягчающим наказание обстоятельством суд признал наличие у ФИО1 двух малолетних детей.

Обстоятельство того, что в приговоре не отражено мнение потерпевшего по поводу назначенного наказания, которое было суду известно и также учтено при назначении наказания, не влияет на обоснованность и правильность его выводов и не свидетельствует о нарушении уголовного закона.

Таким образом, постановленный судом первой инстанции приговор в отношении ФИО1 является законным, обоснованным и справедливым, оснований для отмены либо изменения приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия

ПОСТАНОВИЛА:

Приговор Новочеркасского гарнизонного военного суда от 30 мая 2018 г. в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшего ФИО10 – без удовлетворения.

Председательствующий