Апелляционное определение от 25 июля 2019 г. по делу № 2-6/19

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 5-АПУ19-56


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 25 июля 2019 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Земскова Е.Ю., судей СитниковаЮ.В., ЗателепинаОК. при секретаре Сарвилиной ЕВ.

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционным жалобам осуждённого ФИО1 и адвоката Аникиной Н.А. в защиту осужденного ФИО2, адвоката Александровой Ю.А. в защиту осуждённого ФИО1, адвоката Зайцевой П.К. в защиту осуждённого ФИО3. на приговор Московского городского суда от 28.01.2019 года, по которому

ФИО3, <...>

<...>,

судимый 27 января 2015 года по ч.З ст.30, пп. «а», «в» ч.2

ст. 161 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы,

освобождён 23 декабря 2015 года по отбытии наказания, осуждён по:

по ч.1 ст.209 УК РФ к 12 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по пп. «а», «б» ч.4 ст. 162 УК РФ (преступление в отношении М..) к 11 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по п. «а» ч.4 ст. 162 УК РФ (преступление в отношении Б..) к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по п. «а» ч.4 ст. 162 УК РФ (преступление в отношении Б. к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по ч.З ст.222 УК РФ к 6 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО3. назначено 14 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.

ФИО2, <...>

<...>не судимый,

осуждён по:

по ч.2 ст.209 УК РФ к 11 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по пп. «а», «б» ч.4 ст. 162 УК РФ (преступление в отношении М..) к 11 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по п. «а» ч.4 ст. 162 УК РФ (преступление в отношении Б..) к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по п. «а» ч.4 ст. 162 УК РФ (преступление в отношении Б..) к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год.

В соответствии с ч. 3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний, окончательно ФИО2 назначено 13 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.

ФИО1, 1 <...>

<...>

<...> судимый:

6 октября 2005 года (с учётом изменений) по ч.1 ст. 166,

ч.1 ст.!58, ч.З ст.158 УК РФ, ч.З ст.69 УК РФ к 2 годам

10 суткам лишения свободы со штрафом в размере

5 000 руб., в соответствии со ст. 73 УК РФ наказание в

виде лишения свободы постановлено считать условным с

испытательным сроком 3 года;

16 октября 2006 года по п. «в» ч.2 ст.158, ч.2

ст.325 УК РФ, ч.2 ст.69, ч.5 ст.74, ст. 70 УК РФ к 3 годам

2 месяцам лишения свободы; 10 октября 2007 года

освобождён условно-досрочно на неотбытый срок 2 года 25 суток;

24 января 2008 года по ч.1 ст.318 УК РФ, ч.5 ст.69,

ст.70 УК РФ к 3 годам 4 месяца лишения свободы; 9

июня 2010 года освобождён условно-досрочно на 10

месяцев 4 суток;

18 октября 2010 года по ч.1 ст. 111, пп. «в», «г» ч.2

ст.158 УК РФ, ч.З ст.69, ст.70 УК РФ к 6 годам 3 месяцам

лишения свободы; 15 апреля 2016 года освобождён по

отбытию срока наказания.

осуждён по:

по ч.2 ст.209 УК РФ к 11 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по пп. «а», «б» ч.4 сТ.162 УК РФ (преступление в отношении М..) к 11 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по п. «а» ч.4 ст.162 УК РФ (преступление в отношении Б.), к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по п. «а» ч.4 ст.162 УК РФ (преступление в отношении Б..), к 10 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

по ч.З ст.222 УК РФ к 6 годам лишения свободы.

В соответствии с ч. 3,4 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно ФИО1 назначено 13 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.

При назначении наказания в виде ограничения свободы судом установлены ограничения и возложена обязанность из числа предусмотренных ст. 53 УК РФ, указанные в приговоре.

По этому же делу оправдан по ч. 2 ст. 209 УК РФ и осуждён за совершение двух преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ ФИО4, в отношении которого приговор не оспаривается.

Заслушав доклад судьи Земскова Е.Ю., выступления осуждённых ФИО3, ФИО2, ФИО1 и их защитников - адвокатов Романова СВ., Шакировой И.И., Тедеева П.С, Галаванова Т.О., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Самойлова ИВ. об

отсутствии оснований для удовлетворения апелляционных жалоб, Судебная коллегия

установила:

ФИО3. осуждён за создание устойчивой вооруженной группы (банды) в целях нападения на граждан и руководство ею, а ФИО2 и ФИО1 осуждены за участие в банде и в совершаемых ею нападениях.

ФИО3, ФИО2 и ФИО1 осуждены за разбойное нападение на М.., то есть нападение в целях хищения чужого имущества с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия, с незаконным проникновением в жилище, организованной группой, в особо крупном размере, а также за два разбойных нападения на Б. и Б.., с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, организованной группой.

ФИО3 и ФИО1 также осуждены за незаконные приобретение, хранение, ношение огнестрельного оружия и боеприпасов в составе организованной группы.

Преступления совершены в период с 15 апреля 2016 года по 27 сентября 2016 года в г. Москве и на территории Волгодонского района Ростовской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах и дополнениях к ним:

осуждённый ФИО1 просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение. В обоснование доводов жалобы указывает, что его виновность в участии в банде, а также в приобретении, хранении, ношении огнестрельного оружия и боеприпасов в составе организованной группы не доказана;

он был вынужден оговорить себя и иных лиц, сообщив недостоверные сведения в части осведомлённости о наличии у ФИО3. по месту жительства оружия, поскольку следователь обещала заключение досудебного соглашения о сотрудничестве;

выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, уголовное дело рассмотрено необъективно, с обвинительным уклоном, сторона защиты была ограничена в возможности представления доказательств;

дата и сам факт создания банды стороной обвинения не доказаны;

судом дана необоснованная оценка противоречивым показаниям потерпевшей М.., которая не смогла однозначно ответить на вопросы об обстоятельствах совершённого на неё нападения;

опознание пистолета потерпевшей М.. проведено с нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку все представленные потерпевшей пистолеты существенно отличаются друг от друга по внешним признакам;

полагает, что ему назначено чрезмерно суровое наказание, у суда имелись основания для применения положений ч. 3 ст. 68, ст. 64 УК РФ, поскольку он активно содействовал раскрытию и расследованию преступлений, розыску похищенного имущества, а также имелись основания для освобождения его от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием;

адвокат Александрова Ю.А. в защиту осуждённого ФИО1 просит приговор отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование доводов жалобы указывает, что виновность ФИО1 не доказана; приговор суда постановлен на основании предположений;

судом необоснованно положены в основу приговора показания ФИО1 на предварительном следствии, которые он был вынужден дать под давлением сотрудников полиции, при этом его показания в судебном заседании, в которых он оспаривал наличие при себе огнестрельного оружия в ходе разбойных нападений и участие в банде, стороной обвинения не опровергнуты;

также считает, что ФИО1 назначено чрезмерно суровое наказание;

адвокат Аникина Н.А. в защиту осуждённого ФИО2 просит приговор суда отменить, ФИО2 оправдать в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. В обоснование доводов жалобы указывает, что виновность ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 209 УК РФ, не доказана;

в ходе предварительного следствия никто из осуждённых не давал показаний о том, что они состояли в банде под руководством ФИО3, подчинялись и выполняли какие-либо его указания;

ФИО3 привлекал своих знакомых, в том числе ФИО2 к поездкам в г. Москву, вводя их в заблуждение относительно целей таких поездок (сообщал о необходимости истребования задолженности), при этом ФИО2 не был осведомлён о наличии у кого-либо огнестрельного или иного оружия, в предварительный сговор на хищение имущества потерпевших он не вступал, в распределении похищенного имущества участия не принимал, никакой материальной выгоды от простого присутствия в жилых помещениях потерпевших он не получил;

при совершении нападений огнестрельное оружие не использовалось, что подтверждается показаниями потерпевшей М.., факт изъятия у Копытовского А.Е. латунного картриджа под капсюль- воспламенитель при отсутствии доказательств намерения его использования осуждёнными, сам по себе не доказывает совершение преступлений в составе банды;

связывание рук потерпевшей М. в ходе нападения на неё не может расцениваться как угроза применения насилия;

адвокат Зайцева П.К. в защиту осуждённого ФИО3 просит приговор изменить, переквалифицировать действия ФИО3 в отношении потерпевшего Б. с п. «а» ч. 4 ст. 162 УК РФ на пп. «а», «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ, по которой назначить минимально возможное наказание; в остальной части приговор суда в отношении ФИО3 отменить, оправдать его по ч. 1 ст. 209, пп. «а», «б» ч. 4 ст. 162, п. «а» ч. 4 ст. 162, ч. 3 ст. 222 УК РФ в связи с непричастностью к совершению преступлений.

В обоснование доводов жалобы указывает, что фактические обстоятельства дела установлены неверно, действия ФИО3 неправильно квалифицированы;

на стадии предварительного следствия ФИО1 оговорил ФИО3, в судебном заседании он свои показания не подтвердил, указав, что они были даны под давлением со стороны сотрудников полиции;

проникнув в квартиру потерпевшего Б.. с целью завладения его имуществом, ФИО3 насилия к нему не применял, никаких распоряжений соучастникам не давал и о наличии у кого-либо огнестрельного оружия осведомлён не был.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Шпаковская А.К. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения участников процесса. Судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Содержащиеся в жалобах утверждения о непричастности ФИО3, ФИО2 и ФИО1 к бандитизму, отсутствии у них огнестрельного оружия и сговора на совершение разбойных нападений с его применением, а также доводы ФИО1 о введении его следователем в заблуждение в ходе предварительного следствия, в результате чего он оговорил себя и других осуждённых, аналогичны тем, которые были выдвинуты ими в ходе судебного разбирательства дела по существу, они

тщательно проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты в приговоре.

Выводы суда о виновности ФИО3., ФИО2 и ФИО1 в совершении инкриминируемых им преступлений основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Так, в приговоре приведены доказательства по каждому из совершённых преступлений, в том числе и по тем преступлениям, доказанность которых оспаривается адвокатами Александровой Ю.А., Аникиной НА., Зайцевой П.К. в апелляционных жалобах.

Проверяя доводы ФИО1 о том, что его показания, изложенные в протоколах первоначальных следственных действий, являются недопустимыми, поскольку он оговорил себя и других осуждённых, рассчитывая на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве в целях смягчения наказания, суд проанализировал всю последовательность изменения им своих показаний на протяжении предварительного и судебного следствия.

Сопоставив показания ФИО1, данные им в ходе следствия и в судебном заседании, как между собой, так и с показаниями допрошенных по делу свидетелей, письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, суд пришёл к мотивированному выводу об объективности, последовательности и достоверности показаний осуждённого ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия, обоснованно отметив, что приведённые им доводы (в обоснование причин изменения содержания своих показаний), связанные с отказом прокурора в заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, несостоятельны, поскольку соответствующие обязанности по оказанию активного способствования органам предварительного следствия в расследовании преступления и изобличению лиц, их совершивших, возникают у обвиняемого только после подписания им, его защитником и прокурором такого соглашения, которое в рамках данного дела не заключалось.

Судебная коллегия, проанализировав протоколы следственных действий, в ходе которых осуждённым ФИО1 были даны показания, положенные в основу приговора, соглашаясь с выводами суда первой инстанции о достоверности именно этих показаний, вопреки доводам апелляционных жалоб, приходит к выводу и о допустимости данных доказательств, поскольку при проведении с ФИО1 следственных действий соблюдены требования уголовно-процессуального закона, осуждённый допрошен с участием защитника, с разъяснением положений

ст. 51 Конституции России и об использовании его показаний в качестве доказательств по делу, в том числе и в случае отказа от данных показаний. Достоверность сведений, содержащихся в протоколах, удостоверена подписями самого осуждённого и его адвоката.

В апелляционной жалобе осуждённый ФИО1 также заявляет о недопустимости протокола предъявления для опознания (т. 3 л.д. 94-98), ссылаясь на то, что потерпевшая М.. не могла запомнить внешний вид пистолета, который согласно приговору суда, был использован при нападении на неё, а само следственное действие проведено с нарушением уголовно-процессуального закона ввиду предъявления потерпевшей к опознанию однородных предметов (пистолетов), существенно отличающихся друг от друга по внешним признакам.

Между тем из материалов уголовного дела следует, что опознание пистолета потерпевшей М.. проведено в соответствии с требованиями ст. 193 УПК РФ, в рамках возбужденного уголовного дела, уполномоченным следователем, в производстве которого находилось уголовное дело и в присутствии понятых.

Предварительно потерпевшая М.. была допрошена об особенностях, по которым она может опознать пистолет, которым ей угрожал осуждённый ФИО1, проникнув в её квартиру совместно с ФИО2 и ФИО3

В ходе следственного действия пистолет, собранный из деталей сигнального пистолета «МР-371», деталей пневматического пистолета «МР- 654К» и деталей пистолета «МР-79-9ТМ-10», изъятый 31 января 2017 года в ходе обыска в жилище осуждённого ФИО3, был предъявлен потерпевшей, как того требуют правила ст. 193 УПК РФ, в группе однородных предметов, при опознании М. указала его конкретные признаки - рукоятка очень темного черного цвета и наличие на дуле внешнего выступа в виде резьбы.

Более того, в судебном заседании потерпевшая М. пояснила, что ФИО1 в ходе разбоя стоял напротив её лицом к лицу, и направил в её лоб пистолет, которым угрожал и который впоследствии она подробно описала следователю и показала на опознании. При этом на вопросы адвоката Зайцевой П.К. потерпевшая также сообщила, что оружие как таковое она видела и раньше, поскольку занималась стрельбой.

Таким образом, нарушений закона, которые бы свидетельствовали о недопустимости доказательств, положенных в основу приговора, судом первой инстанции не установлено и Судебной коллегией из материалов уголовного дела также не усматривается.

Содержащиеся в апелляционных жалобах доводы осуждённого ФИО1 и адвоката Александровой Ю.А. о необъективности суда при

рассмотрении дела Судебной коллегией также признаются несостоятельными.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273 - 291 УПК РФ, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, без нарушений уголовно-процессуального закона.

Сторонам обвинения и защиты были предоставлены равные возможности для реализации своих прав, при этом каких-либо ограничений прав ФИО1, как им указывается в апелляционной жалобе, допущено не было.

Все представленные сторонами доказательства исследованы, заявленные ходатайства, в том числе о признании ряда доказательств недопустимыми, разрешены судом в установленном законом порядке, в соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ и по ним приняты мотивированные постановления.

Отрицая наличие бандитизма в действиях осуждённых, в апелляционных жалобах указывается на то, что в ходе нападений огнестрельное оружие не использовалось, ФИО3 никому из соучастников никаких распоряжений не давал и никто не был осведомлён о наличии у ФИО1, оружия, само проникновение в квартиры потерпевших и хищение их имущества осуществлялось без какого-либо предварительного сговора между соучастниками.

Однако из показаний ФИО1, данных в период предварительного следствия следует, что он состоял в группе, лидерами которой являлись ФИО3 и ФИО2 Инициатива совершения разбойных нападений на жильцов квартир домов в городе Москве принадлежала ФИО3, он озвучил ее в начале июня 2016 года, сославшись на отсутствие денежных средств. ФИО3 совместно с ФИО2 разрабатывал план совершения этих нападений с использованием оружия. По указанию ФИО3 и за его денежные средства он приобрел огнестрельное оружие - пистолет, который ими использовался при совершении разбойного нападения на М.., помимо этого, у него имелся пневматический пистолет о наличии которого также все участники банды были осведомлены. По разработанной схеме преступления ими было совершено три разбойных нападения на жильцов квартир домов в городе Москве (т. 12 л.д. 128-132, 147- 150).

Показания осуждённого ФИО1 полностью согласуются с показаниями потерпевших об обстоятельствах совершённых на них нападений и руководящей роли ФИО3 при этом.

Анализируя обстоятельства разбойного нападения на М.., судом достоверно установлено наличие у ФИО1, действующего совместно и заодно в группе с ФИО2 и ФИО3, неустановленного пневматического пистолета и огнестрельного оружия, которым ФИО1 угрожал потерпевшей. Указанное огнестрельное

оружие перевозилось сообщниками на автомобиле, на Московском метрополитене, хранилось по месту жительства Хона ОД., где и было изъято 31 января 2017 года в ходе обыска в присутствии матери осужденного Хона О.Д. - Хон Г.А. (т. 12 л.д. 33-37). При этом доводы Хона ОД., что он длительное время не жил по указанному адресу, не ставят под сомнение выводы суда об относимости к делу обнаруженных при обыске пистолета с пятью патронами, а именно, что указанный пистолет находился на вооружении банды и использовался в ходе разбойного нападения на М..

Тот факт, что оружие имелось не у каждого из осуждённых, правового значения для квалификации действий ФИО3., ФИО1 и ФИО2 не имеет, поскольку все участники преступной группы были заранее осведомлены о наличии и планируемом использовании оружия, в том числе видели его при совершении нападения на М.. у ФИО1, который угрожал его применением потерпевшей, а впоследствии оружие хранилось по месту жительства ФИО3

Из установленных судом обстоятельств разбойных нападений следует, что осуждённые при их совершении применяли заранее приготовленный скотч, медицинские маски для конспирации, похищенные денежные средства распределяли между собой, действовали по одному и тому же плану.

Таким образом, материалами уголовного дела объективно установлено, что преступная группа, участниками которой были осуждённые ФИО3., ФИО1 и ФИО2, являлась организованной, устойчивой, с постоянным составом участников, которые заранее объединились для совершения нападений на граждан в целях хищения чужого имущества и эта группа была вооружена огнестрельным оружием и боеприпасами, пригодными для стрельбы.

Кроме того, именно ФИО3 и ФИО1, действуя в составе организованной группы, незаконно приобрели, перевозили и носили огнестрельное оружие и боеприпасы, а также незаконно хранили оружие и боеприпасы по адресу: Ростовская область, Волгодонской район, х. Лагутники, ул. Кооперативная, д.<...>, кв.<...>, обнаруженные в ходе обыска.

Вместе с тем, в ходе нападений на Б.Б., использовался пистолет, относящийся к сигнальному оружию, который огнестрельным оружием не является.

Таким образом, поскольку стороной обвинения не было представлено доказательств осведомленности ФИО4 о наличии у организованной группы (в состав которой он вошёл после совершения группой без его участия нападения на М..) огнестрельного оружия, суд принял решение об оправдании его по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 209 УК РФ. Однако вопреки доводам жалобы адвоката Аникиной Н.А. данный факт (как и тот, что по месту жительства ФИО4 был обнаружен латунный картридж под капсюль-воспламенитель) не имеет правового значения для

квалификации действий осуждённого Буркова М.И., который принимал непосредственное участие в нападении на потерпевшую М.. с применением оружия.

Выступая в защиту ФИО2, адвокат Аникина Н.А. в апелляционной жалобе также настаивает на том, что его действия в отношении потерпевшей М. квалифицированы неверно, поскольку насилия по отношению к ней участниками группы не применялось.

Однако обстоятельства совершённого преступления - внезапное проникновение в квартиру троих мужчин под угрозой применения пистолета, направленного в лицо несовершеннолетней потерпевшей М.., связывание её рук и ног, а также фиксация у батареи, позволили суду сделать убедительный вывод, что нападение было реальным и действительным; потерпевшая М.. угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, воспринимала реально и, с учётом сложившейся обстановки,обоснованно опасалась осуществления этой угрозы.

При таких обстоятельствах действия ФИО2 и других соучастников, угрожавших применить насилие к потерпевшей, высказывавших ей соответствующую угрозу и направляя пистолет в лицо, после чего, воспользовавшись тем, что в результате их действий М. была напугана и обездвижена, похитивших из её квартиры имущество на общую сумму 3 814 578,44 руб., суд правильно квалифицировал как разбой, совершённый с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением оружия организованной группой в особо крупном размере.

Доводы жалобы адвоката. Зайцевой П.К. о том, что действия ФИО3 неправильно квалифицированы, поскольку насилия к потерпевшему Б. он и другие участники преступления не применяли, не соответствуют обстоятельствам содеянного им и квалификации его действий судом, поскольку ему не вменялось совершение разбоя с применением насилия, и его действия по этому признаку судом квалифицированы не были.

Таким образом, всем действиям осуждённых судом была дана надлежащая правовая оценка с приведением в приговоре соответствующих мотивов, основанных на установленных в судебном заседании обстоятельствах.

Вопреки доводам жалоб, наказание осуждённым назначено в полном соответствии со ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности содеянного, роли и степени участия каждого из осуждённых, данных о личности, в том числе смягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление, условия жизни их семей. Все эти обстоятельства применительно к каждому из осуждённых подробно изложены и мотивированы в приговоре. В том числе суд учёл все смягчающие обстоятельства, на основании которых в жалобах ставится вопрос о снижении осуждённым наказания.

Иных обстоятельств, которые могли бы быть расценены судом как смягчающие наказание осуждённых, из материалов уголовного дела не усматривается.

При таких обстоятельствах оснований признания назначенного наказания осуждённым несправедливым вследствие чрезмерной суровости и его смягчения не имеется.

Доводы осужденного ФИО1 о необходимости освобождения его от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием в порядке ст. 75 УК РФ являются несостоятельными.

В соответствии с ч. 1 ст. 75 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию и расследованию преступления, загладило причиненный преступлением вред и вследствие деятельного раскаяния перестало быть общественно опасным. Согласно ч. 2 ст. 75 УК РФ лицо, совершившее преступление иной категории, освобождается от уголовной ответственности только в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ.

Из представленных материалов уголовного дела усматривается, что оснований для применения в отношении ФИО1 вышеуказанных положений закона у суда первой инстанции не имелось, поскольку ранее ФИО1 судим, после совершения новых преступлений он добровольно в правоохранительные органы не явился и не сообщил о совершённых им в составе организованной группы преступлениях, обладающих повышенной общественной опасностью, направленных против собственности и общественной безопасности, а был задержан на месте преступления, то есть его действия не утратили общественной опасности.

Полное признание вины ФИО1 в ходе предварительного следствия, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению других соучастников, на что осуждённый ссылается в апелляционной жалобе, по смыслу закона не являются деятельным раскаянием, обязательными признаками которого является добровольная явка с повинной, способствование раскрытию преступления, возмещение причиненного ущерба в результате совершенного преступления, вследствие чего лицо перестало быть общественно опасным.

С учётом изложенного Судебная коллегия не усматривает оснований для отмены либо изменения приговора суда, в том числе и по доводам апелляционных жалоб.

#

Руководствуясь ст.38920, 38928, 38933 УПК РФ, Судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Московского городского суда от 28.01.2019 года в отношении

ФИО3, ФИО2, ФИО1

Николаевича оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных

и их защитников - без удовлетворения. Председательствующий: Судья: