Постановление от 22 января 2024 г. по делу № А39-3474/2022

г. Владимир Дело № А39–3474/2022

22 января 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 15 января 2024 года.


Постановление в полном объеме изготовлено 22 января 2024 года.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сарри Д.В.,

судей Волгиной О.А., Рубис Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «НБК» (ИНН <***>, ОГРН <***>) и ФИО2 (дата рождения: 17.01.1983, ИНН <***>)

на определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 07.09.2023 по делу № А39–3474/2022, принятое по ходатайству финансового управляющего ФИО3 о завершении процедуры реализации имущества ФИО2,


в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы,



установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 (далее – ФИО2, должник) в Арбитражный суд Республики Мордовия обратился финансовый управляющий должника ФИО3 (далее – финансовый управляющий) с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина, одновременно представив предусмотренные Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) документы, в том числе отчет о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина.

Определением от 07.09.2023 суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества гражданина в отношении ФИО2; освободил должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедуры реализации имущества гражданина; не применил в отношении ФИО2 правило об освобождении от обязательств перед обществом с ограниченной ответственностью «Брокер» в сумме 682 541 руб. 35 коп. (основной долг, проценты); прекратил полномочия финансового управляющего, перечислил с депозитного счета Арбитражного суда Республики Мордовия арбитражному управляющему денежные средства в размере 25 000 рублей в качестве вознаграждения финансового управляющего.

Не согласившись с принятым судебным актом, общество с ограниченной ответственностью «НБК» (далее – Общество, кредитор) обратилось в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просило определение суда первой инстанции отменить в части применения к должнику правила об освобождении от исполнения обязательств.

ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просила определение суда первой инстанции отменить в части не применения к ней правила об освобождении от исполнения обязательств перед ООО «Брокер».

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы кредитор указал на недобросовестное поведение должника, выраженное в последовательном наращивании кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях, принятии на себя заведомо неисполнимых обязательств при получении банковских кредитов исходя из уровня дохода. Должник в отсутствие у него достаточного дохода заключил кредитный договор с другим банком, что повлекло увеличение финансовой нагрузки и последующее прекращение исполнения обязательств по кредитным договорам. При изложенных обстоятельствах, по мнению заявителя жалобы, оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов у суда не имелось.

Оспаривая законность принятого судебного акта, ФИО2 в апелляционной жалобе указывает на отсутствие у суда оснований для неосвобождения от исполнения обязательств перед ООО «Брокер», поскольку определением от 19.01.2023 требование кредитора включено в реестр требований кредиторов должника, а в удовлетворении требования об обеспечении задолженности залогом имущества должника отказано. Иных противоправных недобросовестных действий с ее стороны финансовым управляющим в ходе процедуры не установлено.

Более подробно доводы изложены в апелляционных жалобах.

Финансовый управляющий в отзыве на апелляционную жалобу Общества просил отказать в удовлетворении жалобы. В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 указал на отсутствие оснований для неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед ООО «Брокер», просил отменить обжалуемое определение и пронять новый судебный акт об освобождении ФИО2 от дальнейшего исполнения требований кредитора.

Рассмотрение апелляционной жалобы в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации откладывалось до 15.01.2024.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 07.09.2023 по данному делу ФИО2 признана банкротом, в отношении ее имущества введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Финансовый управляющий направил в суд отчет по результатам проведения процедуры банкротства и заявил ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в связи с завершением всех мероприятий, предусмотренных Законом о банкротстве.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом банкротстве.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Как указано в статье 2 Закона о банкротстве реализация имущества гражданина – это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В процедуре реализации имущества финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы: анализирует сведения о должнике, выявляет имущество гражданина, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок с предпочтением по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, об истребовании или о передаче имущества гражданина, истребует задолженность третьих лиц перед гражданином и т.п. (пункты 7 и 8 статьи 213.9, пункты 1 и 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

По смыслу приведенных норм арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке, определенном в статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно установил, что финансовый управляющий принял исчерпывающие меры по поиску и реализации имущества должника; сформирован реестр требований кредиторов должника, в сумме 1 849 107 руб. 85 коп.; финансовым управляющим было выявлено имущество - по 1/3 доли в праве на жилое помещение, общей площадью 57.2 кв.м, расположенное по адресу: <...>, данное имущество исключено из конкурсной массы в порядке статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; иное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, не выявлено; должник состоит в законном браке с ФИО4, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), не трудоустроена, доходов не имеет; ввиду отсутствия имущества конкурсная масса не сформирована, требования кредиторов не погашались; восстановление платежеспособности должника невозможно, признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должника не обнаружено, основания для оспаривания сделок должника отсутствуют.

С учетом выполнения всех мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, отсутствия возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, суд пришел к правомерному выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры.

В указанной части выводов суда первой инстанции доводов заявителями апелляционных жалоб не заявлялось.

Основания, при наличии которых должник не освобождается от дальнейшего исполнения обязательства, перечислены в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В силу пунктов 3 и 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 названной статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина. Освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

В пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее – Постановление № 45) установлено, что согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 статья 2 и статья 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (статьи 138, 139 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, абзац 19 статьи 2, статья 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений Постановления № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д., данная правовая позиция отражена в определении Верховный Суд Российской Федерации от 15.06.2017 № 304-ЭС17-76).

В данном случае, руководствуясь приведенными нормами Закона о банкротстве и разъяснениями Постановления № 45, исследовав обстоятельства настоящего дела о банкротстве, рассмотрев доводы и возражения лиц, участвующих в деле, оценив представленные в материалы дела документы, установив, что по итогам проведенного финансовым управляющим финансово-экономического анализа состояния должника признаков преднамеренного и (или) фиктивного банкротства не установлено, подлежащих оспариванию сделок не выявлено, признав, что каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о сокрытии должником своего имущественного или финансового положения, либо принятии им мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается, доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления заведомо ложных сведений, не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), исходя из социально-реабилитационной направленности института потребительского банкротства, суд первой инстанции пришел к верному и обоснованному выводу о наличии достаточных оснований для применения к ФИО2 правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед ООО «НБК».

Ссылка ООО «НБК» об отсутствии оснований для освобождения ФИО2 от исполнения обязательств, несостоятельна, поскольку судом первой инстанции по результатам исследования и оценки фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств при разрешении вопроса о завершении процедуры реализации имущества должника обоснованно не установлено предусмотренных пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве оснований, являющихся препятствием к освобождению должника-гражданина от дальнейшего исполнения обязательств.

При этом юридически значимым обстоятельством является то, что ООО «НБК» не опровергло надлежащими доказательствами вывод суда о том, что после заключения кредитного договора с правопредшественником – ООО «Русфинанс Банк» в 2018 году должником имело место длительное исполнение обязательств.

Так, из вступившего в законную силу определения суда от 06.02.2023 по настоящему делу усматривается заключение должником кредитного договора от 30.10.2018 № 2018-25624032 с ООО "Русфинанс Банк" на сумму 101 656 руб. под 24,19% годовых со сроком возврата до 30.10.2020, а в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено 65 094 руб. 13 коп. основного долга, 14 326 руб. 06 коп. процентов за пользование кредитом.

Суд первой инстанции обоснованно признал ФИО2 свободной от исполнения обязательств перед Обществом, предусмотренных абзацем 1 пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства должника не установлено.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, заявителем не представлено.

Злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено доказательств искусственного наращивания должником кредиторской задолженности. Фактов совершения должником недобросовестных действий при получении кредитов, а также в процедуре банкротства судом установлено не было. О подаче должником в арбитражный суд заявления должника о признании его банкротом кредитные организации были уведомлены и заявили свои требования к должнику в установленном порядке.

Кроме того, необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов. Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30.12.2004 № 218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств.

В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, предоставленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.11.2019).

Последовательное наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации.

Вопреки заявленным доводам Общество не представило доказательств, свидетельствующих, что при получении кредита у банка должник представил заведомо ложные сведения с целью получения кредита и намеренного его не погашения. Судом апелляционной инстанции наличие в действиях должника умысла причинить ущерб кредитору, умышленного намеренного предоставления должником неполных или недостоверных сведений с целью получения кредита без намерения его возврата, не установлено.

Принимая во внимание, что проявляя должную заботу и осмотрительность, кредитные учреждения перед предоставлением заемных денежных средств самостоятельно осуществляют проверку финансового состояния заемщика, оценивая свои возможности и предполагаемые риски, именно банки, выдавая кредит, заинтересованы в проверке платежеспособности и кредитоспособности заемщика. Перекладывание банком указанных обязанностей на должника, не может быть вменено должнику в качестве противоправного поведения, влекущего отказ в освобождении должника от долгов.

Доказательства умышленного наращивания должником кредиторской задолженности, также отсутствуют. Более того, согласно кредитному отчету должника, перед заключением кредитного договора ООО «Русфинанс Банк», правопреемником которого является ООО «НБК», запрашивало кредитную историю должника (дата запроса 30.10.2018). Доказательств сокрытия ФИО2 сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо предоставления заведомо недостоверной информации, не представлено.

Из материалов дела усматривается, что ФИО2 в течение длительного времени добросовестно исполняла обязательства по кредитному договору. Фактов сокрытия имущества, совершения каких-либо сделок в целях его сокрытия, умысла причинения вреда кредиторам в ходе процедуры банкротства установлено не было.

Как верно указал суд первой инстанции, ООО «НБК», проявляя должную заботу и осмотрительность, перед принятием на себя права требования к должнику по договору цессии от 01.10.2021 должно было оценить свои возможности и предполагаемые риски, в том числе самостоятельно осуществив проверку финансового состояния заемщика, поскольку именно организация заинтересована в проверке платежеспособности и кредитоспособности заемщика. Перекладывание указанных обязанностей на должника не может быть вменено ему в качестве противоправного поведения, влекущего отказ в освобождении должника от исполнения обязательств.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что по смыслу положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения гражданина от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является. Необходимо учитывать, что банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством проверки предоставленного им необходимого для получения кредита пакета документов, запроса информации о кредитной истории обратившегося к ним лица. Аналогичный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429.

Доказательства того, что должник действовал незаконно, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, сокрыл (передал не в полном объеме) сведения финансовому управляющему или суду, представил недостоверные сведения, представлены поддельные документы, что признано в установленном законом порядке, материалы дела не содержат.

Надлежащие и безусловные доказательства того, что ФИО2 при подписании кредитного договора от 30.10.2018 (право требования по которому перешло Обществу) действовала недобросовестно, в том числе, намеренно представила кредитору недостоверные сведения о своем имущественном положении, скрыла от банка информацию, которая могла бы повлиять на принятие решения о предоставлении кредита, приняла на себя заранее неисполнимые обязательства, при этом злостно уклонялась от погашения кредиторской задолженности перед банком, суду не представлено.

То обстоятельство, что должник принял на себя несколько обязательств перед кредитными организациями, само по себе не свидетельствует о его недобросовестном поведении и не может оцениваться в качестве достаточного обстоятельства для неприменения к нему правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

В рассматриваемой правовой ситуации юридически значимым обстоятельством является то, что ООО «НБК», в обоснование доводов апелляционной жалобы, не представило доказательства, однозначно свидетельствующие о том, что на момент заключения кредитного договора у должника отсутствовал необходимый доход для исполнения обязательств, а у Банка отсутствовала фактическая возможность получить сведения о других кредиторах должника.

Должник при подаче заявления о признании его несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд и финансовому управляющему предоставил полную информацию о своем финансовом положении.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Раскрывая в абзаце 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве виды незаконного поведения, законодатель приводит исключительно случаи, относящиеся к совершению должником умышленных действий, являющихся в гражданско-правовом смысле проявлением недобросовестности в отношении кредитора (мошенничество, уклонение от погашения долга, предоставление заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества).

Как установлено судом первой инстанции, между ПАО «БыстроБанк» (кредитор) и ФИО2 (заемщик) заключен кредитный договор № <***> ПК от 15.11.2018, по условиям которого кредитор предоставляет заемщику кредит в размере 545913 руб.46 коп. под 19% годовых, под залог транспортного средства (автомобиль Форд Фокус, 2011 года выпуска).

Кредит был предоставлен на приобретение указанного автомобиля.

В обеспечение исполнения кредитного договора № <***> ПК от 15.11.2018 между ПАО «БыстроБанк» (кредитор, банк) и ООО «Брокер» (поручитель) заключен договор поручительства № 827078/02-ДО/ПОР от 15.11.2018, согласно которому поручитель обеспечивает исполнение обязательств заемщика по кредитному договору.

В связи с неисполнением заемщиком обязательств, ООО «Брокер», как поручитель, осуществил погашение за заемщика задолженности по кредитному договору в сумме 530736 руб.22 коп.

Решением Пролетарского районного суда г.Саранска по делу № 2-37/2020 от 03.02.2020 с ФИО2 в пользу ООО "Брокер" взыскана задолженность по

кредитному договору № <***> ПК от 15.11.2018 в сумме 532 626 руб. 51 коп., а также расходы по уплате государственной пошлины в сумме 8 526 руб. 27 коп., а всего 541 152 руб. 78 коп.

В связи с продажей ФИО2 залогового имущества, обращено взыскание на транспортное средство - автомобиль Форд Фокус, 2011 года выпуска, принадлежащий ФИО5

Требования ООО «Брокер» включены в реестр требований кредиторов должника без залогового обеспечения.

Согласно пояснениям ФИО2, автомобиль был приобретен на кредитные средства и продан без ее осведомленности иным лицом (без согласия).

Факт реализации предмета залога без уведомления залогодержателя подтвержден представленными в материалы дела доказательствами, лицами, участвующими в деле не опровергнут.

В рассматриваемой правовой ситуации определяющее значение имеет то, что сведения и доказательства того, что денежные средства, полученные от продажи предмета залога, были направлены на погашение задолженности перед залогодержателем, не представлены.

Доказательств того, что ФИО2 обращалась в правоохранительные органы по факту незаконного отчуждения имущества (без ее ведома), что изначально залогодателем выступало иное лицо, материалы дела не содержат, равно как и принятие мер и совершения действия для замены предмета залога. Требование кредитора, утратившего обеспечение сделки, на момент принятия обжалуемого судебного акта не погашены.

В силу положений статьи 346 Гражданского кодекса Российской Федерации залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.

Следовательно, ФИО2 должна была проявлять, как залогодатель, должную осмотрительность с целью сохранения предмета залога.

Исходя из изложенного выше, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о наличии в действиях должника признаков недобросовестности при исполнении обязательства, на котором кредитор основывал своей требование (вступившим в законную силу судебным актом было обращено взыскание на спорное транспортное средство), выразившихся в продаже предмета залога, в связи с чем, суд обоснованно не применил в отношении ФИО2 правила для освобождения ее от дальнейшего исполнения обязательств перед ООО «Брокер».

Вопреки позиции должника, в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о его добросовестном поведении в отношении ООО «Брокер».

Доводы ФИО2 о наличии оснований для применения к ней правил об освобождении от исполнения обязательств перед ООО «Брокер», не принимаются судом апелляционной инстанции, поскольку опровергаются материалами дела и положениями, указанными в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. При установлении обстоятельств по делу судом первой инстанции при оценке совокупности доказательств установлено недобросовестное поведение должника в отношении указанного кредитора.

Позиция о том, что в удовлетворении требования ООО «Брокер» об обеспечении задолженности залогом имущества должника было отказано и в данном случае не подлежит применению правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018)» утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018, основана на неверном толковании норм права и подлежит отклонению.

Вопреки позиции должника, материалами дела подтверждается недобросовестное поведение по отчуждению залогового имущества при условии наличия обязанности по возмещению задолженности, уклонение должника от добровольного погашения обязательств перед ООО «Брокер». Доказательств обратного в материалы дела не представлено (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В отношении иных требований кредиторов, исходя из оценки материалов дела, судом верно указано, что ФИО2 подлежит освобождению от дальнейшего исполнения, в том числе требований кредиторов, не заявленных при проведении процедуры реализации имущества гражданина.

Иные утверждения заявителей жалоб рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

Приведенные заявителями в апелляционных жалобах доводы, опровергаются материалами дела.

При изложенных обстоятельствах, в действиях должника не усматривается обстоятельств, являющихся препятствием к применению к нему правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе не заявленных в процедуре банкротства, за исключением исполнения обязательств перед ООО «Брокер».

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы заявителей отклоняются судом апелляционной инстанции по изложенным мотивам.

Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка, выводы суда являются обоснованными.

Других убедительных доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится. Апелляционные жалобы по приведенным в них доводам удовлетворению не подлежат.

Арбитражный суд Республики Мордовия полно и всесторонне выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела, нормы материального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы на определение о завершении процедуры реализации имущества гражданина не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Мордовия от 07.09.2023 по делу № А39–3474/2022 оставить без изменения, апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «НБК» и ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Республики Мордовия.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий судья

Д.В. Сарри

Судьи

О.А. Волгина

Е.А. Рубис