Постановление от 9 февраля 2021 г. по делу № А73-6014/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА


Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6108/2020
09 февраля 2021 года
г. Хабаровск


Резолютивная часть постановления объявлена 02 февраля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 февраля 2021 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кушнаревой И.Ф.

судей Мельниковой Н.Ю., Чумакова Е.С.

при участии:

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 25.03.2020 серии 27 АА № 1424140

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 25.09.2020, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2020

по делу № А73-6014/2019

по заявлению публичного акционерного общества «Дальневосточный банк», ФИО3

о процессуальном правопреемстве

в рамках обособленного спора по заявлению публичного акционерного общества «Дальневосточный банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 690990, <...>)

о включении требования в реестр требований кредиторов

в рамках дела о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Дальневосточные системы безопасности плюс» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 681000, Хабаровский край, г. Комсомольск-на-Амуре, пр-т. Первостроителей, д. 21, оф. 511), акционерное общество «Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 115035, <...>)

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 08.04.2019 по заявлению ФИО4 возбуждено производство по делу о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 20.09.2019 (резолютивная часть от 17.09.2019) в отношении должника ФИО1 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5.

В рамках дела о банкротстве публичное акционерное общество «Дальневосточный банк» (далее – ПАО «Дальневосточный банк», Банк, кредитор) 02.10.2019 обратилось в арбитражный суд с заявлением (уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ) о включении в реестр требований кредиторов ФИО1 требования в сумме 15 644 090,19 руб., в том числе: основной долг – 15 259 189,64 руб., проценты по займу – 313 428,28 руб., неустойка – 71 472,27 руб., из которых требование в размере 12 657 290,19 руб. установить обеспеченным залогом недвижимого имущества должника: помещение, назначение: жилое, общая площадь 263,3 кв. м, этаж 1, подвал, адрес объекта: <...>, кадастровый номер: 27:22:0030401:1191.

К участию в обособленном споре привлечено общество с ограниченной ответственностью «Дальневосточные системы безопасности плюс» (далее – ООО «ДВСБ+») и акционерное общество «Российский банк поддержки малого и среднего предпринимательства» (далее – АО «МСП Банк»).

До рассмотрения требования по существу от ФИО3 и Банка поступили заявления о процессуальном правопреемстве в рамках данного обособленного спора и замене ПАО «Дальневосточный банк» на ФИО3

Определением суда от 25.09.2020, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2020, в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 произведена замена кредитора ПАО «Дальневосточный банк» на ФИО3

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, неверное применение норм материального права и процессуального права, просит определение суда первой инстанции от 25.09.2020, апелляционное постановление от 11.12.2020 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления о замене кредитора.

Заявитель жалобы указывает, что по смыслу статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в случае, когда исполнение обязательства возложено должником на третье лицо, последствия такого исполнения в отношениях между третьим лицом и должником регулируются соглашением между ними, а не правилами о суброгации (абзац первый пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», далее – постановление Пленума № 54). По его мнению, признание правомерным исполнение договора цессии от 31.07.2020 ФИО4 со своего собственного расчетного счета возможно только при наличии в материалах дела согласия ФИО3 об исполнении ее обязательств ФИО4 Факт того, что у ФИО4 имелась возможность распоряжаться денежными средствами ФИО3 по ее счетам не имеет правового значения, учитывая, что денежные средства перечислялись не со счета ФИО3 по распоряжению ФИО4, а со счета непосредственно самого ФИО4 Ссылаясь на разъяснения пункта 20 Постановления № 54, полагает, что ПАО «Дальневосточный банк» не должен был и не мог принимать исполнение по договору цессии от 31.07.2020 от ФИО4 в отсутствие у него достаточных оснований полагать, что обязательство ФИО3 по договору цессии от 31.07.2020 было просрочено, либо то, что ФИО4 подвергается опасности утратить свое право на имущество ФИО3 в следствии обращения взыскания на него, в том числе в отсутствие соглашения о возложении ФИО3 на ФИО4 обязанности по исполнению договора цессии от 31.07.2020. Выражает несогласие с позицией судов обеих инстанций о признании факта полной оплаты прав требований по договору цессии. Приводит доводы о ничтожности сделки в части уступки требования по кредитному договору от 22.10.2018 № КН-266, который заключен ФИО1 как физическим лицом, поскольку в силу части 1 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», разъяснениям пункта 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» (далее - постановление Пленума № 17) не предусмотрено право банка передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности. Полагает, что суды в нарушение положения части 2 статьи 346 ГК РФ не исследовали факт исполнения обязательств между ПАО «Дальневосточный банк» и АО «МСП Банк» в соответствии с условием, установленным в пунктах 2.1 и 10.4 кредитных договоров от 18.04.2016 № КНМ-17, от 25.11.2016 № КНМ-69, согласно которым ООО «МСП Банк» является залогодержателем прав требований к ФИО1 Считает неправомерным отказ апелляционного суда в приобщении к материалам дела письменных пояснений в порядке статьи 81 АПК РФ, нарушившим право ФИО1 на судебную защиту.

ФИО3 и ФИО4 направили в дело отзыв, в котором возразили по доводам кассационной жалобы, указывая на наличие оснований для произведения процессуальной замены в соответствии с положениями статьи 48 АПК РФ и статей 382, 384, 388, 389.1 ГК РФ.

ФИО1, в свою очередь, выразил письменное несогласие с приведенными в отзыве доводами ФИО3 и ФИО4

Финансовый управляющий ФИО5 и АО «МСП Банк» заявили о проведении судебного заседания в их отсутствие, разрешение вопроса об обоснованности кассационной жалобы оставили на усмотрение суда округа.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал изложенные в кассационной жалобе доводы, дав по ним пояснения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения судебного акта суда кассационной инстанции на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание окружного суда не явились, в связи с чем кассационная жалоба рассмотрена в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции по правилам статей 284, 286 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между ПАО «Дальневосточный банк» (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключен договор цессии от 31.07.2020, согласно пункту 1.1 которого цедент уступает, а цессионарий принимает в порядке и на условиях настоящего договора принадлежащие цеденту:

1) права требования к ИП ФИО1 (далее – «заемщик-1»):

- в размере 1 072 358,40 руб., возникшие из заключенного между цедентом и заемщиком-1 договора кредитной линии с лимитом выдачи от 21.11.2014 № КНМ-28 (далее - «кредитный договор-1»),

- в размере 5 901 685,58 руб., возникшие из заключенного между цедентом и заемщиком-1 кредитного договора от 18.04.2016 № КНМ-17 (далее - «кредитный договор-2»),

- в размере 1 891 207,12 руб., возникшие из заключенного между цедентом и заемщиком-1 кредитного договора от 25.11.2016 № КНМ-69 (далее - «кредитный договор-3»),

2) права требования к ООО «ДСБ+» (далее - «заемщик-2»):

- в размере 3 101 813,62 руб., возникшие из заключенного между цедентом и заемщиком-2 кредитного договора от 04.07.2018 № КНМ-28 (далее - «кредитный договор-4»),

3) права требования к ФИО1 (далее - «заемщик-3») в размере 3 792 039,09 руб., возникшие из заключенного между цедентом и заемщиком-3 кредитного договора от 22.10.2018 № КН-266 (далее – «кредитный договор-5»).

Подпунктами 1.1.1, 1.1.2, 1.1.3, 1.1.4, 1.1.5 пункта 1.1 договора установлено, что права требования цедента переходят к цессионарию в том объеме и не тех условиях, которые существуют на момент перехода права требования от цедента к цессионарию по соответствующим кредитным договорам.

Согласно пункту 1.3 договора, права требования переходят от цедента к цессионарию в дату полной оплаты цессионарием денежной суммы, указанной в пункте 3.1 договора.

Пунктом 3.1 договора предусмотрена обязанность цессионария уплатить цеденту за уступаемые права требования к заемщикам денежную сумму в размере 15 682 720,07 руб. Оплата цены настоящего договора производится единовременно в дату подписания настоящего договора.

Обязательство цессионария по оплате приобретаемых по настоящему договору прав требования считается исполненным с момента зачисления денежных средств в полном объеме в сумме, указанной в пункте 3.1 настоящего договора на счет цедента, указанный в разделе 6 договора.

В подтверждение факт оплаты за уступаемые права требования в материалы дела представлены мемориальный ордер от 03.08.2020 № 73464 и платежным поручением от 31.07.2020 № 30 на сумму 382 720,07 руб., платежным поручением от 31.07.2020 № 433147 на сумму 11 900 000 руб.

По платежному поручению от 31.07.2020 № 433147 расчеты с Банком в качестве плательщика произведены ФИО4, платежный документ имеет назначение платежа – «оплата по договору цессии б/н от 31.07.2020».

При этом установлено, что ФИО4 является поверенным ФИО3, действующим на основании доверенности от 27.11.2019 серии 77АГ № 2426355, с правом распоряжения денежными средствами на ее счетах, представлять интересы в любых банках, в том числе переводить денежные средства со счетов в любой банк по своему усмотрению.

Согласно статье 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Частью 1 статьи 48 АПК РФ установлено, что в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (часть 3 статьи 48 АПК РФ).

В соответствии со статьей 48 АПК РФ необходимым условием процессуального правопреемства должна являться замена стороны в материальном правоотношении, в связи с чем судом должны быть исследованы материально-правовые основания выбытия одной из сторон в спорном или установленном правоотношении.

Процессуальное правопреемство возможно только тогда, когда произошло правопреемство в материальном гражданском правоотношении. При этом изменяются не сами правоотношения, а только их субъект.

В силу статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со статьей 384 ГК РФ право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Таким образом, основанием для процессуального правопреемства является переход субъективных материальных прав от одного лица к другому.

Уступка права (требования) представляет собой замену кредитора в обязательстве. Последствием уступки права (требования) является замена кредитора в конкретном обязательстве, в содержание которого входит уступленное право (требование) (пункт 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», далее - Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120).

Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (пункт 1 статьи 388 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при переходе требования заявителя к другому лицу после возбуждения дела о банкротстве, в том числе на этапе рассмотрения обоснованности заявления о признании должника банкротом, рассматривающий дело о банкротстве суд самостоятельно производит замену заявителя его правопреемником, при этом не требуется предварительной замены его в деле, по которому был вынесен подтверждающий его требование судебный акт. К лицу, приобретшему требования заявителя (в том числе в результате погашения задолженности по обязательным платежам по правилам статей 71.1, 85.1, 112.1 и 129.1 Закона о банкротстве), переходят также связанные со статусом заявителя права и обязанности в деле о банкротстве, в том числе предусмотренные статьей 59 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 382 ГК РФ для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу (пункт 3 статьи 382 ГК РФ).

Из статей 432, 382 и 384 ГК РФ следует, что существенными условиями соглашения об уступке права требования являются: предмет договора, объем и условия передаваемого обязательства.

Предмет договора считается согласованным в том случае, когда из текста договора представляется возможным достоверно установить его содержание.

Требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, если законом или договором не предусмотрено иное (пункт 1 статьи 389.1 ГК РФ).

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что договор уступки прав требования заключен в надлежащей форме, содержит все существенные условия, установленные для данного вида договора, в том числе предмет договора, основания возникновения и размер уступаемых прав, является возмездным, в материалы дела представлены доказательства подтверждающие перечисление оплаты цессионарием Банку по договору

Ссылка должника на запрет на уступку прав (требований) по потребительскому кредитному договору от 22.10.2018 № КН-266, который заключен заемщиком-физическим лицом, третьему лицу, не имеющему лицензии на осуществление банковской деятельности не принята судами, констатировавшими, что денежные средства по кредитным договорам привлечены ФИО1 в целях осуществления предпринимательской деятельности и зачислялись на счет индивидуального предпринимателя.

В пункте 51 постановления Пленума № 17 разъяснено, что, разрешая дела по спорам об уступке требований, вытекающих из кредитных договоров с потребителями (физическими лицами), суд должен иметь в виду, что Законом о защите прав потребителей не предусмотрено право банка, иной кредитной организации передавать право требования по кредитному договору с потребителем (физическим лицом) лицам, не имеющим лицензии на право осуществления банковской деятельности, если иное не установлено законом или договором, содержащим данное условие, которое было согласовано сторонами при его заключении.

В рассматриваемом случае стороны при подписании кредитного договора от 22.10.2018 № КН-266 предусмотрели право Банка на уступку прав требований по договору третьему лицу (пункт 13 договора).

Кроме того, права по названному договору уступлены Банком после введения в отношении ФИО1 процедуры банкротства и предъявления требования для включения в реестр требований кредиторов должника, что не предполагает перемену лиц в продолжающихся правоотношениях по действующему кредитному договоре.

Довод заявителя жалобы о нарушении судом апелляционной инстанции норм процессуального права в связи с отказом в приобщении к материалам дела представленных должником письменных дополнений к апелляционной жалобе, не принимается судом округа, поскольку данное заявление было рассмотрено судом апелляционной инстанции в соответствии с требованиями статей 260, 268 АПК РФ, изложенными в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции».

Иные доводы ФИО1, изложенные в кассационной жалобе, подлежат отклонению, поскольку не свидетельствуют о неправильном применении судами норм материального права, повторяют доводы, приводимые должником при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций, которым дана соответствующая оценка, и по существу сводятся к несогласию с выводами судов, направлены на переоценку фактических обстоятельств спора и имеющихся в материалах дела доказательств, что в силу статьи 286 и части 2 статьи 287 АПК РФ не допускается при рассмотрении спора в суде кассационной инстанции.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, выводы судов соответствуют установленным обстоятельствам спора и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, при этом нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебных актов, не выявлено, обжалуемые определение от 25.09.2020 и постановление апелляционного суда от 11.12.2020 подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 25.09.2020, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2020 по делу № А73-6014/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья И.Ф. Кушнарева


Судьи Н.Ю. Мельникова

Е.С. Чумаков