Решение № 2-1857/2024 2-1857/2024~М-593/2024 М-593/2024 от 5 сентября 2024 г. по делу № 2-1857/2024

Дело № 2-1857/2024

УИД 62RS0001-01-2024-000838-87


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 сентября 2024 года г. Рязань

Железнодорожный районный суд г. Рязани в составе судьи Свириной Е.А., с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО4, помощника прокурора Железнодорожного района г.Рязани Зининой А.И., при секретаре ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании в здании суда гражданское дело по иску ФИО1 ФИО9 к ООО «Завод точного литья» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском ООО «Завод точного литья» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований истец указал, что 04 ноября 2023 года при исполнении своих трудовых обязанностей в качестве стропальщика, занятого в обрубном отделении в ООО «Завод точного литья» он (ФИО1) получил производственную травму.

Согласно акту № 4 о несчастном случае на производстве от 04 ноября 2023 года причиной несчастного случая стала неудовлетворительная организация производства работ, в том числе, не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины.

В соответствии с выпиской из истории болезни № 17451 от 17 ноября 2023 года он (ФИО1) с 04 ноября 2023 года по 17 ноября 2023 года находился в 1 травматологическом отделении БСМП по поводу открытого перелома правой голени со смещением. В результате полученной травмы он 9 дней находился на скелетном вытягивании, после чего перенес операцию.

В своем исковом заявлении истец просил суд взыскать с ответчика ООО «Завод точного литья» в свою пользу компенсацию морального вреда в связи с производственной травмой в размере 500 000 руб.

В ходе рассмотрения дела истец исковые требования увеличил и просит взыскать с ответчика компенсацию в размере 1 500 000 руб.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании требования поддержали.

Представитель ответчика ФИО4 в судебном заседании требования признал частично, пояснив, что имела место грубая неосторожность ФИО1 при исполнении им своих обязанностей, поскольку он не убедился в невозможности падения, опрокидывания, сползания груза. Стойкая утрата трудоспособности и инвалидность у истца не наступили. Кроме того, ООО «Завод точного литья» оказало ФИО1 материальную помощь в размере 50 000 руб., что за вычетом налога на доходы физических лиц составило 44 020 руб., в досудебном порядке истец к ответчику не обращался. Представитель ответчика просит суд уменьшить размер компенсации морального вреда до разумных размеров.

Выслушав истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО4, свидетеля ФИО7, заключение прокурора Зининой А.И., полагавшей требования подлежащими удовлетворению частично в размере 500 000 руб., суд считает заявленные требования законными, обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 02 августа 2023 года был принят на работу в ООО «Завод точного литья» на должность стропальщика, занятого в обрубном отделении, в термообрубной цех, обрубной участок. Данное обстоятельство подтверждается сведениями из трудовой книжки ФИО1

04 ноября 2023 года в 13 час. 30 мин. с ФИО1 при исполнении им трудовых обязанностей произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах.

Стропальщик, занятый на обрубном отделении, ФИО1, прибыл в термообрубной цех 04 ноября 2023 года около 07 час. 00 мин., получив сменное задание и устный инструктаж по охране труда от заместителя начальника цеха ФИО5 и приступил к работе.

Около 13 час. 00 мин. при подаче в цех на передаточной тележке очередной партии литья, заместитель начальника цеха ФИО5 обратил внимание на то, что на одной из стопок литья верхняя отливка наклонилась в сторону и приняла неустойчивое положение. После осмотра стопки он поправил верхнюю отливку.

Ввиду отсутствия схемы строповки на операцию перемещения отливок с передаточной тележки на участок обрубки, ФИО5 самостоятельно произвел строповку груза, проверил надежность зацепления способом отрыва груза от площадки и, убедившись в надежности строповки, дал команду стропальщику ФИО1 на перемещение груза, обратив его внимание на осторожность при работе с этой партией отливок.

Около 13 час. 20 мин. отливки с помощью кран – балки № 148 были перемещены на участок обрубки, при опускании груза произошел жесткий контакт груза с полом, в результате чего натяжение цепной стропы ослабло, произошел саморасцеп крюка с грузом, что привело к падению стопы отливок в сторону стропальщика ФИО1 Увидев крен стопы отливок в свою сторону, ФИО1 предпринял попытку избежать контакта с падающими предметами, но из – за того, что его рабочее место было ограничено находящимся за спиной литьем, избежать контакта не представилось возможным, в результате чего произошел удар отливки по его правой голени. Находившийся рядом стропальщик ФИО6 сообщил о происшествии заместителю начальника цеха ФИО5, который вызвал «скорую медицинскую помощь».

Данное обстоятельство подтверждается актом № 4 о несчастном случае на производстве, утвержденным руководителем ООО «Завод точного литья» 24 ноября 2023 года.

В акте указано, что основной причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, в том числе, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины, сопутствующими причинами несчастного случая явились несовершенство технологического процесса, в том числе, отсутствие технологической карты или другой технической документации на выполняемую работу, прочие причины, в том числе, неосторожность, невнимательность, поспешность.

Также в акте указано, что согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести от 08 ноября 2023 года, выданному ГБУ РО «ГКБСМП», ФИО1 установлен диагноз открытый перелом костей правой голени с/3 со смещением. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждением относится к категории «тяжелых» производственных травм.

Согласно выписке из истории болезни № 17451 от 17 ноября 2023 года, выданной ГБУ РО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи», ФИО1 находился в 1 травматологическом отделении с 04 по 17 ноября 2023 года по поводу открытого перелома правой голени со смещением. После предоперационной подготовки ему была проведена операция, выписан с улучшением.

18 января 2024 года ГБУ РО «Городская клиническая поликлиника № 6» было выдано направление на медико – социальную экспертизу с целью разработки программы реабилитации лица, пострадавшего в результате несчастного случая на производстве.

Согласно акту медико – социальной экспертизы ФКУ «ГБ МСЭ по Рязанской области» Минтруда России Бюро № 16 – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Рязанской области» № 56.16.62/2024 от 25 января 2024 года ФИО1 была разработана и выдана программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве гражданина, в отношении которого проведена медико – социальная экспертиза.

Из программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве № 56.16.62/2024 от 25 января 2024 года следует, что ФИО1 поставлен диагноз: последствия травм нижней конечности, последствия несчастного случая на производстве от 04 ноября 2023 года (открытый перелом правой голени со смещением) и оперативного лечения, перелом костей правой голени в с/3, незначительной смешанной посттравматической контрактуры правого коленного сустава, выраженной сгибательной посттравматической контрактуры правого голеностопного сустава.

Согласно данной программе, ФИО1 необходимо обеспечение техническим средством реабилитации – тростью опорной, регулируемой по высоте, срок в течение которого рекомендовано проведение реабилитационного мероприятия – с 23 января 2024 года по 23 июля 2024 года.

Из представленных истцом электронных листков нетрудоспособности следует, что период его нетрудоспособности составил с 04 ноября 2023 года по 26 апреля 2024 года.

В соответствии с записью № 8 в трудовой книжке ФИО1 27 апреля 2024 года трудовой договор между ним и ООО «Завод точного литья» был расторгнут по инициативе работника (п. 3 ст. 77 ТК РФ).

Ссылаясь на причинение ему морального вреда в связи с получением производственной травмы, истец обратился в суд с настоящим иском.

Принимая решение о частичном удовлетворении требований, суд учитывает следующее.

Ст. 21 ТК РФ предусмотрено право работника на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Одновременно ст. 22 ТК РФ предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Также ст. 214 ТК РФ предусмотрена обязанность работодателя создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Ст. 151 ГК РФ установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

П. 2 ст. 1083 ГК РФ предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 26 января 2010 года «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Из разъяснений, содержащихся в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности, последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из материалов дела следует, что в нарушение требований ст. 22, 214 ТК РФ работодатель ФИО1 не обеспечил безопасные условия труда, что повлекло за собой травмирование работника в период выполнения им работы, в связи с чем истец имеет право на взыскание с ответчика компенсации морального вреда в связи с получением производственной травмы.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень физических и нравственных страданий потерпевшего, степень тяжести производственной травмы, относящейся к категории тяжелых производственных травм, период нахождения истца на лечении и реабилитации, а также требования разумности и справедливости и считает необходимым взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 350 000 руб.

Вопреки утверждениям представителя ответчика о наличии грубой неосторожности истца, суд не усматривает в действиях ФИО1 грубой неосторожности.

Так, из содержания акта о несчастном случае на производстве № 4 от 24 ноября 2023 года, утвержденного руководителем ООО «Завод точного литья», следует, что причинами нечастного случая явились действия именно работодателя, заключающиеся в неудовлетворительной организации производств работ, в том числе, не обеспечении контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ, несовершенство технологического процесса, в том числе, отсутствие технологической карты или другой технической документации на выполняемую работу.

В акте указано, что прочими причинами несчастного случая послужили неосторожность, невнимательность, поспешность, однако, данные обстоятельства не являются грубой неосторожностью. Кроме того, из содержания акта не следует, что неосторожность, невнимательность, поспешность были допущены именно ФИО1

Утверждения представителя ответчика о том, что ФИО1 в нарушение инструкции по охране труда для стропальщиков, обслуживающих грузоподъемные машины и инструкции по охране труда для лиц, пользующихся грузоподъемными машинами, управляемыми с пола, предварительно не осмотрел место, на которое необходимо опустить груз, и не убедился в невозможности падения, опрокидывания или сползания груза, предварительно не осмотрел место, на которое груз должен быть уложен, и не убедился в невозможности падения, опрокидывания или сползания груза, суд не принимает во внимание, поскольку из материалов дела не усматривается, что причиной падения груза явились действия ФИО1

Из показаний допрошенного судом свидетеля ФИО7, который был очевидцем произошедшего и также работал стропальщиком в ООО «Завод точного литья» также не усматривается наличие вины ФИО1 в произошедшем несчастном случае на производстве.

То обстоятельство, что 26 марта 2024 года ФИО7 был уволен из ООО «Завод точного литья» в связи с нарушением трудовых обязанностей, не является причиной не доверять его показаниям, поскольку свидетель был предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Отсутствие стойкой утраты трудоспособности и инвалидности истца, как и оказание ответчиком истцу материальной помощи после произошедшего учтены судом при определении размера компенсации морального вреда, а обязательный досудебный порядок разрешения споров по данной категории дел законом не предусмотрен.

В силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истец освобожден на основании подп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ, подлежит взысканию с ответчика в местный бюджет.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО10 к ООО «Завод точного литья» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Завод точного литья» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 ФИО11 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 350 000 (триста пятьдесят тысяч) руб.

В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Взыскать с ООО «Завод точного литья» (ИНН <***>) в доход муниципального образования - город Рязань государственную пошлину в размере 300 (триста) руб.

Решение может быть обжаловано в Рязанский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Железнодорожный районный суд г.Рязани.

Решение в окончательной форме изготовлено 20 сентября 2024 года.

Судья Е.А.Свирина