Определение от 31 июля 2024 г. по делу № А40-36983/2017

ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 305-ЭС18-13191


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва01.08.2024

Судья Верховного Суда Российской Федерации Чучунова Н.С., рассмотрев жалобу (заявление) ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2023 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.02.2024 по делу № А40-36983/2017,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «АДМ» (далее – ООО «АДМ») обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ФИО1 о взыскании 160 822 765 рублей и 2 906 809 долларов США убытков.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «МАНОР» (далее – ООО «МАНОР»).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.07.2017, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2017 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.01.2018 исковые требования удовлетворены, с ФИО1 в пользу ООО «МАНОР» взысканы убытки в размере 160 822 765 руб.00 коп. и 2 906 809 долларов США.

Вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2018 и от 03.08.2021 в удовлетворении заявлений ФИО1 и ФИО2, соответственно, о пересмотре решения суда по вновь открывшимся обстоятельствам отказано.

ФИО1 05.05.2023 вновь обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о пересмотре решения от 07.07.2017 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2023 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20.02.2024, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами об отказе в удовлетворении заявления о пересмотре решения от 07.07.2017 по вновь открывшимся обстоятельствам, ФИО1 обратился в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, ссылаясь на существенное нарушение судами норм материального и процессуального права.

Письмом Верховного Суда Российской Федерации от 06.06.2024 дело № А40-36983/2017 истребовано из Арбитражного суда города Москвы.

По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6, статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

По результатам изучения материалов дела и доводов кассационной жалобы заявителя, а также дополнений к ней суд приходит к выводу о наличии оснований для ее передачи вместе с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Как усматривается из материалов истребованного дела, при первоначальном рассмотрении спора Арбитражным судом города Москвы установлено, что ООО «МАНОР» в период осуществления ФИО1 полномочий единоличного исполнительного органа названного хозяйствующего субъекта получило от третьих лиц 893 200 000 рублей, в том числе 658 800 000 от участника ООО «МАНОР» – ФИО2 по инвестиционному договору от 18.12.2013 № ИД 1.

Впоследствии ООО «МАНОР» 23.12.2013 в пользу Компании «Биргеро Энтерпрайсиз Лимитед» (далее – Компания Биргеро) перечислено 22 446 856 долларов США (740 297 310 рублей 88 копеек по официальному обменному курсу по состоянию на 23.12.2013) в счет оплаты по договору купли-продажи от 22.12.2013 акций Компании «Старфингтон Менеджмент Лимитед» (далее – Компания Старфингтон).

Разрешая спор по существу (взыскивая убытки), суд указал, что данная сделка, совершенная 23.12.2013 и повлекшая отчуждение имущества ООО «МАНОР» в сумме 740 297 310 рублей 88 копеек, в соответствии с требованиями статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» являлась крупной для названного юридического лица и подлежала одобрению общим собранием

участников, в то время, как ФИО1 доказательства одобрения данной сделки в установленном законом порядке не представлены.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о недобросовестном поведении ФИО1 и о наличии оснований для возложения на него обязанности по возмещению убытков, причиненных ООО «МАНОР», в размере 740 297 310 рублей 88 копеек.

В обоснование настоящего заявления о пересмотре решения от 07.07.2017 по вновь открывшимся обстоятельствам ФИО1 указал, что при рассмотрении дела № А21-8941/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 установлено, что инвестиционный договор от 18.12.2013 № ИД 1, заключенный между ФИО2 и ООО «МАНОР», и договор купли-продажи акций Компании Старфингтон от 22.12.2013, заключенный между ООО «Манор» и Компанией Биргеро, представляют собой единую притворную сделку (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс)).

Данные сделки как притворные прикрывают единую сделку между ФИО2 и Компанией Биргеро, направленную на передачу данной организации денежных средств ФИО2

Целью совершения оспариваемых сделок являлся вывод денег, полученных ФИО2 от ООО «АДМ» за долю в ООО «МАНОР», за пределы Российской Федерации в пользу Компании Биргеро.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Калининградской области от 18.10.2022 по делу № А21-8941/2019 в удовлетворении требований финансового управляющего ФИО2 о признании недействительными цепочки сделок и взыскании с ООО «Манор» денежных средств отказано.

Таким образом, по мнению заявителя, имеется вступивший в законную силу судебный акт, которым установлено, что перечисление 658 800 000 рублей в пользу Компании Биргеро, вменявшееся ФИО1 в качестве противоправных действий, не являлись денежными средствами ООО «МАНОР», а принадлежали ФИО2, ввиду чего действия ФИО1 по получению и последующему переводу указанной суммы, не могли повлиять на расчеты с контрагентами, а, следовательно, не должны учитываться при расчете убытков, связанных с неоплатой обязательств ООО «МАНОР».

Руководствуясь статьями 309, 310, 311, 313 АПК РФ, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам», суды отказали в удовлетворении заявления, указав, что обстоятельства, на которые ссылается ФИО1, не могут рассматриваться как вновь открывшиеся по смыслу приведенных норм.

Суды отклонили доводы ФИО1, поскольку обстоятельства, на которые ссылается заявитель, должны были быть заведомо известны заявителю при рассмотрении дела. О наличии данных обстоятельств ответчик мог уведомить суд при рассмотрении дела по существу, однако достаточную степень

добросовестности и осмотрительности не проявил, соответствующие доказательства не представил.

Доводы заявителя о сокрытии истцом существенных доказательств для рассмотрения настоящего дела отклонены судами как противоречащие фактическим обстоятельствам дела.

Выражая свое несогласие с выводами судебных инстанций, ФИО1 указывает на то, что при наличии судебных актов по делу № А21-8941/2019, которыми установлено, что целью совершения сделок являлся вывод денежных средств, полученных ФИО2 от ООО «АДМ» за долю в ООО «Манор», за пределы Российской Федерации в пользу Компании Биргеро, последствием недействительности таких сделок не может являться взыскание с ООО «Манор» в пользу ФИО3 658 800 000 рублей, поскольку ООО «Манор» не являлось стороной сделки, которую названные договоры прикрывали.

Статья 311 АПК РФ, закрепляющая основания для пересмотра по новым или вновь открывшимся обстоятельствам вступивших в законную силу судебных актов, конкретизирует положения статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации о праве каждого на судебную защиту и выступает в качестве дополнительной процессуальной гарантии защиты прав и охраняемых законом интересов участников производства в арбитражных судах.

Необходимость существования такой процедуры в гражданском процессе и необходимость ее применения, если какое-либо новое или вновь открывшееся обстоятельство неоспоримо свидетельствует о судебной ошибке, неоднократно признавалась высшими судебными инстанциями, в том числе в постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 05.06.2013 № 9-ПВ12.

В соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 311 АПК РФ к числу вновь открывшихся обстоятельств, образующих основания для пересмотра судебного акта, отнесены существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», сообщение суду и участникам процесса заведомо ложных сведений об обстоятельствах дела может влечь для стороны неблагоприятные последствия, заключающиеся, например, в появлении у другой стороны спора возможности пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в соответствии с пунктом 1 части 2 статьи 311 АПК РФ.

Данному разъяснению Пленума корреспондирует правовая позиция, ранее высказанная Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 11.03.2021 № 306-ЭС20-16785(1,2), согласно которой основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам было признано противоречивое поведение стороны процесса в рамках нескольких судебных разбирательств. При этом Судебная коллегия указала, что принцип правовой определенности не может защищать сторону, действовавшую недобросовестно и умышленно создавшую видимость отсутствия ключевых доказательств, которые имели решающее значение для дела и могли позволить полноценно провести судебное разбирательство.

Приведенные правовые позиции в широком смысле направлены против «лжи в процессе» и состоят в том, что суды должны применять пункт 1 части 2 статьи 311 АПК РФ и отменять ранее принятые судебные акты, если заявителем представлены доказательства процессуального злоупотребления, допущенного другой стороной – искажения, сокрытия фактических обстоятельств, приведения взаимоисключающих доводов.

В данном случае ООО «МАНОР» в двух рассмотренных судами дела заняло диаметрально противоположные и не совместимые друг с другом позиции:

1)в настоящем деле в 2017 году при решении вопроса о взыскании убытков с ФИО1 единственный участник ООО «МАНОР» – ООО «АДМ» указывал, что 18.12.2013 ООО «МАНОР» получило от второго участника – ФИО2 658 800 000 рублей по инвестиционному договору от 12.12.2013 № ИД1, которые уже 23.12.2013 были перечислены ФИО1 со счета ООО «МАНОР» в адрес Компании Биргеро и названное перечисление повлекло за собой причинение ущерба ООО «МАНОР».

Оценив данные доводы, суд при рассмотрении настоящего дела признал их обоснованными, указав, что при наличии неисполненных обязательств ООО «МАНОР» перед кредиторами, генеральный директор названного юридического лица – ФИО1 перечислил денежные средства Компании Биргеро.

Таким образом, вынося решение по настоящему делу, суд первой инстанции исходил из того, что денежные средства, полученные от ФИО2 по инвестиционному договору, являются денежными средствами ООО «МАНОР», а их утрата по вине ФИО1 образует убытки для хозяйствующего субъекта.

2)в деле № А21-8941-24/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 при рассмотрении в 2022 году обособленного спора о признании недействительной цепочки сделок, совершенных ФИО2, в том числе инвестиционного договора 12.12.2013 № ИД1, ООО «МАНОР» заняло позицию, согласно которой:

- инвестиционный договор и договор купли-продажи акций Компании Старфингтон от 22.12.2013 представляют собой притворные сделки, прикрывающие единую сделку между ФИО2 и Компанией Биргеро, направленную на передачу данной организации денежных средств ФИО2 в размере 658 800 000 рублей;

- поскольку ООО «МАНОР» не является стороной прикрываемой сделки, то независимо от наличия оснований для признания недействительной данной сделки между ФИО2 и Компанией Биргеро, применение последствий её недействительности не может предусматривать взыскание с ООО «МАНОР» (как единолично, так и солидарно с Компанией Биргеро) денежных средств в конкурсную массу ФИО2, которая по состоянию на 18.12.2013 являлась единственным участником ООО «МАНОР» (определение Арбитражного суда Калининградской области от 18.10.2022).

Таким образом, при рассмотрении дела о привлечении ФИО1 к корпоративной ответственности в форме взыскания с него убытков, ООО «МАНОР» (в лице своего участника – ООО «АДМ») сообщило суду недостоверные сведения о содержании совершенных сделок, дабы создать

видимость наличия убытков, в то время как в последующем судебном процессе ООО «МАНОР» раскрыло действительное содержание совершенных сделок, в соответствии с которым убытков у общества возникнуть не могло.

В действительности ФИО1 не принял неразумное или недобросовестное решение о перечислении 658 800 000 рублей, тогда как имело место транзитное перечисление денежных средств бенефициарного владельца бизнеса – ФИО2, не принадлежавших ООО «МАНОР».

Из правовых позиций, сформулированных в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 310-ЭС17- 0671, от 26.01.2024 № 309-ЭС22-22881(2), следует, что при транзитном перечислении денежных средств центра принятия решений (бенефициарного центра), такое перечисление не порождает денежных обязательств, что исключает причинение вреда в принципе.

Отказывая в пересмотре судебных актов, суды в нарушение части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации вместо обеспечения судебной защиты прав ФИО1 начали защищать сторону, действовавшую недобросовестно (ООО «МАНОР»), несмотря на то, что такая сторона не может быть защищена принципом правовой определенности.

Поскольку притворная сделка является недействительной (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса), то принятие Арбитражным судом Калининградской области определения от 18.10.2022, содержащего вывод о притворности сделки, за совершение которой ФИО1 в настоящем деле был привлечен к корпоративной ответственности, образует основания для пересмотра решения суда от 07.07.2017 по правилам статьи 311 АПК РФ.

По мнению заявителя, приведенные доводы являются существенными, поскольку в своей совокупности указывают о том, что ФИО1 был привлечен к ответственности не за реальное причинение ущерба интересам руководимой им организации – ООО «МАНОР» и его участникам, а за сам факт того, что он оказался на должности генерального директора названного юридического лица в момент совершения операций с денежными средствами, принадлежащими бенефициарам бизнеса, не находившимися под полноценным и ответственным контролем директора.

По смыслу пункта 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса генеральный директор, назначенный участником юридического лица, несет ответственность, только если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей он действовало недобросовестно или неразумно.

Генеральный директор отвечает перед участниками за управление доверенным ему обществом, а также за представление интересов общества при заключении сделок с иными участниками оборота. Требование разумного и добросовестного поведения директора означает, что он должен использовать предоставленные ему полномочия для удовлетворения интересов общества и не вправе подменять интересы хозяйственного общества своим личным интересом либо интересами третьих лиц (конфликт интересов).

Следовательно, основания для возложения на директора ответственности в виде убытков могут возникать, если судом будет установлено, что директор хозяйственного общества совершил сделку при наличии конфликта между его

личными интересами и интересами этого общества и (или) заведомо невыгодные сделки (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2022 № 305-ЭС22-11906, от 18.06.2024 № 305-ЭС23-26109, от 18.06.2024 № 305-ЭС23-30276 и др.).

В настоящем случае, с учетом обстоятельств, установленных в рамках дела № А21-8941/2019, ФИО1 полагает, что он не совершил каких-либо действий к своей личной выгоде или к выгоде третьих лиц, а равно не совершил заведомо невыгодных для ООО «МАНОР» сделок.

При таком положении дел какие-либо правовые основания для возложения на ФИО1 обязанности по возмещению убытков в части сумм, связанных с перечислением 658 800 000 рублей в адрес Компании Биргеро, отсутствуют.

Противоположный подход судов ставит под угрозу исполнение своих полномочий любым генеральным директором, ни один из которых не может быть уверен в том, что новый собственник бизнеса не «переоценит» все совершенные ранее хозяйственные и денежные операции по своему усмотрению, не соотнося свое видение с усмотрением предыдущих собственников бизнеса. При этом наличие у генерального директора широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений предполагается, в то время как занимаемый подход судами ограничивает предпринимательскую свободу единоличных исполнительных органов.

ФИО4 также отмечает, что «несписываемый» в рамках его личного банкротства долг в размере 160 822 765 рублей и 2 906 809 долларов США, взысканный решением Арбитражного суда города Москвы от 07.07.2017 по делу № А40-36983/2017, является пожизненным неправомерным обременением.

Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы заслуживают внимания, в связи с чем данную жалобу с делом следует передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Руководствуясь пунктом 2 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья

ОПРЕДЕЛИЛ:

кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 20.09.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.11.2023 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.02.2024 по делу № А40-36983/2017 передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Назначить судебное заседание по рассмотрению указанной кассационной жалобы на 19 сентября 2024 года на 10 часов 30 минут в помещении суда по адресу: Москва, улица Поварская, дом 15, зал № 3048 (подъезд 5).

Судья Верховного Суда

Российской Федерации Н.С. Чучунова