Постановление от 21 марта 2024 г. по делу № А57-26275/2022

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-26275/2022
г. Саратов
21 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 марта 2024 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Романовой Е.В., Судаковой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Агроинвест» ФИО2

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 05 декабря 2023 года по делу № А57-26275/2022

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Агроинвест» ФИО2 о признании сделки должника с ФИО3 недействительной, применения последствий недействительности сделки,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Агроинвест» (413063, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании: представителя ФИО3 – ФИО4, действующей на основании доверенности от 15.05.2023, представителей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Агроинвест» ФИО2 – ФИО5, действующей на основании доверенности от 25.11.2023 и ФИО6, действующего на основании доверенности от 29.05.2023,



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 24.11.2022 (резолютивная часть от 24.11.2022) общество с ограниченной ответственностью «Агроинвест» (далее - должник, ООО «Агроинвест») признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

03.04.2023 в Арбитражный суд Саратовской области поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительными дополнительного соглашения от 14.06.2022 к трудовому договору №46 от 07.08.2019, пункта 2 соглашения от 04.08.2022 о расторжении трудового договора №46 от 07.08.2019, заключенных ООО «Агроинвест» и ФИО3.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 05.12.2023 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании заключенных должником и ФИО3 дополнительного соглашения от 14.06.2022 к трудовому договору от 07.08.2019 №46, пункта 2 соглашения от 04.08.2022 о расторжении трудового договора от 07.08.2019 №46 недействительными сделками отказано. С ООО «Агроинвест» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий должника обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Саратовской области от 05.12.2023 отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования

В обоснование апелляционной жалобы указано, что установление восьми работникам организации высокой компенсации за расторжение трудового договора по собственному желанию работника, в отсутствие коллектива и фактической деятельности, не могло быть не известно ответчику - специалисту по мотивации, компенсации, льготам, является необоснованным и свидетельствует о злоупотреблении правом сторонами трудового договора; оспариваемая сделка не имела экономического обоснования для столь значительной по размеру денежной компенсации работнику при расторжении с ним трудового договора и ее заключение создало реальную угрозу уменьшения конкурсной массы, кроме того, на момент заключения оспариваемой сделки, ООО «Агроинвест» уже не обладало финансовой способностью исполнить указанное обязательство; оспариваемая сделка нарушает Положение об оплате труда и Положение о премировании, действовавшие в ООО «Агроинвест», выплаты выходным пособием не являются и не направлены на возмещение работнику затрат, связанных с исполнением им трудовых обязанностей, носят произвольный характер и нарушают права кредиторов.

Конкурсный управляющий ООО «Агроинвест» ФИО2, ФИО3 в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) представили письменные объяснения и дополнительные письменные объяснения.

В судебном заседании представителем конкурсного управляющего ООО «Агроинвест» ФИО2 заявлено ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 и ФИО13, мотивированное тем, что к указанным лицам предъявлены в суде первой инстанции аналогичные требования и суд приостановил производство по ним до рассмотрения настоящего обособленного спора.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

О вступлении в дело третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, либо о привлечении третьего лица к участию в деле или об отказе в этом арбитражным судом выносится определение (часть 3 статьи 51 АПК РФ).

Согласно системному толкованию изложенных норм суд удовлетворяет либо не удовлетворяет ходатайство, исходя из представленных в материалы дела доказательств и фактических обстоятельств, основываясь на внутреннем убеждении.

В рассматриваемом случае, отказывая в удовлетворении заявленного ходатайства, суд апелляционной инстанции исходил из того, что обжалуемый судебный акт выводы о правах и обязанностях указанных лиц не содержит, их права непосредственно не затрагивает. Кроме того, судом первой инстанции споры о выплате вознаграждения указанным выше лицам рассматриваются в самостоятельных обособленных спорах, с учетом того, что указанные лица выполняли различные функции и имели различное влияние на должника.

Судебная коллегия также не нашла оснований для привлечения к участию в обособленном споре в качестве контролирующего должника лица единственного участника ООО «Агроинвест» ФИО14

В соответствии с пунктом 4 статьи 34 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) на основании мотивированного ходатайства контролирующего должника лица арбитражный суд выносит определение о привлечении указанного лица к участию в деле о банкротстве. Данное определение может быть обжаловано.

Таким образом, контролирующее должника лицо самостоятельно реализует свои права, указанное право вытекает из конституционно значимого принципа диспозитивности, который, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 № 10-П).

Кроме того, принятый судебный акт выводы о правах и обязанностях указанного лица не содержит, его права непосредственно не затрагивает.

Представители конкурсного управляющего ООО «Агроинвест» ФИО2 просили определение Арбитражного суда Саратовской области от 05.12.2023 по делу № А57-26275/2022 отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО3 просил определение Арбитражного суда Саратовской области от 05.12.2023 по делу № А57-26275/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 АПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в ходе исполнения обязанностей конкурсным управляющим установлено, что 07.08.2019 ООО «Агроинвест» (работодатель) в лице директора ФИО15 и ФИО3 (работник) заключен трудовой договор №46 на должность ведущего менеджера.

Впоследствии 14.06.2022 ООО «Агроинвест» (работодатель) в лице директора ФИО13 и ФИО3 (работник) заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 07.08.2019 № 46, пунктом 2 которого стороны согласовали, что при расторжении трудового договора работодатель обязуется выплатить работнику выходное пособие в размере шести месячных зарплат работника.

ООО «Агроинвест» (работодатель) в лице директора ФИО13 и ФИО3 (работник) 04.08.2022 заключили соглашение о расторжении трудового договора от 07.08.2019 №46.

Условиями пункта 2 соглашения от 04.08.2022 установлено, что в соответствии с пунктами 6.2, 6.3 трудового договора с работником работодатель обязуется дополнительно к расчету при увольнении выплатить работнику выходное пособие в размере 344 997 руб. в связи с расторжением трудового договора по соглашению сторон.

Конкурсный управляющий, обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, указал на то, что дополнительное соглашение от 14.06.2022 к трудовому договору от 07.08.2019 №46, пункт 2 соглашения от 04.08.2022 о расторжении трудового договора от 07.08.2019 №46 имеет признаки недействительности по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую сторону для должника отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной является подозрительная сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Для признания сделки недействительной по приведенному основанию необходимо, чтобы оспаривающее ее лицо доказало ряд обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки такой вред был причинен; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели в момент совершения сделки (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление №63)).

В пункте 9 постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из того, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В определении от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060 Верховный Суд Российской Федерации указал на необходимость всесторонне исследовать обстоятельства совершения сделок при рассмотрении обособленных споров в деле о банкротстве, не ограничиваясь формальной проверкой представленных стороной доказательств.

Отказывая в удовлетворении заявления о признании сделок недействительными, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО3 контролирующим должника лицом не являлась, фактически являлась рядовым работником, по функциональному наполнению ее должность могла формально соответствовать должности начальника отдела кадров, то есть не относилась к руководящему персоналу и топ менеджерам должника, не должна заботиться об интересах работодателя, не преследовала цель вывода денежных средств.

Суд первой инстанции указал, что при заключении трудового договора рядовой работник не обязан учитывать финансовое состояние работодателя и иные факторы, он вправе принимать решение только исходя из размера заработной платы и условий труда и не должен нести риск возможного взыскания с него заработной платы в случае наступления неплатежеспособности работодателя. Таким образом, можно вести речь о презумпции добросовестности работника, в отношении работодателя которого введена процедура несостоятельности.

Суд также исходил из того, что специфика трудовых отношений состоит в том, что при заключении трудового договора (в отличие от гражданско-правовой сделки) отсутствует необходимость определения точного объема и размера встречного исполнения со стороны работника. В связи с этим такие базовые условия трудового договора, как оклад и социальные гарантии, не могут быть поставлены в зависимость от финансового результата, полученного работодателем в результате деятельности работника.

При этом работник, заключая трудовой договор, вправе руководствоваться своими интересами при определении размера заработной платы. Он не должен заботиться об интересах работодателя, если последний готов выплачивать работнику ту заработную плату, премии и выходные пособия о которых они договорились. Исключение может быть только в случае сговора работника с работодателем (должником), что образует основание для признания такой сделки недействительной (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Это означает, что при заключении трудового договора работник не обязан учитывать финансовое состояние работодателя и иные факторы, он вправе принимать решение, только исходя из размера заработной платы и условий труда, то есть речь идет о презумпции добросовестности работника, в отношении работодателя которого введена процедура несостоятельности.

Для опровержения данной презумпции необходимо установить, что работник не только был осведомлен о наличии признаков несостоятельности работодателя, но и, формально вступая в трудовые отношения с должником, преследовал цель вывода денежных средств. Материалы дела данный факт не подтверждают.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.07.2023 №40-П «По делу о проверке конституционности части восьмой статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданки ФИО16», по своей правовой природе выходное пособие, выплачиваемое работнику при увольнении, является гарантийной выплатой, которая, при том что само увольнение с выплатой выходного пособия, как правило, обусловлено обстоятельствами, не зависящими от волеизъявления работника, призвана смягчить наступающие для него негативные последствия увольнения, связанные с потерей работы и утратой регулярного дохода (заработка), а также предоставить ему материальную поддержку на период поиска новой работы, способствуя тем самым реализации гражданином (работником) принадлежащего ему конституционного права на свободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности и профессии (статья 37, часть 1, Конституции Российской Федерации). Исходя из этого закрепление в трудовом законодательстве такого рода гарантии согласуется и с предопределенной конституционными предписаниями (статьи 7 и 75.1 Конституции Российской Федерации) социальной направленностью правового регулирования трудовых отношений.

Случаи, когда выплата работнику выходного пособия при расторжении трудового договора является безусловной обязанностью работодателя, а также размеры выходных пособий предусмотрены статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации (части первая и седьмая), которая вместе с тем предоставляет возможность установления трудовым договором или коллективным договором других случаев выплаты выходных пособий и повышения их размера, определенного законом (часть восьмая).

Тем самым, предоставляя сторонам трудовых отношений и сторонам социального партнерства право устанавливать соответственно в трудовом договоре и коллективном договоре повышенные - по сравнению с закрепленными непосредственно законодательством - гарантии для работников, подлежащих увольнению (в том числе расширять перечень случаев выплаты выходных пособий и увеличивать размер таких пособий), данное правовое регулирование отвечает не только целям трудового законодательства, к числу которых в первую очередь относится защита прав и интересов работника, но и предназначению договорного регулирования трудовых отношений, направленного на конкретизацию условий труда применительно к определенной сфере трудовой деятельности, конкретной организации и (или) отдельному работнику, а также согласуется с запретом ухудшения в договорном порядке положения работника по сравнению с предусмотренным законодательством.

Кроме того, такое регулирование, как уже указывал Конституционный Суд Российской Федерации, приводит к расширению прав работников, обеспечивая им получение выходного пособия, в том числе в более высоком размере и в случаях, не указанных в Трудовом кодексе Российской Федерации (определения от 17.06.2013 № 985-О, от 25.02.2016 № 388-О и др.).

Одним из условий, достаточно часто включаемых в соглашения о расторжении трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), является выплата работнику выходного пособия при его увольнении по данному основанию. Подобная практика согласуется как с целями и задачами правового регулирования трудовых отношений, так и с конкретными положениями трудового законодательства, допускающими установление в договорном порядке дополнительных гарантий для работников, в том числе прямо предусматривающими возможность расширения в трудовом договоре определенного законом перечня случаев выплаты выходного пособия при расторжении трудового договора (часть восьмая статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации). Запрет же на включение в соглашения о расторжении трудовых договоров в соответствии со статьей 78 Трудового кодекса Российской Федерации условий о выплате работнику выходного пособия, компенсации и (или) иных выплат установлен лишь в отношении отдельных категорий работников (статья 349.3 данного Кодекса), что обусловлено выполняемыми ими трудовыми функциями, а также их местом и ролью в управлении организацией.

По своей правовой природе дополнительная выплата при увольнении по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации), предусмотренная трудовым договором и (или) соглашением о его расторжении по данному основанию, вне зависимости от того, каким образом она поименована в самом трудовом договоре и (или) соглашении (выходное пособие, дополнительная денежная компенсация и т.п.), является выходным пособием, которое - хотя в данном случае увольнение и предполагает волеизъявление работника на прекращение трудовых отношений - тем не менее призвано смягчить наступающие для работника негативные последствия увольнения, связанные с потерей им работы и утратой заработка.

При этом стороны трудового договора обладают свободой усмотрения (ограничивающее влияние на которое может, однако, оказывать бюджетное финансирование работодателя, его нахождение в состоянии ликвидации или в процедурах, применяемых в деле о банкротстве, и пр.) не только в отношении включения данного условия в трудовой договор и (или) соглашение о его расторжении (за исключением случаев, предусмотренных законом, в частности статьей 349.3 Трудового кодекса Российской Федерации), но и в отношении конкретного размера выходного пособия, выплачиваемого работнику при увольнении по соглашению сторон.

Бремя неблагоприятных последствий включения в трудовой договор и (или) соглашение о его расторжении условия о выплате работнику при увольнении по соглашению сторон выходного пособия в размере, который в конкретных обстоятельствах не отвечает критериям разумности и обоснованности, должен нести исключительно руководитель юридического лица (в том числе унитарного предприятия). Работник же, как правило, не обладает и не может обладать объективной информацией о финансовом состоянии работодателя и ни при заключении трудового договора, ни впоследствии (в том числе при увольнении по соглашению сторон) не имеет реальной возможности настаивать на включении в трудовой договор и (или) соглашение о его расторжении условия о выплате ему выходного пособия, а равно и влиять на размер этого пособия, что исключает возможность какого-либо злоупотребления правом с его стороны. Напротив, давая согласие на прекращение трудовых отношений по соглашению сторон лишь на определенных условиях (в частности, с выплатой выходного пособия), работник осознает наступающие для него негативные последствия увольнения в виде потери работы и утраты заработка, но при этом имеет достаточные основания полагать, что трудовые отношения между ним и работодателем будут прекращены именно на таких условиях, а потому в отношении соответствующей суммы денежных средств (в размере, установленном самими сторонами) у работника возникают правомерные ожидания их получения.

Соответственно, односторонний отказ работодателя от исполнения добровольно принятого им на себя в рамках соглашения с работником обязательства по выплате работнику выходного пособия в размере, установленном трудовым договором и (или) соглашением о его расторжении, приводит к тому, что работник лишается тех денежных средств, на получение которых он правомерно рассчитывал, подписывая содержащие такое условие трудовой договор и (или) соглашение. Тем самым работник, который как при заключении трудового договора, так и при его расторжении по соглашению сторон исходил из добросовестности работодателя (в лице его представителя) при выполнении взятых им на себя обязательств, вынужден нести (причем единолично) риск неблагоприятных последствий, связанных с поведением конкретного должностного лица работодателя.

Между тем условие трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, предусматривающее выплату работнику выходного пособия в определенном сторонами размере, - даже если его включение в трудовой договор и (или) соглашение явилось результатом действий руководителя организации, которые в конкретных обстоятельствах не в полной мере отвечали критериям добросовестности и разумности, но при этом оно формально не противоречит закону - никоим образом не влечет недействительность трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, причем ни полностью, ни в части. Напротив, будучи направленным на улучшение положения работника по сравнению с предусмотренным законодательством и подзаконными нормативными актами, такое условие подлежит применению, а значит, в силу принципа добросовестного исполнения сторонами договора своих обязательств порождает подлежащее безусловному исполнению обязательство работодателя о выплате работнику выходного пособия в согласованном сторонами размере, что, однако, не исключает - при наличии к тому оснований - последующего применения к руководителю данной организации, подписавшему содержащие подобное условие трудовой договор и (или) соглашение о его расторжении, установленных законом правовых механизмов привлечения к ответственности за ущерб, причиненный юридическому лицу в связи с осуществлением в пользу работника такого рода выплаты.

Соответственно, если условия трудового договора и (или) соглашения о его расторжении, предусматривающие выплату работнику выходного пособия при увольнении по соглашению сторон, не противоречат закону (не нарушают установленный для отдельных категорий работников запрет), то суд не имеет права отказать работнику во взыскании с работодателя выходного пособия в размере, установленном соответственно трудовым договором и (или) соглашением о его расторжении, и тем самым освободить работодателя от исполнения соответствующих условий трудового договора и (или) соглашения о его расторжении.

С позиции изложенных обстоятельств суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего.

В ходе рассмотрения настоящего спора конкурсный управляющий должником не оспаривал факт исполнения трудовых функций ответчиком, при этом ссылки на аффилированность по отношению к должнику либо лицам, контролирующим последнего не нашли своего подтверждения.

Из материалов дела следует, что ФИО3 являлась менеджером по мотивации, компенсации, льготам, то есть фактически являлась начальником отдела кадров, при этом, каких-либо управленческих решений, в том числе по расходованию денежных средств должника, не принимала, следовательно не усматривается оснований считать, что ответчик занимала должность, относящуюся к числу руководящих.

Указав на аффилированность ФИО3 и должника, конкурный управляющий должен был доказать возможность ФИО3 оказывать влияние на деятельность должника, вместе с тем, таких обстоятельств установлено не было. ФИО3 не принимала решений, не влияла на заключение сделок, не входила в руководящие органы.

Работник, заключая трудовой договор, вправе руководствоваться своими эгоистичными интересами при определении размера заработной платы; он не должен заботиться об интересах работодателя, если последний готов выплачивать работнику ту заработную плату, о которой они договорились. Исключение может быть только в случае сговора работника с работодателем (должником), что образует основание для признания такой сделки недействительной (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Это означает, что при заключении трудового договора работник не обязан учитывать финансовое состояние работодателя и иные факторы, он вправе принимать решение, только исходя из размера заработной платы и условий труда, то есть речь идет о презумпции добросовестности работника, в отношении работодателя которого введена процедура несостоятельности (определение Арбитражного суда Поволжского округа от 26.02.2024 дело № А57-671/2020).

Для опровержения данной презумпции необходимо установить, что работник не только был осведомлен о наличии признаков несостоятельности работодателя, но и, формально вступая в трудовые отношения с должником, преследовал цель вывода денежных средств.

Конкурсным управляющим в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств того, что оспариваемая сделка существенно в худшую для должника сторону отличается от иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершались аналогичные сделки, а именно несоразмерности исполненного объема трудовых функций установленному ответчику заработку, либо его значительное завышение в спорный и предыдущие периоды трудовой деятельности, неисполнения или ненадлежащего исполнения должностных обязанностей ответчиком, которое не отвечало критериям, установленным для расходов на оплату труда, а также наличие умысла либо сговора между ответчиком и руководителем должника.

Из системного толкования названных выше норм следует, что заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, являются вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по указанной сделке является непосредственно осуществление трудовой функции (постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 07.04.2023 № Ф01-89/12023 по делу №А29-15657/2018).

При этом, судебная коллегия исходит из того, что произведенные выплаты не могут быть признаны выплатами работнику выходного пособия в завышенном размере (так называемый «золотой парашют») (постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.11.2023 № Ф07-16119/2023 по делу № А56-13195/2020).

Кроме того, судебная коллегия также учитывает, что компенсация за расторжение трудового договора установлена не одной ФИО3, а всем 8 работникам должника.

В соответствии с соглашением от 04.08.2022 о расторжении трудового договора № 46 от 07.08.2019 работодатель обязуется дополнительно к расчету при увольнении выплатить работнику выходное пособие (денежную компенсацию) в размере 344 997 руб. в связи с расторжением трудового договора по соглашению сторон.

Размер выходного пособия ФИО3 составляет 0,01 процента от стоимости активов общества.

Кроме того, выходное пособие иных работников - ФИО7 составляет 480 150 руб., ФИО10 - 896 553 руб., ФИО9 - 690 003 руб., ФИО12 - 1 552 500 руб., ФИО8 - 48З 003 руб., ФИО11 - 534 006 руб. а всего – 4 981 212 руб., что составляет 0,19 процента от стоимости активов общества.

Таким образом, выводы суда первой инстанции соответствуют нормам права, основаны на оценке имеющихся в деле документов, оснований для переоценки этих выводов не имеется.

Доводы апелляционной жалобы были предметом проверки суда первой инстанции, поскольку аналогичны правовой позиции заявителя, избранной в суде первой инстанции, им дана надлежащая оценка, и они правомерно отклонены.

Несогласие заявителя апелляционной жалобы с произведенной судом первой инстанции оценкой представленных доказательств и фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального и процессуального права, не подтверждает существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не является достаточным основанием для отмены судебного акта. По существу доводы жалобы направлены на переоценку доказательств по делу и установленных фактических обстоятельств, оснований для которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

В силу требований подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина при рассмотрении апелляционной жалобы по данной категории споров составляет 3 000 руб.

Представленное ООО «Агроинвест» в материалы дела вместе с апелляционной жалобой платежное поручение № 31 от 31.10.2023 с назначением платежа «Государственная пошлина за рассмотрение иска Арбитражным судом Саратовской области», как подтверждающее уплату государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы, критически оценено судом апелляционной инстанции и признано не относимым, с учётом даты оплаты и назначения и получателя платежа. Указанная оплата может быть самостоятельно истребована плательщиком из бюджета, поскольку не принята апелляционным судом.

Таким образом, с ООО «Агроинвест» подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в сумме 3 000 руб. за подачу апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 05 декабря 2023 года по делу № А57-26275/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Агроинвест» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.




Председательствующий О.В. Грабко




Судьи Е.В. Романова




Н.В. Судакова