Постановление от 23 октября 2024 г. по делу № А40-91378/2023

Д Е В Я Т Ы Й А Р Б И Т РА Ж Н Ы Й А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й С У Д

127206, г.Москва, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-41749/2024

Дело № А40-91378/23
г.Москва
23 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 октября 2024 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сазоновой Е.А.,

судей: Петровой О.О., Яниной Е.Н.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рябкиным Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело №А40-91378/23

по правилам суда первой инстанции

по иску Общества с ограниченной ответственностью «Лилия» (ОГРН <***>, 346918, <...>)

к ФИО1

о взыскании денежных средств,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 17.10.2023



У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд города Москвы обратилось Общество с ограниченной ответственностью «Лилия» с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 831 704,49 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.06.2023 по делу №А40- 91378/23 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с принятым решением, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить по доводам, изложенным в апелляционной жалобе.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда города Москвы от 09.01.2024 по делу №А40-91378/23, апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2024 решение Арбитражного суда г.Москвы от 30.06.2023 отменено по безусловным основаниям, исковые требования удовлетворены.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.06.2024 отменено постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2024, дело направлено на новое рассмотрение в апелляционный суд.

Направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что судом апелляционной инстанции не установлены обстоятельства, которые свидетельствовали бы о том, что ответчиком допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества, в частности, использование ответчиком банковских счетов ООО «Санпапер» для удовлетворения личных нужд вместо осуществления расчетов с кредиторами, вывод имущества из ООО «Санпапер» в пользу третьих лиц на невыгодных условиях либо наличие иных действий, которые свидетельствовали бы о недобросовестных действиях ответчика.

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности фактически указано на прекращение деятельности общества до расчетов с кредиторами, при этом оценка доводам истца, в том числе о выводе ответчиком активов ООО «Санпапер», о не подаче заявления о банкротстве и т.д., а также возражениям ответчика на доводы, приведенные в исковом заявлении, судом апелляционной инстанции не дана, в связи с чем вывод суда об удовлетворении иска является преждевременным.

При новом рассмотрении представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Дело рассмотрено без участия представителя истца, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, в связи с чем дело рассмотрено в порядке ст. 156 АПК РФ.

Апелляционный суд, учитывая указания суда кассационной инстанции, повторно исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Ростовской области от 06.09.2018 по делу №А53-18655/2018 с ООО «Санпапер» в пользу ООО «Лилия» взыскано 831 704,49 руб. задолженности по договору поставки № ю-38/17 от 06.06.2017; 25 723,82 руб. неустойки, 20 663руб. - судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В рамках исполнительного производства задолженность ООО «Санпапер» перед ООО «Лилия» не погашена, исполнительное производство окончено на основании пункта 6 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» в связи с ликвидацией должника-организации.

12.01.2023 ООО «Санпапер» исключено из ЕГРЮЛ по решению налогового органа в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых имеется запись о недостоверности.

Единственным участником с долей владения 100% и генеральным директором ООО «Санпапер» являлась ФИО1

Полагая, что в связи с неправомерными действиями ФИО1 по выводу активов общества, непогашению образовавшейся перед истцом задолженности, возникшей в период ее руководства, не инициированию процедуры банкротства, не обеспечению нахождения общества по месту регистрации, что явилось основанием для исключения юридического лица, ООО «Лилия» лишилось возможности получить исполнение вступившего в законную силу решения суда, истец обратился с исковым заявлением в суд.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 ГК РФ законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление № 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их «продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865).

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307-ЭС22- 18671).

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо – ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления № 53).

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

С точки зрения истца, недобросовестность ответчика как единственного участника и руководителя заключалась в том, что, решение суда о взыскании задолженности с ООО «Санпапер» в пользу ООО «Лилия» в добровольном порядке не исполнено; ответчик совершал недобросовестные и неразумные действия (бездействие) по неисполнению вступившего в законную силу судебного акта; ответчик не заявил возражений против исключения общества из ЕГРЮЛ в установленный законом срок, что повлекло прекращение деятельности от ООО «Санпапер» в административном порядке; допущением недостоверности сведений в ЕГРЮЛ ответчик довел ООО «Санпапер» до состояния, когда общество перестало отвечать признакам действующего юридического лица.

Между тем, ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора не вызвана рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Сама по себе ссылка истца на прекращение деятельности общества и не погашение задолженности не свидетельствуют о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, поскольку противоречит принципу имущественной обособленности юридического лица и не может быть признана правомерной.

В ситуации, когда единственный участник хозяйственного общества одновременно выполняет функции генерального директора, действительно присутствует риск того, что такой участник, ведущий дела общества во всей полноте, включая руководство его текущей деятельностью (участвующий в переговорах с контрагентами, заключающий сделки от имени общества, свободно распоряжающийся имуществом общества и т.п.) будет использовать правовую форму юридического лица только в качестве средства защиты от имущественных притязаний кредиторов по отношению к себе лично.

Однако в силу презумпции добросовестности, пока не доказано иное, предполагается, что даже при высокой степени контроля за деятельностью общества участник отделяет собственную личность от личности корпорации.

В данном случае материалы дела не содержат доказательств, которые свидетельствовали бы о том, что ответчиком было допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества, в частности, использование ответчиком банковских счетов Общества для удовлетворения личных нужд вместо осуществления расчетов с кредиторами, вывод имущества из Общества в пользу третьих лиц на невыгодных условиях и т.д.

Истцом не доказано, что при наличии достаточных денежных средств (имущества) ответчик уклонился от погашения задолженности перед истцом, выводил активы, скрывал имущество должника, за счет которого могло произойти погашение долга.

Апелляционным судом были запрошены сведения по банковским счетам ООО «Санпапер», в том числе, сведения из банковских выписок по движению денежных средств Общества.

Судом установлено, что за период с 06.06.2017 по 02.07.2018 (13 календарных месяцев), на расчетный счет ФИО1 осуществлены платежи от ООО «Санпапер» в размере 842 000руб.

Таким образом, среднемесячные поступления составляют 842 000 / 13 = 64 700руб.

Истец, ссылаясь на платежи в пользу ФИО1 с назначением платежа «финансовая помощь» указывает на вывод денежных средств.

Согласно пояснениям ответчика, финансовая помощь учредителю оказывалась в связи с тем, что среднемесячная заплата ФИО1 как директора, в среднем составляла менее 30 000руб. Сумма является незначительной для общего оборота денежных средств и составляет менее 8%. Указанное не повлияло и не могло повлиять на невозможность удовлетворения требований Истца.

Касательно платежей совершенных ФИО3 ответчик также указал, что основной ОКВЭД ООО «Санпапер» - 46.49 Торговля оптовая прочими бытовыми товарами. Виды деятельности ИП ФИО3: предоставление услуг по перевозкам (49.42), деятельность курьерская (53.20.3), торговля розничная косметическими и товарами личной гигиены в специализированных магазинах (47.75).

ИП ФИО3 осуществлял в пользу ООО «Санпапер» перевозку и доставку продукции (бытовых товаров) контрагентам ООО «Санпапер».

Указанные отношения связаны с обычной экономической деятельностью юридического лица. За оказанные услуги осуществлялась оплата с расчетного счета ООО «Санпапер» с соответствующим назначением платежа: за транспортные услуги, в зависимости от объема выполненных работ, на основании выставляемых счетов.

Наряду с этим, в собственности ИП ФИО3 находилось оборудование по производству туалетной бумаги (станок). У ООО «Санпапер» отсутствовала финансовая возможность приобретения данного оборудования в собственность, в связи с чем оно предоставлялось в аренду ИП ФИО3

За оказанные услуги осуществлялась также оплата с расчетного счета ООО «Санпапер» с соответствующим назначением платежа, в зависимости от срока аренды оборудования, на основании выставляемых счетов.

ФИО3 одновременно являлся сотрудником ООО «Санпапер» и получал ежемесячную заработную плату, что за 13 месяцев составило 171 618 руб., то есть примерно 13 200 руб. ежемесячно.

ФИО3, имея статус индивидуального предпринимателя, не осуществлял основной деятельности по производству и продаже бытовых товаров, однако имел определенный круг контрагентов, знал особенности производства, и работал на неполной ставке в ООО «Санпапер» в качестве менеджера по продажам, поскольку предоставлял клиентов и периодически вел переговоры, в связи с указанным отношения были оформлены как трудовые.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности необходимо установление наличия убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя и причинно-следственной связи между данными фактами.

Взаимоотношения ИП ФИО3 и ООО «Санпапер» относятся к обычной хозяйственной деятельности общества.

Согласно банковской выписке, общие доходы ООО «Санпапер» за 13 месяцев составили 19 922 355,72руб.

Вопреки доводам Истца, ни денежные средства, поступавшие на расчетный счет ФИО1, ни денежные средства, перечисляющиеся ИП ФИО3 в рамках осуществления обычной хозяйственной деятельности Общества не повлияли и не могли повлиять на неудовлетворение требований кредитора, поскольку не являются выводом денежных средств, обоснованы обычными экономическими отношениями.

Вышеизложенные действия лица должны были создать условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637 по делу № А03-6737/2020), то есть должна прослеживаться причинно-следственная связь, между действиями по «выводу» активов, и последствием в виде неудовлетворения требований кредитора.

Фактически, ООО «Лилия» указывает, что перечисление денежных средств по договорам с ИП ФИО3 и заработная плата ФИО1 и материальная помощь ей как учредителю, стали причиной неудовлетворения требований кредитора.

Всего оборот денежных средств ООО «Санпапер» за спорный период составил 59 888 865,40руб.

При этом, все платежи совершены в рамках обычной деятельности хозяйственных обществ.

Более того, указанные платежи не являются существенной часть оборота денежных средств ООО «Санпапер» и составляют менее 10% от всех расходов Общества за спорный период, и менее 5% от общего оборота денежных средств.

Наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 ГК РФ.

Предусмотренная данной нормой ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно при наличии определенных условий, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

С учетом изложенного, апелляционным судом не установлены обстоятельства, которые позволяли бы сделать вывод о том, что истец утратил возможность получения денежных средств по обязательствам ООО «Санпапер» вследствие того, что контролирующее лицо общества действовало во вред кредитору и осуществляло вывод денежных средств, также вина и причинно-следственная связь между действиями ответчика и возникшей у истца задолженностью судом не установлена, в связи с чем, апелляционная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

Руководствуясь статьями 71, 65, 110, 176, 266-268, 270, 271 АПК РФ, Девятый арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г.Москвы от 30.06.2023 по делу №А40-91378/23 отменить.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Лилия» в доход Федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Лилия» в пользу ФИО1 расходы за уплату государственной пошлины по кассационной жалобе в размере 3 000 руб.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.


Председательствующий судья: Е.А. Сазонова


Судьи: Е.Н. Янина


О.О. Петрова