Постановление от 10 ноября 2024 г. по делу № А08-6659/2023

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А08-6659/2023
город Воронеж
11 ноября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 ноября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 11 ноября 2024 года


Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:


председательствующего судьи

ФИО1,

судей

ФИО2,


ФИО3,


при ведении протокола судебного заседания секретарем Багрянцевой Ю.В.,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «СФЕРА» на решение Арбитражного суда Белгородской области от 08.04.2024 по делу № А08-6659/2023 по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО5 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «СФЕРА» (ИНН <***>, ОГРН <***>), индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительного права,

при участии третьего лица: индивидуальный предприниматель ФИО6 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>),

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО5 (далее – ИП ФИО5, истец) обратился в Арбитражный суд Белгородской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «СФЕРА» (далее - ООО «СФЕРА», ответчик), индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее – ИП ФИО4, соответчик) о взыскании с ответчиков в солидарном порядке компенсации за нарушение исключительного права на изобретение по патенту Российской Федерации № 2743757 «Узел натяжения полотна натяжного потолка» с датой приоритета от 11.10.2018 в размере 5 000 000 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена индивидуальный предприниматель ФИО6 (далее – ИП ФИО6, третье лицо).

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 08.04.2024 по настоящему делу исковые требования удовлетворены частично. С ответчиков в пользу истца солидарно взыскана компенсация за нарушение исключительного права на изобретение по патенту №2743757 «Узел натяжения полотна натяжного потолка» в размере 500 000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 4 800 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с указанным решением суда, полагая его незаконным и необоснованным, ответчики обратились в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы заявители указывают на ошибочность вывода суда первой инстанции о том, что товар, с использованием изобретения, защищенного патентом № 2743757 «Узел натяжения полотна натяжного потолка» реализован ответчиками без согласия истца, реализованный товар является оригинальным, а размер взысканной компенсации не отвечает принципу разумного и справедливого подхода к ее определению.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ИП ФИО5 является правообладателем исключительного права на изобретение, защищенное патентом РФ № 2743757 «Узел натяжения полотна натяжного потолка» с приоритетом от 11.10.2018, сроком действия исключительного права до 11.10.2038.

В результате маркетингового анализа рынка истцу стало известно о нарушении ООО «СФЕРА» (ответчик) и генеральным директором ООО «СФЕРА» ИП ФИО4 (соответчик) исключительного права на указанное изобретение.

Так, ООО «СФЕРА» размещает на интернет-сайте https://optsferapotolki.ru/ информацию о товаре «Профиль теневой стеновой ЕвроKRAAB 2,0м черный» (страница сайта:https://optsferapotolki.ru/catalog/profili/slott_kraab/profil_tenevoy_stenovoy_evrokraab_2 _0m_ cher nyy/), с целью реализации (продажи) вышеуказанных товаров потребителям.

По информации, содержащейся на сайте https://optsferapotolki.ru/company/ about_us.php, общество занимается реализацией натяжных потолков с 2012 года, имеет офисы в городах: Белгород, Воронеж, Калуга, Курск, Орел, Старый Оскол и Тула, доставка Товара осуществляется по всей России.

В соответствии с пунктом 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10) распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения являются допустимыми доказательствами в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле.

Владельцем Интернет-сайта, разместивший предложение о продаже Товара, является ответчик ООО «СФЕРА», что подтверждается приобщенным к материалам дела Заключением по исследованию цифровой информации в сети Интернет от 29.03.2023.

В соответствии с частью 2 статьи 10 ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» владелец сайта в сети Интернет обязан разместить на принадлежащем ему сайте информацию о своих наименовании, месте нахождения и адресе, адресе электронной почты. При отсутствии указанных данных в соответствии с пунктом 78 Постановления № 10 презюмируется, что владельцем сайта является администратор доменного имени, адресующего на соответствующий сайт.

Таким образом, ответчик, разместивший свои реквизиты на страницах Интернет-сайта, является надлежащим ответчиком по настоящему делу. Через официальный сайт ООО «СФЕРА» была совершена контрольная закупка указанного товара.

С целью подтверждения факта получения товара и его точной идентификации, приемка Товара была произведена с видео и фото фиксацией процесса приемки товара, и последующим составлением соответствующего Заключения по фиксации процесса получения и передачи товара от 20.02.2023, приобщенным к материалам дела.

Из отгрузочных документов на товар следует, что грузоотправителем является ФИО4

Счет на оплату № 42 от 08.02.2023 был выставлен от имени ФИО4, оплата товара платежным поручением от 09.02.2023 № 9 произведена на его расчетный счет.

Полученный товар был подвергнут сравнительному патентному анализу с целью установления нарушения исключительного права на вышеуказанное изобретение, результаты и выводы которого отражены в представленном истцом Заключении специалиста от 12.03.2023.

По результатам сравнительного анализа специалистом был сделан следующий вывод: «Изделие «Профиль теневой стеновой ЕвроKRAAB 2,0 м чёрный» содержит каждый признак изобретения по патенту № 2743757 «Узел натяжения полотна натяжного потолка» с приоритетом от 11.10.2018, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения».

При этом, ни патентообладатель ИП ФИО5, ни правообладатель исключительной лицензии на весь срок действия патента ООО «КРААБ СИСТЕМС» (лицензионный договор от 02.09.2022), не давали ответчикам согласие (разрешение) на использование изобретения.

Ссылаясь на нарушение исключительных прав на изобретение, ИП ФИО5 направил каждому ответчику претензии о нарушении прав на изобретение № 2743757с требованием прекратить нарушение и выплатить компенсацию. Ответчики претензию получили, однако требования не выполнили, на направленное соглашение о досудебном урегулировании спора не отреагировали.

Неисполнение требований претензии послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Принимая обжалуемый судебный акт и частично удовлетворяя заявленные исковые требования, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1358 ГК РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец). Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

В силу пункта 2 статьи 1358 ГК РФ использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец; осуществление способа, в котором используется изобретение, в частности путем применения этого способа.

Согласно абзацу 1 пункта 3 статьи 1358 ГК РФ изобретение признается использованным в продукте или способе, если продукт содержит, а в способе использован каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения.

Таким образом, из нормы пункта 3 статьи 1358 ГК РФ следует, что для установления использования изобретения необходимо сопоставить каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы, с признаками, выявленными в продукте (способе) предполагаемого нарушителя исключительного права.

Исходя из положений статьи 1252 ГК РФ, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования. При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Из обжалуемого судебного акта верно следует, что истец является обладателем патента Российской Федерации № 2743757 «Узел натяжения полотна натяжного потолка» с приоритетом 11.10.2018, что подтверждается представленным истцом в материалы дела патентом на изобретение.

В материалы дела представлены скриншоты электронной переписки, счет на оплату, платежное поручение на покупку товаров, фото и видео фиксация процесса контрольной закупки товара, заключение по фиксации получения и передачи товара. Указанные доказательства содержат исчерпывающую информацию, чтобы идентифицировать продавца, ответственность за нарушение исключительных прав истца должно нести лица, выступающее продавцами в совершенных сделках.

Факт реализации ответчиком рассматриваемого спорного товара подтвержден истцом надлежащим образом, представленные истцом доказательства в совокупности, содержат необходимые идентифицирующие сведения о продавцах и реализованных товарах, а также о фактах их реализации.

В силу пункта 2 статьи 401 ГК РФ, отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Доказательства, подтверждающие наличие у ответчиков прав на использование в предпринимательских целях указанного объекта интеллектуальной собственности, в материалах дела отсутствуют.

О фальсификации доказательств в соответствии со статьей 161 АПК РФ ответчиками не заявлено, факт реализации товара не оспорен, как и не заявлено ходатайство о назначении судебной патентно-технической экспертизы.

Позиция ответчиков о правомерности реализации спорного товара, поскольку, ИП ФИО4 приобрел его у ИП ФИО6, которая, по их мнению, заявляла, что товар введен в гражданский оборот правомерно в соответствии с действующим законодательством, продублированная в апелляционных жалобах, исследована судом первой инстанции и правомерно отклонена в силу следующего.

Заявление ответчиков об оригинальности спорных товаров не основано на относимых и допустимых доказательствах по делу, ходатайств о производстве судебной экспертизы не заявлялось, равно как и о фальсификации представленных истцом доказательств неправомерности реализации товаров.

Учитывая совокупность представленных в материалы дела доказательств, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что ответчики нарушили исключительных прав истца на изобретение по патенту № 2743757.

В соответствии со статьей 1406.1 ГК РФ в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе, в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно статье 1406.1 ГК РФ в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости права использования изобретения, полезной модели или промышленного образца, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующих изобретения, полезной модели, промышленного образца тем способом, который использовал нарушитель.

В пунктах 59, 60, 61, 62, 63, 64, 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и тому подобное), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

При этом закон наделяет правообладателя правом выбора одного из двух вариантов определения размера взыскиваемой компенсации (пункт 4 статьи 1515 ГК РФ):

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом выбран способ определения компенсации из расчета от 10 000 до 5 000 000 рублей за каждый случай нарушения исключительного права.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации. Компенсация является мерой ответственности за факт нарушения, охватываемого единством намерений правонарушителя.

Судебная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что, приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчики приняли все риски, связанные с введением в оборот данного товара. Заявители апелляционных жалоб, являясь субъектами предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от требовалась при данных обстоятельствах, могли и должны были осуществлять проверку закупаемой ими продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

В силу специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или, по крайней мере, приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе, если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности.

Низкая стоимость контрафактного товара, не свидетельствует о чрезмерности заявленной суммы компенсации, поскольку споры, связанные с защитой интеллектуальных прав, не обусловлены стоимостью товаров, на которых без согласия и разрешения правообладателя используются объекты интеллектуальной собственности.

Само по себе предложение товаров к продаже (их предложение на сайте) уже является нарушением исключительных прав, истец же лишь установил и зафиксировал факты нарушения его прав.

Ответчиками заявлено ходатайство о снижении размера компенсации в случае признания судом требований истца обоснованными.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе, носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что заявленный истцом размер компенсации (5 000 000 руб.), не отвечает принципу разумного и справедливого подхода к определению размера компенсации.

При этом однократность совершения нарушения подразумевает, что противоправное деяние, в том числе в сфере нарушения интеллектуальных прав, было совершенно впервые независимо от конкретных обстоятельств нарушения и лица, чье право было нарушено такими действиями.  Судом первой инстанции правильно учтено, что ответчики ранее не привлекались к ответственности за нарушение исключительных прав.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П (абзац 3 пункта 3.2.) отражено, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, – с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты, – должно получить необходимую информацию от своих контрагентов.

Ответчиками не представлено документального подтверждения принятия мер по получению необходимой информации о спорном товаре, чтобы убедится в том, что товар не является контрафактным. Ответчики на этапе приобретения товара должны были и имели возможность выяснить обстоятельства правомерности использования (реализации) товара с нанесенным спорным товарным знаком истца, путем запроса у поставщика лицензионного договора. Указанное свидетельствует о грубом характере нарушения.

Предоставленная суду возможность снизить размер компенсации в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть по существу, на реализацию требований части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Степень соразмерности заявленной истцом компенсации последствиям нарушения исключительного права является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела.

Приведенные ответчиками обстоятельства не свидетельствуют о наличии фактических обстоятельств и условий, подтверждающих возможность еще большего снижения суммы компенсации, оснований для вывода о карательном характере суммы компенсации не имеется, равно как и о нарушении баланса интересов сторон спора.

Оценив указанные истцом в обоснование размера компенсации доводы, представленные доказательства, учитывая положения пункта 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, постановления Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда», постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 №28-П, постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.02.2018 № 8-П, принимая во внимание возражения ответчика, специфику объекта интеллектуальной собственности, в отношении которого истцом испрашивается судебная защита в виде компенсации, срок, прошедший с момента регистрации прав истца до обнаружения истцом нарушения его прав, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, арбитражный суд области пришел к выводу, что требование истца о взыскании компенсации подлежит удовлетворению в размере 500 000 руб.

Ответчиками представленный истцом расчет размера компенсации не опровергнут, доказательства добровольного удовлетворения требований не представлены.

Заявляя о том, что размер взысканной компенсации не отвечает требованиям разумности и справедливости, ответчики не приводят доказательств, подтверждающих проявление должной осмотрительности по проверке введения оспариваемого товара в гражданский оборот правообладателем или с его согласия, в том числе при приобретении ответчиком товара.

Материалами дела подтверждается, что товар, реализованный ответчиками в ходе контрольной закупки фактически является иным, контрафактным товаром, а не тем, который был правомерно введен истцом (Правообладателем) в гражданский оборот.

Вместе с тем, судебной коллегией учитывается, что ООО «СФЕРА» предлагает к продаже на своем сайте и оригинальный товар, и неоригинальный, что зафиксировано заключением по исследованию цифровой информации в сети интернет – сайта Ответчика https://optsferapotolki.ru/ от 28.03.2023 года, имеющимся в материалах дела.

Истцом доказан факт реализации ответчиками контрафактного товара. Позиция ответчиков о том, что приобретенный товар является оригинальным, подлежит отклонению как необоснованная и опровергаемая материалами настоящего дела.

Таким образом, доводы апелляционных жалоб, о том, что имеет место исчерпание права на основании пункта 6 статьи 1359 ГК РФ не соответствует материалам дела, имеющимся в деле доказательствам. Поскольку введение в гражданский оборот товара, реализованного ответчиками в ходе контрольной закупки, нарушающего патент на Изобретение, самим правообладателем ответчиками не доказано.

Возражения заявителей апелляционных жалоб по существу сводятся к изложению их субъективного мнения о чрезмерности взыскиваемого размера компенсации, тогда как занятая ими правовая позиция не соответствует исследуемым нормам права, которая также не нашла своего документального подтверждения в представленных в материалы дела доказательствах.

Доводы апелляционных жалоб о необоснованности размера взысканной компенсации, не могут быть приняты во внимание, поскольку определение размера подлежащей взысканию компенсации осуществлено судом первой инстанции с учетом положений пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в рамках своих полномочий на основании исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств в совокупности, а взысканная с ответчиков сумма компенсации мотивирована надлежащим образом, признана соразмерной допущенному нарушению и разумной с учетом представленных доказательств.

Вышеуказанные обстоятельства ответчиками документально не опровергнуты, доказательств обратного в материалы дела не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. При этом арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

       Доказательства по делу судом первой инстанции оценены правильно, нарушений статей 67, 68, 71 АПК РФ не допущено. Оснований для иной оценки собранных по делу доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется. Новых доказательств по делу, которые не были бы предметом рассмотрения арбитражного суда области, не представлено.

Доводы заявителей апелляционных жалоб по существу не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

При принятии обжалуемого судебного акта арбитражный суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права, нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены решения арбитражного суда первой инстанции не имеется.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на их заявителей.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Белгородской области от 08.04.2024 по делу № А08-6659/2023 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции в порядке, установленном статьями 273-277 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья

ФИО1


судьи


ФИО2


ФИО3