Постановление от 26 сентября 2024 г. по делу № А56-12890/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-12890/2023
27 сентября 2024 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 27 сентября 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Балакир М.В.

судей Нестерова С.А., Целищевой Н.Е.

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1

при участии:

от истца (заявителя): представитель ФИО2 по доверенности от 25.06.2024

от ответчика (должника): представитель ФИО3 по доверенности от 01.03.2023

от 3-го лица: не явился, извещен


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-17313/2024) (заявление) индивидуального предпринимателя ФИО4 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.04.2024 по делу № А56-12890/2023(судья Варениковой А.О.), принятое по иску

индивидуального предпринимателя ФИО4,

к обществу с ограниченной ответственностью «Адсорбционная техника»,

третье лицо: индивидуальный предприниматель ФИО6 Саид-Ахмедович,

о взыскании

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее - истец, предприниматель) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Адсорбционная техника» (далее - ответчик) о взыскании задолженности по арендной плате по договору субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022 в размере 2 425 000,00 руб., пени в размере 1 312 500,00 руб., убытков в виде стоимости восстановительного ремонта мостового крана с заводским номером тележки №1288 в размере 2 750 000,00 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО6 Саид-Ахмедович.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.04.2024 в иске отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, ссылаясь на то, что суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о недоказанности факта передачи в аренду мостовых кранов в надлежащем состоянии, а также необоснованно отказал в удовлетворении требований о взыскании задолженности по арендной плате, принимая во внимание положения п. 4.8 договора субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022.

В настоящее судебное заседание явились представители сторон.

Представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, ходатайствовал о вызове в судебное заседание специалиста ООО «Антарес» ФИО5, подготовившего заключение № 3635/22Т от 03.10.2022.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по мотивам, изложенным в представленном в материалы дела отзыве.

Рассмотрев ходатайство истца о вызове специалиста, апелляционный суд не усматривает предусмотренных АПК РФ оснований для его удовлетворения, принимая во внимание отсутствие необходимости в дополнительном разъяснении вопросов, требующих специальных познаний, при рассмотрении апелляционной жалобы.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 01.01.2022 между предпринимателем ФИО6 (арендатор) и обществом с ограниченной ответственностью «Лидер+» (арендодатель был заключен договор аренды части нежилого помещения 1-Н в нежилом здании с кадастровым номером 78:40:1916402:3015, расположенном по адресу: Санкт-Петербург, <...>, литер АВ с целью использования под склад.

Общая площадь помещения составила 4 500 кв.м.

По акту приема-передачи от 01.01.2022 помещение передано арендатору.

В этот же день ФИО6 заключил с ООО «Адсорбционная техника» договор субаренды №77-АВ-2022, предметом которого стало помещение 1-Н площадью 4 500 кв.м. в здании с кадастровым номером 78:40:1916402:3015.

Срок действия договора - до 30.11.2022.

Согласно разделу 3 договора арендная плата за пользование объектом составила 1 125 000,00 руб. в месяц. При этом оплата за первый месяц субаренды в сумме 1 125 000,00 руб. производится субарендатором до 10 января 2022 года включительно. Оплата за последний месяц субаренды в сумме 1 125 000,00 руб. производится Субарендатором в срок до 31 января 2022 года включительно. Субарендатор перечисляет арендную плату за каждый месяц вперед не позднее 10 числа текущего месяца.

Пунктом 5.4.1 и 5.4.2 договора аренды предусмотрено право как арендатора так и субарендатора досрочно расторгнуть договор, письменно уведомив об этом другу сторону за 60 дней до предполагаемого момента расторжения Договора.

По акту приема-передачи от 01.01.2022 объект передан субарендатору, сумма арендной платы за первый и последний месяц аренды внесены на счет арендатора платежными поручениями от 14.01.2022 №278, 279 и 282.

01.04.2022 в соответствии с дополнительным соглашением к договору субаренды №1 арендатор - ФИО6 передал свои права и обязанности по договору предпринимателю ФИО4 Этим же соглашением установленна обязанность арендатора вернуть на расчетный счет правопреемника (ФИО4) 1 125 000,00 руб. полученного по договору гарантийного платежа, арендной платы за март и апрель 2022 года в общей сумме 2 250 000,00 руб.

22.06.2022 в адрес предпринимателя от Общества поступило уведомление о намерении освободить помещение 31.08.2022 с просьбой обеспечить приемку объекта в указанный срок.

Как утверждает в исковом заявлении предприниматель, к 31.08.2022 помещение не было освобождено от мусора. Кроме того, в арендуемом помещении находилось имущество - два мостовых крана грузоподъёмностью 16,6 тонн, ширина пролета 16 метров, высота подъема 7 метров, заводской номер тележек 288, 1288. Указанное оборудование, которое по утверждению истца, также было предметом договора субаренды, после произведенного Обществом демонтажа дополнительного оборудования оказалось не пригодными для эксплуатации, находилось в нерабочем состоянии, в связи с чем Объект не был принят арендатором.

По инициативе предпринимателя в сентябре 2022 года проведен осмотр мостовых кранов на предмет их работоспособности, по результатам которого ООО «Антарес» составлено заключение специалиста №3565/22Т от 03.10.2022, согласно которому стоимость устранения обнаруженных дефектов мостовых кранов, заводские номера тележек №288 и №1288, установленных в части нежилого помещения 1-Н (комната №1) в нежилом здании с кадастровым номером 78:40:1916402:3015, расположенном по адресу: г.Санкт-Петербург, <...> д.З, литер АВ, составляет:

- стоимость устранения обнаруженных дефектов мостового крана, заводской номер тележки №1288 - 820 000 руб.,

- стоимость устранения обнаруженных дефектов мостового крана, заводской номер тележки №288 - 2 750 000 руб.

Как указывает в иске предприниматель ФИО4, 01.11.2022 ею был заключен договор аренды №11-АВ-2022 с обществом с ограниченной ответственностью «ТРАНСФРОГ» в отношении части помещения 1-Н, площадью 2 250 кв.м., в котором силами арендатора восстановлен мостовой кран с заводским номером тележки 1288.

Вторая половина Объекта аренды по договору №77-АВ-2022 до настоящего времени не может использоваться ввиду дорогостоящего ремонта мостового крана с заводским номером тележки №288. В связи с этим предприниматель полагает, что ему ответчиком причинены убытки на сумму 2 750 000 руб. в виде стоимости восстановительного ремонта мостового крана с заводским номером тележки №1288.

Кроме того, у Общества имеется задолженность перед предпринимателем по договору субаренды в размере 175 000,00 руб., недоплаченных за август 2022 года; и по 1 125 000,00 руб. за сентябрь и октябрь 2022 года. На сумму задолженности предпринимателем начислены пени в размере 1 312 500,00 руб.

Поскольку требование об оплате указанной суммы долга оставлено ответчиком без исполнения, истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, апелляционный суд пришел к выводу о том, что решение подлежит изменению ввиду следующего.

Основные правила исполнения обязательств установлены статьями 309-310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), согласно которым обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами. Одностороннее изменение условий обязательства, связанного с осуществлением всеми его сторонами предпринимательской деятельности, или односторонний отказ от исполнения этого обязательства допускается в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с положениями статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно статье 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

В силу пункта 1 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В соответствии с положениями статьи 450.1 ГК РФ предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Сторона, которой настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором предоставлено право на отказ от договора (исполнения договора), должна при осуществлении этого права действовать добросовестно и разумно в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Условиями заключенного между сторонами договора субаренды от 01.01.2022 №77-АВ-2022 (пункты 5.4.1 и 5.4.2) обеим сторонам договора предоставлено право досрочного расторжения договора с уведомлением другой стороны за 60 дней до предполагаемого момента расторжения договора. Также обязанность субарендатора уведомить арендатора о намерении расторгнуть договор за 60 дней продублирована в пункте 2.3.22 договора.

Как следует из материалов дела, 22.06.2022 Общество направило предпринимателю письма №54-А и №55-А о прекращении договора аренды и намерении освободить объект к 31.08.2022 с просьбой обеспечить приемку объекта в указанный срок.

Факт получения указанного письма предпринимателем не оспаривается, что отражено в тексте самого искового заявления на странице 3.

В соответствии с пунктом 2.1.7 договора аренды арендатор (предприниматель) обязан по окончании срока действия договора принять от субарендатора объект по акту приема-передачи в том состоянии, в котором субарендатор его получил, с учетом нормального износа и согласованных Сторонами перепланировок. Все отделимые улучшения, произведенные Субарендатором в Объекте, не зачитываются в арендные платежи, являются собственностью Субарендатора и по окончании срока субаренды подлежат изъятию и вывозу силами и за счет Субарендатора, если иное не будет установлено дополнительными соглашениями Сторон.

Аналогично в пункте 2.3.17 договора зафиксировано, что субарендатор обязан передать Арендатору по Акту приема-передачи Объект в исправном состоянии с учетом естественного износа с согласованными Сторонами перепланировками и освобождению его от имущества Субарендатора. На дату возврата Объект должен быть освобожден от принадлежащего Субарендатору и/или третьим лицам имущества и любых отделимых улучшений. В случае если, на дату возврата или дату прекращения действия Договора при его досрочном расторжении, в Объекте находится имущество и/или любые отделимые улучшения, то такое имущество и/или любые неотделимые улучшения считаются брошенными (ст. 226 ГК РФ) и по соглашению Сторон, Арендатор вправе по собственному усмотрению ими распорядиться, в том числе утилизировать, возложив все понесенные расходы на Субарендатора, при этом Арендатор освобождается от любой ответственности за сохранность такого имущества и/или любых отделимых улучшений, а также от возмещения убытков, упущенной выгоды и любых иных расходов и потерь Субарендатора.

Вместе с тем, 31.08.2022 предпринимателем не была обеспечена явка представителя для приемки объекта, в связи с чем письмом от 02.09.2022 Обществом было направлено предпринимателю повторное письмо о возврате помещения с приложением актов приема-передачи объектов (квитанция почты и опись вложения от 09.09.2022).

Таким образом, судом первой инстанции было установлено, что ответчик в порядке, предусмотренном договором, реализовал свое право на односторонний отказ от договора, о чем уведомил предпринимателя.

Предприниматель при рассмотрении дела судом первой инстанции указал, что объект не был им принят по причине нахождения на объекте мусора и в связи с ненадлежащим состоянием возвращаемого из аренды оборудования.

Между тем, согласно статье 622 ГК РФ наличие недостатков у арендованного имущества, которые не были устранены арендатором, не является безусловным основанием для отказа в приеме имущества. Действующим законодательством не предусмотрено право арендодателя отказаться от приемки имущества при прекращении договора аренды и возврате его арендатором, поскольку в этом случае права собственника могут быть защищены предъявлением иска о взыскании убытков, возникших в связи с ненадлежащим состоянием объекта.

Кроме того, как обосновано указал ответчик, никаких доказательств ненадлежащего состояния объекта по состоянию на 31.08.2022 истцом в материалы дела не представлено. Более того, согласно заключению специалиста №3565/22Т, представленному самим истцом в материалы дела в обоснование убытков, уже 13.09.2022 специалистами ООО «Антарес» был произведен осмотр навесного оборудования, расположенного в арендуемом объекте в присутствии заказчика - предпринимателя. Из фотоматериалов, приложенных к заключению, и составленных в ходе осмотра объекта, совершенно очевидно усматривается, что помещение освобождено от какого-либо имущества, а сам по себе факт присутствия на осмотре истца в отсутствие ответчика свидетельствует о том, что на момент проведения осмотра помещение находилось во владении предпринимателя и было освобождено от имущества Общества.

Также факт освобождения помещения от имущества Общества подтверждается письмом ответчика, направленным в адрес охранной организации - ООО «Охранная организация «КИИ», от 02.09.2022 № 87/А об освобождении объекта 31.08.2022.

Таким образом, доказательств использования ответчиком объекта после 31.08.2022 даты в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 37 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2002 №66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» арендодатель не вправе требовать с арендатора внесения арендной платы за период просрочки возврата имущества в связи с прекращением договора в случае, если арендодатель сам уклонялся от приемки арендованного имущества.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии у предпринимателя оснований требовать взыскания с Общества арендной платы за сентябрь и октябрь 2022 года.

Вместе с тем, согласно исковому заявлению за ответчиком также числилась задолженность по арендной плате за август 2022 года в размере 175 000,00 руб.

Возражая против взыскания с него указанной задолженности в суде первой инстанции, ответчик указывал, что он воспользовался скидкой, предусмотренной пунктом 2.3.20 договора, поскольку им был заключен договор охраны объекта с организацией, указанной самим арендатором.

Однако указанный довод был обоснованно отклонен судом первой инстанции в связи со следующим.

Согласно пункту 2.3.20 договора субаренда субарендатор обязан обеспечивать надлежащую охрану Объекта, путем заключения дополнительного договора об оказании охранных услуг на арендуемый Объект с компанией партнером Арендодателя (и получить скидку на величину стоимости квадратного метра, но не более, чем на 25 000 руб. в месяц на период действия соответствующего договора об оказании охранных услуг) или сторонней охранной организацией, отвечающей требованиям законодательства РФ и имеющую соответствующую лицензию. В случае заключения договора об оказании охранных услуг со сторонней организацией, Арендодатель вправе запросить копию договора об оказании охранных услуг и акты к нему. Арендатор обязан предоставить указанные документы в течение 10 календарных дней с момента получения соответствующего запроса. Невыполнение Арендатором условий настоящего пункта признается Сторонами существенным нарушением настоящего Договора и влечет одностороннее расторжение Договора без возврата страхового (обеспечительного) платежа во внесудебном порядке.

Как указывает ответчик, арендатор предложил ему заключить договор на охранные услуги с компанией ООО «Охранная организация «КИП», что и было сделано. В связи с этим Общество посчитало возможным применить установленную договором скидку и уменьшить платеж за август на 175 000,00 руб.

Однако согласно пункту 5.1 договора любые дополнения и изменения к договору оформляются дополнительными соглашениями.

Стороны не заключали дополнительного соглашения к договору о применении той или иной скидки по арендной плате, никаких обращений к истцу по вопросу снижения стоимости аренды ответчик не направлял. Из буквального толкования условий пункта 2.3.20 договора, следует, что скидка в отношении арендной платы действительно была возможна, но в сумме не более 25 000 руб. То есть, конкретный размер скидки сторонами не был согласован.

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В данном случае из буквального толкования пункта 2.3.20 договора следует, что при заключении субарендатором договора аренды с компанией - партнером арендатора, субарендатор вправе получить скидку в размере величины стоимости квадратного метра (250 руб.), но не более, чем на 25 000 руб. в месяц на период действия соответствующего договора об оказании охранных услуг.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, окончательный размер скидки указанным пунктом не установлен, в связи с чем следует согласиться с доводами истца о том, что размер скидки и возможность ее применения к арендным отношениям сторон должны были быть согласованы в отдельном соглашении, которое в данном случае отсутствует.

Следовательно, доводы истца о том, что ответчиком не в полном объеме внесена арендная плата за август 2022 года являются обоснованными.

Тем не менее, суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований в указанной части, полагая, что поскольку в распоряжении предпринимателя находился внесенный Обществом на основании пункта 3.2 договора невозвращенный субарендатору платеж в размере 1 125 000 руб., он подлежал зачету в счет оплаты последнего месяца пользования объектом.

Апелляционный суд не может согласиться с указанным выводом суда первой инстанции, поскольку в соответствии с п. 4.8 договора в случае одностороннего расторжения Договора по инициативе Субарендатора, при отсутствии вины Арендатора, Арендатор не возвращает страховой платеж, оплаченный Субарендатором за последний месяц субаренды, и не учитывает его при взаимных расчетах.

Следовательно, требование истца о взыскании задолженности по арендной плате за август 2022 года в размере 175 000,00 руб. подлежало удовлетворению.

Согласно статье 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Как указано в статье 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

В соответствии с п. 4.9 договора при неуплате субарендатором арендных платежей в установленный договором срок на сумму указанной задолженности подлежат начислению пени в размере 0,5% от суммы задолженности за каждый день просрочки.

Согласно расчету истца, сумма пени, подлежащих начислению на сумму долга в размере 175 000,00 руб., за период с 10.08.2022 по 10.01.2023 составила 131 250,00 руб.

Указанный расчет проверен судом первой инстанции и признан верным, в связи с чем требования истца в указанной части также подлежали удовлетворению.

Кроме того, истцом были заявлены требования о взыскании стоимости восстановительного ремонта мостовых кранов.

В обоснование данного требования истец ссылается на то, что в соответствии с условиями договора субаренды в пользование субарендатора было передано не только само помещение, но и находящееся в нем оборудование - мостовые краны, что отражено в пункте 1.2 договора субаренды Причем указанное оборудование находилось в рабочем состоянии. Однако при возврате оборудование, мостовые краны были возвращены в нерабочем, разукомплектованном состоянии, в связи с чем у арендатора возникли убытки в виде стоимости ремонта одного из этих мостовых кранов.

Ответчик, оспаривая данные требования истца, ссылается на то, что в его договоре субаренды отсутствует какое-либо упоминание о передаче в субаренду мостовых кранов. По договору субаренды ответчик принял во временное владение и пользование за плату лишь часть нежилого помещения 1-Н. О каком-либо оборудовании, передаваемом вместе с объектом аренды, или размещённом в нём, в договоре нет указания. В акте сдачи-приёмки помещений от 01.01.2022 стороны договора субаренды зафиксировали передачу части нежилого помещения, указав лишь в качестве оборудования счётчик электроэнергии и счётчик холодного водоснабжения, и зафиксировав, что их состояние удовлетворительное. Никакого иного оборудования, кроме счётчиков, Истец Ответчику по акту сдачи-приёмки не передавал. Истец не передавал Ответчику ни паспорта на мостовые краны, ни документацию о предыдущем техническом освидетельствовании, ни о проведении испытаний, ни о предыдущем обследовании крановых путей, ни документы о предыдущем техническом обслуживании. При этом в соответствии с пунктом 145 Приказа Ростехнадзора от 26.11.2020 №461 Федеральных норм и правил в области промышленной безопасности «Правила безопасности опасных производственных объектов, на которых используются подъёмные сооружения», утверждённых Приказом Ростехнадзора от 26.11.2020 №461, краны мостового типа грузоподъёмностью свыше 10 тонн подлежат учёту в федеральных органах исполнительной власти в области промышленной безопасности, осуществляющих ведение реестра ОПО.

Одновременно ответчик указал, что по договору аренды №01/01-2022 от 01.01.2022, заключенному между ООО «Лидер+» (собственник нежилого помещения) и Кавтарашвили Адланом Саид-Ахмедовичем (арендатор), мостовые краны также не передавались в аренду в составе помещения 1-Н.

Договор и приложения к нему не содержат никаких условий о передаче мостовых кранов, равно как отсутствуют иные договоры между сторонам, предметом которых являлись бы эти мостовые краны, состояние мостовых кранов сторонами никоим образом не оценивалось, не проверялось и ни в каком совместно оформленном документе не фиксировалось.

В связи с различными редакциями договоров истца и ответчика по ходатайству сторон судом было назначено проведение судебной экспертизы по вопросам:

1) Одним и тем же лицом, либо разными лицами выполнены подписи на обоих экземплярах договора субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022 от имени Кавтарашвили Адлана Саида-Ахмедовича?

2) В одно и то же или разное время выполнены подписи от имени Кавтарашвили Адлана Саида-Ахмедовича и рукописные надписи в пункте 1.2 договора субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022?

3) Идентична ли бумага, на которой выполнены оба экземпляра договора субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022?

4) Подвергался ли первый лист представленного ответчиком договора какому-либо воздействию, которое привело к удалению рукописного текста в пункте 1.2.?

Проведение экспертизы поручено эксперту ООО «Антарес» ФИО7

В материалы дела поступило заключение эксперта №4329/24Д, в котором в ответе на второй вопрос указано, что решить вопрос в одно и то же или разное время выполнены подписи от имени Кавтарашвили Адлана Саида-Ахмедовича и рукописные надписи в пункте 1.2 договора субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022 не представляется возможным ввиду непригодности объектов для решения вопроса о времени их выполнения из-за отсутствия растворителей в пастах для шариковых ручек, которыми они нанесены.

Согласно ответу на 3 вопрос все листы представленных договоров субаренды идентичны между собой по всем исследованным свойствам.

В ответе на 4 вопрос эксперт указал, что отсутствуют какие-либо следы воздействия на первый лист договора субаренды, представленный ООО «Адсорбционная техника», которое могло привести к удалению рукописного текста на бланковых строках в п. 1.2.

В заключении эксперта №4329/24П при ответе на первый вопрос эксперт пришел к выводу о том, что подпись от имени Кавтарашвили Адлана Саид-Ахмедовича в Договоре субаренды №77-АВ-2022 (экз.1), расположенная на первом листе выполнена не самим Кавтарашвили Адлана Саид-Ахмедовича, а иным лицом.

Подписи от имени Кавтарашвили Адлана Саид-Ахмедовича в Договоре субаренды №77-АВ-2022 (экз. 1), расположенные со 2-го по 10-й лист и Приложениях №1, 2, 3 ,4 выполнены самим Кавтарашвили Адланом Саид-Ахмедовичем.

Подписи от имени Кавтарашвили Адлана Саид-Ахмедовича в Договоре субаренды №77-АВ-2022 (экз.2) и Приложениях №1, 2, 3, 4 выполнены самим Кавтарашвили Адланом Саид-Ахмедовичем.

Подписи от имени Кавтарашвили Адлана Саид-Ахмедовича в Договоре субаренды №77-АВ-2022 (экз.1), расположенные со 2-го по 10-й лист и Приложениях №1, 2, 3, 4 и подписи от имени Кавтарашвили Адлана Саид-Ахмедовича в Договоре субаренды №77-АВ-2022 (экз.2) и Приложениях №1, 2, 3, 4 выполнены одним лицом.

Оспаривая выводы, сделанные экспертом в заключении №4329/24П, ответчик заявил о том, что вместо ответа на поставленный судом вопрос: «1) Одним и тем же лицом, либо разными лицами выполнены подписи на обоих экземплярах договора субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022 от имени Кавтарашвили Алдана Сайда-Ахмедовича?» эксперт отвечает на вопрос кем именно выполнены подписи на всех листах всех экземпляров договора и приложений к ним. Также ответчик указал на недостоверность сделанных экспертом выводов и на ряд неточностей в заключении как в описании исследуемых объектов, так и проведенных исследований.

Действительно, как указал суд первой инстанции, на первой странице заключения №4329/24Д указано, что экспертиза по вопросам 2-4 начата 25.08.2023, а окончена 26.02.2024, тогда как далее по тексту заключения указано, что определение суда поступило в экспертную организацию 05.10.2023.

В заключении эксперта №4329/24П указано, что экспертиза начата 23.11.2023, а определение о назначении экспертизы поступило в экспертную организацию 23.11.2023.

При этом экспертиза по всем вопросам была назначена судом одним определением, поручена одному и тому же эксперту и направлена в экспертное учреждение один раз одним сопроводительным письмом.

При этом обращает на себя внимание тот факт, что экспертиза времени исполнения подписей, потребовавшая вырезки фрагментов образца подписи из обоих договоров субаренды, начата ранее, чем экспертиза исследования подписи на обоих документах, в связи с чем возникает закономерный вопрос о том, каким образом проводилась экспертиза подписи.

Также суд первой инстанции обоснованно согласился с доводами ответчика о том, что в экспертном заключении в описании образцов договоров, переданных на экспертизу, содержится недостоверная информация. В частности, в исследовательской части заключения (стр.3) эксперт при описании договора субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022 (экз.1) указывает, что экземпляр выполнен на 10 листах, «в правом углу каждого листва в графе «А.С.-А. Кавтарашвили» на десятом листе расположены подписи от имени ФИО6, выполненные красящим веществом синего цвета. В левом углу каждого листа и в графе «Ю.Я. Игнатов» на десятом листе расположены подписи от имени ФИО8, выполненные красящим веществом синего цвета». На странице 5 исследовательской части при описании договора субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022 (экз.2) также указано, что «в правом углу каждого листва в графе «А.С. -А. Кавтарашвили» на десятом листе расположены подписи от имени ФИО6, выполненные красящим веществом синего цвета. В левом углу каждого листа и в графе «Ю.Я. Игнатов» на десятом листе расположены подписи от имени ФИО8, выполненные красящим веществом синего цвета».

При этом на экспертизу передавались два экземпляра договора субаренды, только в одном из которых (экземпляре ответчика) на всех страницах договора стояли подписи от имени ФИО8. В экземпляре истца подпись ФИО8 стояла только на последней странице.

На странице 7 заключения эксперт также пишет: «Исследуемые подписи от имени ФИО6-А в документах: договоре субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022 имеют транскрипцию: «К+дуговой элемент+росчерк» и следующие общие признаки подписи: данная подпись четкая, с общим видом квадрата, выработанность подписи средняя, координация движений средняя, конструктивная сложность средняя, преобладающая форма движений прямолинейно-дуговая, направление движений левоокружное, по размеру большая, по направлению прямолинейная, наклон правый».

На странице 8 заключения в отношении второго экземпляра договора субаренды эксперт также пишет: «Исследуемые подписи от имени ФИО6-А в документах: договоре субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022 имеют транскрипцию: «К+дуговой элемент+росчерк» и следующие общие признаки подписи: данная подпись четкая, с общим видом квадрата, выработанность подписи средняя, координация движений средняя, конструктивная сложность средняя, преобладающая форма движений прямолинейно-дуговая, направление движений левоокружное, по размеру большая, по направлению прямолинейная, наклон правый».

Соответственно никаких существенных отличий в подписях от имени ФИО6-А в данной части экспертом не отражено. Однако уже в таблице на странице 9 эксперт указывает, что на первом листе экземпляра 2 договора субаренды установлены различия общих признаков почерка ФИО6 в части выполнения окончания 2-го элемента буквы «К», начальной части 3-го элемента буквы «К», протяженности при выполнении дугового элемента по горизонтали: росчерка по горизонтали, расстояния между буквой «К» и росчерком, начала 2-го элемента буквы, а также в расположении при выполнении начала 2-го элемента буквы «К», части 3-го элемента буквы «К», начальной части росчерка второго элемента росчерка. На странице 10 заключения приводятся признаки, указывающие на совпадение подписей на остальных листах договора субаренды (экз. 2 и экз. 1). При этом обращает на себя внимание тот факт, что сходства и различия определяются экспертом по совершенно различным элементам подписи. Более того, если смотреть иллюстрационную. Таблицу к заключению эксперта, то экз. 2 договора субаренды - это иллюстрация 7, то есть договор субаренды не содержащий на первой странице подписи ФИО8 и представленный истцом.

То есть, вывод эксперта, сделанный на странице 10 заключения, не соответствует выводу, сделанному на странице 11.

В силу положений статьи 72 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Оценив заключение эксперта №4329/24П с учетом положений статьи 72 АПК РФ, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что оно не соответствует требованию достоверности, в связи с чем оно не может быть использовано для установления значимых по делу обстоятельств, а установленные в нем выводы не могут быть приняты судом при рассмотрении данного дела. Заключение эксперта №4329/24Д также не дает ответ на поставленные судом вопросы.

С учетом изложенного, оценивая заявление ответчика о фальсификации договора субаренды, а также доводы сторон о том, передавалось ли вместе с помещением какое-либо оборудование, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В обоих экземплярах договора субаренды существует условие (пункт 7.1), в соответствии с которым стороны согласовали, что на момент заключения Договора на Объекте установлено и используется (в качестве отделимых улучшений) Субарендатором принадлежащее ему на праве собственности следующее имущество - навесное оборудование для кран-балок (далее - Оборудование):

- электродвигатель подъем-опускание 7,5 кВт (1ед.);

- электродвигатель на движение кран-балки 7,5 кВт (2 ед.);

- мотор-редуктор движения каретки (1 ед.);

- радиоуправление краном TELECRANE (2 ед.);

- освещение прожекторное на кран-балки 320Вт. (2 ед.).

При завершении Договора или при его досрочном расторжении Арендатор вправе приобрести указанное имущество в рабочем состоянии у Субарендатора по цене, согласованной Сторонами в размере 600 000 руб.

Согласно пояснениям самого ответчика, данным в суде первой инстанции, фактическое состояние мостовых кранов, находящихся в помещении, было отражено и зафиксировано 10.01.2022 специалистами ООО «Специализированная Компания «КРАН-ЭКСПЕРТ», которая провела осмотр мостовых кранов и оформила ведомости дефектов по заказу ответчика.

Соответственно, факт нахождения мостовых кранов в арендуемом помещении подтверждается и условиями договора, и самим ответчиком, который не оспаривает, что произвел ремонт этих мостовых кранов и установил на них свое навесное оборудование.

Истец полагает, что в связи с возвратом мостового крана в ненадлежащем состоянии у него возникли убытки в виде стоимости ремонта мостового крана.

Как указано в статье 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Для взыскания убытков лицо, требующее их возмещения, должно доказать нарушение своего права, наличие причинной связи между нарушением права и убытками, а также размер убытков.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», кредитор обязан представить доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Соответственно, заявляя о причинении убытков в виде возврата мостового крана в ненадлежащем состоянии, истец должен доказать, что действиями либо бездействием ответчика мостовые краны бил приведены в нерабочее состояние.

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, состояние мостовых кранов как «рабочее», отражено только в экземпляре договора субаренды истца. В экземпляре договора ответчика сведения о передаче мостовых кранов в надлежащем состоянии не отражены. Также ни в одном из других документов, связанных с передачей объекта, не указано состояние мостовых кранов.

Ответчиком представлено в материлы дела заключение ООО «Специализированная Компания «КРАН-ЭКСПЕРТ», составленное по результатам осмотра кранов, из которого следует, что в отношении мостового крана (ВД ПС1 22 кВт) 1988 г. выпуска, грузоподъёмностью 16 тонн, находящегося по адресу Стрельна, ул. Фронтовая, д. 3. лит. АВ выявлены следующие дефекты:

- вводной контактор КТ в защитной панели крана, находящийся в кабине крана гудит, износ внутреннего сердечника катушки, необходима замена;

- схема сборки пускорегулирующего оборудования в шкафу управления спроектирована и установлена неправильно и небезопасно (кат. питания 220 вольт). Ноль снимается с корпуса крана, что запрещено. Необходима установка разделительного трансформатора и питающего автомата;

- критичный износ тормозных колодок главного подъёма, необходима замена;

- критичный износ грузового каната главного подъёма, обрывы и изломы проволок, необходима замена;

- отсутствует трос с устройством взаимодействия концевого выключателя привода подъёма;

- износ, обрывы и трещины в кабелях питания шлейфа питания грузовой тележки. Кабель питания передвижения тележки неисправен, периодически пропадает питание. Необходима замена кабеля питания передвижения тележки;

- порван резиновый отбойник на тупиковом упоре (демпфере) ограничения движения грузовой тележки. Необходима замена;

- необходима установка леерного защитного ограждения стороны «А» и натяжка и ревизия стороны «Б» кранового пути;

- смещение более чем на 5 мм. на стыке подтележечных рельс, износ концов стыка, необходимы рихтовка и наплавка;

- механизмы требуют регулировки и смазки;

- тормоза ослаблены и свои функции не выполняют;

- необходимо расширенное техническое обслуживание после его длительного отсутствия.

В отношении мостового крана (ВД ПС2 11 кВт) грузоподъёмностью 16 тонн, находящегося по адресу Стрельна, ул. Фронтовая, д. 3. лит. АВ выявлены следующие дефекты:

-отсутствует леерное защитное ограждение кранового пути;

-установлена нештатная система привода передвижения мостового крана с жёсткой связью на болтовом соединении взамен муфт «МЗ», демонтированы тормоза. Жёсткая работа, приводящая к обрыву болтов при пуске и остановке «противотоком». Есть опасность неостановки крана в запланированном месте. Скорость крана всего одна с быстрым ускорением. Необходимо установить новые усиленные болты, частотный преобразователь «плавный пуск и останов» для безопасности и обеспечения должного ресурса работы узла;

- разбито шпоночное соединение вала редуктора с зубчатой муфтой; -отсутствует трос с устройством взаимодействия концевого выключателя привода

подъёма;

-частотный преобразователь на передвижение тележки установлен не в шкафу, а в открытую;

- схема сборки пускорегулирующего оборудования в шкафу управления спроектирована и установлена неправильно и небезопасно (кат, питания 220вольт). Ноль снимается с корпуса крана, что запрещено. Необходима установка разделительного трансформатора и питающего автомата;

-электродвигатель главного подъёма установлен нештатный: 11 кВт вместо 22 кВт;

- механизмы требуют регулировки и смазки;

- тормоза ослаблены и свои функции не выполняют;

- необходимо расширенное техническое обслуживание после его длительного отсутствия.

Сведения, отраженные в представленном ответчиком документе, истцом не опровергнуты.

Согласно представленным ответчиком документам им был произведен ремонт кранов на основании договора, заключенного с ООО «ТЕЛЕРАДИО-КРАНЫ РУС» на сумму 805 248 руб. При этом перед заключением договора субаренды ответчик выкупил у прежнего субарендатора навесное оборудование для кран-балок, перечисленное в п. 7.1. договора субаренды, являющееся отделимым улучшением. При окончании договора аренды, поскольку истец не выразил намерения выкупить у ответчика навесное оборудование, Общество демонтировало и вывезло его из нежилого помещения, для чего привлекло ООО «Специализированная Компания «КРАН-ЭКСПЕРТ», которое 31.08.2022 осуществило демонтаж навесного оборудования, о чем был составлен УПД №106 от 31.08.2022.

Истец в обоснование факта причинения убытков ссылается на заключение специалиста № 3565/22Т от 03.10.2022, в котором фактически отражены те же дефекты, которые указаны и в акте ООО «Специализированная Компания «КРАН-ЭКСПЕРТ».

Кроме того, как обоснованно указал ответчик, осмотр мостового крана производился после освобождения объекта ответчиком и без его участия, в связи с чем нельзя утверждать, что со времени освобождения объекта и до момента его осмотра мостовые краны сохранились в том виде, в каком они существовали на момент освобождения объекта. Кроме того, в заключении эксперта полностью отсутствует обоснование цен на восстановление мостового крана, что в принципе не позволяет убедиться в обоснованности суммы, заявленной в качестве убытков.

С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что истцом не доказан ни факт, ни размер заявленных убытков, что является основанием для отказа в удовлетворении требований.

При таких обстоятельствах, оспариваемое решение суда первой инстанции подлежит изменению, апелляционная жалоба истца – частичному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.04.2024 по делу № А56-12890/2023 изменить, изложив его резолютивную часть следующим образом:

«Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Адсорбционная техника» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 175 000,00 руб. задолженности по арендной плате по договору субаренды №77-АВ-2022 от 01.01.2022 за август 2022 года; 131 250,00 руб. пени за период с 10.08.2022 по 10.01.2023.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Адсорбционная техника» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 2 617,00 руб. расходов по оплате государственной пошлины».

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Адсорбционная техника» 141,90 руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


М.В. Балакир


Судьи


С.А. Нестеров


 Н.Е. Целищева