Постановление от 2 апреля 2024 г. по делу № А27-14374/2023

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск                                                                                          Дело № А27-14374/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 03 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 апреля 2024 года.


Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего 


ФИО1,

судей


ФИО2,



ФИО3,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Волковой Т.А., рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Стоматологическая клиника "Алмаз" (№ 07АП-1732/24), на решение Арбитражного суда Кемеровской области от 24.01.2024 по делу № А27-14374/2023 (судья Бондаренко С.С.) по иску общества с ограниченной ответственностью "Стоматологическая клиника "Алмаз", г. Омск, Омская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью "Алмаз", город Кемерово, Кемеровская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора: Федеральная антимонопольная служба Кемеровской области – Кузбасса, город Кемерово (ОГРН <***>, ИНН <***>) об обязании прекратить использовать фирменное наименование, о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака,

          В судебном заседании приняли участие:

от ответчика: ФИО4, представитель по доверенности от 01.09.2023, паспорт (техническое подключение не обеспечила);

от иных лиц, участвующих в деле: без участия (извещены); 



У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника «Алмаз» (далее - ООО «СК «Алмаз», истец) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «Алмаз» (далее - ООО «Алмаз») об обязании прекратить использование фирменного наименования ООО «Алмаз», схожее до степени смешения с охраняемым законом товарным знаком «АЛМАЗ», в отношении следующих видов экономической деятельности: 86.23 Стоматологическая практика, 86.10 Деятельность больничных организаций, 86.21 Общая врачебная практика, 86.22 Специальная врачебная практика, 86.90 Деятельность в области медицины прочая, прекратить незаконное использование товарного знака «АЛМАЗ», при оказании стоматологических услуг, удалить товарный знак с материалов, которыми сопровождается выполнение работ, оказание стоматологических услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок, интернет ресурсов, взыскать с ООО «Алмаз» в пользу ООО «Стоматологическая клиника «АЛМАЗ» денежные средства в размере 1 000 000 руб. в качестве компенсации за незаконное использование товарного знака, а также судебных расходов.

Решением суда от 24.01.2024 исковые требования удовлетворены частично. Суд обязал общество с ограниченной ответственностью "Алмаз", город Кемерово, Кемеровская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) прекратить использование фирменного наименования, схожего до степени смешения с фирменным наименованием общества с ограниченной ответственностью "Стоматологическая клиника "Алмаз", г. Омск, Омская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) либо изменить свое фирменное наименование в течение месяца со дня вступления решения в законную силу. С общества с ограниченной ответственностью "Алмаз", город Кемерово, Кемеровская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Стоматологическая клиника "Алмаз", г. Омск, Омская область (ОГРН <***>, ИНН <***>) взыскано 100 000 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака, 27 940 руб. расходов на оплату услуг нотариуса, 8 897 руб. расходов по государственной пошлине, в доход федерального бюджета 279 руб. государственной пошлины. В остальной части иска отказано.

Не согласившись с указанным решением, истец обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение. В обоснование апелляционной жалобы ее податель ссылается на соразмерность заявленного размера компенсации последствиям нарушения.

Ответчик в отзыве, представленном в суд в порядке статьи 262 АПК РФ, доводы жалобы отклонил, просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

   Представитель ответчика, несмотря на удовлетворенное ходатайство и обеспечение судом технической возможности проведения судебного заседания в онлайн-режиме с использованием системы веб-конференции, в назначенное время к участию в заседании технически не подключился по неизвестным причинам. Учитывая, что в суде система веб-конференции работает надлежащим образом, суд апелляционной инстанции пришел к заключению о возможности рассмотрения апелляционной жалобы по существу в данном судебном заседании без участия представителя заявителя, расценивая такое поведение как неявку в судебное заседание.

             Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы стороны своих представителей в судебное заседание не направили, в связи, с чем апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие на основании статей 123, 156 АПК РФ.

 Проверив материалы дела в порядке статьи 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзыв, суд апелляционной инстанции считает решение не подлежащим отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 19.05.2014 в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись № <***> о государственной регистрации юридического лица ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз».

Основным видом деятельности истца является стоматологическая практика (код ОКВЭД 86.23).

23.01.2015 Министерством здравоохранения Омской области истцу выдана лицензия № ЛО-55-01-001595 на медицинскую деятельность по оказанию первичной, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной, медико-санитарной помощи по стоматологии в объеме, установленном лицензией. Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения сведения о лицензии внесены в Единый государственный реестр лицензий, регистрационный номер лицензии: ЛО41-01165-55/00296872.

04.03.2015 ИП ФИО5 и ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз» заключили договор об отчуждении права на товарный знак «АЛМАЗ» по свидетельству № 226823 в отношении части товаров и услуг, указанных в свидетельстве, а именно услуг 42 класса МКТУ «медицинский, гигиенический и косметический уход, больницы».

Федеральной службой по интеллектуальным правам 18.05.2015 в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации внесена запись о выдаче ООО «Стоматологическая клиника «Алмаз» свидетельства № 542276 на товарный знак «АЛМАЗ» приоритет: 31.10.2000, срок действия до 31.10.2020.

12.10.2020 в Государственный реестр товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации к свидетельству № 542276 внесена запись о продлении срока действия исключительного права на товарный знак, срок действия до 31.10.2030.

По результатам оценки рынка стоматологических услуг на территории Российской Федерации истцу стало известно о нарушении ответчиком исключительного права на товарный знак «АЛМАЗ», принадлежащего истцу.

Ответчик, ООО «Алмаз» в качестве юридического лица зарегистрировано 11.06.2021 ОГРН <***>.

Основным видом деятельности ответчика является стоматологическая практика (код ОКВЭД 86.23).

25.05.2022 Министерством здравоохранения Кузбасса ответчику выдана лицензия № ЛО41-01161-42/00294244 на медицинскую деятельность по оказанию первичной, в том числе доврачебной, врачебной и специализированной, медико-санитарной помощи по стоматологии в объеме, установленном лицензией.

Сведения о лицензии внесены в Единый государственный реестр лицензий, регистрационный номер лицензии: ЛО41- 01161-42/00294244.

Согласно информации сервиса «Государственный информационный ресурс бухгалтерской (финансовой) отчетности», размещенного на официальном сайте ФНС России в сети Интернет по адресу: https://bo.nalog.ru ответчиком предоставлена финансовая отчетность об осуществлении экономической деятельности по ОКВЭД2 – 86.23 и получении дохода от осуществления данной деятельности.

В целях информирования потребителей об осуществляемой деятельности ответчик в частности размещает сведения и платную рекламу в сети Интернет по адресу: https://almaz.clinic, https://go.2gis.com/yd69p, https://vk.com/almaz_clinic, https://yandex.ru/maps/-/CXW8qxC.

На основании заявления истца 26.06.2023 ФИО6, нотариусом нотариального округа город Омск, в порядке обеспечения доказательств, необходимых в случае возникновения в суде дела о защите прав интеллектуальной собственности, принадлежащих ООО "Стоматологическая клиника "АЛМАЗ", был произведен осмотр вышеуказанных интернет ресурсов, о чем был составлен протокол осмотра доказательства.

Услуги нотариуса в размере 27 940,00 рублей были оплачены 26.06.2023, о чем была выдана справка нотариуса.

Истцом 27.06.2023 в адрес ответчика направлена досудебная претензия с требованиями прекратить незаконное использование товарного знака «АЛМАЗ», выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак «АЛМАЗ», предложение заключить лицензионный договор на неисключительное использование товарного знака, с приложением проекта лицензионного договора.

Копия досудебной претензии также была направлена на адрес электронной почты ответчика.

Почтовое отправление № 64409284021219 с досудебной претензией ответчиком получено не было и возвращено отправителю (истцу) в связи с истечением срока хранения.

Претензия, направленная на адрес электронной почты ответчика, доставлена 27.06.2023, о чем был получен отчет почтовой службы о доставке письма.

Досудебная претензия оставлена ответчиком без ответа.

Отсутствие ответа на претензию послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу об их частичной обоснованности.

Рассмотрев материалы дела повторно, суд апелляционной инстанции считает выводы суда обоснованными, апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

На основании статьи 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В силу пункта 1 статьи 1474 ГК РФ юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети "Интернет". Сокращенные фирменные наименования, а также фирменные наименования на языках народов Российской Федерации и иностранных языках защищаются исключительным правом на фирменное наименование при условии их включения в единый государственный реестр юридических лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1475 ГК РФ исключительное право на фирменное наименование возникает со дня государственной регистрации юридического лица и прекращается в момент исключения фирменного наименования из единого государственного реестра юридических лиц в связи с прекращением юридического лица либо изменением его фирменного наименования.

В пункте 146 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 10) отмечено, что какой-либо специальной регистрации фирменного наименования, указанного в учредительных документах юридического лица, ГК РФ не предполагает.

Соответственно, именно государственная регистрация юридического лица, являющегося коммерческой организацией, либо внесение изменений в его учредительные документы в части фирменного наименования как акт уполномоченного органа государственной власти является тем юридически значимым действием, которым обусловлено возникновение исключительного права юридического лица на фирменное наименование.

По смыслу пункта 1 статьи 1225 ГК РФ фирменные наименования и товарные знаки являются самостоятельными объектами интеллектуальной собственности - средствами индивидуализации. Фирменное наименование, включенное в товарный знак или знак обслуживания, охраняется независимо от охраны товарного знака или знака обслуживания (абзац второй пункта 2 статьи 1476 ГК РФ).

В абзаце третьем статьи 1229 ГК РФ установлено, что использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1474 ГК РФ не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление № 10) для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Приведенные разъяснения применимы и при установлении вероятности смешения фирменных наименований.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, указано, что при выявлении сходства до степени смешения обозначений учитывается общее впечатление, которое они производят (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В силу пункта 1 статьи 1473 ГК РФ юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица. Фирменное наименование юридического лица должно содержать указание на его организационно-правовую форму и собственно наименование юридического лица, которое не может состоять только из слов, обозначающих род деятельности (пункт 2 статьи 1473 ГК РФ).

Как установлено судом и следует из материалов дела, полное собственно наименование истца - общество с ограниченной ответственностью «Стоматологическая клиника «Алмаз».

В свою очередь, полное собственно наименование ответчика - общество с ограниченной ответственностью «Алмаз».

Как верно учитывает суд, что подлежат запрету все действия, способные каким бы ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента (статья 10bis Конвенции по охране промышленной собственности от 20.03.1883, участником которой Российская Федерация является с 01.07.1995).

То есть, использование другими лицами тождественного фирменного наименования неправомерно, так как данная степень сходства затрудняет их индивидуализацию при участии в хозяйственном обороте по аналогичным видам деятельности.

Сопоставив произвольные части фирменных наименований истца и ответчика в соответствии с фонетическими, семантическими и графическими критериями, учитывая общее впечатление, которое производят сравниваемые обозначения, аналогичность видов деятельности, осуществляемых истцом и ответчиком, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что имеется высокая вероятность смешения этих фирменных наименований потребителями.

Факт включения фирменного наименования истца в единый государственный реестр юридических лиц ранее фирменного наименования ответчика подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами.

В рассматриваем случае судом на основании кодов ОКВЭД установлено совпадение видов деятельности истца и ответчика, указанных в отношении них в ЕГРЮЛ. Факт осуществления заявленных в ЕГРЮЛ видов деятельности подтверждается материалами дела, ответчиком не опровергнут.

Суд первой инстанции, установив тождественность обозначения фирменного наименования, осуществление юридическими лицами аналогичной деятельности, а также то, что сведения о фирменном наименовании истца были внесены в ЕГРЮЛ ранее чем сведения о фирменном наименовании ответчика, пришел к правомерному выводу о противоправности использования ответчиком указанного фирменного наименования, в связи с чем обязал ответчика по своему выбору прекратить использование фирменного наименования, сходного до степени смешения с фирменным наименованием ответчика или изменить свое фирменное наименование.

Решение суда первой инстанции в указанной части предметом оспаривания не является.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 59 постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1250 ГК РФ определено, что, если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Ответственность за незаконное использование товарного знака установлена в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом выбран способ расчета компенсации, предусмотренный подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, и заявлен размер такой компенсации в общей сумме 1000000 руб. за нарушение. Заявленный размер компенсации обоснованы истцом со ссылкой на следующие обстоятельства: - установленный законодательством принцип «старшинства прав», в соответствии с которым преимущество имеет средство индивидуализации право на которое возникло ранее; - учитывая факт нарушения исключительно права на товарный знак, в том числе и после получения претензии и предложения заключить лицензионный договор, характер нарушения.

Исследовав материалы дела, и с учетом разъяснений пунктов 62, 64 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10, суд, принимая во внимание отсутствие доказательств систематического совершения ответчиком аналогичных нарушений, учитывая степень вины нарушителя, отсутствие сведений о понесенных истцом значительных убытков, совершение правонарушения ответчиком впервые, учитывая действия ответчика, направленные на устранение нарушений в части использования заявленного товарного знака, что также подтверждается сведениями информационных ресурсов 2ГИС и официального сайта клиники (https://almstom.clinic/service?utm_source=yandexdirect&utm;_medium=cpc&utm;_campaign=1 04243880&utm;_content=ch_yandex_direct&utm;_term=%D0%B0%D0%BB%D0%BC%D1%8 1%D1%82%D0%BE%D0%BC&yclid;=59209508333551615) исходя из необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, и принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям допущенного нарушения, посчитал возможным снизить заявленный истцом размер компенсации до 100 000 рублей.

При этом отклоняется коллегией судей позиция истца о том, что ответчиком не представлено убедительных доказательств несоразмерности заявленной компенсации.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

Таким образом, указанная имущественная ответственность наступает за гражданское правонарушение, состоящее в незаконном использовании товарного знака.

При этом закон наделяет правообладателя правом выбора одного из двух вариантов определения размера взыскиваемой компенсации (пункт 4 статьи 1515 ГК РФ): 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом выбран способ определения компенсации из расчета от 10 000 до 5 000 000 рублей за каждый случай нарушения исключительного права. В зависимости от выбора правообладателем конкретного варианта определения размера компенсации различаются и правовые возможности обращения с соответствующим требованием.

Так, если правообладатель избрал способ расчета компенсации в соответствии с подпунктом первым пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, то его право на взыскание компенсации считается реализованным (исчерпанным) в результате рассмотрения судом единичного случая нарушения исключительного права, поскольку указанная компенсация определяется судом в размере, определяемом исходя из объема допущенного нарушения в целом. Компенсация в твердой сумме взыскивается за каждый факт нарушения.

Как разъяснено в пункте 43 совместного Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что предоставленная суду возможность снизить размер компенсации в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть по существу, на реализацию требований части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Степень соразмерности заявленной истцом компенсации последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела. Целью компенсации является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, восстановление имущественного положения пострадавшей стороны, а не наказание ответчика.

Определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

 С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит выводу о том, что определенная судом сумма компенсации является обоснованной.

 Взыскание такой суммы компенсации позволит не только возместить правообладателю возможные убытки в связи с неправомерным использованием произведения, но и удержать ответчика от нарушения исключительных прав истца и иных правообладателей в будущем.

 Доводы по существу спора, опровергающие установленные судом первой инстанции обстоятельства и его выводы, в апелляционной жалобе не приведены.

 С учетом изложенного, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, у суда апелляционной инстанции не имеется.

 Судебные расходы по оплате государственной пошлины в апелляционной инстанции, согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подпункту 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием оснований для удовлетворения апелляционной жалобы относятся на ее подателя.

 Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд   



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Кемеровской области от 24.01.2024 по делу № А27-14374/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "Стоматологическая клиника "Алмаз" – без удовлетворения.

             Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.

    Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, согласно статье 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

     Информация о движении дела может быть получена путем использования сервиса "Картотека арбитражных дел" http://kad.arbitr.ru в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".


Председательствующий 


ФИО1


Судьи


ФИО2


                                                                                                               А.П. ФИО3