Постановление от 22 июля 2024 г. по делу № А41-68805/2023

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-11641/2024

Дело № А41-68805/23
22 июля 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июля 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

ФИО2 - лично, предъявлен паспорт;

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 29.01.2024;

от конкурсного управляющего АО «Элеон» ФИО5: ФИО6 по доверенности от 01.07.2024,

от иных участвующих в деле лиц: не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 28 мая 2024 года по делу №А41-68805/23,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 26 октября 2023 года по делу № А41-68805/23 в отношении ФИО3 введена процедура банкротства гражданина – реструктуризация долгов, финансовым управляющим суд утвердил ФИО7.

Информация о введении процедуры банкротства опубликована 18.11.2023.

ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 10 075 000 руб.

Требования основаны на ненадлежащем исполнении должником обязательств по договору поручения № 1 от 01.12.2020.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28 мая 2024 года в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального права.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве. Отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

Пунктом 2 статьи 213.8 Закона о банкротстве закреплено, что для целей включения в реестр требований кредиторов и участия в первом собрании кредиторов конкурсные кредиторы, в том числе кредиторы, требования которых обеспечены залогом имущества гражданина, и уполномоченный орган вправе предъявить свои требования к гражданину в течение двух месяцев с даты опубликования сообщения о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом в порядке, установленном статьей 213.7 настоящего Федерального закона. В случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом. Требования кредиторов рассматриваются в порядке, установленном статьей 71 настоящего Федерального закона.

В пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом суд осуществляет проверку обоснованности требований кредитора вне зависимости от наличия или отсутствия возражений против данных требований иных лиц, участвующих в деле.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 01.12.20 между должником (заказчик) и ИП ФИО2 (исполнитель), действующей ранее на основании Свидетельства о государственной регистрации физического лица в качестве индивидуального предпринимателя от 14.01.2016, и прекратившей деятельность в качестве ИП 28.06.2022, был заключен договор поручения № 1.

По условиям договора исполнитель обязался в период действия договора по заданию заказчика совершать действия, указанные в договоре, а заказчик обязался оплатить вознаграждение в сроки и размере предусмотренные данным договором.

Под действиями, указанными в договоре, предусматривалось правовое сопровождение в арбитражном процессе по делу № А41-88475/17 в Арбитражном суде Московской области, а также правовое сопровождение в рамках отдельного поручения по делу № А41-76220/2022 в Арбитражном суде Московской области.

Согласно пункту 1.2 договора поручения № 01 стороны договорились, что исполнитель обязуется достигнуть при рассмотрении дела № А41-88475/17 определённую цель: включить в реестр требований кредиторов задолженность на общую сумму 14 983 683,71 руб., обеспеченную залоговым имуществом по договору цессии (уступка права требования) от 07.11.2018, согласно которому между ПАО «СДМ-Банк» и бывшим руководителем АО «Элеон» ФИО3 был заключен договор цессии (уступки права требования) по которому ПАО «СДМ-Банк» уступило ФИО3 права требования к АО «Элеон» вытекающие из кредитного договора <***> от 04.08.2016 и договора ипотеки (залога недвижимости) от 04.08.2016 между ПАО «СДМ-Банк» и АО «Элеон».

Согласно пункту 5 договора поручения № 01 стороны договорились, что за исполнение поручения по пункту 1.2 настоящего договора заказчик дополнительно оплачивает исполнителю гонорар успеха в размере 2 000 000 руб. в течение 10 календарных дней с даты вынесения определения Арбитражным судом Московской области о включении заказчика (ФИО3 на условиях процессуального правопреемства) в реестр требований кредиторов должника АО «Электрогорский опытно-экспериментальный завод «Элеон» по делу № А41-88475/17.

Вынесенный и вступивший в силу судебный акт – определение Арбитражного суда Московской области о включении заказчика (ФИО3 на условиях процессуального правопреемства) в реестр требований кредиторов должника АО «Электрогорский опытно-экспериментальный завод «Элеон» по делу № А41-88475/17 является доказательством исполнения услуг и основанием для оплаты для заказчика.

Актом взаиморасчетов от 18.01.2022 к договору поручения № 1 от 01 декабря 2020 года за период с 01 декабря 2020 года по 01.09.2021 стороны пришли к соглашению о том, что заказчик обязан оплатить исполнителю денежные средства в размере 2 250 000 рублей в срок до 02 февраля 2022 года.

Пунктом 6 вышеуказанного акта предусмотрено, что при нарушении заказчиком сроков оплаты задолженности исполнитель имеет право одновременно с основной суммой задолженности взыскать штраф с заказчика в размере 50% от суммы неоплаченной в срок задолженности.

До 02.02.2022 сумма задолженности в размере 2 250 000 рублей исполнителю не оплачена.

С учётом штрафных санкций сумма задолженности на 03.02.2022 составила 3 375 000 рублей, из расчёта – (2 250 000 основной долг + 1 125 000 рублей – штраф).

Согласно пункту 4 акта взаиморасчетов от 01 февраля 2023 года к договору поручения № 1 от 01 декабря 2020 года за период с 01 декабря 2020 года по 01 февраля 2023 года, стороны пришли к соглашению о том, что заказчик обязан оплатить исполнителю задолженность за выполнение поручений по пунктам 1.1. и 1.2. договора поручения № 01 денежные средства в размере 2 000 000 рублей до 10 февраля 2023 г. (данная задолженность определена согласно пункту 4 договора поручения № 01.

Согласно пункту 2 акта взаиморасчетов от 01 февраля 2023 года к договору поручения № 1 от 01 декабря 2020 года за период с 01 декабря 2020 года по 01 февраля 2023 года стороны подтвердили тот факт, что по отдельному поручению заказчика, исполнитель совершил за указанный в настоящем акте период процессуальное представительство и выполнил все необходимые действия, обеспечивающие квалифицированную правовую поддержку по процессуальной защите прав и законных интересов третьего лица – ФИО3 в деле №А41-76220/22 по иску ООО «Термоэлектрические инновационные технологии», что подтверждается судебными актами.

Согласно пункту 5 акта взаиморасчетов от 01 февраля 2023 года к договору поручения № 1 от 01 декабря 2020 года за период с 01 декабря 2020 года по 01 февраля 2023 года стороны подтвердили тот факт, что за период с 01 декабря 2020 г. по 01 февраля 2023 г. исполнитель выполнил на условиях отдельного поручения заказчика и совершил представительство законных интересов третьего лица – ФИО3 в арбитражном судопроизводстве по делу № А41-76220/2022 по иску ООО «Термоэлектрические инновационные технологии» на общую сумму 4 700 000 рублей, которые Заказчик обязался оплатить до 25 февраля 2023.

Учитывая вышеназванные обстоятельства, заявитель обратился в суд с требованием в рамках настоящего обособленного спора.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что они не подтверждены документально.

Апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, доводы апелляционной жалобы считает подлежащими отклонению.

Как указывалось выше, требование ФИО2 основано на ненадлежащем исполнении должником обязательств по договору поручения № 1 от 01.12.2020, предметом которого являлось юридическое сопровождение должника в процессе по делу №А41-88475/17 и сопровождение в рамках дела №А41-76220/22.

В соответствии со статьей 779 Гражданского кодекса РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

На основании статьи 781 Гражданского кодекса РФ, заказчик обязан оплатить оказанные услуги в сроки и в порядке, определенные условиями договора возмездного оказания услуг.

В материалы дела в подтверждение факта оказания услуг заявителем представлены судебные акты, копии актов взаиморасчетов, копия договора поручения.

Из анализа условий договора (ст. 431 ГК РФ) судом установлено, что договором предусмотрена выплата вознаграждения, которое обусловлено исключительно положительным для заказчика исходом судебного разбирательства.

Следовательно, по условиям договора выплата вознаграждения ФИО2 должна была осуществляться не за фактически оказанные юридические услуги, а за достижение желаемого для должника результата – принятия судебных актов в пользу должника, то есть обязанность по оплате услуг поставлена в зависимость от принятого судом решения и/или совершения определённых действий процессуальным оппонентом (отказ от иска, добровольная оплата долга), не являющимся стороной этих соглашений.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 23.01.2007 № 1-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 1 статьи 781 ГК РФ в связи с жалобами общества с ограниченной ответственностью «Агентство корпоративной безопасности» и гражданина ФИО8», в силу конституционных принципов и норм, в частности принципов свободы договора, доступности правосудия, независимости и самостоятельности судебной власти, состязательности и равноправия сторон, предполагается, что стороны в договоре об оказании правовых услуг, будучи вправе в силу диспозитивного характера гражданско-правового регулирования свободно определять наиболее оптимальные условия оплаты оказанных услуг, в том числе самостоятельно устанавливать порядок и сроки внесения платежей (уплата аванса, предварительные платежи, рассрочка платежа, предоставление кредита, почасовая оплата, исчисление размера вознаграждения в процентах от цены иска и т.д.), не могут, однако, обусловливать выплату вознаграждения принятием конкретного судебного решения: в системе действующего правового регулирования, в том числе положений гражданского законодательства, судебное решение не может выступать ни объектом чьих-либо гражданских прав (статья 128 ГК РФ), ни предметом какого-либо гражданско-правового договора (статья 432 ГК РФ). Включение же в текст договора о возмездном оказании правовых услуг условия о выплате вознаграждения в зависимости от самого факта принятия положительного для истца решения суда расходится с основными началами гражданского законодательства, допускающими свободу сторон в определении любых условий договора, если они не противоречат законодательству (пункт 2 статьи 1 ГК РФ), поскольку в данном случае это означает введение иного, не предусмотренного законом, предмета договора. Кроме того, в этом случае не учитывается, что по смыслу пункт 1 статьи 423 ГК РФ плата по договору за оказание правовых услуг, как и по всякому возмездному договору, производится за исполнение своих обязанностей.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзацах втором и третьем пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.09.1999 № 48 «О некоторых вопросах судебной практики, возникающих при рассмотрении споров, связанных с договорами на оказание правовых услуг», не подлежит удовлетворению требование исполнителя о выплате вознаграждения по договору об оказании правовых услуг, если данное требование истец обосновывает условием договора, ставящим размер оплаты услуг в зависимость от решения суда или государственного органа, которое будет принято в будущем.

В этом случае размер вознаграждения должен определяться в порядке, предусмотренном статьёй 424 ГК РФ, с учётом фактически совершенных исполнителем действий (деятельности).

В соответствии с указанными нормами права, суд первой инстанции обоснованно указал, что соответствующее критериям «гонорара успеха» вознаграждение взысканию не подлежит, равно как и начисленный на указанную сумму штраф в размере 1 125 000 руб., являющейся по своей природе договорной неустойкой, начисленной за несвоевременную оплату оказанных услуг.

Как следует из изложенного выше, бремя доказывания обоснованности заявленных требований возлагается на кредитора, и, с учетом общего принципа состязательности сторон в процессе, закрепленного статьей 9 АПК РФ, у суда не имеется обязанности и оснований дополнительно предлагать участнику процесса представлять доказательства и указывать обстоятельства, которые он должен подтвердить.

Исходя из положений части 1 статьи 65 АПК РФ, представление доказательств является обязанностью лица, участвующего в деле.

Принимая во внимание повышенный стандарт доказывания, вытекающий из приведенных выше положений закона, установленного для кредитора в деле о несостоятельности, представляемые в суд доказательства в обоснование заявленного требования, не могут носить формальный характер и основываться исключительно на признании обязательства должником, в том числе и выраженного во внесудебном порядке, так как интересам кредитора при заявлении требования противопоставляются не интересы должника, а интересы иных кредиторов, не являющихся участниками правоотношений, из которых вытекает заявленное требование. Лишь возложение на кредитора обязанности представлять объективные доказательства обоснованности заявленных требований позволяет обеспечить защиту интересов других кредиторов от возможных злоупотреблений в результате согласованных действий недобросовестного кредитора и должника, направленных на создание видимости задолженности для получения контроля над процедурами в деле о несостоятельности.

В данном конкретном случае сторонами не представлено сведений свидетельствующих об определении перечня услуг, порядка и срока их выполнения. Равно как и не представлено сведений о выставленных счетах со стороны исполнителя. При этом исполнитель как лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, направленную на извлечение прибыли, заинтересован как в получении оплаты, так и в предоставлении сведений свидетельствующих о фактически выполненных услугах с учетом их характера (деловая переписка, выданная доверенность, представление интересов перед третьими лицами и т.п.).

Таких доказательств оказания исполнителем юридических услуг материалы обособленного спора не содержат. Апелляционному суду такие доказательства также не представлены.

Формальное составление актов, в отсутствие документально подтвержденных сведений о фактически оказанных услугах, не может свидетельствовать реальности отношений, с учетом повышенного стандарта доказывания.

Судом первой инстанции обоснованно отмечено, что оказание возмездных услуг при неисполнении другой стороной обязательств по их оплате в полном объеме противоречит обычно принятому поведению в сфере осуществления такого рода деятельности, и ставит под сомнение добросовестность кредитора, так как, в данном случае, не усматривается экономического мотива исполнения сделки, положенной в основание заявленного обязательства.

Представленные кредитором доказательства носят формальный характер и не подтверждают осуществления реальной деятельности по оказанию юридических услуг.

При таких обстоятельствах, в отсутствие надлежащих доказательств оказания услуг, судом первой инстанции обоснованно отказано в признании требования ФИО2 в заявленном размере обоснованным, подлежащим включению в реестр требований должника.

Отклоняя доводы заявителя жалобы, апелляционная коллегия считает необходимым отметить следующее.

Услуги, оказанные ФИО2 ФИО3, фактически носят юридический характер, которые должны были быть возмещены ФИО2 должником в рамках судебных споров по делу А41-88475/17 и по делу А41-76220/2022 рассматриваемым в Арбитражном суде Московской области.

Согласно п.2 ст. 110 АПК РФ расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Исходя из позиции Президиума Высшего Арбитражного суда РФ, изложенной в пункте 20 Информационного письма от 13.08.2004 №82 «О некоторых вопросах связанных с применением Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изложенной в п. 20 Информационного письма от 13.08.2004 №82 «О некоторых вопросах, связанных с применением Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности: нормы расходов на служебные командировки, установленные правовыми актам; стоимость экономных транспортных услуг; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения и сложность дела.

В соответствии с п. 13 Постановления №1 разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. По смыслу названных разъяснение разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг представителей по защите интересов доверителей в арбитражном процессе.

В актах от 18.01.2022, от 01.02.2023г. взаиморасчетов к договору поручения №91 от 01.12.2020 за период с 01.012.2020 по 01.02.2023 отсутствует перечень фактически оказанных услуг исполнителем ФИО2 и их стоимость.

Размер денежного эквивалента оказанных заявителем должнику услуг по юридическому сопровождению в рамках двух арбитражных дел в размере 10 075 000 рублей не имеет экономического, разумного обоснования.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

При этом нахождение должника в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности свидетельствует о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным, доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр требований кредиторов включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

В таком случае основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражение заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленум Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», определения Верховного суда Российской Федерации от 04.06.2018 №305-ЭС18- 413, от 13.07.2018 №308-ЭС18-2197).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, должны учитываться среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Названные разъяснения Высшего Арбитражного суда Российской Федерации направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований основанных исключительно на расписке или квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

Оснований полагать, что у ФИО3 имелась финансовая возможность оплаты денежных средств ФИО2 в сумме 10 075 000,00 руб., не имеется, с учетом даты заключения договора поручения (01.12.20).

На дату заключения договора ФИО3 был уволен с должности генерального директора АО «Элеон», привлекался к убыткам и субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве АО «Элеон».

В абзаце 2 пункта 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 «О некоторых вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 стать 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Законом о банкротстве установлены специальные гарантии защиты прав кредиторов от включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. При этом каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Представленные ФИО2 в материалы настоящего обособленного спора доказательства, не подтверждают факт оказания услуг должнику, а также размер оказанных услуг.

Доказательств, которые в полной степени с достоверностью неопровержимо подтверждали оказание услуг, их перечь, стоимость, в материалы дела и апелляционному суду не представлено.

Более того, в рамках арбитражных дел, в ходе которых ФИО2 оказывались услуги должнику по представлению интересов, заявлений о взыскании судебных расходов с документами их подтверждающими заявителем подано не было. Обратного не доказано.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Доказательств, подтверждающих фактическое оказание услуг на заявленную сумму кредитором в материалы настоящего обособленного спора не представлено с учетом повышенного стандарта доказывания.

Исследовав материалы дела в их совокупности, а также выслушав позицию представителя кредитора, участвующего в судебном заседании, арбитражный апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности кредитором факта реальности оказания должнику услуг на заявленную ко включению в реестр требований кредиторов сумму.

В отсутствие доказательств оказания спорных услуг (юридическое сопровождение должника в рамках двух арбитражных дел) и наличия задолженности в заявленном размере, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению как основанные на неверном толковании норм материального права и не опровергающие выводов суда первой инстанции по существу.

Учитывая изложенное, апелляционная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 28 мая 2024 года по делу №А41-68805/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.



Председательствующий


В.А. Мурина

Судьи:


С.Ю. Епифанцева

А.В. Терешин