Постановление от 28 декабря 2022 г. по делу № А56-30312/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-30312/2022
28 декабря 2022 года
г. Санкт-Петербург



Резолютивная часть постановления объявлена 20 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме 28 декабря 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Слобожаниной В.Б.

судей Масенковой И.В., Черемошкиной В.В.,

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,


при участии:

от истца: представитель ФИО2 по доверенности от 08.06.2022;

от ответчика: ФИО3 по паспорту и представитель ФИО4 по доверенности от 08.05.2022;

от 3-го лица: не явился, извещен;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-36107/2022) общества с ограниченной ответственностью «Садовый центр №2» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.09.2022 по делу № А56-30312/2022 (судья Жбанов В.Б.), принятое по иску

общества с ограниченной ответственностью «Садовый центр №2»

к ФИО3

3-е лицо: ФИО6

о взыскании убытков,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Садовый центр №2» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к ФИО3 (далее - ответчик) о взыскании убытков в размере 9 454 620,08 руб., а также судебных расходов по уплате государственной пошлины.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.09.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

Общество, не согласившись с решением суда, подало апелляционную жалобу, в которой просит решение отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы Общество указало на противоречие решения суда положениям статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в определении Судебной коллегии по экономическим от 19.11.2018 № 301-ЭС18-11487 по делу № А79-7505/2010 и определению Конституционного Суда Российской Федерации от 05.03.2019 № 14-П, поскольку судом первой инстанции не определен конкретный момент, с которого следует исчислять срок исковой давности по настоящему делу.

Общество полагает, что суд неправомерно определил три варианта начала течения срока исковой давности: либо с момента получения ФИО5 доверенности как физическим лицом 25.04.2018, либо с 19.02.2019 - даты избрания ФИО5 генеральным директором, либо с некоего неуказанного судом момента/периода, примененного судом к ФИО5 как участнику Общества, без какого-либо корреспондирования с датами спорных платежей.

По первому пункту момента исчисления срока исковой давности податель жалобы ссылается на то, что судом первой инстанции не учтено, что ФИО5 не мог руководить Обществом одновременно с ФИО3 в период с 28.04.2018 по 05.02.2019 на основании доверенности, которая была выдана на случай отсутствия единоличного исполнительного органа.

По второму пункту момента исчисления срока исковой давности податель жалобы ссылается на то, что вывод суда противоречит протоколу общего собрания участников Общества от 02.02.2019, положениям статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и трудовому договору с ФИО5, согласно которому он вступает в должность с даты внесения записи о нем в ЕГРЮЛ. При наличии решения общего собрания от 02.02.2019, трудового договора с новым директором и приказа об исполняющем обязанности генерального директора от 09.01.2019 вывод суда первой инстанции об обязанности ФИО5 вступить в должность именно с 19.02.2019, по мнению подателя жалобы, является ошибочным.

Кроме того, Общество указало, что судом первой инстанции дана односторонняя оценка факту задержания ФИО3 05.02.2019 и его последующему домашнему аресту с 12.03.2019. Суд оценил данное обстоятельство лишь в качестве доказательства фактического прекращения исполнения ответчиком обязанностей генерального директора, в то время как, задержание ФИО3 произошло ранее вступления ФИО5 в должность, таким образом, новый директор был лишен возможности принять дела у бывшего директора, при этом доказательства того, что ФИО3 передавал дела Общества в 2018 году, не представлены.

По третьему пункту момента исчисления срока исковой давности податель жалобы полагает, что судом первой инстанции не дана оценка доводу о том, что ФИО5, владеющий 25% голосов, не является контролирующим участником, при этом в составе годовой бухгалтерской отчетности невозможно было усмотреть спорные платежи и выявить наличие необходимости мер дополнительного контроля со стороны участников Общества, при этом, если исходить из предположения о том, что годовая отчетность позволяет выявить спорные платежи, срок исковой давности по платежам 2018 года не является пропущенным, поскольку сроком сдачи годовой отчетности в налоговые органы является 31.03.2019, а срок утверждения участниками Общества не позднее 30.04.2019.

Помимо этого, податель жалобы полагает, что в действиях ответчика усматривается недобросовестность и злоупотреблением правом, в связи с чем требование Общества о возмещении убытков подлежало удовлетворению.

08.12.2022 в апелляционный суд поступил отзыв на апелляционную жалобу, согласно которому ФИО3 просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представитель Общества доводы апелляционной жалобы поддержал, просил решение суда отменить.

ФИО3 и его представитель по доводам апелляционной жалобы возражали, поддержали позицию отзыва на апелляционную жалобу.

ФИО6, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, своего представителя не направил, в связи с чем апелляционная жалоба рассмотрена в его отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность и обоснованность решения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, участниками Общества являются ФИО3 (25% долей в уставном капитале), ФИО5 (25% долей в уставном капитале) и ФИО6 (50% долей в уставном капитале).

До февраля 2019 года генеральным директором Общества являлся ФИО3 Решением общего собрания участников от 01.02.2019 генеральным директором Общества с 18.02.2019 избран ФИО5, о чем в ЕГРЮЛ 28.03.2019 внесена соответствующая запись.

Как указал истец, после вступления ФИО5 в должность генерального директора, но не ранее 28.03.2019, им были выявлены факты недобросовестных действий ФИО3, выразившихся в выплате себе вознаграждения за выполнение обязанностей генерального директора Общества в повышенном размере.

С июня 2017 года по декабрь 2018 года размер выплат, превышающих размер вознаграждения, установленный трудовым договором от 29.03.2016 № 01/2016 (согласно которому оклад ответчика составлял 10 000 руб. в месяц), составил 9 454 620,08 руб. Расчет размера убытков Общества сформирован из сумм, полученных ответчиком сверх ежемесячного вознаграждения, предусмотренного трудовым договором, и сумм НДФЛ, уплаченного Обществом с незаконного, по мнению Общества, дохода ответчика,

Указывая на то, что указанные денежные средства являются убытками Общества, причиненными недобросовестными действиями ответчика при исполнении обязанностей генерального директора Общества, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ФИО3 заявил о пропуске истцом срока исковой давности, а также указал, что размер полученного от Общества вознаграждения соответствует среднему размеру вознаграждения, получаемому руководителями коммерческих обществ в Санкт-Петербурге (в подтверждение чего представил в материалы дела экспертное исследование № 4163/2022 от 08.05.2022, выполненное ООО «Бюро Независимой Оценки», при этом о размере получаемого вознаграждения за замещение должности генерального директора Общества, в том числе в 2017, 2018 годах, ответчик информировал остальных участников Общества на проводимых очередных общих собраниях участников Общества, представляя им все документы, относящиеся к финансовой деятельности Общества, включая документы, отражающие размеры выплат работникам Общества.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, в удовлетворении исковых требований отказал, признав обоснованным заявление ответчика о пропуске срока исковой давности.

Изучив материалы дела, заслушав объяснения представителей сторон, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения и отмены обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее -Постановление № 43) истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске. Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В силу статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Исходя из разъяснений, изложенным в абзаце втором пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Отказывая в удовлетворении исковых требований и признавая обоснованным заявление ответчика о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции, вопреки доводам подателя жалобы, обосновано исходил из того, что действующее законодательство не связывает возникновение полномочий исполнительных органов с моментом внесения записи в ЕГРЮЛ о лицах, избранных исполнительным органом, а все права и обязанности по исполнению полномочий исполнительного органа этих общества возникают у лица, избранного на эту должность со дня принятия соответствующего решения участниками общества (данный подход согласуется с правовой позицией, изложенной в постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.02.2006 №12580/05, от 14.02.2006 №1249/05, от 14.02.2006 №14310/05), следовательно, в рассматриваемом случае течение трех летнего срока исковой давности началось не позднее назначения ФИО5 генеральным директором Общества (протокол общего собрания от 01.02.2019) после прекращения соответствующих полномочий у ФИО3, то есть не позднее 19.02.2019, а не с 28.03.2022, когда о ФИО5 в ЕГРЮЛ была внесена запись как о новом генеральном директоре Общества.

В отношении выданной Обществом 25.04.2018 нотариально оформленной доверенности на имя ФИО5 суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно доверенности ФИО5 был вправе представлять интересы Общества в отношениях со всеми заинтересованными лицами, государственными и административными, налоговыми органами и инспекциями; осуществлять наем и увольнение работников, заключать трудовые договоры, издавать обязательные для работников Общества приказы и распоряжения, в том числе подписывать платежные документы на выплату заработной платы работникам Общества, платежей по другим договорам, заключенным Обществом; быть представителем Общества в любом банке на территории Российской Федерации, по вопросу открытия любого счета, заключать и подписывать договор на открытие банковского счета, а также управлять и распоряжаться открытым счетом в банке Филиал С-Петербург ПАО Банка «Открытие», в банке Северо-Западный банк ПАО Сбербанк, переводить счета и снимать со счетов денежные суммы, с правом первой подписи, с правом подписи кредитных договоров; информировать заинтересованных лиц о деятельности Общества самостоятельно, определяя при этом объем конфиденциальности, предоставляемой информации; осуществлять все иные юридические и фактические действия, связанные с производственной и хозяйственной деятельностью Общества; быть представителем Общества в любых фондах и иных организациях и учреждениях, инспекциях ФНС России по всем вопросам, касающимся деятельности общества, в том числе сдавать и подписывать отчеты, заявления, получать документы и корреспонденцию, получать справки и иные документы, оплачивать все необходимые налоги, сборы государственные пошлины, осуществлять иные права, перечисленные в этой доверенности.

Соответственно, ФИО5 по доверенности с 25.04.2018 до 05.02.2019 был наделен всеми полномочиям, которыми наделен генеральный директор Общества как его единоличный исполнительный орган. Позиция подателя жалобы о том, что устав и корпоративные документы Общества не предусматривают параллельное исполнение функций единоличного исполнительного органа двумя физическими лицами, несостоятельна.

Более того, из выданной Обществом как юридическим лицом ФИО5 доверенности от 25.04.2018 следует, что срок ее действия установлен в три года, при этом доверенность впоследствии не была отозвана, оснований, предусмотренных статьей 188 ГК РФ, не имелось, следовательно, перечисленные в этой доверенности полномочия не были прекращены и после ее выемки органом предварительного следствия, в связи с чем довод истца о том, что с 05.02.2019 - даты задержания ответчика ФИО5 не имел возможности воспользоваться указанной доверенностью, неверен.

Ссылки истца на изъятие у ФИО5 доверенности при обыске и на отсутствие оснований считать объективными свидетельские показания, полученные в рамках уголовного дела (показания ФИО7 в протоколе допроса от 19.02.2019, письменные пояснения ФИО3, ФИО8, ФИО9) о фактическом руководстве Обществом ФИО5 до назначения его генеральным директором согласно протоколу общего собрания от 01.02.2019 суд апелляционной инстанции считает необоснованными.

Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, истцом не оспорено, что ФИО5, являясь участником Общества с 02.02.2004, был вправе получать информацию о деятельности Общества и знакомиться с его бухгалтерскими документами, в том числе с данными полученного генеральным директором вознаграждения в период с 2016 по 2018 годы, независимо от избрания его генеральным директором Общества в феврале 2019 года. Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО5 мог и должен был узнать о размере полученного ФИО3 вознаграждения в 2016, 2017, 2018 годах ранее февраля 2019 года.

Возражая против пропуска Обществом срока исковой давности, истец в суде первой инстанции представил в материалы дела приказ от 09.01.2019 о возложении обязанностей директора Общества с 04.02.2019 на финансового директора ФИО10

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции отмечает, что приказ от 09.01.2019 издан не Обществом как юридическим лицом, а ФИО3 как исполнительным органом Общества, следовательно, действие данного приказа, и, соответственно, возложенное им на ФИО10 исполнение обязанности генерального директора Общества, прекратились одновременно с прекращением полномочий ФИО3 как генерального директора Общества, то есть с 19.02.2019. Кроме того, приведенные доводы истца не опровергают тот факт, что ФИО5 фактически приступил к исполнению полномочий генерального директора Общества после задержания 05.02.2019 правоохранительными органами ответчика. Более того, приказ не исключал возникновение у ФИО5 соответствующих полномочий на основании решения общего собрания участников Общества и фактическое исполнение им полномочий на основании выданной доверенности.

С учетом изложенного, о нарушении своего права Общество в любом случае должно было узнать в феврале 2019 года, поскольку в данном случае заявлено требование о защите прав юридического лица, а не прав руководителя как физического лица.

Поскольку с настоящим иском Общество обратилось 25.03.2022, то вывод суда первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности является правомерным.

Кроме того, как верно указал суд первой инстанции, в нарушение статьи 65 АПК РФ истцом в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие недобросовестность действий ответчика, выразившихся в перечислении предъявленной к взысканию суммы вознаграждения, при этом в материалы дела представлены справки о доходах и суммах НДФЛ за 2018 и 2019 года, подписанные ФИО5 в 2020 году.

Доводы подателя жалобы о том, что суд первой инстанции согласился с тем, что новому генеральному директору объем выплат предыдущего директора стал известен в 2020 году (с учетом подписания вышеуказанных справок по форме 2-НДФЛ в 2020 году), противоречит выводам суда первой инстанции, изложенным в обжалуемом решении.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой не опровергают правомерности выводов суда и не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального права, обстоятельства, установленные статьей 270 АПК РФ в качестве оснований для отмены либо изменения судебного акта, апелляционным судом не установлены.

В порядке статьи 110 АПК РФ расходы по уплаченной государственной пошлине по апелляционной жалобе относятся на ее подателя.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.09.2022 по делу № А56-30312/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий


В.Б. Слобожанина


Судьи


И.В. Масенкова

В.В. Черемошкина