Постановление от 27 июня 2019 г. по делу № А47-619/2019

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-7660/2019
г. Челябинск
27 июня 2019 года
Дело № А47-619/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 июня 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ермолаевой Л.П.,

судей Соколовой И.Ю., Тимохина О.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1 рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний ПТИ» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 05.04.2019 по делу №А47-619/2019 (судья Цыпкина Е.Г.).

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний ПТИ» - ФИО2 (доверенность № 77/19 от 07.06.2019, паспорт).

Общество с ограниченной ответственностью «Фирма ОренКлип» (далее – истец, ООО «Фирма ОренКлип») обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Группа Компаний ПТИ» (далее – ответчик, ООО «Группа Компаний ПТИ») о взыскании задолженности:

- по договору поставки №21/17 от 23.08.2017 в размере 567 000 руб., неустойки (пени) в размере 567 000 руб.;

- по договору поставки № 22/17 от 23.08.2017 в размере 1 113 000 руб., неустойки (пени) в размере 1 113 000 руб.;

- по договору поставки № 28/17 от 23.08.2017 в размере 525 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 31 557 руб. 53 коп.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 05.04.2019 (резолютивная часть объявлена 01.04.2019) исковые требования удовлетворены.

ООО «Группа Компаний ПТИ» не согласилось с вынесенным решением и обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение арбитражного суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, арбитражным судом первой инстанции при принятии решения допущено неправильное применение норм материального и процессуального права, выводы арбитражного суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам. В частности апеллянт полагает, что неустойка является несоразмерной нарушенным обязательствам и подлежит снижению по статье 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. У истца не имеется каких-либо существенных негативных последствий нарушения ответчиком обязательства по оплате товара. Основанием для снижения неустойки является тот факт, что истец обратился с исковыми требованиями лишь 23.01.2019, а не в более ранний срок. Кроме того, в рассматриваемом случае размер договорной неустойки определен в размере 0,1%, что составляет 36,5% годовых, что в несколько раз выше двукратной ставки рефинансирования Банка России, действовавшей с марта 2018 года по январь 2019 года (с 26.03.2018 по 17.06.2018 – 7,25%; с 14.09.2018 по 26.06.2018 – 7,50%). Обращает внимание на то, что до вступления в силу решения суда сумма долга полностью погашена ответчиком. В обосновании своей правовой позиции ссылается на материалы судебной практики.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения указанной информации на официальном сайте в сети Интернет.

Истец явку своего представителя в судебное заседание не обеспечил.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей истца.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из имеющихся в деле доказательств, между ООО «Фирма ОренКлип» (Продавец) и ООО «Группа Компаний ПТИ» (Покупатель) заключен договор № 21/17 от 23.08.2017 (л.д. 20-26), согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и уплатить определенную договором денежную сумму за технологическое оборудование для мясоперерабатывающей промышленности (далее – оборудование), в соответствии с Приложением №1 к договору, являющимся его неотъемлемой частью (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 2 (в) договора общая стоимость договора составляет 2 835 000 руб.

Порядок и условия платежей стороны согласовали в пункте 3 договора, по условиям которого платеж за продаваемое оборудование производится следующим образом: 50% в размере 1 417 500 рублей в течение трех банковских дней после подписания договора; 30% в размере 850 500 рублей в течение трех банковских дней после подписания акта ввода в эксплуатацию обеими сторонами; 20% в размере 567 000 рублей в течение 180 календарных дней после запуска оборудования и подписания Акта ввода оборудования в эксплуатацию.

В случае отсутствия своевременных выплат по договору покупатель обязан по требованию продавца оплатить неустойку (пени) в размере 0,1 процента от стоимости оборудования за каждый день просрочки (пункт 7 договора).

Согласно пункту 12 (в) в случае если стороны не смогут прийти к соглашению путем переговоров, все споры и разногласия подлежат передаче на разрешение Арбитражного суда по месту нахождения истца.

Во исполнение принятых на себя обязательств истец передал ответчику оборудование на сумму 2 835 000 руб., что подтверждается универсальным передаточным документом № 881 от 02.10.2017, товарно-транспортной накладной № 881 от 02.10.2017 (л.д. 42-44).

Переданное по договору № 21/17 оборудование введено в эксплуатацию, что подтверждается Актом сдачи оборудования в эксплуатацию № 77 от 30.09.2017 (л.д. 50).

Ответчик частично оплатил оборудование на сумму 2 268 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 163 от 31.08.2017, № 654 от 03.10.2017 (л.д. 84-85).

Таким образом, задолженность по договору № 21/17 составила 567 000 рублей.

В целях претензионного урегулирования спора истец направил в адрес ответчика претензию № 82 от 29.11.2018, которая была им получена 06.12.2018 (л.д. 15).

Далее, 23.08.2017 между «Фирма ОренКлип» (Продавец) и ООО «Группа Компаний ПТИ» (Покупатель) заключен договор № 22/17 от (л.д. 27-31), согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и уплатить определенную договором денежную сумму за технологическое оборудование для мясоперерабатывающей промышленности (далее – оборудование), в соответствии с Приложением № 1 к договору, являющимся его неотъемлемой частью (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 2 договора общая стоимость договора составляет 6 720 000 рублей.

Порядок и условия платежей стороны согласовали в пункте 3 договора, по условиям которого платеж за продаваемое оборудование производится следующим образом: 50% в размере 3 360 000 рублей в течение трех банковских дней после подписания договора; 30% в размере 2 016 000 рублей в течение трех банковских дней после подписания акта ввода в эксплуатацию обеими сторонами; 20% в размере 1 344 000 рублей в течение 180 календарных дней после запуска оборудования и подписания Акта ввода оборудования в эксплуатацию.

В случае отсутствия своевременных выплат по договору покупатель обязан по требованию продавца оплатить неустойку (пени) в размере 0,1 процента от стоимости оборудования за каждый день просрочки (пункт 7 договора).

Согласно пункту 12 (в) в случае если стороны не смогут прийти к соглашению путем переговоров, все споры и разногласия подлежат передаче на разрешение Арбитражного суда по месту нахождения истца.

Во исполнение принятых на себя обязательств истец передал ответчику оборудование на сумму 6 720 000 рублей, что подтверждается универсальным передаточным документом № 838 от 12.09.2017, товарно-транспортной накладной № 838 от 12.09.2017 (л.д. 45-47).

Переданное по договору № 22/17 оборудование введено в эксплуатацию, что подтверждается Актом сдачи оборудования в эксплуатацию от 19.09.2017 (л.д. 51).

Ответчик частично оплатил оборудование на сумму 5 607 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 162 от 31.08.2017, № 653 от 03.10.2017, № 7756 от 17.08.2018 (л.д. 81-83).

Таким образом, задолженность по договору №22/17 составила 1 113 000 руб.

В целях претензионного урегулирования спора истец направил в адрес ответчика претензию № 83 от 29.11.2018, которая была им получена 06.12.2018 (л.д. 16).

Также, 23.08.2017 между «Фирма ОренКлип» (Продавец) и ООО «Группа Компаний ПТИ» (Покупатель) заключен договор № 28/17 (л.д. 34-38), согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель обязуется принять и уплатить определенную договором денежную сумму за технологическое оборудование для мясоперерабатывающей промышленности (далее – оборудование), в соответствии с Приложением № 1 к договору, являющимся его неотъемлемой частью (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 2 договора общая стоимость договора составляет 7 770 000 рублей.

Порядок и условия платежей стороны согласовали в пункте 3 договора, по условиям которого платеж за продаваемое оборудование производится следующим образом: 50% в размере 3 885 000 рублей в течение трех банковских дней после подписания договора; 30% в размере 2 331 000 рублей в течение трех банковских дней после подписания акта ввода в эксплуатацию обеими сторонами; 20% в размере 1 554 000 рублей в течение 180 календарных дней после запуска оборудования и подписания Акта ввода оборудования в эксплуатацию.

В случае отсутствия своевременных выплат по договору покупатель обязан по требованию продавца оплатить неустойку (пени) в размере 0,1 процента от стоимости оборудования за каждый день просрочки (пункт 7 договора).

Согласно пункту 12 (в) в случае если стороны не смогут прийти к соглашению путем переговоров, все споры и разногласия подлежат передаче на разрешение Арбитражного суда по месту нахождения истца.

Во исполнение принятых на себя обязательств истец передал ответчику оборудование на сумму 7 770 000 рублей, что подтверждается универсальным передаточным документом № 1049 от 03.11.2017 от 12.09.2017, товарно-транспортной накладной № 1049 от 03.11.2017 (л.д. 78- 80).

Ответчик частично оплатил оборудование на сумму 3 885 000 рублей, что подтверждается платежными поручениями № 161 от 31.08.2017 (л.д. 86).

Соглашением от 30.03.2018 к договору № 28/17 стороны договорились о возврате части оборудования на сумму 3 360 000 рублей (л.д. 41).

Таким образом, задолженность по договору № 28/17 составила 525 000 руб.

В целях претензионного урегулирования спора истец направил в адрес ответчика претензию № 84 от 29.11.2018, которая была им получена 06.12.2018 (л.д. 17).

Поскольку обязательства по оплате стоимости товара ответчиком в добровольном порядке не исполнено в полном объеме, истец обратился в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

В соответствии со статьей 307 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в ГК РФ.

Статья 309 ГК РФ предусматривает обязанность надлежащего исполнения обязательства в соответствии с его условиями и требованиями закона. Как установлено статьей 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно статей 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации стороны пользуются равными правами на предоставление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований и возражений.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

На основании статей 455, 465 ГК РФ условие договора купли-продажи о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара.

Существенные условия договора по смыслу статей 160, 434 ГК РФ могут быть согласованы сторонами не только в едином договоре-документе, но и в нескольких взаимосвязанных документах, в случае, если закон прямо не предусматривает заключение договора в виде одного документа.

Как усматривается из материалов дела, стороны согласовали все существенные условия поставки, соответственно, договоры № 21/17, №22/17, № 28/17 являются заключенными. Спора относительно заключенности договоров между сторонами не имеется.

Согласно статье 516 ГК РФ покупатель обязан оплатить поставленные товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 518 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель, которому поставлены товары ненадлежащего качества, вправе предъявить поставщику требования, предусмотренные статьей 475 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование заявленных исковых требований ООО «Фирма ОренКлип» указывало, что ответчик надлежащим образом не исполнил обязательство по оплате товара, задолженность:

по договору поставки №21/17 от 23.08.2017 составила 567 000 руб.;

по договору поставки № 22/17 от 23.08.2017 составила 1 113 000 руб.;

по договору поставки № 28/17 от 23.08.2017 составила 525 000 руб.

В подтверждение поставки товара, истцом в материалы дела представлен УПД (далее - универсальный передаточный документ, соединяющий в себе счет - фактуру, накладную и акт) № 881 от 02.10.2017, товарно-транспортной накладной № 881 от 02.10.2017 (к договору №21/17) на сумму 2 835 000 руб.; УПД № 838 от 12.09.2017, товарно-транспортной накладной № 838 от 12.09.2017 на сумму 6 720 000 руб.; УПД № 1049 от 03.11.2017 от 12.09.2017, товарно-транспортной накладной № 1049 от 03.11.2017 на сумму 7 770 000 руб.

Соглашением от 30.03.2018 к договору № 28/17 стороны договорились о возврате части оборудования на сумму 3 360 000 руб.

Ответчик частично оплатил оборудование на сумму 11 760 000., что подтверждается платежными поручениями № 161 от 31.08.2017, № 162 от 31.08.2017, № 163 от 31.08.2017, № 653 от 03.10. 2017, № 654 от 03.10.2017, № 7756 от 17.08.2018.

Заявления о фальсификации УПД и товарно-транспортных накладных в порядке, предусмотренном статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено.

Об утере (хищении) печати или фальсификации ее оттиска ответчиком не заявлено. Нахождение у лиц, подписавших спорные документы, печати структурного подразделения общества подтверждает, что их полномочия явствовали из обстановки, в которой они действовали (пункт 1 статьи 182 ГК РФ).

Кроме того, между сторонами подписаны акты сверки взаимных расчетов за период с 01.07.2018 по 30.09.2018, согласно которым задолженность по договору № 21/ 17 составляет 567 000 руб., задолженность по договору № 22/17 составляет 1 113 000 руб., задолженность по договору № 28/17 составляет 525 000 руб. (л.д. 10-12).

Поскольку ответчиком в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлены доказательства оплаты принятого товара в полном объеме, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил исковые требования в данной части.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно удовлетворено требование истца в части взыскания стоимости переданного товара по договорам № 21/17, №22/17, № 28/17 в общем размере 2 205 000 руб.

Согласно статье 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии со статьей 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства, при этом несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Неустойка имеет двойственную правовую природу. Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 24.01.2006 № 9-О).

На основании статьи 331 ГК РФ соглашение о неустойке (штрафе) должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Как было указано в настоящем постановлении:

- по договору № 21/17от 23.08.2017 пунктом 7 предусмотрено, что в случае отсутствия своевременных выплат по договору покупатель обязан по требованию продавца оплатить неустойку (пени) в размере 0,1 процента от стоимости оборудования за каждый день просрочки.

В связи с тем, что условие о неустойке в размере 0,1% от суммы неисполненного денежного обязательства за каждый день просрочки содержится непосредственно в договоре требование о письменной форме соглашения о неустойке сторонами выполнено.

По расчету истца сумма неустойки по договору № 21/17от 23.08.2017 за период с 01.04.2018 по 21.01.2019 составила 839 160 руб., истец уменьшил неустойку до суммы основного долга – 567 000 руб. (л.д. 4 оборот).

Контррасчет ответчиком в материалы дела не представлен.

- по договору №22/17 от 23.08.2017 в соответствии с пунктом 7 также предусмотрено, что в случае отсутствия своевременных выплат по договору покупатель обязан по требованию продавца оплатить неустойку (пени) в размере 0,1 процента от стоимости оборудования за каждый день просрочки.

По расчету истца сумма неустойки по договору № 22/17 за период с 20.03.2018 по 21.01.2019 составила 2 069 760 руб., истец уменьшил неустойку до суммы основного долга – 1 113 000 руб. (л.д. 5).

Контррасчет ответчиком в материалы дела не представлен.

Суд первой инстанции, проверив произведенный истцом расчет пени, признал его верным и подлежащим удовлетворению

Оснований для переоценки указанных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, ответчиком заявлено ходатайство о снижении неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Из общих положений обязательственного права следует, что соразмерность установленной договором неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности того, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Пунктом 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 предусмотрено, что основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое.

Согласно пункту 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Неустойка является одним из способов обеспечения исполнения обязательств, средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств. Суду предоставлено право снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств.

Таким образом, основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера подлежащей взысканию неустойки может служить только ее явная несоразмерность последствиям нарушения обязательств.

Договорная неустойка может быть установлена по взаимному соглашению сторон в соответствии с их волей (статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). Стороны свободны при установлении ее размера, порядка исчисления, соотношения с убытками и других условий применения в случае, если это не будет противоречить закону.

При заключении договоров поставки №22/17 от 23.08.2017, №21/17 от 23.08.2017 у сторон не возникало разногласий по поводу чрезмерности размера неустойки. Доказательств иного, в том числе наличия преддоговорных споров по этому условию в материалах дела не содержится.

Учитывая, что условие о договорной неустойке определено по свободному усмотрению сторон, ответчик, осуществляя в соответствии со статьей 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательскую деятельность на свой риск, должен был и мог предположить и оценить возможность отрицательных последствий такой деятельности, в том числе связанных с неисполнением или ненадлежащим исполнением принятых по договору обязательств.

Взаимно определив соответствующий размер договорной неустойки, ответчик тем самым принял на себя риск наступления неблагоприятных последствий, связанных с возможностью применения истцом мер договорной ответственности.

Применение неустойки в согласованном сторонам размере не ставит ответчика в неравное положение с иными хозяйствующими субъектами, в том числе контрагентами истца при применении мер гражданско-правовой ответственности за совершение аналогичных нарушений, поскольку соответствует обычному размеру неустойки за нарушение сроков оплаты по договорам подряда, хранения, оказания услуг.

Ответчиком не представлены доказательства несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства. Таким образом, ответчиком не доказана возможность и необходимость уменьшения размера ответственности.

Произвольное уменьшение неустойки судом в рамках своих полномочий не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Кодекса), а также с принципом состязательности сторон (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Сам по себе факт несоответствия размера договорной неустойки ставке рефинансирования также не может по смыслу статьи 333 ГК РФ являться основанием для снижения размера неустойки.

Таким образом, с учетом обстоятельств дела, у суда первой инстанции не имелось оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ссылка апеллянта на отсутствие у истца негативных последствий от нарушения ответчиком обязательства не имеет правового значения, поскольку в силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, в силу чего бремя доказывания превышения размера неустойки над размером возможных убытков кредитора лежит на должнике.

В рамках рассматриваемого дела истец также заявлял требования о взыскании процентов за пользование чужими средствами в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору №28/17 от 23.08.2017.

Поскольку факт несвоевременной оплаты ответчиком по оплате товара подтвержден материалами дела, и ответчиком не оспаривается, то данное требование истца также заявлено правомерно.

В силу части 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.

Согласно положениям указанной нормы в редакции, действующей с 01.08.2016, размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. С 01.012016 значение ставки рефинансирования приравнено к значению ключевой ставки Банка России (Указание Банка России от 11.12.2015 № 3894-У).

В связи с изложенным истцом ответчику начислены проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 31.03.2018 по 21.01.2019 в размере 31 557 руб. 53 коп.

Представленный истцом расчет процентов проверен судом апелляционной инстанции, признан верным. Ответчиком контррасчет не представлен.

Таким образом, судом первой инстанции правомерно удовлетворены исковые требования о взыскании с общества «Группа Компаний ПТИ» процентов за пользование чужими денежными средствами.

Судебная коллегия также обращает внимание на то, что представленные заявителем апелляционной жалобы в суд апелляционной инстанции платежные поручения могут быть предъявлены в качестве доказательства оплаты долга на стадии исполнительного производства, и произведенная ответчиком оплата долга может быть учтена при исполнении решения по настоящему делу.

Поскольку на момент рассмотрения дела по существу суду первой инстанции не было известно о погашении задолженности, то произведенные ответчиком платежи не могут являться основанием для отмены принятого судом первой инстанции решения по настоящему делу.

Ссылка подателя жалобы на иную судебную практику по аналогичным, по его мнению, делам не принимается, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства с учетом представленных лицами, участвующими в деле, доказательств.

Доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании законодательства и опровергаются материалами дела.

Всем доказательствам, представленным сторонами, обстоятельствам дела, а также доводам, в том числе, изложенным в жалобе, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку, оснований для переоценки выводов у суда апелляционной инстанции в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 05.04.2019 по делу № А47-619/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний ПТИ» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяЛ.П. Ермолаева

Судьи:О.Б. Тимохин

И.Ю. Соколова