Постановление от 28 июня 2019 г. по делу № А61-264/2016

ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357600, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. (87934) 6-09-16, факс: (87934) 6-09-14


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки Дело № А61-264/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 25.06.2019.

Полный текст постановления изготовлен 28.06.2019.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Луговой Ю.Б., судей: Казаковой Г.В., Марченко О.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия–Алания от 24.01.2019 по делу № А61-264/2016 по заявлению внешнего управляющего ФИО3 о признании договора № 49 недействительным и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТулузаИнтерСервис» (ИНН <***> ОГРН <***>), при участии в судебном заседании: от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТулузаИнтерСервис» - ФИО4 (представителя по доверенности от 01.11.2018), в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре, надлежащим образом уведомленных о времени и месте судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ограниченной ответственностью «ТулузаИнтерСервис» (далее – должник, ООО «ТулузаИнтерСервис») внешний управляющий ФИО3 (далее – ФИО3) обратился в Арбитражный суд Республики Северная Осетия–Алания с заявлением к ФИО5 (далее – ФИО5), ФИО2 (далее – ФИО2) с требованиями (уточненными в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)

- о признании недействительным договора долевого участия в строительстве № 49 от 24.12.2012, заключенного между ООО «ТулузаИнтерСервис» и ФИО5, на приобретение квартиры № 22, расположенной на 1 этаже здания по адресу: <...>, секция 1с-2с, второй подъезд, количество комнат: 3, проектная (планируемая) площадь: 127,14 кв.м.;

- договора от 17.06.2013 уступки прав по договору участия в долевом строительстве № 49 от 24.12.2012, заключенного между ФИО5 и ФИО6 (далее – ФИО6);

- договора от 18.02.2014 переуступки прав требования (вторичной цессии) по договору участия в долевом строительстве № 49 от 24.12.2012, заключенного между ФИО6 и ФИО2,

взыскать с ФИО2 стоимость спорной квартиры в сумме 4 351 366, 50 руб.

Определением суда от 23.06.2017 к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО6 и ФИО7 (далее – ФИО7).

Определениями суда от 22.06.2018 и 11.09.2018 к участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО8 и Федеральная Служба по Финансовому Мониторингу.

Определением суда от 24.01.2019 требования ФИО3 удовлетворены в полном объеме.

Суд первой инстанции, принимая обжалуемый судебный акт, руководствовался статьями 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и исходил из того, что оспариваемые сделки являются мнимыми, направленными на безвозмездный вывод имущества должника в ущерб интересов кредиторов. Безвозмездность передачи квартир подтверждена приговором Советского районного суда Республики Северная Осетия-Алания от 28.05.2018, вынесенного в отношении бывшего директора ООО «ТулузаИнтерСервис» ФИО9 Принимая реституцию в виду взыскания стоимости спорной квартиры, суд, установив, что квартиры находятся в собственности третьих лиц, руководствовался пунктом 1 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение суда от 24.01.2019 отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований. Податель жалобы указывает на несоответствие выводов суда первой инстанции имеющимся в деле доказательствам, поскольку в материалы дела представлены документы, подтверждающие факт оплаты по договорам.

Отзывы на жалобу суду не представлены.

Определениями апелляционного суда от 02.04.2019 и 23.05.2019 рассмотрение дела откладывалось в порядке части 5 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) для запроса в Управлении федеральной миграционной службы России по Республики Северная Осетия-Алания сведений о регистрации ФИО6 и ФИО7

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 24.05.2019 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на общедоступных сайтах http://arbitr.ru// в разделе «Картотека арбитражных дел» и Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда http://16aas.arbitr.ru в соответствии положениями статьи 121 АПК РФ и с этого момента является общедоступной.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего возражал против доводов апелляционной жалобы, просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, определение суда оставить без изменения.

Дело рассмотрено в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре, в соответствии со статьями 156, 266 АПК РФ.

Обжалуемый судебный акт проверен судом апелляционной инстанции в порядке статей 266, 268 и 272 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, заслушав представителя конкурсного управляющего должника, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО2 и отмены определения Арбитражного суда Республики Северная Осетия–Алания от 24.01.2019 не имеется.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между ООО «ТулузаИнтерСервис» (застройщик) и ФИО5 (участник долевого строительства) заключен договор долевого участия в строительстве № 49 от 24.12.2012 на приобретение квартиры № 22, расположенной на 1 этаже здания по адресу: <...>, секция 1с-2с, второй подъезд, количество комнат: 3, проектная (планируемая) площадь: 127,14 кв.м., по условиям которого застройщик обязался в предусмотренный ими срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и после получения разрешения на ввод его в эксплуатацию передать объекты долевого строительства участнику долевого строительства, а участник долевого строительства - уплатить обусловленную цену договора и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома (том 2, л. д. 43 – 52).

17 июня 2013 года между ФИО5 (участник долевого строительства) и ФИО6 (новый участник долевого строительства) заключен договор уступки прав требования по договору участия в долевом строительстве № 49 от 24.12.2012, по условиям которого участник долевого строительства уступает, а новый участник долевого строительства принимает в полном объеме права (требования) доли, принадлежащие участнику по договору № 49 от 24.12.2012 (том 2, л. д. 56 – 57).

18 февраля 2013 года между ФИО6 (участник долевого строительства) и ФИО2 (новый участник долевого строительства) заключен договор переуступки прав требования (вторичная цессия) по договору участия в долевом строительстве № 49 от 24.12.2012, по условиям которого участник долевого строительства уступает, а новый участник долевого строительства принимает в полном объеме права (требования) доли, принадлежащие участнику по договору № 49 от 24.12.2012 (том 3, л. д. 9 – 10).

Полагая, что указанные сделки совершены при отсутствии встречного предоставления, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, согласился с доводами управляющего К.Д.НБ. о подозрительном характере договоров.

Судебная коллегия апелляционного суда, повторно рассмотрев дело, считает выводы суда правомерными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ею таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве законодатель определил, что под вредом имущественным правам кредиторов следует понимать уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно присутствуют два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 7 постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Договор долевого участия в строительстве заключен в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В момент заключения договора должник отвечал признакам неплатежеспособности, что преюдициально установлено приговором Советского районного суда г. Владикавказа РСО – Алания (том 2, л. д. 128 – 147).

В деле отсутствуют доказательства встречного предоставления со стороны ФИО5 (фактической оплаты).

Указание в договоре на осуществление расчетов между сторонами не подтверждает факт реального осуществления такой оплаты.

Кроме того, доказательства осуществления ФИО6 и ФИО2 оплаты по договорам уступки и переуступки, в материалы дела также не представлены.

Таким образом, вывод суда о том, что договор долевого участия в строительстве № 49 от 24.12.2012, договор от 17.06.2013 уступки прав по договору участия в долевом строительстве № 49 от 24.12.2012 и договор от 18.02.2014 переуступки прав требования (вторичной цессии) по договору участия в долевом строительстве № 49 от 24.12.2012 являются взаимосвязанными сделками, образующими единую сделку, направленную на безвозмездную передачу ФИО2 указанного объекта недвижимого имущества, является правомерным.

В пункте 4 постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ отмечено, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 ГК РФ).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение уполномоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

О злоупотреблении сторонами правом при заключении договора может свидетельствовать совершение спорной сделки не в соответствии с ее обычным предназначением, а с целью избежания возможного обращения взыскания на отчужденное имущество должника.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом разъяснений, содержащихся в указанном постановлении, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 ГК РФ является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для квалификации сделки как совершенной с целью причинения вреда кредиторам в дело должны быть представлены доказательства того, что обе стороны осознавали противоправность данной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» указано на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 02.11.2010 № 6526/10, заключение сделки, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности имеющей целью уменьшение активов общества и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами.

В рассматриваемом случае отчуждение квартиры безвозмездно, очевидно свидетельствовало о том, что продавец преследовал цель вывода ликвидного имущества. Это, в свою очередь, не могло не породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения. ФИО5 не мог не осознавать то, что сделка нарушает права и законные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации квартиры.

Кроме того, факт сговора должника, ФИО9 и ФИО2 подтвержден приговором Советского районного суда г. Владикавказа РСО-Алания от 28.05.2018.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что имеются основания для признания спорных договоров недействительным, как совершенных со злоупотреблением права на основании статьи 10, пункта 2 статьи 168 ГК РФ.

По общему правилу статьи 167 ГК РФ последствием признания сделки недействительной является возвращение сторон в первоначальное положение.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 названного Закона, подлежит возврату в конкурсную массу.

При невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре, приобретатель возмещает действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Материалами дела установлено, что 28.08.2015 между ФИО2 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли – продажи, по условиям которого спорная квартира передана в собственность покупателя (том 2, л. д. 19 – 21), о чем также составлен акт приема – передачи от 28.08.2015. Соответственно, применение односторонней реституции в форме возврата ООО «ТулузаИнтерСервис» квартиры невозможно.

Суд первой инстанции установив, что на момент рассмотрения заявления о признании сделки должника недействительной спорное имущество в натуре у ФИО2 отсутствовало, правомерно применил на основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве последствия в виде возмещения действительной стоимости квартиры, равной ее рыночной стоимости в сумме 4 351 366, 50 руб., рассчитанной исходя из средней стоимости 1 кв.м. (34 225 руб.) общей площади в указанном многоквартирном доме в период заключения договора.

Ответчики рыночную стоимость квартиры не оспорили, ходатайство о назначении судебной экспертизы не заявили.

Довод апелляционной жалобы о том, что в материалы дела представлены достаточные доказательств оплаты стоимости спорной квартиры, отклоняется.

В подтверждение указанного довода ФИО2 ссылается на приходно – кассовые ордера.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35), при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Названные разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации направлены, прежде всего, на недопустимость включения в реестр требований кредиторов, в ущерб интересам других кредиторов, требований, основанных исключительно на расписке или на квитанции к приходному кассовому ордеру, которые могли быть изготовлены вследствие соглашения кредитора и должника, преследовавших цель создания документального подтверждения обоснованности таких требований.

Указанные положения подлежат применению и при оценке сделок должника на предмет фактической оплаты (передачи должнику денежных средств) по договору.

В деле отсутствуют надлежащие доказательства того, что у ФИО5 имелась финансовая возможность уплатить должнику по оспариваемому договору 2 860 650 рублей. Равно как и доказательства, свидетельствующие о том, каким образом должник распорядился полученными денежными средствами; другие обстоятельства, которые бы объективно свидетельствовали о реальном исполнении сторонами обязательств по передаче и получению указанных денежных средств.

Факт безвозмездного заключения договора долевого участия в строительства также преюдициально установлен приговором Советского районного суда г. Владикавказ от 28.05.2018 и апелляционным определением Верховного Суда РСО-Алания от 01.11.2018 (том 2, л. д. 128 – 147, том 3, л. д. 122 – 136).

Доводы апелляционной жалобы ФИО2, сводящиеся к иной, чем у суда, оценке доказательств, не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, так как они не опровергают правомерность выводов арбитражного суда и не свидетельствуют о неправильном применении норм материального и процессуального права.

На основании изложенного, арбитражный апелляционный суд считает, что доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имеют юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения.

Суд первой инстанции выполнил требования статьи 71 АПК РФ, полно, всесторонне исследовал и оценил представленные в деле доказательства и принял законный и обоснованный судебный акт.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы относится на ее заявителя и подлежит взысканию в доход федерального бюджета, поскольку при обращении в суд не оплачена.

Учитывая вышеизложенное, руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия–Алания от 24.01.2019 по делу № А61-264/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 150 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Ю.Б. Луговая

Г.В. Казакова

О.В. Марченко