Постановление от 14 ноября 2024 г. по делу № А32-68079/2023

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-68079/2023
город Ростов-на-Дону
15 ноября 2024 года
15АП-15846/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 ноября 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Соловьевой М.В.,

судей Ефимовой О.Ю., Штыренко М.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Банка ВТБ (публичное акционерное общество)

на решение Арбитражного суда Краснодарского края

от 23.09.2024 по делу № А32-68079/2023

по заявлению Банка ВТБ (ПАО) (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к ГУФССП России по Краснодарскому краю (ИНН <***>, ОГРН <***>)

при участии третьего лица: ФИО2

о признании незаконным и отмене постановления о привлечении к административной ответственности,

УСТАНОВИЛ:

Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк ВТБ (ПАО), общество, банк) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Главного управления Федеральной службы судебных приставов по Краснодарскому краю (далее – ГУФССП России по Краснодарскому краю, управление) от 07.11.2023 № 237/23/23922-АД о привлечении к административной ответственности по ч. 1 ст. 14.57 КоАП РФ в виде административного штрафа в размере 100 000 руб.

Определением от 16.02.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО2.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 23.09.2024 в удовлетворении заявленных требований отказано. Решение мотивировано наличием в действиях общества состава административного правонарушения, отсутствием нарушений при производстве по делу об административном правонарушении, привлечением в пределах срока, установленного ст. 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, отсутствием оснований для признания правонарушения малозначительным, отсутствием оснований для применения положений ст. 4.1.1 и ч. 3.2 ст. 4.1 КоАП РФ.

Не согласившись с принятым судебным актом, Банк ВТБ (ПАО) обжаловало его в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просило отменить решение суда полностью и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что выводы о нарушении банком пп. а, б, в п. 3 ч. 3 ст. 7 Федерального закона № 230-ФЗ, сделаны без учета введенных Федеральным законом от 04.08.2023 № 467-ФЗ (вступившим в силу 01.02.2024) изменений.

В обоснование апелляционной жалобы банк ссылается на то, что суд первой инстанции не мотивировал размер назначенного штрафа, превышающий минимальный размер санкции.

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание явку не обеспечили, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом путем публикации определения суда о принятии апелляционной жалобы, выполненного в форме электронного документа, на сайте арбитражного суда в срок, установленный частью 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 11.07.2023 (вх. № 110553/23) в управление поступило обращение ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., содержащее сведения о нарушении требований Федерального закона от 03.07.2016 № 230 «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее - Закон № 230-ФЗ), при осуществлении взаимодействия, направленного на возврат просроченной задолженности заявителя.

В своем обращении ФИО2 указывает, что ей поступают многочисленные звонки от сотрудников ПАО «ВТБ Банк», направленные на взыскание просроченной задолженности, с нарушением требований Федерального закона № 230-ФЗ.

19.10.2023 начальником отдела управления, в присутствии представителя общества, составлен протокол об административном правонарушении № 237/23/23000-АП по признакам административного правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

07.11.2023 заместителем руководителя управления в отсутствии надлежащим образом извещенного представителя общества, рассмотрены материалы административного дела и вынесено постановление о назначении обществу административного наказания по делу № 237/23/23922-АД по части 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде административного штрафа в размере 100 000 рублей.

Не согласившись с данным постановлением, заявитель обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании его незаконным и отмене.

Частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность за совершение кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах, действий, направленных на возврат просроченной задолженности и нарушающих законодательство Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

Субъектом правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, является кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, не включенное в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности.

Объектом правонарушения являются общественные отношения в сфере потребительского кредита (займа).

Объективную сторону состава правонарушения, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, образуют действия, направленные на возврат просроченной задолженности, которые нарушают законодательство Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности.

Федеральным законом от 03.07.2016 № 230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее - Закон № 230-ФЗ), в целях защиты прав и законных интересов физических лиц установлены правовые основы деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц (совершения действий, направленных на возврат просроченной задолженности физических лиц), возникшей из денежных обязательств.

Судом первой инстанции установлено, что 11.07.2023 (вх. № 110553/23) в Управление поступило обращение ФИО2, содержащее сведения о нарушении требований Федерального закона от 03.07.2016 № 230 «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее - Закон № 230-ФЗ), при осуществлении взаимодействия, направленного на возврат просроченной задолженности заявителя.

В ходе проверки доводов, указанных в обращении, управлением в адрес Банк ВТБ (ПАО) направлен запрос от 12.07.2023 № 23922/23/81622 о предоставлении информации об осуществленном взаимодействии, направленном на возврат просроченной задолженности ФИО2

Из ответа Банка ВТБ (ПАО) от 24.08.2023 № 10518/485120 следует, что между ФИО2 и Банком заключен ипотечный кредитный договор, по которому у ФИО2 образовалась просроченная задолженность, в связи с чем, Банком осуществлялось взаимодействие в рамках просроченной задолженности ФИО2, посредством телефонных переговоров и направления сообщений, информация о которых представлена в виде таблицы. Аудиозаписи телефонных звонков в управление не предоставлены. Уступка прав требования не производилась. Третьи лица для возврата просроченной задолженности не привлекались.

Согласно ч. 3 ст. 7 Закона № 230-ФЗ по инициативе кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, не допускается непосредственное взаимодействие с должником:

1) в рабочие дни в период с 22 до 8 часов и в выходные и нерабочие праздничные дни в период с 20 до 9 часов по местному времени по месту жительства или пребывания должника, известным кредитору и (или) лицу, действующему от его имени и (или) в его интересах;

3) посредством телефонных переговоров:

а) более одного раза в сутки;

б) более двух раз в неделю;

в) более восьми раз в месяц.

Как следует из предоставленной Банком в Управление таблицы взаимодействий по взысканию просроченной задолженности, взаимодействие, направленное на возврат просроченной задолженности ФИО2, осуществлялось в нарушение пп. а,б,в п. 3 ч. 3 ст. 7 Закона № 230-ФЗ.

Так, взаимодействие осуществлено более одного раза в сутки, более двух раз в неделю, более восьми раз в месяц на телефонный номер ФИО2 8(905)800-59-79.

В Заявлении Банк указывает, что ввиду того что, клиент не отвечал на звонки, бросал трубку, срабатывал автоответчик взаимодействие не состоялось, в связи с чем в действиях ПАО «ВТБ Банк» отсутствуют нарушения норм действующего законодательства и состав правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч. 1 ст. 14.57 КоАП РФ, вместе с тем суд считает данный довод не состоятельным по следующим основаниям.

Факт набора телефонного номера и соединения с лицом одного раза в сутки, более двух раз в неделю, более восьми раз в месяц свидетельствует о наличии правонарушения, независимо от продолжительности разговора и результата, ожидаемого от разговора.

В случае если по каким-либо причинам связь была прервана, это не является основанием для совершения кредитором последующего звонка, влекущего нарушение количественного взаимодействия. Законодателем установлено конкретное количество телефонных переговоров в сутки, неделю, месяц, а не количество успешных (состоявшихся с должником) переговоров. При этом соглашение, предусматривающее иную частоту взаимодействия, согласно ч. 13 ст. 7 Федерального закона № 230-ФЗ между ПАО «ВТБ Банк» и ФИО2 не заключалось, ПАО «ВТБ Банк» в адрес управления не представлено.

Устанавливая пределы частоты взаимодействия, законодатель преследовал цель ограничить лиц от излишнего (неразумного) воздействия со стороны кредиторов и лиц, действующих в их интересах. При этом, продолжительность звонков значения не имеет, а имеет место сам факт совершения звонков в нарушение ст. 7 Федерального закона № 230-ФЗ.

С точки зрения Федерального закона № 230-ФЗ понятие «телефонные переговоры» не содержится, однако установлено, что телефонные переговоры являются одним из способов непосредственного взаимодействия с должником (пункт 1 части 1 статьи 4 Федерального закона №230-Ф3); при этом не устанавливается минимально-достаточная продолжительность такого взаимодействия, для того чтобы считать его состоявшимся.

Установив ограничения по количеству звонков в определенный период, законодатель запретил, в том числе, действия кредитора (лица, действующего от его имени и (или) в его интересах) по инициированию такого взаимодействия сверх установленных ограничений. Независимо от того, какого рода информация была передана или не передана во время переговоров, в данном случае она имеет своей целью возврат просроченной задолженности.

Для привлечения к административной ответственности по статье 14.57 КоАП РФ достаточно самого действия, независимо от наступления каких-либо последствий. Моментом совершения правонарушения будет момент начала взаимодействия кредитора либо иного лица, действующего от его имени, с должником (то есть момент телефонного соединения), а не момент окончания взаимодействия.

Моментом совершения правонарушения будет момент начала взаимодействия кредитора либо иного лица, действующего от его имени, с должником (то есть момент телефонного соединения), а не момент окончания взаимодействия.

Отказ должника от продолжения телефонного разговора с кредитором не свидетельствует о том, что данного взаимодействия не произошло. Иное толкование норм материального права фактически направлено на преодоление ограничений, предусмотренных статьей 7 Закона № 230-ФЗ.

Согласно ч. 1 ст. 6 Закона № 230-ФЗ при осуществлении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, обязаны действовать добросовестно и разумно.

В соответствии с п. 4, п. 6 ч. 2 ст. 6 Закона № 230-ФЗ не допускаются направленные на возврат просроченной задолженности действия кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, связанные в том числе с:

- оказанием психологического давления на должника и иных лиц, использованием выражений и совершением иных действий, унижающих честь и достоинство должника и иных лиц;

- любым другим неправомерным причинением вреда должнику и иным лицам или злоупотреблением правом.

Таким образом, отказ должника от телефонного разговора свидетельствует о том, что взаимодействие произошло, кроме того, намеренное использование телефона для причинения абоненту беспокойства беспрерывными звонками нарушает неприкосновенность частной жизни, отнесенной законодательством к нематериальным благам, подлежащим защите всеми предусмотренными законом способами, в связи с чем, взаимодействие с ФИО2 осуществлялось Банком ВТБ (ПАО) в нарушение пп. а, б, в п. 3 ч. 3 ст. 7, ч.1, п. 4, п. 6 ч. 2 ст. 6 Закона № 230-ФЗ, тем самым оказывая психологическое давление на должника и злоупотреблением права.

Фактически целью осуществления многочисленных телефонных звонков является не сообщение должнику о просроченной задолженности, а оказание давления на него.

Тем самым на должника оказывается психологическое давление с целью побуждения к совершению требуемого действия (возврата просроченной задолженности).

Таким образом, отказ должника от телефонного разговора свидетельствует о том, что взаимодействие произошло, кроме того, намеренное использование телефона для причинения абоненту беспокойства беспрерывными звонками нарушает неприкосновенность частной жизни, отнесенной законодательством к нематериальным благам, подлежащим защите всеми предусмотренными законом способами в связи с чем, взаимодействие осуществлялось банком в нарушение пп. а, б, в п. 3 ч. 3 ст. 7 Федерального закона № 230-ФЗ, тем самым оказывая психологическое давление на должника.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Учитывая изложенное, доводы апелляционной жалобы об отсутствии психологического давления отклоняются судом апелляционной инстанции.

Для привлечения к административной ответственности по статье 14.57 КоАП РФ достаточно самого действия, независимо от наступления каких-либо последствий.

Учитывая вышеизложенное, взаимодействие, направленное на возврат просроченной задолженности ФИО2, осуществлялось банком с нарушением требований Федерального закона № 230-ФЗ:

- пп а, б, в п. 3 ч. 3 ст. 7 выразившееся в осуществлении взаимодействия с ФИО3 по абонентским номерам более одного раза в сутки, более двух раз в неделю, более восьми раз в месяц, тем самым злоупотребляя правом в нарушение п. 6 ч. 2 ст. 6 Федерального закона № 230-ФЗ.

Вина общества в совершении правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, с учетом положения части 1 статьи 2.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, заключается в том, что у него имелась возможность для соблюдения требований, за нарушение которых частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусмотрена административная ответственность, но им не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

Следовательно, судом первой инстанции сделан верный вывод о наличии в действиях общества имеется состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Довод апелляционной жалобы о том, что выводы о нарушении банком пп. а, б, в п. 3 ч. 3 ст. 7 Федерального закона № 230-ФЗ, сделаны без учета введенных Федеральным законом от 04.08.2023 № 467-ФЗ (вступившим в силу 01.02.2024) изменений, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку по смыслу пункта 2 части 4.4. статьи 7 Закона № 230-ФЗ совершенные должником действия свидетельствуют о явном фактическом нежелании продолжать текущее взаимодействие и обладают признаками состоявшегося непосредственного взаимодействия, приведшего к осознанному пресечению (избеганию) должником. Иное означало бы отсутствие правовой возможности пресечь бесчисленные и, исходя из приводимых банком аргументов, по сути, ничем не ограниченные в количестве и времени (кроме нерабочего), а также в отсутствие желания должника, попытки заставить должника выслушивать сообщения агента (коммуникации с агентом-роботом, не позволяющему прервать его монолог) путем прослушивания приводимых им сведений (рассылка без получения согласия получателя), только прослушав которое можно что-то возразить роботу) и выразить свое явное несогласие с таким поведением кредитора в смысле, приведенном в пункте 2 части 1 статьи 4.4 Закона № 320-ФЗ в редакции Закона № 467-ФЗ, из установленных судом фактических обстоятельств, скорее, обладающих признаками эмоционального преследования, что фактически и было отмечено судом первой инстанции при рассмотрении дела.

Способ обмена информацией между кредитором и заемщиком и должен согласовываться сторонами в индивидуальных условиях договора (пункт 16 части 9 статьи 5 Закона № 353-ФЗ). Согласие должника на способ общения с кредитором должно быть конкретным, понятным, с четко определенными целями получения согласия), однозначным (не позволяющим расценить его каким-либо иным образом), а также обеспечивающим соблюдение условия о наличии такого согласия по каждому конкретному случаю.

Иное толкование внесенных Законом № 467-ФЗ изменений отвечало бы одностороннему поддержанию позиций кредиторов, что прямо нарушает разумные правовые ожидания должника от поведения займодавцев, о чем, в числе прочих, свидетельствуют и внесенные тем же Законом № 467-ФЗ изменения правового регулирования, позволяющие должникам выразить свое прямое несогласие против такого взаимодействия с ними, как автодозвон (например, через портал государственных услуг, части 2, 3 статьи 4 Закона № 320-ФЗ в редакции Закона № 467-ФЗ).

Исходя из установленных судом фактических обстоятельств вмененное банку нарушение части 2 статьи 4 Закона № 320-ФЗ отвечало признакам объективной стороны правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 14.57 Кодекса, до 13.02.2024.

Анализируемое в настоящем деле исключение из подлежащих учету случаев непосредственного взаимодействия с должником по правилам, определенным частью 2 статьи 1.7 Кодекса, не означает отмену административной ответственности за указанное административное правонарушение, что предполагает придание обратной силы закону

Статья 54 Конституции Российской Федерации в качестве конституционных принципов применения законов, устанавливающих ответственность за правонарушение, закрепляет общее правило, согласно которому ответственность за правонарушение определяется законом, действующим во время его совершения, и исключение из этого правила - в отношении закона, устраняющего или смягчающего ответственность.

Эти правила основаны на общеправовых принципах справедливости, гуманизма и соразмерности ответственности за совершенное деяние его реальной общественной опасности, имеют универсальное для всех видов юридической ответственности значение и являются обязательными и для законодателя, и для правоприменительных органов, в том числе судов. Принятие законов, устраняющих или смягчающих ответственность, по-новому определяет характер и степень общественной опасности тех или иных правонарушений и правовой статус лиц, их совершивших, вследствие чего законодатель не может не предусмотреть - исходя из конституционно обусловленной обязанности распространения действия такого рода законов на ранее совершенные деяния - механизм придания им обратной силы, а уполномоченные органы не вправе уклоняться от принятия юрисдикционных решений об освобождении конкретных лиц от ответственности и наказания или о смягчении ответственности и наказания, оформляющих изменение статуса этих лиц (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20.04.2006 № 4-П, от 14.07.2015 № 20-П и др.).

Согласно Кодексу лицо, совершившее административное правонарушение, подлежит ответственности на основании закона, действовавшего во время совершения административного правонарушения (часть 1 статьи 1.7); при этом закон, который смягчает или отменяет административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом улучшает положение лица, совершившего административное правонарушение, имеет обратную силу, т.е. распространяется и на лицо, которое совершило административное правонарушение до введения в действие данного закона и в отношении которого постановление о назначении административного наказания не исполнено; если же закон устанавливает или отягчает административную ответственность за административное правонарушение либо иным образом ухудшает положение лица, то такой закон обратной силы не имеет (часть 2 статьи 1.7); отмена закона, установившего административную ответственность, является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении (пункт 5 части 1 статьи 24.5 Кодекса); в случае отмены или признания утратившими силу закона или его положения, устанавливающих административную ответственность за содеянное, судья, орган, должностное лицо, вынесшие постановление о назначении административного наказания, прекращают исполнение постановления (пункт 2 статьи 31.7).

Распространение действия закона, отменяющего административную ответственность, на лиц, в отношении которых не исполнено постановление о назначении административного наказания, согласуется с принципами справедливости, гуманизма и адекватности публично-правового реагирования на совершенное противоправное деяние соразмерно его актуальной общественной опасности.

В настоящее время сохраняют юридическую силу нормы статьи 14.57 Кодекса, с той же объективной стороной правонарушения, и квалификации случаев непосредственного взаимодействия с должником как совершенных с нарушением закона не может быть придано значение закона, отменяющего административную ответственность за административное правонарушение. По этом причине отклонение апелляционной инстанции довода управления об утрате в установленной по делу ситуации правового значения факта привлечения к ответственности будет предполагать освобождение от публично-правовой ответственности лиц, нарушающих специальные требования и ограничения, после отмены такого правового регулирования, при том, что соответствующая публично-правовая ответственность изначально устанавливается (и продолжает свое действие) для обеспечения соблюдения специально вводимых ограничений. Такое положение не согласуется с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации по вопросам применения обратной силы закона, отменяющего административную ответственность, с целями административного наказания, а также с нормативным регулированием требований в определенных законом № 230-ФЗ условиях, за несоблюдение которых банк, к тому же, повторно привлекается к административной ответственности. Сходный правовой подход изложен в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11.11.2021 № 2355-О.

В определении от 06.04.2023 № 750-О Конституционным Судом Российской Федерации также отмечено, что нормативно закрепленного условия гражданско-правового договора в одностороннем порядке свидетельствует о навязывании контрагентам условий сделки, что противоречит общеправовым принципам справедливости, гуманизма и соразмерности ответственности за совершенное деяние его реальной общественной опасности, они имеют универсальное для всех видов юридической ответственности значение и являются обязательными и для законодателя, и для правоприменительных органов, в том числе судов. Принятие законов, устраняющих или смягчающих ответственность, по-новому определяет характер и степень общественной опасности тех или иных правонарушений и правовой статус лиц, их совершивших, вследствие чего законодатель не может не предусмотреть - исходя из конституционно обусловленной обязанности распространения действия такого рода законов на ранее совершенные деяния - механизм придания им обратной силы, а уполномоченные органы не вправе уклоняться от принятия юрисдикционных решений об освобождении конкретных лиц от ответственности и наказания или о смягчении ответственности и наказания, оформляющих изменение статуса этих лиц.

Положения статьи 54 Конституции Российской Федерации, устанавливающие правила действия закона во времени, получили закрепление в отраслевом законодательстве. Законодатель, устанавливая административную ответственность, в рамках имеющейся у него дискреции может по-разному, в зависимости от существа охраняемых общественных отношений, конструировать составы административных правонарушений и их отдельные элементы, включая такой элемент состава административного правонарушения, как объективная сторона, в том числе использовать в указанных целях бланкетный (отсылочный) способ формулирования административно-деликтных норм, что прямо вытекает из взаимосвязанных положений статьи 1.2, пункта 3 части 1 статьи 1.3 и пункта 1 части 1 статьи 1.3.1 Кодекса; применяя бланкетные нормы законодательства об административных правонарушениях, уполномоченные органы, должностные лица обязаны воспринимать и толковать их в неразрывном единстве с регулятивными нормами, непосредственно закрепляющими те или иные правила, за нарушение которых предусмотрена административная ответственность.

Это, в свою очередь, означает, что изменение (пересмотр) правил, несоблюдение которых образует объективную сторону административных правонарушений, предусмотренных бланкетными диспозициями законодательства об административных правонарушениях, не может не оказывать влияния и на оценку противоправности соответствующего деяния, а потому положения части 2 статьи 1.7 Кодекса должны подлежать учету при внесении изменений не только в данный Кодекс и принимаемые в соответствии с ним законы субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях, но и в законы и иные нормативные правовые акты, устанавливающие правила и нормы, за нарушение которых предусмотрено наступление административной ответственности (определения от 08.12.2015 № 2735-О и от 27.09.2016 № 2017-О).

Следовательно, часть 2 статьи 1.7 Кодекса, воспроизводящая и конкретизирующая предписание статьи 54 Конституции Российской Федерации, в системе действующего правового регулирования не препятствует признанию обратной силы правил, устраняющих противоправность деяний (действий, бездействия), подпадающих под признаки административного правонарушения.

Вместе с тем изменение правового регулирования, несоблюдение которого обусловило в конкретных фактических обстоятельствах и при конкретной нормативной системе привлечение лица к публично-правовой ответственности, не может автоматически рассматриваться как устранение противоправности совершенного им деяния, поскольку противоправность деяния определяется прежде всего охранительным регулированием, устанавливающим признаки состава правонарушения и тем самым определяющим содержание противоправности соответствующего деяния. Следовательно, разрешение вопроса о том, влечет ли изменение правового регулирования устранение противоправности конкретного деяния, предполагает оценку в контексте обстоятельств данного деяния связи между изменившимся правовым регулированием и охранительными нормами.

Внесенные Законом № 467-ФЗ изменения хотя и расширили случаи телефонных переговоров посредством агента, однако, не исключили согласование всеми участниками сделки ее существенных условий (с ним относится и способ непосредственного взаимодействия, а также оговоренное законом число таких контактов), а также не отменили каких-либо обязанностей, ограничений и запретов в отношении должника в контексте связи между изменившимся правовым регулированием и положением части 2 статьи 14.17 Кодекса. Положения Закона № 230-ФЗ в части запрета непосредственного взаимодействия сверх установленного законом числа не исключили привлечение банка к ответственности, и не претерпели изменений, смягчающих или отменяющих административную ответственность за данное административное правонарушение либо иным образом улучшающих положение лица, его совершившего.

Кроме того, по смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации меры административной ответственности и правила их применения, устанавливаемые законодательством об административных правонарушениях, должны не только отвечать характеру правонарушения, его опасности для защищаемых законом ценностей, и служить достижению целей административного наказания, но и обеспечивать учет причин и условий его совершения, личности правонарушителя и степени вины, гарантируя адекватность порождаемых последствий для лица, привлекаемого к административной ответственности, тому вреду, который причинен в результате правонарушения, не допуская избыточного государственного принуждения (постановления от 14.02.2013 № 4-П, 25.02.2014 № 4-П, 17.02.2016 № 5-П, 18.01.2019 № 5-П, 23.06.2020 № 28-П).

С учетом наличия у заемщика признаков слабой, по отношению к банку, стороны, одностороннего изменения существенного условия кредитного соглашения в трактуемой банком редакции изменений, внесенных Законом № 467-ФЗ, в сравнении с ранее существовавшим правовых механизмов с меньшим количеством способов телефонной коммуникации с должником, предлагаемый банком вариант поведения (практически бесконечный в разрешенное законом время автоматический дозвон агентом на телефон должника с доведением до его сведения значительного объема требуемых законом требований и технической невозможностью оборвать общение с роботом-агентом с целью выражения своего несогласия продолжать взаимодействие) обладает признаками принуждения должника к общению в течение длительных телефонных соединений, что существенно ограничивает права заемщика. Такое толкование происшедших изменений законодательного регулирования приводит к ухудшению ранее существовавшего положение должника и не только не устраняет общественную опасность анализируемого правонарушения, но и может усилить ее, что не отвечает положениям статьи 1.7 Кодекса, правовому принципу равенства участников гражданских правонарушений и необходимости соблюдения баланса частных и публичных интересов.

Статья 1.7 Кодекса допускает возможность применения в том числе в целях предупреждения совершения новых правонарушений как самим правонарушителем, так и другими лицами и исходит из того, что административное наказание во всяком случае не может иметь своей целью унижение человеческого достоинства физического лица, совершившего административное правонарушение, или причинение ему физических страданий (статья 3.1 Кодекса). Суд вправе и обязан обеспечить должный баланс между осуществлением целей административного наказания и защитой прав и законных интересов всех участников правоотношений.

Установленное законодателем исходя из конституционно значимых целей и самостоятельных конституционно защищаемых ценностей количественное ограничение случаев непосредственного взаимодействия с должником направлено на предотвращение неограниченных попыток воздействия на него и находящихся с ним лиц, вынужденных слушать в том числе телефонные звонки, предшествующие телефонным переговорам или звонкам агента-робота. детей правонарушителя.

С учетом изложенного основания для применения части 2 статьи 1.7 Кодекса, пункта 33.2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2005 № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», пунктах 1, 2 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации, содержащимися в пункте 1 и 2 постановления Пленума от 22.06.2012 № 37 «О некоторых вопросах, возникающих при устранении ответственности за совершение публично-правового правонарушения» в данном случае отсутствуют.

Данная правовая позиция согласуется с позицией, изложенной в постановлениях Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 23.09.2024 № Ф08-6020/2024 по делу № А53-43172/2023, от 12.11.2024 по делу № А32-4934/2024.

Нарушений административного законодательства при производстве по делу об административном правонарушении судом апелляционной инстанции не установлено, равно как и обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении.

Оспариваемое постановление о привлечении к административной ответственности вынесено в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного статьей 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не мотивировал размер назначенного штрафа, превышающий минимальный размер санкции, не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку банк ранее привлекался к административной ответственности по ч. 1 ст. 14.57 КоАП РФ постановление ГУФССП России по Краснодарскому краю от 11.11.2022 № 84/22/23922-АД, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 21.04.2023 по делу № А32-57246/2022, что в силу п. 2 ч. 1 ст.4.3 КоАП РФ является обстоятельством, отягчающим административную ответственность.

В силу ч. 1 ст. 4.6 КоАП РФ лицо, которому назначено административное наказание за совершение административного правонарушения, считается подвергнутым данному наказанию со дня вступления в законную силу постановления о назначении административного наказания до истечения одного года со дня окончания исполнения данного постановления, за исключением случаев, предусмотренных частями 2 и 3 настоящей статьи.

Суд первой инстанции, оценив имеющиеся в деле доказательства в совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом конкретных обстоятельств правонарушения, пришел к выводу об отсутствии оснований для освобождения общества от административной ответственности на основании статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Правовых оснований для переоценки данных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Оснований для замены назначенного административного штрафа на предупреждение арбитражным судом не установлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 4.1.1 КоАП РФ за впервые совершенное административное правонарушение, выявленное в ходе осуществления государственного контроля (надзора), муниципального контроля, в случаях, если назначение административного наказания в виде предупреждения не предусмотрено соответствующей статьей раздела II КоАП РФ или закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, административное наказание в виде административного штрафа подлежит замене на предупреждение при наличии обстоятельств, предусмотренных частью 2 статьи 3.4 КоАП РФ, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи.

Согласно ч. 2 ст. 3.4 КоАП РФ предупреждение устанавливается за впервые совершенные административные правонарушения при отсутствии причинения вреда или возникновения угрозы причинения вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства, угрозы чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, а также при отсутствии имущественного ущерба.

Назначение административного наказания должно основываться на данных, подтверждающих действительную необходимость применения к лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, в пределах нормы, предусматривающей ответственность за административное правонарушение, именно той меры государственного принуждения, которая с наибольшим эффектом достигала бы целей административного наказания, а также ее соразмерность в качестве единственно возможного способа достижения справедливого баланса публичных и частных интересов в рамках административного судопроизводства.

Из положений статей 4.1.1, 3.4 следует, что замена штрафа на предупреждение возможна только в отношении впервые совершенного правонарушения.

Судом первой инстанции установлено, что Банк ВТБ (ПАО) ранее привлекалось к административной ответственности за однородное рассматриваемому административное правонарушение. В связи с чем судом первой инстанции сделан правомерный вывод об отсутствии оснований для замены штрафа на предупреждение.

Судом апелляционной инстанции установлено, что Банк ВТБ (ПАО) не внесено в Единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства, в связи с чем основания для применения ст. 4.1.2 КоАП РФ отсутствуют.

В силу ч. 3.2 ст. 4.1 КоАП РФ при наличии исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, имущественным и финансовым положением привлекаемого к административной ответственности юридического лица, судья, орган, должностное лицо, рассматривающие дела об административных правонарушениях либо жалобы, протесты на постановления и (или) решения по делам об административных правонарушениях, могут назначить наказание в виде административного штрафа в размере менее минимального размера административного штрафа, предусмотренного соответствующей статьей или частью статьи раздела II КоАП РФ либо соответствующей статьей или частью статьи закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях, в случае, если минимальный размер административного штрафа для юридических лиц составляет не менее ста тысяч рублей.

Частью 3.3 статьи 4.1 КоАП РФ установлено, что при назначении административного наказания в соответствии с частью 3.2 настоящей статьи размер административного штрафа не может составлять менее половины минимального размера административного штрафа, предусмотренного для юридических лиц соответствующей статьей или частью статьи раздела II КоАП РФ либо соответствующей статьей или частью статьи закона субъекта Российской Федерации об административных правонарушениях.

Вместе с тем, минимальный размер административного штрафа для юридических лиц по ч. 1 ст. 14.57 КоАП РФ составляет 50 000 руб., то есть менее ста тысяч рублей, в связи с чем судом первой инстанции сделан правомерный вывод о том, что положения ч. 3.2 ст. 4.1 КоАП РФ не подлежат применению в рассматриваемом случае.

При таких обстоятельствах основания к удовлетворению апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции не усматривает.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств.

Нарушений или неправильного применения норм процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием к отмене или изменению решения, апелляционной инстанцией не установлено.

Согласно пункту 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение судебных расходов, в том числе расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы.

При подаче апелляционной жалобы Банка ВТБ (ПАО) не уплатило государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы.

Статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) изменена Федеральным законом от 08.08.2024 № 259-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах».

Согласно пунктам 2, 28 статьи 19 Федерального закона от 08.08.2024 № 259-ФЗ, положения статьи 333.21 НК РФ Налогового кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к делам, возбужденным в суде соответствующей инстанции на основании заявлений и жалоб, направленных в суд после дня вступления в силу указанных положений (то есть после 08.09.2024).

Судом апелляционной инстанции установлено, что апелляционная жалоба Банка ВТБ (ПАО) подана посредством информационного ресурса «Мой Арбитр» 02.10.2024.

Следовательно, апелляционная жалоба направлена в суд после 08.09.2024, в связи с чем при определении размера подлежащей уплаты государственной пошлины необходимо руководствоваться положениями статьи 333.21 НК РФ (в редакции Федерального закона от 08.08.2024 № 259-ФЗ).

Пунктом 19 статьи 333.21 НК РФ (в редакции Федерального закона от 08.08.2024 № 259-ФЗ) предусмотрено, что по делам, рассматриваемым арбитражными судами, государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы уплачивается в следующих размерах: для физических лиц - 10 000 рублей; для организаций - 30 000 рублей.

Нормами Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрено освобождение от уплаты государственной пошлины при подаче апелляционной жалобы на решение арбитражного суда, принятого по результатам рассмотрения заявления об оспаривании постановления о привлечении к административной ответственности.

Вышеуказанное подтверждается выводами, содержащимися в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.10.2024 по делу № А72-16473/2023, от 10.10.2024 по делу № А01-3656/2023, от 07.10.2024 по делу № А56-83250/2022, от 03.10.2024 по делу № А51-18450/2023, от 03.10.2024 по делу № А12-1048/2024, от 03.10.2024 по делу № А35-37/2024, от 03.10.2024 по делу № А13-15562/2023, от 16.10.2024 по делу № А56-67898/2023, от 16.10.2024 по делу № А37-188/2024, от 15.10.2024 по делу № А72-16473/2023.

Учитывая изложенное, Банка ВТБ (ПАО) в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за подачу апелляционной жалобы в размере 30 000 (Тридцать тысяч) руб. 00 коп.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 23.09.2024 по делу № А32-68079/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с Банка ВТБ (ПАО) (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 30 000 (Тридцать тысяч) руб. 00 коп.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в течение двух месяцев с даты его вступления в законную силу (даты изготовления в полном объёме), через арбитражный суд первой инстанции.

ПредседательствующийМ.В. Соловьева

СудьиО.Ю. Ефимова

М.Е. Штыренко