Постановление от 24 марта 2023 г. по делу № А41-15282/2019

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-432/2023

Дело № А41-15282/19
24 марта 2023 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 22 марта 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 марта 2023 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Семикина Д.С.,

судей Досовой М.В., Катькиной Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 08.12.2022 по делу № А41-15282/19 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 в порядке передоверия от ФИО4 - ФИО5, ФИО6, представители по доверенностям от 18.05.2022, 31.01.2023;

от ООО КБ «Инвестиционный союз» - ФИО7, представитель по доверенности от 28.09.2022;

иные лица, участвующие в обособленном споре, не явились, извещены;

установил:

решением Арбитражного суда Московской области от 04.12.2019 по делу №А41-15282/19 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО8.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.07.2020 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО9.

КБ «Инвестиционный Союз» (ООО) обратилось в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка с жилым домом от 20.04.2018, заключенного между должником и ФИО2, и применении последствий его недействительности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.07.2021, оставленное без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021, в удовлетворении заявленных требований ООО КБ «Инвестиционный Союз» отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26.01.2022 определение Арбитражного суда Московской области от 19.07.2021 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2021 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

Определением от 08.12.2022 Арбитражный суд Московской области признал договор от 20.04.2018 недействительным; применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 50:07:0040419:304, площадью 1200 кв.м, а также жилой дом с кадастровым номером 50:07:0060101:1727, площадью 177,3 кв.м, расположенные по адресу: <...>.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Московской области от 08.12.2022 по делу № А41-15282/19 отменить.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству размещена на официальном сайте в общедоступной автоматизированной информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети интернет - http://kad.arbitr.ru/ в режиме ограниченного доступа.

До начала судебного разбирательства от ООО КБ «Инвестиционный союз» поступил отзыв на апелляционную жалобу.

Апелляционной коллегией в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) приобщен к материалам дела отзыв.

От представителей ФИО2 было заявлено ходатайство о вызове свидетеля ФИО10 для дачи пояснений по спорной сделке, в том числе в отношении передачи денежных средств.

Представитель ООО КБ «Инвестиционный союз» возражал против удовлетворения заявленного ходатайства.

В силу части 1 статьи 88 АПК РФ по ходатайству лица, участвующего в деле, арбитражный суд вызывает свидетеля для участия в арбитражном процессе.

В соответствии с положениями статьи 88 АПК РФ вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда, и обуславливается предметом доказывания и необходимостью в получении определенного доказательственного материала (относимого и допустимого) в подтверждение наличия какого-либо юридического факта.

Согласно части 3 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

Апелляционный суд отказывает в удовлетворении ходатайства о вызове свидетеля, поскольку в материалы дела представлены письменные доказательства по обстоятельствам, которые может подтвердить свидетель.

Вопреки позиции заявителя, у суда отсутствовали основания для привлечения ФИО10 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Доказательства, подтверждающие, что принятый по обособленному спору судебный акт может повлиять или непосредственно затрагивает права и обязанности ФИО10, не привлеченного к участию в деле, в материалы дела не представлены.

В обжалуемом судебном акте отсутствуют какие-либо выводы в отношении него, следовательно, его права не нарушены.

Рассмотрев ходатайство ФИО2 о не привлечении к участию в деле ФИО10, суд апелляционной инстанции не нашел процессуальных оснований для его удовлетворения. Таким образом, из материалов дела не усматривается наличие безусловных оснований для отмены судебного акта, предусмотренных пунктом 4 части 4 статьи 270 АПК РФ.

В судебном заседании представители ФИО2 поддержали доводы апелляционной жалобы, просили обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель ООО КБ «Инвестиционный союз» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения лиц, участвующих в судебном заседании, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 20.04.2018 между ФИО3 (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого продавец передал в собственность покупателя земельный участок с кадастровым номером 50:07:0040419:304, площадью 1200 кв.м и жилой дом с кадастровым номером 50:07:0060101:172, площадью 177,3 кв.м, расположенные по адресу: <...>.

Запись о переходе права собственности совершена 28.04.2018.

Цена сделки составила 2 300 000 руб.

Полагая, что сделка по заключению договора совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, конкурсный кредитор обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, ссылаясь на пункты 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Заявление о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) принято к производству определением Арбитражного суда Московской области 05.03.2019.

Оспариваемый договор купли-продажи заключен 20.04.2018 (переход права собственности 28.04.2018), то есть в период подозрительности, установленный в пунктах 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Таким образом, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо установить наличие совокупности условий: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления и неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 3 статьи 423 ГК РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

Из содержания оспариваемого договора следует, что стоимость спорного имущества составляет 2 300 000 руб.

В рамках настоящего спора была проведена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости спорного недвижимого имущества.

Согласно заключению эксперта ООО «Консалтинговая фирма Джи Ай Си» от 27.09.2022 стоимость имущества составила 2 331 511 руб.

При первоначальном рассмотрении спора ответчиком указано, что денежные средства были получены ФИО3 лично, что подтверждается распиской должника от 30.04.2018 и указание об этом в акте приема-передачи 20.04.2018.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО3 находился в следственном изоляторе и согласно справке ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по г. Москве № 50/ТО/2/5/12.

Режим содержания в СИЗО не позволяет подозреваемым или обвиняемым получать наличные денежные средства, а деньги, изъятые у него во время нахождения в СИЗО, зачисляются на его лицевой счет без права пользования (пункт 33 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 14.10.2005 № 189).

На лицевой счет ФИО3 денежные средства в сумме 2 300 000 руб. не поступали и с его лицевого счета не перечислялись.

Ответчик при новом рассмотрении спора заявил о том, что денежные средства получил представитель ФИО3 по доверенности от 02.06.2017 (т. 6 л.д. 117), в подтверждение этого представлена расписка от 13.05.2022 (т. 6 л.д. 114).

Между тем, расписки или акты приема-передачи денежных средств, передача денежных средств с использованием банковских ячеек, сейфов к оформлению которых имеют отношение только заинтересованные стороны, в отсутствие доказательств, свидетельствующих о движении денежных средств (подтверждение покупателем своего источника происхождения средств, их аккумулирование и дальнейшее движение средств от покупателя к продавцу) сами по себе могут и не подтверждать факт возмездности приобретения.

Согласно пункту 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Ответчиком в подтверждение финансовой возможности передачи спорной суммы представлены банковские выписки, договор купли-продажи автомобиля Мерседес Бенц от 05.12.2017 стоимостью 100 000 руб., расписка о получении за продажу автомобиля денежных средств в размере 5 500 000 руб.

Судом первой инстанции установлено, что выписки по счетам состоят из операций по выдаче и внесению денежных средств на примерно одни и те же суммы.

Согласно ответу налогового органа у ответчика отсутствует задекларированный доход с 2016 по 2018 года.

Представленная расписка о получении денежных средств на сумму 5 500 000 руб. противоречит условиям договора.

При занижении стоимости автомобиля при продаже для уклонения от уплаты налога, на лицо ложатся все неблагоприятные последствия подобного поведения. Это выражается, в том числе в том, что лицо лишается права ссылаться на наличие дохода превышающего задекларированную сумму.

Судом первой инстанции принято во внимание, что автомобиль Мерседес Бенц был приобретен ответчиком 06.12.2017 и продан через 2 месяца - 16.02.2018.

Доказательства финансовой возможности для приобретения спорного автомобиля, а также пояснения относительно срочной продажи автомобиля не представлены ответчиком.

С учетом повышенного стандарта доказывания в делах о банкротстве договор купли-продажи транспортного средства, стоимость которого согласована сторонами в размере 100 000 руб., представленная расписка в получении денежных средств в счет его оплаты в размере 5 500 000 руб. правомерно не приняты судом в качестве надлежащего доказательства финансовой возможности ответчика.

Учитывая изложенные обстоятельства, документы, представленные в материалы дела, не подтверждают финансовую возможность ответчика на приобретение спорного недвижимого имущества. Доказательства, позволяющие отследить реальное движение средств от покупателя к продавцу, не представлены.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

Согласно пункту 5 Постановления № 63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

б) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 63 согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на лицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Под неплатежеспособностью должника в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества представляет собой превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно пункту 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

С учетом разъяснений ВАС РФ, изложенных в пунктах 5 - 7 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, в предмет доказывания недействительности сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве входит установление наличия в совокупности следующих условий:

1. Спорная сделка заключена не ранее чем за три года до принятия судом заявления о признании должником банкротом;

2. Сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

3. В результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

4. Другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что должник является неплатежеспособным или вскоре станет таковым.

Согласно сформированной правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16- 20056(6), определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308- ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в частности в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306- ЭС16-20056(6)) при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

По смыслу правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.03.2019 № 305-ЭС18-17629 (2), в ситуации, когда независимые кредиторы представили серьезные доказательства и привели убедительные аргументы недобросовестности контрагентов по сделкам, аффилированное лицо не может ограничиться представлением минимального набора документов в подтверждение реальности рассматриваемых отношений.

Нежелание аффилированного лица представить дополнительные доказательства, находящие в сфере его контроля, в силу статей 9 и 65 АПК РФ должно рассматриваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты.

Судом первой инстанции установлено, что должник находился в СИЗО в период с 14.11.2017 по 18.03.2019 и на протяжении этого периода был зарегистрирован в спорном жилом дом.

Сведения о заключении договоров с агентами по недвижимости, риэлторами на поиск потенциальных покупателей отсутствуют. Доказательства размещения объявлений о продаже объектов недвижимости на каких-либо ресурсах не представлены.

Согласно пункту 5 договора от 20.04.2018 расчет между сторонами производится после государственной регистрации права собственности на покупателя в срок не более 5 банковских дней.

Стороны при расчетах не использовали аккредитив, банковскую ячейку (сейф), депозит нотариуса, аванс, задаток и иные инструменты, которые направлены на защиту сторон сделки.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что заключение договора на таких условиях с точки зрения обычаев делового оборота является нестандартным и недоступным независимым участникам рынка недвижимости. Покупка жилого дома, в котором зарегистрирован должник, находящийся в СИЗО, без личного контакта с собственником, условие об оплате после регистрации перехода права собственности, отсутствие залога выходит за пределы обычаев делового оборота. Экономическая целесообразность заключения спорного договора не раскрыта сторонами.

Кроме того, на протяжении года после отчуждения спорного имущества новый собственник не предпринимал действий по снятию с регистрационного учета должника.

Установленные в рамках настоящего обособленного спора обстоятельства заключения и исполнения спорной сделки свидетельствуют о фактической аффилированности сторон сделки.

Таким образом, в результате совершения должником оспариваемой сделки кредиторам должника был причинен вред, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет проданного имущества.

В отсутствие доказательств, достоверно подтверждающих факт передачи денежных средств в сумме 2 300 000 руб., отсутствии допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих финансовую состоятельность ответчика на момент оплаты спорного имущества, а также сведений о расходовании получателями (продавцом по сделке) полученных денежных средств, имеются все основания для вывода о безвозмездности оспариваемой сделки и о наличии цели в причинении вреда иным участникам гражданского оборота (кредиторам) путем вывода из конкурсной массы ликвидного имущества.

Безвозмездность спорной сделки свидетельствует о том, что ответчик знал или должен был знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом, наличие либо отсутствие признаков недостаточности имущества на момент совершения оспариваемой сделки не подлежит обязательному доказыванию при оспаривании сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и не носит решающего значения при рассмотрении требований об оспаривании сделки.

При указанных обстоятельствах, оценив в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что, конкурсным кредитором доказана совокупность обстоятельств, а также условий, входящих в предмет доказывания оснований для признания договора от 20.04.2018 недействительным на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Судом первой инстанции установлено, что заключению оспариваемого договора предшествовал момент совершения должником 18.06.2015 цепочки оспоримых сделок с Банком, которые были направлены на досрочное погашение задолженности должника и иных лиц перед Банком по обязательствам, которые вытекают из кредитных правоотношений.

Данные сделки признаны недействительными определением Арбитражного суда г. Москвы 10.11.2017 по делу № А40-128284/15 о несостоятельности КБ «Инвестиционный Союз» (ООО).

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 10.09.2020 по делу № А40-128284/15 (с учетом постановления от 17.12.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда, постановления Арбитражного суда Московского округа от 10.03.2021) с ФИО3 в пользу банка взысканы убытки в размере 4 254 456 398 руб. 83 коп.

Убытки от перечисленных сделок обусловлены решениями ФИО3 о заключении договоров купли-продажи неликвидных векселей (ценных бумаг заведомо неплатежеспособных организаций) и исполнении данных договоров путем перечисления контрагентам денежных средств в качестве уплаты цены приобретенных векселей.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что договор от 20.04.2018 является мнимой сделкой, поскольку совершена с целью исключения возможности фактического выбытия из-под контроля должника принадлежащего ему имущества.

Суд апелляционной инстанции критически относится к договору поставки от 19.07.2019 №21753, заключенному между ФИО4 и ИП ФИО11 (т. 5 л.д. 111-113), и договору от 02.04.2019 №18/64/60-03, заключенному между ФИО12 и ИП ФИО13 (т. 6 л.д. 111-112) в качестве подтверждения обстоятельств по пользованию ответчиком спорного имущества, поскольку из предмета договоров невозможно точно установить, что расходы понесены именно на содержание спорных объектов недвижимости.

Частью 1 статьи 167 ГК РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (часть 2 статьи 167 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

С учетом фактических обстоятельств обособленного спора, нахождения на дату рассмотрения дела в собственности у ответчика спорного имущества, суд первой инстанции правомерно применил последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника земельный участок и дом.

Довод апеллянта о неверном применении судом первой инстанции последствий недействительности сделки в виде не указания взыскания с должника в пользу ФИО2 денежных средств в размере 2 300 000 руб., подлежит отклонению с учетом установления обстоятельств безвозмездности спорной сделки.

Ссылка апеллянта о пропуске кредитором годичного срока на обращение в Арбитражный суд Московской области с заявлением об оспаривании сделки должника, подлежит отклонению, поскольку в данном случае годичный срок исковой давности начинает течь не с момента введения процедуры реструктуризации, а с момента, когда Банку стало известно о наличии оспариваемой сделки.

Нерассмотрение судом первой инстанции ходатайства должника о пропуске заявителем срока на обращение не привело к принятию неправильного судебного акта и не свидетельствует о наличии оснований для применения части 3 статьи 270 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции признал несостоятельным довод заявителя жалобы о необоснованном отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства ФИО2 о вызове свидетеля (т. 6 л.д. 73).

Отказав в удовлетворении ходатайства, суд первой инстанции не нарушил норм процессуального права.

Ссылка апеллянта о том, что суд первой инстанции вышел за пределы заявленных требований, признавая оспариваемую сделку мнимой, что противоречит требованиям АПК РФ, подлежит отклонению с учетом указаний суда кассационной инстанции в постановлении от 26.01.2022 (л. 11-12).

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Иная оценка заявителем фактических обстоятельств дела и иное толкование им положений закона не означают допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствуют о существенных нарушениях судом норм материального права, повлиявших на исход дела.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Московской области от 08.12.2022 по делу № А41-15282/19, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 223, 266 – 268, 271 АПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 08.12.2022 по делу № А41-15282/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.


Председательствующий


Д.С. Семикин

Судьи


М.В. Досова

Н.Н. Катькина