Апелляционное определение от 11 декабря 2018 г. по делу № 2-27/2018

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 33-АПУ18-16


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 11 декабря 2018 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Сабурова Д.Э., судейКочинойИ.Г., ТаратутыИВ., при секретаре Горностаевой Е.Е., с участием: государственного обвинителя - прокурора Лежепекова В.А., осужденного ФИО1, защитника - адвоката Цапина В.И.,

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Ленинградского областного суда от 26 сентября 2018 года, которым

ФИО1, <...> несудимый,

осужден по п.«в» ч.2 ст. 105 УК РФ к лишению свободы на 10 лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на 1 год, с ограничениями и обязанностью, указанными в приговоре.

С осужденного в пользу потерпевшей Я. взыскано 22 000 рублей в возмещение ущерба и 500 000 рублей в возмещение морального вреда.

Принято решение в отношении процессуальных издержек и вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Кочиной И.Г., выступления осужденного

ФИО1, адвоката Цапина В.И., поддержавших доводы, изложенные в

апелляционной жалобе и в дополнении к ней, просивших об отмене

приговора, мнение прокурора Лежепекова В.А. об отсутствии оснований для изменения и отмены приговора, Судебная коллегия

установила:

ФИО1 осужден за убийство заведомо находящейся для него в беспомощном состоянии потерпевшей К. совершенное в п. Лисино Волосовского района Ленинградской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и в дополнении к ней осужденный ФИО1 утверждает, что преступление им совершено не умышленно, а в состоянии галлюцинаций, в противном случае избавился бы от орудия преступления и не сообщил о содеянном в полицию. Утверждает, что в ходе допроса 1 ноября 2017 года (т.1 л.д.55) он оговорил себя в том, что поссорился с потерпевшей, а протокол подписал, не читая. Высказывает сомнения относительно полноты проведенной судебно-медицинской экспертизы трупа К. поскольку в ее крови не обнаружен алкоголь. С учетом того, что в прошлом у него имелись травмы головы, галлюцинации, он употреблял наркотические средства и злоупотреблял алкоголем заключение психолого-психиатрической экспертизы, не установившей у него психических отклонений, считает необоснованным. По мнению ФИО1, суд необоснованно не отразил в приговоре сведения о наличии у него видений, о чем он сообщал сотруднику полиции К. и отказал в допросе эксперта-психиатра. С учетом доводов его жалобы просит пересмотреть приговор поскольку считает, что судом неверно установлены форма вины, мотив, цель и последствия преступления.

В возражениях государственный обвинитель Федоров И.Г. просит

оставить апелляционную жалобу без удовлетворения.

Заслушав участников процесса, обсудив доводы, изложенные в

апелляционной жалобе и в дополнении к ней, возражения прокурора,

проверив в апелляционном порядке материалы уголовного дела, Судебная

коллегия приходит к следующему.

Обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, подлежащие

доказыванию при производстве по уголовному делу, в том числе и

перечисленные в апелляционной жалобе осужденного, судом на основе

исследованных доказательств установлены правильно.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления

соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются в

первую очередь показаниями ФИО1, данными в ходе предварительного

следствия в качестве подозреваемого, из которых следует, что после ссоры с

К<...> с целью причинения смерти, он нанес ей несколько ударов ножом в

область шеи (т.1 л.д.146-152).

Данные показания получены в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона, что следует из материалов уголовного дела. Каждая страница протокола допроса прочитана и подписана Валиулиным и его защитником, при этом замечаний на содержание протокола от них не поступило. При таких обстоятельствах доводы осужденного о неознакомлении с протоколом допроса являются несостоятельными.

Первоначальные показания ФИО1 суд объективно оценил в качестве достоверных, поскольку они являются последовательными и согласуются с другими доказательствами.

Так, будучи допрошенным в качестве обвиняемого 1 ноября 2017 года (т.1.л.д.155-158) ФИО1 подтвердил данные ранее показания, а при проверке их на месте преступления (т.1 л.д.219-231) продемонстрировал механизм нанесения ударов ножом потерпевшей, который согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы № 230 не противоречит установленным на теле К. повреждениям (т.2 л.д.141-155).

Взятые за основу показания ФИО1 согласуются с его сообщением в дежурную часть ОМВД России по Волосовскому району о совершенном убийстве, с показаниями свидетелей У.С. К., выезжавших по данному сообщению на место преступления, где находился ФИО1, на руках и одежде которого была обнаружена кровь, а в доме - труп женщины, а также с протоколом осмотра места происшествия, заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 155-к от 11 сентября 2018 года, согласно которому смерть К. наступила от совокупности множественных колото-резаных ранений (4 л.д.2-80).

Вопреки доводам осужденного оснований для признания заключения экспертов № 155-к/18 недопустимым доказательством не имеется, поскольку неустановление в крови потерпевшей этилового спирта не свидетельствует о неполноте проведенного исследования трупа и не влияет на достоверность выводов экспертов о причине смерти.

ФИО1 не оспаривал факт нанесения ножевых ударов потерпевшей и при допросе в качестве обвиняемого 28 марта 2018 года, а также в судебном заседании, однако заявлял, что, нанося удары, видел вместо потерпевшей демона или чудовище (т.1 л.д. 162-166). Данные показания осужденного и аналогичные показания сотрудника полиции К. данные со слов ФИО1, были исследованы судом и обоснованно отвергнуты, как не нашедшие своего подтверждения, поскольку не согласуются с взятыми за основу другими доказательствами и не подтверждаются заключением стационарной комплексной психолого-психиатрической экспертизы, из которой следует, что ФИО1 ни в период, относящийся к инкриминируемому деянию, ни в настоящее время хроническим психическим расстройством или иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, а его жалобы на зрительные обманы восприятия носят защитно- установочный характер (т.З л.д.146-151).

Психолого-психиатрическая экспертиза проведена в соответствии с положениями УПК РФ и ФЗ РФ «О государственной судебно-экспертной

деятельности в РФ». Выводы экспертов основаны на результатах исследования осужденного с учетом характера его жалоб на здоровье, необходимой медицинской документации и материалов уголовного дела, носят научно - обоснованный характер, в связи с чем нельзя согласиться с доводами апелляционной жалобы о необъективности экспертного заключения. Напротив, данное заключение согласуется с принятыми за основу доказательствами и позволяет понять и оценить позицию осужденного, высказанную в судебном заседании.

Учитывая полноту и непротиворечивость повторных экспертиз (судебно-медицинской в отношении потерпевшей и психолого- психиатрической в отношении осужденного) суд правомерно отказал стороне защиты в допросе участвовавших в их проведении экспертов.

Оценив взятые за основу доказательства в их совокупности, суд правильно пришел к выводу, что они являются достаточными для принятия решения по делу, поскольку позволили всесторонне, полно и объективно установить обстоятельства преступления, виновность осужденного ФИО1 в его совершении и опровергнуть его доводы о самооговоре и версию об отсутствии умысла на убийство К..

При таких обстоятельствах суд правильно квалифицировал действия осужденного ФИО1 по п.«в» ч.2 ст. 105 УК РФ как убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

ФИО1 проживал совместно потерпевшей и знал, что в силу заболевания не она могла оказать ему сопротивления.

Оснований для иной юридической оценки действий осужденного не имеется.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, которые бы могли привести к отмене приговора, не допущено.

На основании заключения судебно-психиатрической экспертизы и поведения осужденного судом сделан правильный вывод о его вменяемости.

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности, смягчающих и отягчающих обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного.

Данные о личности осужденного и отношение его к содеянному исследованы и учтены судом в полной мере. Дополнительных обстоятельств, которые бы смягчали наказание осужденного, но не были учтены судом, не установлено.

Признание обстоятельством, отягчающим наказание, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в соответствии сч.1.1 ст.63 УК РФ, надлежаще мотивировано.

Таким образом, при назначении наказания нарушения норм УК РФ не допущено, по своему виду и размеру оно соответствует содеянному осужденным и данным о его личности, в связи с чем оснований для его смягчения не имеется.

Гражданский иск разрешен судом в соответствии с требованиями ст.ст.1064, 1080, 151, 1099-1101 ГК РФ. При определении размера затрат на похороны суд исходил из представленных потерпевшей Я. документов, а при определении компенсации морального вреда учитывал степень ее нравственных страданий, требования разумности и справедливости.

При таких обстоятельствах оснований для отмены или изменения приговора Судебная коллегия не находит.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.18,

389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, Судебная коллегия

определила:

приговор Ленинградского областного суда от 26 сентября 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного - без удовлетворения.

Председательствующий Судьи