Решение от 25 апреля 2024 г. по делу № А19-12378/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-12378/2023

25.04.2024

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 11.04.2024.

Решение в полном объеме изготовлено 25.04.2024.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Бабаевой А.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шевченко З.А., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению заявления участников ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПАРК-ОТЕЛЬ "КОРОНА" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 664020, РОССИЯ, ИРКУТСКАЯ ОБЛ., ГОРОД ИРКУТСК Г.О., ИРКУТСК Г., ФИО1 УЛ., Д. 4), ФИО2

к ФИО3 (Иркутская обл., г. Шелехов)

о взыскании 6 041 193 руб. 00 коп.,

при участии в судебном заседании:

от соистца (1) – ФИО4, доверенность от 22.11.2023, предъявлен паспорт, на обозрение суду представлен подлинник диплома,

от соистца (2) – ФИО4, доверенность от 22.11.2023 38 АА 4203278, предъявлен паспорт, на обозрение суду представлен подлинник диплома,

от ответчика – ФИО5, доверенность от 17.04.2023 38 АА 4070168, предъявлен паспорт.

в качестве слушателя – ФИО6, предъявлен паспорт,

установил:

первоначально ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПАРК-ОТЕЛЬ "КОРОНА" (далее – истец, ООО "ПАРК-ОТЕЛЬ "КОРОНА", Общество) 07.06.2023 обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к ФИО3 (далее – ответчик, ФИО3) о взыскании 50 000 руб. 00 коп., судебных расходов в виде государственной пошлины в размере 2 000 руб. 00 коп.

Определением арбитражного суда от 14.06.2023 исковое заявление принято, возбуждено производство по делу, назначено предварительное судебное заседание.

Определением суда от 19.10.2023 удовлетворено ходатайство ФИО2 (далее – истец, ФИО2) о вступлении в дело в качестве соистца. Рассмотрение дела начато с самого начала.

Определением суда от 08.02.2024 принято уточнение исковых требований до суммы 6 041 193 руб., в соответствии с которым истец просил взыскать с ответчика 1 701 193 руб. – денежные средства, которые были сняты с расчетного счета ООО «Парк-Отель «Корона», 1 340 000 руб. – денежные средства, которые были переведены ответчиком по договору займа от 16.09.2019, 3 000 000 руб. – заем, взятый от имени общества и не потраченный на нужды общества; возражения истца на отзыв ответчика.

Судебное разбирательство по делу откладывалось в целях создания условий для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела, необходимости соблюдения принципов состязательности и равенства сторон в арбитражном процессе, в связи со вступлением соистца в дело.

Определением суда от 06.03.2024 судебное разбирательство по делу отложено судом до 11.04.2024 (в связи с нахождением в производстве Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа кассационной жалобы по делу № А19-1968/2023 по спору, результат рассмотрения которого будет иметь значение для рассмотрения настоящего дела по существу, в целях соблюдения единообразия судебной практики и исключения риска принятия судом противоречащих друг другу судебных актов, с учетом положений части 3 статьи 9, на основании положений части 5 статьи 158 АПК РФ).

В судебном заседании 11.04.2024 представитель соистцов ходатайствовал о приобщении к материалам дела дополнений к итоговой позиции по делу, ходатайства о восстановлении пропущенного срока исковой давности.

Представитель ответчика подтвердил факт получения дополнительных пояснений истца, не возражал против их приобщения к делу.

Представитель соистцов дал пояснения, ссылаясь на то, что срок исковой давности соистцами не пропущен, при этом в случае признания судом срока исковой давности пропущенным, просил рассмотреть ходатайство о восстановлении пропущенного срока исковой давности, дал пояснения в его обоснование.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований ввиду их неправомерности и необоснованности.

В обоснование заявленных требований соистцы указали следующее.

ФИО2 является единственным участником ООО «ПАРК-ОТЕЛЬ «КОРОНА».

ФИО3 с 22.08.2019 по 07.05.2021 являлась учредителем ООО «Парк-Отель «Корона» с долей в уставном капитале 50% номинальной стоимостью 5 000 рублей, а также осуществляла полномочия генерального директора ООО «Парк-Отель «Корона» в период с 22.08.2019 по 07.05.2021.

07.05.2021 ответчик вышла из состава учредителей, а свою долю передал ООО «Парк-Отель «Корона», что подтверждается записью ГРН № 2213800210039 от 07.05.2021.

26.05.2021 ответчиком в ЕГРЮЛ была внесена отметка о недостоверности сведений о лице, имеющем право действовать без доверенности (генеральный директор), что подтверждается записью ГРН № 2213800247076 от 26.05.2021. как указал истец, ответчик не передал новому директору документацию и договоры ООО «Парк-Отель «Корона».

Указывая на то, что ответчиком причинены убытки в виде снятия денежных средств со счета ООО «Парк-Отель «Корона» и расходования их в личных целях, а также в виде предоставления займа по договору займа, а также в получении займа от имени общества и не внесенного на расчетный счет общества. Ссылаясь на положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ), Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 62), соистцы обратились в суд с настоящим иском.

Ответчик исковые требования не признал, ссылаясь на их неправомерность и необоснованность, представил письменный отзыв на исковое заявление, дополнения к нему.

Оценив доводы участвующих в деле лиц, изложенные в письменных процессуальных документах, выслушав представителей сторон и третьего лица в судебном заседании, оценив относимость, допустимость, достоверность представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности с учетом положений статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Предметом иска по настоящему делу является материально-правовое требование о взыскании убытков, причиненных Обществу генеральным директором.

Статьей 12 ГК РФ установлено, что защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом, в том числе, путем возмещения убытков.

Из сведений ЕГРЮЛ следует, что ООО «ПАРК-ОТЕЛЬ «КОРОНА» зарегистрировано в качестве юридического лица 22.08.2019.

С 23.01.2023 единственным участником Общества является ФИО2

Директором Общества с 25.01.2023 является ФИО7

Как указано соистцами и не оспорено ответчиком, ФИО3 в период с 22.08.2019 по 07.05.2021 являлась учредителем ООО «Парк-Отель «Корона» с долей в уставном капитале 50% номинальной стоимостью 5 000 рублей, а также осуществляла полномочия генерального директора ООО «Парк-Отель «Корона» в период с 22.08.2019 по 07.05.2021.

07.05.2021 ФИО3 вышла из состава учредителей, а свою долю передала Обществу, что подтверждается записью ГРН № 2213800210039 от 07.05.2021.

Соистцы указали, что в период с 07.11.2019 года по 27.12.2021 год с расчётного счёта ООО «Парк-Отель «Корона» ответчиком были выведены денежные средства Общества в размере 1 701 193 рубля, что подтверждается выпиской по счету из банка Точка ПАО Банк «ФК Открытие» и выпиской по счету из ПАО Сбербанк за период с 03.09.2019 по 27.12.2021.

Приведенные обстоятельства подтверждаются материалами регистрационного дела ООО «Парк-Отель «Корона», поступившими в порядке истребования доказательств в материалы настоящего делав 13.12.2023.

К убыткам, причиненным ответчиком Обществу, соистцами также отнесены денежные средства в размере 1 340 000 руб. – денежные средства, которые были переведены ответчиком по договору займа от 16.09.2019 с ФИО8

Соистцы также указали, что в бухгалтерской отчетности за 2019 г. отсутствуют сведения относительно каких-либо займов. В строках «долгосрочные заемные средства» и «краткосрочные заемные средства» отсутствуют сведения, что является показателем отсутствия в бухгалтерской отчетности сведений о займе. Кроме того, на конец 2019 года выручка общества составила 1 983 000 руб., расходы по обычной деятельности – 390 000 руб., чистая прибыль – 1 479 000 руб. По мнению соистцов, сведения о том, что руководитель общества, получив заем, внес его на расчетный счет общества или в кассу общества, а также, что указанный заем был потрачен в интересах общества, отсутствуют. Следовательно, 3 000 000 руб., взятые в заем якобы от имени Общества, являются убытком, т.к. в бухгалтерской отчетности отсутствуют сведения о тратах указанной суммы в интересах общества.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Ответчиком по требованию о возмещении причиненных корпорации убытков выступает соответственно причинившее убытки лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, члены коллегиальных органов юридического лица, лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Из системного толкования указанных норм права следует, что руководитель является исполнительным органом общества, реализующим от имени данного юридического лица гражданские права и обязанности, и, действуя в интересах предприятия, руководитель не вправе выходить за пределы предоставленной ему компетенции.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» руководитель организации (в том числе бывший) на основании части второй статьи 277 Трудового кодекса Российской Федерации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями, только в случаях, предусмотренных федеральными законами (например, статьей 53.1 ГК РФ), статьей 25 Федерального закона от 14 ноября 2002 года № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», статьей 71 Федерального закона от 26 декабря 1995 года № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», статьей 44 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и др.). Расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами гражданского законодательства, согласно которым под убытками понимается реальный ущерб, а также неполученные доходы (упущенная выгода) (статья 15 ГК РФ).

Таким образом, ответственность единоличного исполнительного органа общества является гражданско-правовой, а убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, обосновать их размер, доказать противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Недоказанность хотя бы одного из указанных элементов является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков. Приведенный правовой подход сформирован в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 22.06.2020 № 302-ЭС20-3032 по делу № А33-22968/2018, от 25.02.2020 № 306-ЭС19-28574 по делу № А55-5125/2018.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1-3 статьи 53.1 названного Кодекса, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пунктах 2, 3 постановления от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее также – Постановление Пленума № 62), недобросовестность действий (бездействия) директор считается доказанной, в частности, когда директор:

- действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

- скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

- совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

- после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

- знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

- принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

- до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

- совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Вместе с тем, необходимо учитывать, что в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, то есть в настоящем случае на истца, из чего правильно исходил суд первой инстанции.

В силу правовой позиции, приеденной в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действия (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, изложенных в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 62 от 30.07.2013 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" следует, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора, понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора. При обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности соответствующих действий (бездействия) юридического лица.

В обоснование недобросовестности поведения ответчика соистцы ссылаются на следующие обстоятельства.

Как указывают соистцы, из представленной МИФНС в материалы дела бухгалтерской отчетности Общества за 2019 год следует, что в ней отсутствуют сведения относительно каких-либо займов. В строках «долгосрочные заемные средства» и «краткосрочные заемные средства» отсутствуют сведения, что является показателем отсутствия в бухгалтерской отчетности сведений о займе. Однако, заем был выдан обществу именно в 2019 году. В отчетности за 2020 год отражены сведения о наличии на отчетную дату (31.12.2020) долгосрочных заемных обязательств на сумму 8 000 руб.; краткосрочные заемные обязательства отсутствуют.

Таким образом, по мнению соистцов, ответчик как директор Общества, ответственный за ведение бухгалтерского учета, скрыл наличие такой сделки, не отразив ее в бухгалтерской документации. Ответчик также снимал денежные средства с расчетного счета общества, не оформляя такое снятие должным образом, не отражая это в бухгалтерской отчетности, что свидетельствует о предоставлении недостоверных сведений второму участнику общества (ФИО2).

Соистцы пояснили, что ответчик до настоящего времени не передал новому руководителю Общества документацию о деятельности общества; оо всех документах Истцы, в т.ч. Общество, узнают только после предоставления их в суд. По утверждению соистцов, ответчик снял с себя полномочия руководителя общества без соблюдения соответствующей процедуры и уведомления учредителя Общества. Действуя недобросовестно, ответчик подал заявление о недостоверности сведений о нем как о руководителе.

Кроме того, по мнению соистцов, получение займа от ФИО8 (если оно фактически было) не отвечало интересам общества, что подтверждается тем, что Ответчик не может предоставить документы, подтверждающие расходование денежных средств в размере 3 000 000, 00 руб. (сумма займа) на нужды общества. Более того, перечисляя прибыль Общества в пользу ФИО8, ответчик действовал не в интересах Общества, а в интересах своего сына.

Ответчик, возражая против удовлетворения иска, указывая на его необоснованность, ссылался на то, что обращение в суд с настоящим иском обусловлено наличием конфликта между истцом и ответчиком.

ФИО3 пояснила, что ООО «Парк-Отель «Корона» было создано 22.08.2019 как бизнес двух семей П-вых и Ф-вых в равных долях 50/50 (учредители ФИО3 и ФИО2, гендиректор ФИО3), для осуществления гостиничного бизнеса в специально построенном для этих целей здании по адресу: <...>. На момент создания Общества здание будущей гостиницы находилось в состоянии черновой отделки, и, поскольку собственных денежных средств у общества не было (уставный капитал составлял 10 тыс.руб), директором ФИО3 были привлечены заёмные денежные средства для осуществления ремонта, выплаты заработных плат, оплаты коммунальных платежей, запуска отеля, хозяйственных расходов. В конце сентября 2019 года отель начал осуществлять деятельность, ремонтные работы продолжались до конца декабря 2019 года. В январе 2020 года возник конфликт по поводу дальнейшей работы общества, и семьями Ф-вых и П-вых было принято решение совместную деятельность прекратить, здание отеля разделить на две части, чтобы каждая семья могла вести деятельность самостоятельно, после чего Ф-вы стали вести деятельность через юридическое лицо ООО «Глобус», а П-вы через ООО «Парк-Отель «Корона». При этом, истец ФИО2 оставался номинальным участником Общества, с января 2020 не проявляя интереса к деятельности ООО «Парк-Отель «Корона»; в здание отеля приезжал редко, никаких документов не просил, прав в отношении общества не заявлял, поскольку между сторонами была устная договоренность, что Ф-вы работают в своей половине здания через своё юридическое лицо.

18.03.2021 П-вы обратились к ФИО2 в письменном виде, чтобы он либо вышел из ООО «Парк-Отель «Корона», поскольку продолжал числиться номинальным учредителем, либо полностью переоформил общество на себя, после чегоФИО2 обратился с заявлением в полицию (апрель 2021 года) о том, что он всегда думал, что он директор ООО «Парк-Отель «Корона», а спустя 2 года узнал, что он не является директором, в связи с чем просил возбудить уголовное дело в отношении всей семьи П-вых.

В связи с невозможностью дальнейшей работы в одном обществе с номинальным учредителем ФИО2, генеральный директор ФИО3 была вынуждена сама выйти из общества, надеясь, что общество ввиду отсутствия каких- либо долгов и фактического прекращения финансово-хозяйственной деятельности, будет автоматически ликвидировано налоговыми органами.

Как указал ответчик, ООО «Парк-Отель «Корона» с 30.04.2021 полностью прекратило свою деятельность.

Приведенные ответчиком обстоятельства создания и осуществления деятельности ООО «ПАРК-ОТЕЛЬ «КОРОНА» соистцами не оспорены, допустимыми относимыми доказательствами не опровергнуты.

Сведениям ЕГРЮЛ подтверждается, что основным видом деятельности ООО «ПАРК-ОТЕЛЬ «КОРОНА» является деятельность гостиниц и прочих мест для временного проживания.

По утверждениям соистцов, ООО «ПАРК-ОТЕЛЬ «КОРОНА» в период деятельности ФИО3 в качестве директора Общества, фактически основной вид деятельности не осуществляло.

Оспаривая позицию соистцов, ответчик привел следующие доводы.

Из решения Тункинского районного суда Республики Бурятия от 16 июля 2019г. следует, что за ФИО9, признано право собственности на нежилое здание общей площадью 1203, 8 кв.м., расположенное по адресу: Республика Бурятия, <...>.

Согласно уведомлению № 528847580 от 04.09.2019 МИФНС №8 по Республике Бурятия о постановке на учёт российской организации в налоговом органе по адресу: Республика Бурятия, <...> зарегистрировано обособленное подразделение ООО «Парк - Отель «Корона».

Из договора купли-продажи от 21.02.2020 следует, что ФИО9 продал 45/100 доли нежилого 2-х этажного здания, общей площадью 1203,8 кв.м., кадастровый номер 03:20:010126:266, кадастровой стоимостью 11 756 726 руб., расположенного на земельном участке с кадастровым номером 03:20:010126:60, по адресу: РФ, Республика Бурятия, <...> ФИО5.

Право собственности ФИО5 на 45/100 доли нежилого здания было зарегистрировано 10.03.2020, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 10.03.2020.

11.03.2020 между ФИО5 и ООО «Парк-Отель «Корона» был заключен договор безвозмездного пользования имуществом , а именно 45/100 доли нежилого двухэтажного здания в виде 11 комнат общей площадью 288.81 кв.м., расположенными на 1 этаже в правом крыле здания; коридора (правое крыло) и помещения № 34 (кладовой), расположенных на 1 этаже, помещения №4 (спальня женская площадью 12 кв.м.), помещения б/н (комната завхоза), балкона в холле, расположенных на втором этаже .

Дополнительным соглашением от 30.04.2021 договор безвозмездного пользования имуществом от 11.03.2020 был расторгнут по соглашению сторон в связи с прекращением финансово-хозяйственной деятельности ООО «Парк-Отель «Корона».

Суд соглашается с позицией ответчика о том, что поименованные имеющиеся в деле письменные доказательства в совокупности с достаточной степенью достоверности опровергают доводы истцов о том, что общество никогда не арендовало здание, расположенное в <...>, и деятельность в нем не вело.

Доводы ответчика о «разделе бизнеса» также подтверждаются договором аренды № 2 от 01.08.2022, в соответствии с которым ФИО9, являющийся собственником 55/100 доли нежилого здания, передал ООО «Глобус» в лице генерального директора ФИО10, помещение общей площадью 602 кв.м., что свидетельствует о том, что каждый из собственников здания использует принадлежащую ему долю самостоятельно, посредством передачи разным юридическим лицам для ведения гостиничной деятельности.

Доводы о необходимости ведения ремонта здания и фактическом осуществлении ремонтных работ период деятельности ответчика в качестве директора Общества также подтверждены документально: строительно-техническим экспертным заключением ООО «Златоград» от 10.06.2019 № 16-2019-ОБ, дефектной ведомостью ООО «Финансово-строительная компания «ГорСтройПроект» от 03.09.2019.

При этом, соистцами не приведено доводов и не предоставлено доказательств того, что общество осуществляло иную финансово-хозяйственную деятельность по какому-либо иному адресу. Судом также учтено, что соистцами не представлено доказательств того, что на момент создания общества здание находилось в отремонтированном состоянии , готовом к эксплуатации, либо того, что для ремонта были привлечены иные денежные средства, кроме заемных денежных средств по договору от 16.09.2019, а равно того, что здание было отремонтировано иным лицом, кроме общества.

В материалы дела ответчиком предоставлены и иные доказательства, свидетельствующие об осуществлении Обществом в спорный период (осуществления ответчиком полномочий директора) основного вида деятельности (по предоставлению гостиничных услуг) и осуществления расходов, связанных непосредственно с данной деятельностью, а именно:

1) договор на централизованную охрану объекта от 02 сентября 2019 следует, что между ООО «Парк-Отель «Корона» в лице генерального директора ФИО3 и частным охранным предприятием «Каскад» в лице генерального директора ФИО11 был заключен договор на круглосуточную охрану объекта, расположенного по адресу: Республика Бурятия, <...>; оплата по договору произведена в безналичном порядке ЮЛ 2.2029г. (подвтерджается выпиской по счёту).

2) договор между сайтом бронирования отелей Booki№g.com B.V. и ООО «Парк- Отель «Корона» , адрес юридического лица Трактовая, 671023, Аршан, Россия, следует, что с 30 сентября 2019г..информация о продаже номеров отеля размещается на платформах Booki№g.com B.V. Из выписки по счету Точка ПАО Банка «ФК Открытие» (в отношении клиента ООО «Парк-Отель «Корона» за период времени с 25.01.2019г. по 27Л2.2021г. ,видно, что движение денежных средств ООО «Парк-Отель «Корона» по счету началось 03.09.2019г. ( поступление денежных средств на Терминал Alfa lss, IRKUTSK, RU).

Также из банковской выписки видно, что ООО «Парк-Отель Корона» за услуги контрагента - Booki№g.com В.У, регулярно ( с 09.12.2019г по 19.04.2021 г) проводит платежи, из чего следует, что до 21.04.2021г. ООО «Парк-Отель «Корона» активно вело гостиничную деятельность по вышеуказанному адресу , используя систему интернет-бронирования отелей - Booki№g.com B.V.

Кроме того, из банковской выписки следует, что ООО «Парк-Отель «Корона» ежемесячно, начиная с 03.10.2019г. перечисляло: оплату за предоставление терминала в аренду по договору № 002700.027051 от 03.10.2019г.; взносы в УФК по Иркутской области на обязательное страхование от несчастных случаев, страховые взносы на обязательное медицинское страхование, взносы на обязательное социальное страхование, страховые взносы на выплату страховой части трудовой пенсии; налог в МИФНС №8 по Республике Бурятия на доходы физических лиц; с 22.11.19г. ИП ФИО12 оплату за бухгалтерские услуги; с 27.12.2019г. оплату ПАО «Ростелеком» за услуги связи;

10.12.2019г. ООО «Парк-Отель «Корона» оплатило 20 000 руб. за охранные услуги по договору от 02.09.2019г. 000 ЧОП «Каскад Плюс».

ООО «Парк-Отель «Корона» регулярно производило платежи контрагентам, предоставляющим юридическим лицам специфическую продукцию для ресторанов : ООО «Посуда Проф» , ООО ТД «Элит Трейд» ,000 «Хорека Трейд» (продукты, посуду, кухонные и ресторанные принадлежности ) .

Из представленной таблицы прихода и расхода наличных денег ООО «Парк-Отель «Корона» за период с 1б.09.2019г. по 31.12.2019г. следует, что 16.09.2019г. поступила денежная сумма 3000 ОООруб, сумма расходов за указанный период составила 3 000 551,40 руб, из них 1154800 руб. было израсходовано на выплату заработных плат работникам отеля, 205700 руб. на выплату заработной платы кочегарам, 86000 руб. на откачку выгребной ямы, 130000 руб. на закуп угля, 295031 руб, на закуп продуктов, 310000 руб. на ремонтные работы, 281361 руб. на покупку стройматериалов и инструментов, 537660 руб. на подготовку новогодней программы и покупку мелких бытовых вещей для отеля, что подтверждено платёжными ведомостями, товарно- кассовыми чеками, расписками, расходными ордерами.

Из таблицы расхода наличных денег ООО «Парк-Отель «Корона» за период с 01.06.2020г. по 31.12.2020г. следует, что сумма расходов за указанный период составила 356180, 71 рубль, из них 36000 было израсходовано на выплату заработной платы кочегарам, 104164,02 руб. на откачку выгребной ямы, оплату электроэнергии и холодного водоснабжения, 113200 руб. на закуп угля, 102816,69 руб. на закуп продуктов, мелких бытовых товаров, чистящих, моющих средств и т.п. хозяйственных вещей, что подтверждается платежными ведомостями, товарно-кассовыми чеками, расписками, расходными ордерами.

Из таблицы расхода наличных денег ООО «Парк-Отель «Корона» за период 4 месяца с 01.01.2021г. по 30.04.2021г. следует, что сумма расходов за указанный период составила 936 585, 27 руб., из них 540 000 руб. израсходовано на выплату заработных плат работникам отеля, 57 365 руб. на выплату заработной платы кочегарам, 29 372 руб. на откачку выгребной ямы и оплату электроэнергии, 155 425 руб. на закуп угля, 68 703,46 руб. на закуп продуктов, 85 719,81 руб. на ремонтные работы, покупку стройматериалов, инструментов, что подтверждено платёжными ведомостями, товарно-кассовыми чеками, расписками, расходными ордерами.

Пунктом 2.2.7 Договора безвозмездного пользования имуществом от 11.03.2020 предусмотрена обязанность ООО «Парк-Отель «Корона» производить за счёт собственных средств оплату всех коммунальных расходов, включая оплату за электроэнергию, холодное водоснабжение, интернет, откачку выгребной ямы, оплату труда кочегаров, покупку угля и прочие расходы, связанные с коммунальным обслуживанием здания.

Аналогичная обязанность второго арендатора здания – ООО «Глобус» самостоятельно производить платежи за коммунальные услуги, вывоз ТБО, электроэнергию, телефонную связь и услуги сети Интернет предусмотрена пунктом 2.1. договора аренды № 2, заключённого между ФИО9 и ООО «Глобус».

Как обоснованно отмечено ответчиком, из счета-фактуры на оплату холодного водоснабжения следует, что счет выставляется на здание отеля в целом на общий объем потребляемой холодной воды обществом с ограниченной ответственностью «МОНОЛИТ» (продавец) на имя ООО «Глобус» (Покупатель), без деления данного счета на количество собственников или арендаторов здания. Соответственно, оплата по счёту за холодное водоснабжение принимается за все здание в целом от общества «Глобус».

Из представленных ответчиком в суд расписок администратора ООО «Глобус» ФИО13, следует, что обществу с ограниченной ответственностью «Глобус» ежемесячно наличными денежными средствами передавалась компенсация 45% (пропорционально занимаемой площади здания) от выставленной суммы по счёту от ООО «Парк- Отель « Корона» за оплату холодного водоснабжения.

Из платёжного документа на оплату электроэнергии следует, что счёт за электроэнергию на здание отеля ( адрес: 671023, Бурятия Респ.,Тункинский р-н, Аршан п., Трактовая ул., дом № 115 А) ежемесячно выставляется поставщиком ТП «Энергосбыт Бурятии» на имя ФИО9 как на физлицо, с указанием его лицевого счета № <***> , юридические лица в данном счёте не указаны. Соответственно, оплата по счёту производится на имя ФИО9 как физического лица. Из представленных ответчиком в суд расписок администратора ООО «Глобус» ФИО13, следует, что обществу с ограниченной ответственностью «Глобус» ежемесячно наличными денежными средствами передавалась компенсация 45 % (пропорционально занимаемой площади здания) от выставленной суммы по счёту на оплату электроэнергии от ООО «Парк-Отель « Корона». Из расписок ФИО13 также усматривается, что в период 2020-2021гг. следует, что ей ежемесячно передавались наличные денежные средства в размере 45% от суммы оплаты за покупку угля, откачку выгребной ямы , на выплату заработной платы кочегарам.

Таким образом, представленные доказательства в совокупности подтверждают доводы ответчика о том, что юридическими лицами ООО «Парк-Отель «Корона» и ООО «Глобус», арендаторами здания отеля, ежемесячно оплачивались коммунальные платежи ( в долях 45 и 55%) за холодное водоснабжение, электроэнергию, откачку выгребной ямы (септика), покупался уголь, выплачивалась заработная плата кочегарам, при этом счета выставлялись на все здание в целом, не делились на юридические лица, и ООО «Парк- Отель «Корона» ежемесячно компенсировало наличными денежными средствами 45% от суммы счетов. Доказательств обратного в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ истцами в материалы дела не представлено. Истцы не оспаривали факт того, что ФИО13 являлась администратором ООО «Глобус», которое производило оплату по счетам за коммунальные услуги и ежемесячно получало наличными денежными средствами от ООО «Парк-Отель «Корона» денежную компенсацию в виде 45% за все коммунальные платежи по зданию отеля.

Истцами также не предоставлено доводов и доказательств, что ООО «Парк-Отель «Корона» нарушало обязательства по уплате коммунальных платежей, в связи с чем у общества или третьих лиц могли образоваться какие-либо убытки.

Довод истцов о том, что если в расписках вместо общества плательщиком указана Протасова Ж.Н., то ООО «Парк-Отель «Корона» никогда не оплачивало коммунальные платежи, является голословным и противоречит материалам дела, п.2.2.7 договора безвозмездного пользования имуществом от 11.03.2020, не подтвержден документально.

Расписки являются внутренними документами организаций и свидетельствуют о том, что между организациями существовала договорённость об определении порядка по оплате коммунальных платежей за пользование зданием. Доказательств обратного истцами суду не представлено.

Из представленных в суд товарных и кассовых чеков следует, что в 2019 году обществом на покупку продуктов потрачено 295 031 руб., в 2021 – 68 703,46 руб.

Из представленных ответчиком товарно-кассовых чеков следует, что Общество покупало стройматериалы и комплектующие для ремонта, мелкие бытовые товары для ведения хозяйственной деятельности, канцелярские принадлежности, чистящих и моющих средства в 2019г на сумму 281 361 руб., в 2020г. – на сумму 102 816 руб,, в 2021г. – на сумму 85 719 руб. Таким образом, в период времени 2019-2021 гг . потратило денежные средства в общей сумме 1 007 557,5 руб. для покупки товаров, оплаты работ и услуг, соответствующих основному виду деятельности Общества.

Оспаривая правомерность требований соистцов, ответчик указал, что их доводы о том, что если сведения о работниках в налоговый орган не подавались (согласно ответу МИФНС России № 22 по Иркутской области от 08.12.2023г. № 15-15/028186 сведения о среднесписочной численности работников за 2019 г. составляли 0 человек, за 2020г- 1 человек), то никаких работников у общества не было, являются не состоятельными, поскольку отсутствие сведений о работниках в налоговом органе само по себе не является доказательством отсутствия работников у организации, противоречат положения трудового законодательства.

Так, статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-0-0).

Согласно части первой статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трёх рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключённым.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 "О применении судами законодательства, регулирующего груд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15) в пункте 18 содержатся разъяснения о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания. предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчётные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о подученной выручке...и другие.

При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам, исходя из положений статей 2. 67 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключённым, В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесён к микропредприятиям (пункт 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15).

Из приведённых выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определённой, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудовою распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключённым при натичии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или но поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56. части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен 'трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключённым (Определение Верховного Суда РФ от 10,04.2023г. № 16- К523-4-К4).

Согласно штатному расписанию № 1 от 20.09.2019г., утверждённому приказом № 2 от 20.09.2019г. гендиректором ФИО3, в ООО «Парк-Отель «Корона» предусмотрены следующие должности:1 исполнительный директор (тарифная ставка за 1 раб. день 3000 руб.), 2 администратора ресепшен (тарифная ставка за 1 раб. день 1500 руб.), , 1 администратор ресторана (тарифная ставка за 1 раб. день 1500 руб.), 2 горничных (тарифная ставка за 1 раб. день 1000 руб.), 2 кухонных работника (тарифная ставка за 1 раб. день 1000 руб.), 1 старший охранник (тарифная ставка за 1 раб. день 1500 руб.), , 1 охранник (тарифная ставка за 1 раб. день 1200 руб.),, 2 официанта (тарифная ставка за 1 раб. день 1000 руб.), , 2 старших повара (тарифная ставка за 1 раб. день 2000 руб.), , 2 помощника повара (тарифная ставка за 1 раб. день 1500 руб.), 1 разнорабочий (тарифная ставка за 1 раб. день 500 руб.), 3 машиниста (кочегара) котельной (тарифная ставка за 1 раб. день 1700 руб.).

Как следует из платёжных ведомостей за период с 2019 по 2021гг., в ООО «Парк- Отель «Корона» всегда были работники, разное количество в зависимости от времени года, при этом кочегары на постоянной основе в количестве 3-х человек, работникам выплачивалась заработная плата.

С учетом изложенного, доводы соистцов о том, что в ООО «Парк-Отель «Корона» никогда не было работников и заработные платы работникам никогда не выплачивались , не нашли своего подтверждения в материалах дела. Кроме того, как обоснованно отмечено ответчикам, истцами в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ, не предоставлено никаких доводов и доказательств объясняющих, каким образом двухэтажное здание отеля площадью 1203 кв.м, на протяжении почти двух лет (с августа 2019 по апрель 2021) могло функционировать без работников, включая работу ресторана, прачечной и котельной (кочегарки); также не приведено доводов и доказательств, что заработные платы работникам выплачивались каким-либо иным способом.

Соистцы представленные ответчиком письменные доказательства не опровергли, об их фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ не заявили.

В соответствии со статьей 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 26.11.2018 № 305-ЭС15-12239 (5) по делу № А40-76551/2014 указал, что в силу части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает противоположная сторона.

При этом, самостоятельное опровержение судом первой инстанции доказательств, представленных другой стороной, свидетельствовало бы о нарушении таких фундаментальных принципов арбитражного процесса, как состязательность и равноправие сторон, что могло привести к принятию неправильного решения (Постановление Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 № 8127/13).

Если сторона по делу в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие свою позицию, то возложение на процессуального оппонента дополнительного бремени опровержения документально не подтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статьи 8, 9 АПК РФ). Аналогичная правовая позиция поддержана в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа по делу № А19-26007/2022.

При таких обстоятельствах, вопреки позиции соистцов, ответчиком представлены относимые допустимые достоверные доказательства, подтверждающие факт траты денежных средств общества на осуществление последним основного вида деятельности (на сумму, превышающую заявленную соистцами сумму в размере 1 701 193 руб.).

Доводы истцов о том, что неотражение в бухгалтерской документации, передаваемой в налоговые органы, договора займа и расходов, связанных с хозяйственной деятельностью отеля, причинили обществу убытки, также не нашли своего подтверждения.

В силу требований части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истцами не предоставлено допустимых достаточных доказательств, достоверно подтверждающих факт искажения бухгалтерской отчётности, существенность данного искажения, кем был установлен данный факт: не предоставлено актов ревизионной комиссии, актов аудиторской проверки, актов налоговой проверки, актов налоговых органов о привлечении общества к административной ответственности за искажение бухгалтерской отчётности.

Также истцами не предоставлено доказательств того, что неотражение в бухгалтерской документации, переданной в налоговые органы, договора займа и расходов, связанных с хозяйственной деятельностью отеля, негативно повлияли на экономическую деятельность общества, привели к прекращению деятельности общества или изменению ее вида, а равно доказательств того, что в результате действий/ бездействия директора общество было привлечено к какой-либо гражданской или административной ответственности.

К спорным правоотношениям суд полагает возможным применить принцип эстоппель (принцип утраты права на возражение при недобросовестном или противоречивом поведении), в силу которого действует запрет на противоречивое поведение стороны спора. Главная задача принципа эстоппель – не допустить, чтобы вследствие непоследовательности в своем поведении сторона получила выгоду в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

В соответствии с нормами действующего законодательства не допускается противоречивое и недобросовестное поведение субъектов хозяйственного оборота (правило эстоппель); к каковым относятся, в том числе действия, не соответствующие предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно полагалась на них. При вышеуказанных обстоятельствах суд полагает применимым при разрешении настоящего спора правила эстоппеля и правила о том, что никто не может противоречить собственному предыдущему поведению, в связи с чем, учитывая, что доводы ответчика, о том, что ФИО2, осуществляя деятельность в том же здании, что и ООО «Парк-Отель «Корона» через ООО «Глобус» не могли не знать о техническом состоянии здания, действиях директора ФИО3 по ремонту данного здания отеля, оплате услуг и покупки товаров для осуществления деятельности Общества, в том числе, за счет заемных средств (в отсутствие у Общества иных денежных средств), поскольку это противоречит собственному предыдущему поведению соистца, что подтверждается имеющимися в деле письменными доказательствами.

В отношении требований о взыскании убытков, составляющих сумму займа в размере 1 340 000 руб. по договору займа от 16.09.2019, заключенному между ООО «Парк-Отель «Корона» и ФИО8 суд отмечает следующее.

Вступившим в законную силу решением Свердловского суда г. Иркутска от 28.11.2022г. по делу № 2-2974/2022 по иску ООО «Парк-отель «Корона» предъявленному к ФИО8 о взыскании неосновательного обогащения в удовлетворении требований отказано. Указанное решение было обжаловано в судах вышестоящих инстанции, оставлено без изменения апелляционным определением Иркутского областного суда от 15.03.2023г., вступило в законную силу 15.03.2023г

В рамках указанного дела ООО «Парк-отель «Корона» обратилось в суд к ФИО8 с требованиями о взыскании неосновательного обогащения, в обоснование указав, что согласно выписке по операциям на счете № 40702810712500006244 по состоянию на 24.12.2021г. № 980405 в период с 03.12.2019г. по 10.12.2019г. (включительно) производилось снятие и списание наличных денежных средств, принадлежащих истцу в счет возврата денежных средств ФИО8 по договору займа в размере 1 340 000 руб., однако, никакие договоры займа не заключались.

Вместе с тем, как установлено судами при рассмотрении гражданского дела № 2-2974/2022 16.09.2019г. между ООО «Парк-отель «Корона» (заемщик) и в лице генерального директора ФИО3 и ФИО8 (займодавец) был заключен договор займа, по условиям которого займодавец обязуется передать в собственность заемщика денежные средства в размере 3 000 000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа в порядке и сроки, предусмотренные настоящим договором. Заем предоставляется с целью обеспечения бизнеса.

Судом установлено и подтверждено приходным кассовым ордером и квитанцией к приходному кассовому ордеру от 16.09.2019г., что главным бухгалтером ООО «Парк-отель «Корона» ФИО3 было принято от ФИО8 по договору займа от 16.09.2019г. – 3 000 000 руб.

По сведениям кассовой книги ООО «Парк-отель «Корона», 16.09.2019г. от ФИО8 принято 3 000 000 руб.

Судом первой инстанции установлено, что денежные средства переводились на счет ответчика истцом в счет возврата заемных денежных средств, в связи с чем, неосновательности получения денежных средств не установлено. При этом, давая оценку доказательствам в их совокупности, суд пришел к выводу о том, что перевод денежных средств истцом ответчику являлся исполнением договора займа от 16.09.2019г. и, начиная с сентября 2019 года истец (ООО «Парк-отель «Корона») не мог не знать о предоставлении денежных средств для ООО «Парк-отель «Корона» в качестве заемных от ФИО8 (лист 4 - 5 решения Свердловского суда г. Иркутска от 28.11.2022г. по делу № 2-2974/2022).

Согласно части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Таким образом, факт заключения договора займа между ООО «Парк-отель «Корона» и ФИО8 установлен вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции.

Впоследствии ФИО2, ООО «Парк-отель «Корона» обратились в Арбитражный суд Иркутской области с уточненным иском к ФИО3, ФИО8 с требованиями о признании недействительным договор займа от 16.09.2019 г. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО8 в пользу ООО «Парк-отель «Корона» денежных средств в размере 1 340 000 руб.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Иркутской области от 17.08.202 по делу № А19-1968/2023, оставленным без изменения постановлениями Четвертого арбитражного апелляционного суда и Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа, в удовлетворении исковых требований отказано.

Обращаясь в суд с настоящим исковым заявлением (в уточненной редакции) в части взыскания с ФИО3 убытков в виде суммы займа по договору с ФИО8, при наличии вступивших в законную силу судебных решений по делам № А19-1968/2023, 2-2974/2022, исчерпав возможности установленной процессуальным законодательством процедуры обжалования, соистцы фактически предприняли попытку посредством предъявления данного заявления осуществить ревизию соответствующих судебных решений в обход установленной процессуальным законодательством процедуры пересмотра судебных решений.

Вместе с тем, в силу требований части 3 статьи 69 АПК РФ вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Наделение судебных решений, вступивших в законную силу, свойством преюдициальности - сфера дискреции федерального законодателя, который мог бы прибегнуть и к другим способам обеспечения непротиворечивости обязательных судебных актов в правовой системе, но не вправе не установить те или иные институты, необходимые для достижения данной цели. Введение же института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения.

Суд также учитывает позицию, изложенную в Определении Судебной коллегии по гражданским делам ВС РФ от 11.08.2020 № 50-КГ20-3-К8 о недопустимости ревизии вступивших в законную силу судебных актов посредством представления и оценки новых доказательств в другом деле.

Доводы ответчика о том, что ответчик не передал документы о деятельности общества новому директору суд оценивает критически, поскольку доказательств обращения ФИО2, либо нового директора Общества к ФИО3 с исковым заявлением об обязании передать документы в материалах дела отсутствуют, равно как и не представлены документы, подтверждающие факт обращения ФИО2 к ФИО3 с исковым заявлением с требованиями о предоставлении документов о деятельности Общества в период осуществления ею полномочий директора.

Доказательства недобросовестности поведения ответчика в материалы дела не представлено, изложенные ответчиком доводы и представленные в подтверждение заявленных требований доказательства не опровергнуты, иного не доказано (статьи 9, 65 АПК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для целей возмещения убытков по смыслу статьи 1064 ГК РФ необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами. При этом противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Материалами дела не подтверждается наличие относимых, допустимых достаточных доказательства наличия вины в действиях (бездействия) ответчика, равно как наличия противоправного поведения, приведшего к возникновению у ООО «ПАРК-ОТЕЛЬ «КОРОНА» убытков в заявленном в иске размере, как не подтверждается факт причинения убытков обществу и наличия причинно-следственной связи между возникшими, по мнению соистцов убытками, и поведением ответчика.

В соответствии со статьей 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 26.11.2018 № 305-ЭС15-12239 (5) по делу № А40-76551/2014 указал, что в силу части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает противоположная сторона.

При этом, самостоятельное опровержение судом первой инстанции доказательств, представленных другой стороной, свидетельствовало бы о нарушении таких фундаментальных принципов арбитражного процесса, как состязательность и равноправие сторон, что могло привести к принятию неправильного решения (Постановление Президиума ВАС РФ от 15.10.2013 № 8127/13).

Суд также учитывает, что обязанность по возмещению убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ, в соответствии с которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом мера ответственности подлежит применению при доказанности одновременной совокупности оснований возмещения убытков: противоправности действий (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между противоправными действиями (бездействием) и убытками, наличия и размера понесенных убытков.

Возмещение убытков является универсальным способом защиты нарушенных гражданских прав и может применяться как в договорных, так и во внедоговорных отношениях независимо от того, предусмотрена ли законом такая возможность применительно к конкретной ситуации или нет.

Таким образом, заявитель по иску (требованию) о взыскании убытков должен доказать:

- факт совершения определенных незаконных действий (бездействия) ответчика;

- неправомерность действий (бездействия);

- факт наступления убытков;

- размер понесенных убытков;

- вину ответчика в причинении убытков;

- причинно-следственную связь между виновными неправомерными действиями (бездействием) и причинением убытков в заявленном размере.

Удовлетворение иска возможно при наличии совокупности перечисленных выше условий ответственности, для отказа в иске достаточно отсутствия в действиях ответчика одного из перечисленных выше условий (кроме размера убытков).

При установленных обстоятельствах требования соистцов о взыскании с ответчика убытков в размере 6 041 193 руб. являются неправомерными необоснованными и не подлежащим удовлетворению, поскольку соистцами не доказано наличие всех элементов юридического состава убытков

. Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности в отношении требований соистцов, заявленных в отношении платежей за период времени с 07.11.2019 по 25.02.2020, поскольку, по мнению ответчика, срок на их предъявление истек 25.02.2023.

Возражая против применения последствий пропуска срока исковой давности соистцы в пояснениях указали, что ФИО2 отсутствие сведений о займе в бухгалтерской отчетности свидетельствует, что ФИО2 как участник общества не мог узнать об этом займе, т.к. руководителем были предприняты все действия по сокрытию данной информации от учредителя, выразившиеся в подаче в налоговый орган недостоверных сведений о займе.

Как утверждают соистцы, им стало известно о нарушении их прав только после того как 20.12.2021 генеральным директором общества был назначен ФИО14, который смог как руководитель получить доступ хотя бы к банковским счетам Общества.

Оценив доводы и возражения сторон, рассмотрев заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения

На основании общего правила пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья 196 ГК РФ).

Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком (пункт 1 статьи 197 ГК РФ).

Поскольку заявлено требования о взыскании убытков, то срок исковой давности в рассматриваемом случае составляет три года.

Исковое заявление по настоящему делу поступило в суд 01.12.2022, о чем свидетельствует оттиск штампа входящей корреспонденции суда.

Доказательств наличия препятствий в получении информации о деятельности Общества в части получения сведений о размере арендной платы, факта обращения соистцов к ООО «ПАРК-ОТЕЛЬ «КОРОНА» с требованием о предоставлении документов о деятельности общества и оставления без удовлетворения таких требований в материалы дела не представлено.

Специфика корпоративных прав предполагает необходимость совершения участником активных действий в целях их реализации. Разумное и добросовестное осуществление корпоративных прав, проявление интереса к деятельности общества позволяет участнику своевременно узнать о заключенных обществом сделках и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделок недействительными, что, в свою очередь, обеспечивает возможность защитить нарушенное право.

Институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (Определение Конституционного Суда РФ от 03.11.2006 № 445-О).

Истечение сроков исковой давности заставляет участников гражданского оборота более рачительно относиться к осуществлению своих прав, обеспечивает стабильность гражданского оборота, поскольку по истечении определенного срока лицо может быть уверено в том, что его права оспорить в судебном порядке никто не сможет.

Именно такой подход законодателя к применению срока исковой давности обеспечивает стабильность и устойчивость гражданского оборота.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Таким образом, срок исковой давности для обращения в суд с настоящим иском истцом пропущен, соответствующее заявление ответчика о пропуске срока исковой давности признается обоснованным, что является самостоятельным основанием для отказа в иске в части требований в отношении платежей, совершенных ответчиком от имени Общества за период времени с 07.11.2019 по 25.02.2020.

Суд также полагает необходимым отметить следующее.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ, постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации по делу от 22.11.2011 № 17912/09 в качестве санкции за злоупотребление правом рассматривается отказ судов в применении исковой давности, что соответствует по своему смыслу пункту 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Иной подход противоречил бы основным началам гражданского законодательства, установленным статьей 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно: равенству участников регулируемых Гражданского кодекса Российской Федерации отношений; неприкосновенности собственности; обеспечению восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; предусмотренному законом правилу о недопущении действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, злоупотребления правом в иных формах; принципу справедливости.

Истец ФИО2, ссылаясь на умышленное сокрытие от него ответчиком информации о совершенных сделках и платежах, не представил суду доказательств того, что разумно и добросовестно осуществляя корпоративные права, проявлял интерес к деятельности общества путем принятия мер для получения информации о деятельности общества, требовал представления такой информации, либо проведения общих собраний общества в установленном Законом № 14-ФЗ порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Из пункта 1 статьи 10 ГК РФ следует, что злоупотребление правом представляет собой заведомо (умышленно) недобросовестное осуществление гражданских прав, направленное на причинение вреда другому лицу.

Системный анализ положений статей 8, 9, 34, 35 Закона об обществах позволяет сделать вывод о том, что действующее законодательство предполагает активную позицию участника общества в отношении деятельности общества. Иными словами, в определенный момент времени участник может не располагать информацией о деятельности общества, однако реальную возможность узнать об этом он имеет и может ее реализовать, воспользовавшись правом на получение информации о деятельности общества (ознакомление с бухгалтерской и иной документацией), а также правом на участие в управлении делами общества. Исходя из принципов добросовестности и осмотрительности при осуществлении инвестиционной деятельности, у участника, владеющего долей уставного капитала общества, возникает ожидаемое стремление проявлять интерес к судьбе своих вложений, то есть получать сведения о деятельности общества, проверять законность принятых решений, контролировать причитающийся доход (дивиденды) и т.п. Любой разумный участник общества, не получающий приглашения на общие собрания участников, в том числе и годовые, в аналогичной ситуации не мог не обеспокоиться этим, поскольку был напрямую затронут финансовый интерес такого лица. Указанная правовая позиция нашла отражение постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 15.02.2022 по делу № А60-72767/2019.

Такой вид санкции, как отказ в применении срока исковой давности, должен использоваться только тогда, когда судом непосредственно установлено, что в результате недобросовестных действий такого лица стало невозможным либо затруднительным своевременное обращение в суд для защиты своих прав. К таким действиям можно отнести умышленное сокрытие совершенной сделки, предоставление недостоверной информации о дате ее совершения и т.д.

Суд приходит к выводу, что в нарушение требований части 1 статьи 65 АПК РФ истцом не представлено доказательств наличия на стороне ответчика злоупотребления правом по смыслу статьи 10 ГК РФ и приведенных выше разъяснений высших судебных органов.

Истцом ФИО2 заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного срока исковой давности.

В силу статьи 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние 6 месяцев срока давности, а если этот срок равен 6 месяцам или менее 6 месяцев - в течение срока давности.

Из разъяснений, изложенных в пункте 12 Постановления Пленума ВС РФ № 43, следует, что в соответствии со статьи 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства. По смыслу указанной нормы, а также пункта 3 статьи 23 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом и гражданином - индивидуальным предпринимателем, по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

Аналогичная позиция изложена в пункте 8 Обзора судебной практики ВС РФ № 2 (2022), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.10.2022.

В обоснование ходатайства о восстановлении пропущенного срока исковой давности ФИО2 указывает на те же обстоятельства, которые заявлены в обоснование исковых требований – факт недобросовестного неразумного поведения ответчика, выразившееся в сокрытии от него информации о совершении сделок и платежей; отсутствие возможности узнать о совершенных сделках и платежах ранее 2022 года, наличие в обществе корпоративного конфликта. Данные доводы по смыслу статьи 205 ГК РФ не могут быть признаны судом уважительными причинами для восстановления пропущенного срока исковой давности.

Как обоснованно указывает ответчик, истцом не представлены относимые и допустимые доказательства, подтверждающие наличие уважительных причин, связанных с личностью истца, для восстановления пропущенного срока исковой давности.

В соответствии со статьей 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Верховный Суд Российской Федерации в Определении от 26.11.2018 № 305-ЭС15-12239 (5) указал, что в силу части 1 статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно было быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает противоположная сторона.

Учитывая изложенное, суд отказывает в удовлетворении ходатайства о восстановлении пропущенного срока исковой давности, признавая его необоснованным и документально неподтвержденным.

При установленных по делу обстоятельствах, руководствуясь положениями действующего гражданского законодательства, разъяснениями высших судебных органов, суд признает заявленные исковые требования о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности неправомерными необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана оценка, что нашло отражение в данном судебном акте. Иные доводы и пояснения несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

Судебные акты, на которые участвующие в деле лица ссылались в письменных пояснениях в обоснование заявленных доводов и возражений, судом изучены, однако данные ссылки сторон, за исключением изложенных в тексте настоящего решения, судом отклоняются, поскольку судебные акты по иным делам приняты по результатам рассмотрения споров с иными, отличными от настоящего дела фактическими обстоятельствами, в то время как в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела и применяет нормы права к установленным обстоятельствам, с учетом представленных доказательств

В силу положений части 2 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Как указано в пункте 18 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах" в случае, когда решение принято против нескольких ответчиков, понесенные истцом судебные расходы по уплате государственной пошлины взыскиваются судом с данных ответчиков как содолжников в долевом обязательстве, независимо от требований истца взыскать такие расходы лишь с одного или нескольких из них.

Истцом (ООО «Парк-отель «Корона» и ФИО2) при обращении в суд уплачена государственная пошлина в сумме 4 000 руб.

С учетом уточнений (увеличения) исковых требований, размер подлежащей уплате государственной пошлины за рассмотрение иска на основании пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации составил 53 206 руб.

Поскольку в удовлетворении исковых требований арбитражного управляющего судом отказано, расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца, в недоплаченной части государственная пошлина в сумме 49 206 руб. подлежит взысканию с соистцов в равных долях (по 24 603 руб.) в доход федерального бюджета.

Решение суда выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет». По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ПАРК-ОТЕЛЬ "КОРОНА" в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 24 603 руб.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 24 603 руб.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Иркутской области.

Судья А.В. Бабаева