Апелляционное определение от 25 апреля 2019 г. по делу № 2-11/19

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № >19-АПУ 19-6


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 25 апреля 2019 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего судьи Ботина А.Г.,

судей Абрамова С.Н. и Лаврова Н.Г. при ведении протокола секретарём Ильиной А.Ю.

с участием: осуждённых ФИО1. и ФИО2 - посредством видеоконференц-связи, адвокатов Панченко О.В. и Романова СВ., прокурора Мусолиной Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осуждённых ФИО1 и ФИО2, адвокатов Кима С.А. и Гожева Р.А. на приговор Ставропольского краевого суда от 8 февраля 2019 г., по которому

ФИО1, <...>

<...>

<...> судимый 12 октября 2015 г. Невинномысским городским

судом по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году 3 месяцам

лишения свободы, освободившийся 13 сентября 2016 г.

условно-досрочно на неотбытый срок 2 месяца 4 дня,

осуждён по пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 13 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 год 6 месяцев, с установленными ограничениями:

не уходить из дома (квартиры или иного жилища) в ночное время суток с 22 до 6 часов, не выезжать за пределы муниципального образования, избранного для проживания после отбывания наказания в виде лишения свободы, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, и обязанностью являться в этот орган 2 раза в месяц для регистрации;

ФИО2, <...>

<...>

<...> судимый 10 ноября 2017 г.

Невинномысским городским судом по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК

РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным

сроком 1 год,

осуждён по пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ на 14 лет лишения свободы с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ, ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, путём частичного присоединения неотбытого наказания по приговору от 10 ноября 2017 г., окончательно на 14 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год 6 месяцев, с установленными ограничениями: не уходить из дома (квартиры или иного жилища) в ночное время суток с 22 до 6 часов, не выезжать за пределы муниципального образования, избранного для проживания после отбывания наказания в виде лишения свободы, не посещать места проведения массовых и иных мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях, не изменять место жительства или пребывания, место работы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, и обязанностью являться в этот орган 2 раза в месяц для регистрации.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Абрамова С.Н., изложившего доводы апелляционных жалоб, возражений на жалобы, обстоятельства дела, выступления осуждённых ФИО1. и ФИО2, адвокатов Панченко О.В. и Романова СВ., поддержавших доводы, приведённые в апелляционных жалобах, мнение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Мусолиной Е.А., об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия

установила:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за то, что они 11 января 2018 г. в г. Невинномысске Ставропольского края, действуя группой лиц, причинили смерть потерпевшему И. с особой жестокостью при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании осуждённые ФИО1 и ФИО2 виновными признали себя частично, пояснив, что умысла на убийство потерпевшего у них не было.

В апелляционных жалобах (с дополнениями):

адвокат Ким С.А. считает приговор в отношении осуждённого Ковалевского незаконным, а выводы суда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что судом сделан ошибочный вывод о наличии у осуждённых совместного умысла и согласованных действий, направленных на убийство потерпевшего. При этом, ссылается на показания осуждённых Ковалевского и ФИО2, свидетелей Г.О. Л. и Л. а также на обстоятельства дела о поведении Ковалевского после причинения повреждений потерпевшему - достал из ванны, попытался оказать первую медицинскую помощь, а после наступления смерти потерпевшего пришёл в полицию и сделал заявление о явке с повинной. Выражает несогласие с комиссионным заключением судебно-медицинских экспертов о причине смерти потерпевшего от механической асфиксии вследствие попадания воды в просвет дыхательных путей, поскольку, по его мнению, это заключение является неполным, без ответа на некоторые вопросы, в том числе, о давности причинения телесных повреждений и наступления смерти. По его мнению, суд необоснованно отверг первоначальное заключение судебно-медицинского эксперта Б. в части причины наступления смерти, последовательности причинения прижизненных повреждений, возможности потерпевшего самостоятельно передвигаться и совершать целенаправленные активные действия после получения повреждений. Указывает на необоснованный отказ суда в назначении повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы для установления причины смерти И. Просит приговор в отношении Ковалевского изменить, переквалифицировать его действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ, по которой назначить менее строгое наказание.

В дополнительной жалобе, не соглашаясь с выводом суда о голословности и надуманности доводов Ковалевского о попытке оказания первой помощи потерпевшему, указывает на противоречивые выводы суда об обстоятельствах причинения потерпевшему смерти;

осуждённый Ковалевский ИВ., ссылаясь на первоначальное заключение судебно-медицинского эксперта Б., просит переквалифицировать его действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ и принять правильное решение;

осуждённый ФИО2 выражает несогласие с приговором в части квалификации его действий как умышленного причинения смерти потерпевшему. При этом, ссылаясь на первоначальное заключение судебно-медицинского эксперта Б. указывает на то, что потерпевшему был причинён термический ожог 2-3 степени около 35 % поверхности тела, соответствующий тяжкому вреду здоровья, при котором потерпевший мог совершать активные действия до наступления смерти. Полагает, что эксперт К. проводивший повторно судебно-медицинскую экспертизу по гистологии, не мог дать объективное заключение о причине смерти потерпевшего. Обращает внимание на отсутствие у него каких- либо телесных повреждений на руках, что, по его мнению, указывает на отсутствие насильственных действий в отношении потерпевшего с его стороны. Просит переквалифицировать его действия на ч. 4 ст. 111 УК РФ и с учётом его сотрудничества со следствием, состояния здоровья, вынести справедливое решение;

адвокат Гожев Р.А. анализирует заключения судебно-медицинского эксперта Б. и комиссии экспертов о причине смерти потерпевшего, указывает на имеющиеся в них противоречия и считает, что действия осуждённого ФИО2 подлежат квалификации по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Просит приговор в отношении ФИО2 отменить, а дело передать на новое судебное разбирательство.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Проводин Р.В. указывает на несостоятельность изложенных в них доводов и просит оставить их без удовлетворения, а приговор - без изменения.

Проверив по апелляционным жалобам законность, обоснованность и справедливость приговора, Судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований для его отмены или изменения.

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об

их достаточности для разрешения дела, правильно признав Ковалевского и Сердюкова виновными в умышленном причинении смерти потерпевшему И. этот вывод изложил в приговоре, а принятое решение мотивировал.

Выводы суда о том, что смерть потерпевшего наступила от совместных действий осуждённых Ковалевского и ФИО2 в апелляционных жалобах самими осуждёнными и их адвокатами не оспариваются, они подтверждаются приведёнными в приговоре доказательствами и их обоснованность сомнений у Судебной коллегии не вызывает.

В качестве допустимых и достоверных доказательств виновности Ковалевского и ФИО2 суд обоснованно привёл в приговоре явку с повинной Ковалевского о том, что он и ФИО2, находясь в квартире потерпевшего И. усадили последнего в ванну с горячей водой и удерживали его под водой до тех пор, пока тот не скончался, после чего покинули квартиру, а также показания осуждённых на предварительном следствии, в той части, в которой они поясняли, о том, что они совместно, применяя физическую силу, против воли И., который в силу своего пожилого возраста и нахождения в состоянии сильного алкогольного опьянения не мог оказать сопротивление, удерживали потерпевшего в области плеч и шеи, а также за ноги, помещали голову последнего под струю горячей воды из смесителя, а ФИО2 при этом с силой окунал И. в воду в ванной, пока И. не потерял сознание и перестал подавать признаки жизни.

Свои показания об обстоятельствах причинения смерти потерпевшему И. осуждённые ФИО1 и ФИО2 подтвердили и при проверке их показаний на месте происшествия.

Делая вывод о достоверности показаний осуждённых в этой части, суд обоснованно указал на то, что эти показания последовательны и согласуются между собой, а также с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.

Согласно выводам комиссии судебно-медицинских экспертов, смерть потерпевшего И. наступила в результате механической асфиксии от утопления в воде, термических ожогов 2-3 степени покрывших около 35 % поверхности лица и тела.

Из показаний судебно-медицинского эксперта К. участвовавшего в проведении комплексной судебно-медицинской

экспертизы по установлению причины смерти потерпевшего И. следует, что в результате повторного гистологического исследования, изучения материалов дела, медицинской карты комиссия пришла к выводам о том, что смерть И. наступила в результате механической асфиксии вследствие попадания воды в просвет дыхательных путей с последующей обтурацией их просвета. Обнаруженные термические ожоги 2-3 степени лица, туловища, верхних и правой нижней конечностей, около 35 % поверхности тела, образовались в результате термического воздействия горячей воды на кожные покровы лица, туловища, конечностей. При этом, ожоговые раны И. были причинены первыми, а утопление с попаданием воды в дыхательные пути было причинено последним.

Вопреки доводам, приведённым в апелляционных жалобах, суд обоснованно привёл в приговоре в качестве допустимого и достоверного доказательства заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 272 от 13 апреля 2018 г., и критически оценил первоначальные выводы судебно-медицинского эксперта Б. о причине смерти И., приведя в приговоре мотивы принятого решения, не согласиться с которыми оснований у Судебной коллегии не имеется.

Кроме того, суд обоснованно привёл в приговоре другие достоверные доказательства, в частности: протокол осмотра места происшествия, показания допрошенных в качестве свидетелей понятых Г. и О. работников полиции Л. и Л..

При этом, ссылка адвоката Кима на показания свидетелей Г., О., Л. и Л. как на доказательства отсутствия у осуждённых совместного умысла и согласованных действий, направленных на убийство потерпевшего несостоятельна, поскольку таких данных в их показаниях не содержится.

Доказательства, положенные в основу осуждения Ковалевского и ФИО2, собраны с соблюдением требований ст. 74, 86 УПК РФ и сомнений в их достоверности не вызывают.

Всем доказательствам, приведённым в приговоре, суд дал правильную оценку.

Действия осуждённых Ковалевского и ФИО2 суд правильно квалифицировал по п. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как убийство, совершённое с особой жестокостью, группой лиц.

Оснований, для переквалификации действий осуждённых Ковалевского и Сердюкова на ч. 4 ст. 111 УК РФ не имеется.

Признавая, что убийство потерпевшего совершено с особой жестокостью, суд обоснованно исходил из того, что телесные повреждения в виде термических ожогов 2-3 степени были причинены потерпевшему прижизненно, в результате длительного, не менее 10 минут, и многократного воздействия горячей воды, температура которой составляла не менее 60 градусов и выше, сопровождавшиеся особо сильной болью, причинившие потерпевшему особые страдания и мучения.

Действия осуждённых правильно квалифицированы как убийство, совершённое группой лиц, поскольку смерть потерпевшего наступила в результате совместных и согласованных действий Ковалевского и ФИО2, направленных на причинение смерти потерпевшему.

Как следует из приговора, при назначении наказания осуждённым Ковалевскому и ФИО2, в соответствии с положениями ст. 6 и 60 УК РФ, суд учитывал характер и степень общественной опасности совершённого ими преступления, данные о их личности, влияние назначенного наказания на исправление осуждённых и на условия жизни их семей, а также наличие смягчающих наказание обстоятельств и отягчающего у Ковалевского.

Выводы суда, в части назначения Ковалевскому и ФИО2 наказания судом мотивированы, а назначенное им наказание признаётся обоснованным и справедливым, каких-либо новых обстоятельств, влияющих на размер назначенного осуждённым наказания, Судебная коллегия не находит.

Судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора из материалов дела не усматривается. Приговор соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389 и 389 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Ставропольского краевого суда от 8 февраля 2019 г. в отношении Ковалевского Игоря Валерьевича и Сердюкова Дмитрия Васильевича оставить без изменения, а апелляционные жалобы осуждённых Ковалевского ИВ. и Сердюкова Д.В., адвокатов Кима С.А. и Гожева Р.А. - без удовлетворения.

Председательствующий судьяСудьи