Постановление от 29 января 2024 г. по делу № А55-39465/2022

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта

Дело № А55-39465/2022
г. Самара
29 января 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 января 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 января 2024 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Гольдштейна Д.К.,

судей Гадеевой Л.Р., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: <...>, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Самарской области от 11.10.2023 по заявлению ООО «Культура» о включении требования в реестр требований кредиторов

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Винзавод «Тольяттинский» ИНН: <***>, ОГРН: <***>,

при участии в судебном заседании:

представитель ООО КБ «Эл банк» – ФИО3, доверенность от 09.08.2023.

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 09.02.2023 (резолютивная часть от 06.02.2023) в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Винзавод «Тольяттинский», введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утверждена ФИО4, член ААУ «Сириус» (ИНН <***>, регистрационный номер 13617, адрес для направления почтовой корреспонденции 121248, г. Москва, а/я 6).

ООО «Культура» обратилось в суд с заявлением, в котором просит признать требование в размере 48 270 129,59 руб. обоснованным и включить в реестр требований кредиторов должника.

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Самарской области вынес определение от 11.10.2023 следующего содержания:

«Заявление ООО «Культура» (вх. № 67954 от 28.02.2023) о включении требования в реестр требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью «Винзавод «Тольяттинский» удовлетворить.

Включить требование ООО «Культура» в реестр требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью «Винзавод «Тольяттинский» в размере 48 270 129,59 руб. в состав требований кредиторов третьей очереди».

Заявитель обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 11.10.2023.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2023 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 27.11.2023. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.11.2023 судебное заседание отложено на 13.12.2023. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2023 судебное заседание отложено на 17.01.2024.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО КБ «Эл банк» поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От заявителя апелляционной жалобы ФИО5 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства, мотивированное невозможностью его явки в судебное заседание, указанное ходатайство в соответствии статьей 158 АПК РФ отклонено, поскольку неявка стороны сама по себе не свидетельствует о невозможности проведения судебного заседания, необходимостью представления дополнительных доказательств не мотивировано, невозможность обеспечения явки в судебное заседание представителя также не подтверждена.

В силу части 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку в порядке апелляционного производства исходя из содержания уточненной апелляционной жалобы, обжалуется только часть судебного акта, касающаяся очередности удовлетворения требований ООО «Культура» в деле о банкротстве, суд апелляционной инстанции не вправе выйти за рамки апелляционной жалобы и проверяет законность и обоснованность судебного акта суда первой инстанции лишь в обжалуемой части.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает обжалуемый судебный акт подлежащим изменению, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установил суд первой инстанции, в обоснование заявленных требований, заявитель ссылался на то, что между ООО «Культура» (далее по тексту – Поставщик) и ООО «Винзавод «Тольяттинский» (далее по тексту – Покупатель) заключен договор поставки комплектующих материалов для производства алкогольной продукции № ТУМ/15-08 от 15.08.2018, в соответствии с которым Поставщик обязался поставить комплектующие материалы для производства алкогольной продукции, а Покупатель принять и оплатить продукцию (товар). В исполнение указанного договора кредитор поставил в адрес должника товар, по товарным накладным.

02.08.2021 должнику была направлена претензия № 08/218 на сумму 40 270 129,59 руб., письмом № 90 от 16.08.2021 должника признал наличие задолженности перед кредитором и обязался оплатить ее.

Так же сторонами подписан Акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.2021 по 02.06.2021, в соответствии с которым сумма задолженности по договору поставки составила 40 270 129,59 руб.

Так же между ООО «Культура» и ООО «Винзавод «Тольяттинский» заключен договор купли-продажи оборудования, бывшего в употреблении от 27.11.2022. Товар был поставлен, что подтверждается ТТН-ТН №УТ000035820 от 01.11.2022, стоимость поставленного оборудования составила 16 006 986,94 руб.

В соответствии с п. 3.2 Договора купли-продажи оплата стоимости оборудования осуществляется Покупателем в рассрочку в следующем размере и сроки: до 30.11.2022 – 4 006 986,94 руб., до 31.12.2022 – 4 000 000 руб., до 31.01.2023 – 4 000 000 руб., до 28.02.2023 – 4 000 000 руб.

Должником частично оплачен товар на сумму 8 006 986,94 руб., сумма задолженности составляет 8 000 000 руб.

Согласно ст. ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Не исполнение должником обязательств по оплате поставляемых товаров, послужило основанием для обращения кредиторов с суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 48 270 129,59 руб.

К договору поставки товаров применяются общие положения о купле-продаже (пункт 5 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В пункте 1 статьи 458 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении ВАС РФ от 31.08.2011 № ВАС-6616/11 по делу № А31-4210/2010-1741, необходимо учитывать, что при рассмотрении заявления об установлении и включении реестр требований кредиторов требования, основанного на договоре поставки, подтвержденного товарными накладными, следует иметь в виду, что нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующего отношения по поставке, должны применяться с учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве. При этом признание долга должником не может являться безусловным основанием для включения, основанного на нем требования в реестр требований кредиторов (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № ВАС-6616/11 от 31.08.2011).

Применительно к настоящему делу это означает, что у кредитора должны быть истребованы документы, подтверждающие фактическое наличие у него товара в размере поставки к моменту их передачи должнику, доказательства транспортировки товара в место его передачи должнику. Арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности, существования ее на дату вынесения определения и убедиться в достоверности доказательств, исключив вероятность направленности сделок на увеличение кредиторской задолженности в нарушение интересов добросовестных кредиторов должника.

При оценке достоверности факта наличия требования надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение Верховного суда РФ от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060 по делу № А32-16155/2011).

Таким образом, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом, то есть основанием к включению являются ясные и убедительные доказательства наличия и размера задолженности (определения Верховного Суда РФ от 13.07.2018 № 308-ЭС 18-2197, от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС 16-20992 (3).

Бремя опровержения сомнений лежит на последних. Причем это не должно составить для него затруднений, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Как отметил суд первой инстанции, в обоснование заявленных требований по договору поставки комплектующих материалов для производства алкогольной продукции № ТУМ/15-08 от 15.08.2018, кредитором представлены товарные накладные, подтверждающие поставку товаров от ООО «Культура» ООО «Винзавод «Тольяттинский», досудебная претензия в адрес должника от 02.08.2021 и Акт сверки взаимных расчетов, подтверждающий наличие задолженности.

Суд первой инстанции отклонил возражения кредитора ФИО2 о составлении товаросопроводительных документов с нарушениями, о длительности неосуществления мероприятий по взысканию задолженности с должника заключении при наличии задолженности по оному обязательству иного обязательства (договора на поставку оборудования), отказа ООО «Культура» от взыскания (включения в реестр требований кредиторов должника штрафных санкций, за несвоевременное исполнение обязательств должником.

Суд первой инстанции отметил, что оформление товарных накладных в адрес ООО «Винзавод «Тольяттинский» производилось не в день оформления отгрузки товара фактическим Грузоотправителем (производителем) в адрес ООО «Культура», а в порядке п.4.2. Договора поставки и в момент, когда становился известным факт поступления товара на склад должника.

Для однообразия документального оформления транзитных операций дата в товарных накладных, оформленных в адрес ООО «Винзавод «Тольяттинский» соответствовала дате товарных накладных, оформленных в адрес ООО «Культура». В виду территориальной удаленности между ООО «Культура» и ООО «Винзавод «Тольяттинский», кредитор передавало в адрес должника не каждую накладную по отдельности, а несколько, оформленных за определенный период времени. Должник отмечал данные накладные и возвращал в адрес кредитора так же, спустя определенное время, поэтому даты получения товара указаны в соответствии с датами накладных, а не фактическими датами получения товара.

Таким образом, поставка осуществлялась исходя из специфики правовых взаимоотношений, учитывая, территориальную удаленность.

Суд первой инстанции указал, что акт сверки, предоставленный в материалы дела, подписан со стороны должника его руководителем и со стороны ООО «Культура» - уполномоченным лицом, указанный акт содержат обязательные реквизиты первичного учетного документа, предусмотренные в части 2 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», имеет оттиск печати организации, которые соответствуют иным представленным в материалы дела доказательствам (ТТН), в то же время печать не является обязательным реквизитом при подписании акта сверки. Сомнения в отношении подписи ФИО6 являются лишь предположениями, заявлений о фальсификации Акта сверки в материалы дела не поступило.

Во всех товарных накладных, оформленных в адрес ООО «Винзавод «Тольяттинский», грузоотправителем указан фактический грузоотправитель, по условиям договора поставки № ТУМ/15 от 15.08.2018 это производитель конкретного вида комплектующих. Подписи сотрудников ООО «Культура» и печать общества на товарных накладных, оформленных при реализации товара в адрес должника, подтверждают факт реализации товара, а не то обстоятельство, что ООО «КУЛЬТУРА» является фактическим грузоотправителем. Товар доставлялся напрямую от производителей до ООО «Винзавод «Тольяттинский», то есть применялся транзитный способ продажи товара.

С учетом объяснений представителя ООО «Культура» суд первой инстанции указал, что в данном случае оформлялись два пакета документов:

-первый пакет оформляет производитель при отпуске товара со своего склада. Поставщиком и грузоотправителем выступает Производитель, плательщиком, грузополучателем ООО «Винзавод «Тольяттинский». Накладную при оформлении подписывают ответственные лица производителя;

-второй пакет оформляет ООО «Культура» при получении товара грузополучателем на своем складе. Поставщиком выступает кредитор, грузоотправителем выступает производитель, плательщиком и грузополучателем - ООО «Винзавод «Тольяттинский». Накладную при оформлении подписывают ответственные лица ООО «Культура». По строке «Отпуск груза произвел» отсутствует подпись, поскольку ООО «Культура» не является грузоотправителем.

Суд первой инстанции констатировал, что Кредитором в обоснование реальности заключенного договора поставки в материалы дела представлены достаточные доказательства, первичные документы от производителей поставщиков на продукцию, подтверждающие их поставку и их оплату, перевозку, ее оплату, акты сверки с поставщиками (грузоотправителями).

С учетом объяснений сторон и представленных доказательств, суд первой инстанции установил, что между кредитором и должником существовали длительные правоотношения, должник приобретал у ООО «Культура» товар необходимый для осуществления своей деятельности: бутылки, короба, пробки, этикетки, производил расчеты за поставляемый товар, что подтверждается платежными поручениями, представленными в материалы дела.

Кроме того, как отметил суд первой инстанции, информация о закупках и поставках зафиксирована в ЕГАИС, информации о расхождениях при автоматической сверке информации со стороны Росалкогольрегулирования в материалы дела не представлено.

Так же заявителем в материалы дела представлены выписки из книг продаж и покупок за 2019 год, ООО «ООО «Винзавод «Тольяттинский» представлены книги продаж с 2019 по 2020 год, данные документы оценены судом и с достаточностью подтверждают финансово-хозяйственные операции сторон.

Таким образом, в данном деле суд первой инстанции констатировал реальность фактов поставки товара путем исследования перечисленных доказательств, признал, что доводы ФИО2 об отсутствии фактических отношений по поставку опровергаются материалами дела.

Суд первой инстанции отметил также, что в материалы дела представлены Соглашения о зачете взаимных требований за 2018, 2019 гг, из которых следует, что ООО «Культура» и ООО «Винзавод «Тольяттинский» имеют взаимные задолженности по договору поставки № ГП/15/08 от 15.08.2018 и по договору № ТУМ/15 от 15.08.2018, то есть стороны на протяжении длительного времени осуществляли товарооборот, производили расчеты в том числе, путем зачета взаимных требований, что, по мнению суда первой инстанции, опровергает довод об отсутствии попыток принудительного взыскания задолженности по спорному договору с должника.

Суд первой инстанции посчитал, что доводы должника о наличии недобросовестности в действиях ООО «Культура» по невзысканию в течение длительного периода задолженности с должника по договору поставки, заключению нового договора поставки оборудования опровергаются материалами дела, в частности наличием претензии, зачетами требований, с учетом специфики осуществляемой должником деятельности.

Кроме того, поскольку согласно товарной накладной поставка оборудования по договору купли-продажи от 27.10.2022 была произведена 01.11.2022, а производство по делу о банкротстве возбуждено 29.12.2022, суд первой инстанции посчитал, что задолженность в размере 8 000 000 руб. не является текущей.

С учетом перечисленного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требование ООО «Культура» подлежит включению в реестр требований кредиторов ООО «Винзавод «Тольяттинский» в размере 40 270129,59 руб. – задолженность по договору поставки № ТУМ/15-08 от 15.08.2018, и в размере 8 000 000 руб. – по договору купли-продажи оборудования от 27.10.2022 в состав требований кредиторов третьей очереди.

Арбитражный апелляционный суд не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции относительно наличия и размера долга, упомянутые выводы не опровергнуты, судебный акт в данной части, как указано выше, не обжалован.

В то же время, апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции относительно очередности удовлетворения установленного долга.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, установленным статьями 71 и 100 Закона о банкротстве в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Поскольку требование кредитора о включении в реестр требований кредиторов, подано в ходе наблюдения и в срок, установленный для процедуры наблюдения, заявленные требования рассматриваются в порядке статьи 71 Закона о банкротстве.

В силу части 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда. С заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов, кредитор обратился в арбитражный суд в предусмотренный законом срок.

Возражения относительно требования кредитора могут быть предъявлены в арбитражный суд не позднее чем через пятнадцать дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия (часть 2 статьи 71 Закона о банкротстве).

Закон о банкротстве возлагает на арбитражный суд обязанность проверить обоснованность требований кредиторов с учетом возражений, поступивших относительно этих требований. Отсутствие возражений лиц, указанных в части 2 статьи 71 Закона о банкротстве, на включение заявленных требований кредиторов в реестр не освобождает арбитражный суд от проверки обоснованности этих требований.

В пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В обоснование фактической аффилированности, кредиторы ООО КБ «ЭлБанк», ФИО2, ФНС России ссылались на следующие обстоятельства:

- отсутствие попыток принудительного взыскания значительной суммы задолженности по договору поставки комплектующих материалов для производства алкогольной продукции № ТУМ/15-08 от 15.08.2018 на протяжении длительного времени;

- фактическое предоставление значительной отсрочки (рассрочки) исполнения обязательств по договору поставки комплектующих материалов для производства алкогольной продукции № ТУМ/15-08 от 15.08.2018;

- увеличение кредиторской задолженности в преддверии банкротства в связи с заключением договора купли-продажи оборудования, бывшего в употреблении от 27.11.2022;

- установление в судебном порядке фактической аффилированности руководителя (генерального директора) ООО «Культура» ФИО7 по отношению к должнику (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2023).

По мнению апелляционного суда, перечисленных обстоятельств достаточно для констатации необычности правоотношений для хозяйственного оборота, исполнения сделок на условиях недоступных иным незаинтересованным участникам упомянутого оборота, а следовательно, признаках фактической аффилированности сторон сделок.

Указанным выше постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2023 требования ФИО7 в размере 19 500 000 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «Винзавод «Тольяттинский», указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, в связи с установлением фактической аффилированности указанных лиц. Судебный акт оставлен без изменения постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 20.12.2023 по настоящему делу.

Основываясь на установленных обстоятельствах и руководствуясь положениями статьи 19 Закона о банкротстве, статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» и Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» в настоящем споре также следует признать кредитора и должника аффилированными лицами.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, лицо, которое пытается вернуть общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Компенсационное финансирование предоставляется контролирующим лицом с целью возвращения подконтрольного общества, находящегося в трудном экономическом положении, к обычной экономической деятельности, тем самым не исполняется предусмотренная законом обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве этого общества, а независимые кредиторы вводятся в заблуждение относительно реального финансового состояния общества. Соответственно риски, связанные с банкротством, относятся на контролирующее лицо, и его требования к должнику в целях защиты прав независимых кредиторов подлежат субординации.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно пункту 3.4 Обзора от 29.01.2020 не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли представленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

Согласно пункту 4 Обзора от 29.01.2020 очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование под влиянием контролирующего должника лица.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2023 установлено, что по состоянию на июнь 2019 года должник находился в ситуации имущественного кризиса, имея совокупную неудовлетворенную задолженность перед кредиторами в сумме более 130 000 000 руб., подтвержденную в настоящее время вступившими в законную силу судебными актами (решение Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 07.06.2022 по делу № 2-1961/2022; решением Центрального районного суда г. Тольятти от 23.11.2022; решением Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 26.08.2019 по делу №2-2068/2019; решением Центрального районного суда г. Тольятти Самарской области от 17.06.2019 по делу №2-2099/2019).

Указанные обстоятельства в ходе рассмотрения спора не опровергнуты.

Из перечня товаросопроводительных документов по договору поставки комплектующих материалов для производства алкогольной продукции № ТУМ/15-08 от 15.08.2018 следует, что исполнение в пользу должника было предоставлено ООО «Культура» в период с 28.08.2019 по 25.19.2019. Таким образом, долг в сумме 40 270 129,59 руб. существовал более трех лет, признавался должником (письмо от 16.08.2021 №90, акт сверки взаимных расчетов за период с 01.01.021 по 02.06.2022), однако после 27.05.2021 (согласно акту сверки взаимных расчетов за период с 01.01.021 по 02.06.2022) не удовлетворялся даже частично.

К компенсационному финансированию пункт 3.3 Обзора относит финансирование, оформленное договором купли-продажи, подряда, аренды и т.д.

Разновидностью финансирования по смыслу п. 1 ст. 317.1 ГК РФ является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (п. 1 ст. 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (п. 1 ст. 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (п. 1 ст. 614 ГК РФ) и т.п.). Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (ст. 65 АПК РФ).

Таким образом, суд первой инстанции не учел того, что финансирование должника может осуществляться в том числе путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности.

Реальных мер по взысканию задолженности в рамках договора поставки комплектующих материалов для производства алкогольной продукции № ТУМ/15-08 от 15.08.2018 кредитором не предпринималось, внесудебная претензия об уплате долга таковыми считаться не может, поскольку не возлагает на должника обязательств, к исполнению которых он мог быть принужден.

При этом, как указано выше, из материалов дела следует, что задолженность по договору поставки комплектующих материалов для производства алкогольной продукции № ТУМ/15-08 от 15.08.2018 сформировалась за счет ее накопления в период 2019 года.

Сам по себе факт проведения сторонами частичных расчетов по отдельным обязательствам не свидетельствует о том, что отказ от востребования исполнения по части обязательств, по которой расчеты не производились, не отвечает признакам компенсационного финансирования.

С учетом изложенного, предоставленное аффилированным лицом финансирование, в виде длительной отсрочки во взыскании долга при наступлении срока исполнения, должно расцениваться как компенсационное.

При указанных обстоятельствах, требования ООО «Культура» в сумме 40 270 129, 59 руб. по договор поставки комплектующих материалов для производства алкогольной продукции № ТУМ/15-08 от 15.08.2018 подлежат удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «Винзавод «Тольяттинский», указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, в очередности предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В отношении требований, основанных на договоре купли-продажи оборудования, бывшего в употреблении от 27.11.2022, по мнению судебной коллегии, необходим иной подход.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре, обобщившем правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Так, согласно пункту 2 названного Обзора очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Когда должник находится в состоянии имущественного кризиса, приобретение требования у независимого кредитора позволяет отсрочить погашение долга, вводя третьих лиц в заблуждение относительно платежеспособности должника и создавая у них иллюзию его финансового благополучия, что исключает необходимость подачи заявлений о банкротстве. В такой ситуации контролирующее либо аффилированное лицо принимает на себя риск того, что должнику посредством использования компенсационного финансирования в конечном счете удастся преодолеть финансовые трудности и вернуться к нормальной деятельности (пункт 3.1 Обзор от 29.01.2020).

В ситуации, когда скрытый от кредиторов план выхода из кризиса не удалось реализовать, естественным следствием принятия подобного риска является запрет на противопоставление требования о возврате компенсационного финансирования независимым кредиторам, из чего вытекает необходимость понижения очередности удовлетворения требования аффилированного лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593).

В отличие от обозначенной ситуации после введения процедуры по делу о банкротстве невозможно скрыть неблагополучное финансовое положение, так как такая процедура является публичной, открытой и гласной. Об осведомленности независимых кредиторов о наличии процедуры банкротства свидетельствует и сам факт включения их требований в реестр. В связи с этим выкуп задолженности у таких кредиторов не может рассматриваться как направленный на предоставление должнику компенсационного финансирования (пункт 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020).

По смыслу указанной позиции, предоставление сделанное после того, как признаки несостоятельности (банкротства) должника стали очевидными для неограниченного круга лица и данная информация стала публичной, не может расцениваться в качестве компенсационного финансирования поскольку такое предоставление не направлено на сокрытие неблагополучного финансового положения должника и введение в заблуждение его кредиторов относительно такого положения должника.

В рассматриваемом случае, договор купли-продажи оборудования, бывшего в употреблении от 27.11.2022 заключен за один месяц до даты возбуждения дела о банкротстве (29.12.2022), непосредственно перед появлением публичной информации о намерении ряда кредиторов обратиться в суд с заявлениями о признании должника несостоятельным (банкротом) (сообщение в Едином федеральном реестре юридически значимых сведений о фактах деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и иных субъектов экономической деятельности от 01.12.2022 №14015218; от 07.12.2022 №14082909).

Из материалов спора следует, что должник фактически оплатил более половины стоимости переданного ему оборудования в общей сумме 8 006 986,94 руб. в установленные договором сроки, просрочка оплаты оставшейся части (8 000 000 руб.) допущена уже после возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника и не может быть признана значительной и направленной на создание иллюзии финансового благополучия.

Реальность исполнения указанного договора, размер и ценность встречного предоставления не оспорены, тогда как само по себе заключение и исполнение указанного обязательства не могут расцениваться как предоставление компенсационного финансирования.

Учитывая указанные обстоятельства, обжалуемый судебный акт подлежит изменению в части по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Самарской области от 11.10.2023 по делу №А55-39465/2022 изменить в обжалуемой части, а именно в части очередности удовлетворения требования ООО «Культура», изложив резолютивную часть судебного акта следующим образом.

Включить требование ООО «Культура» в реестр требований кредиторов ООО «Винзавод «Тольяттинский» в размере 8 000 000 руб. в состав требований кредиторов третьей очереди.

Признать требования ООО «Культура» в размере 40 270 129 руб. 59 коп. обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов ООО «Винзавод «Тольяттинский», указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийД.К. Гольдштейн

СудьиЛ.Р. Гадеева

Я.А. Львов