Постановление от 26 декабря 2023 г. по делу № А56-92520/2019

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-92520/2019
26 декабря 2023 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1

Резолютивная часть постановления объявлена 14 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 декабря 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Радченко А.В.

судей Герасимова Е.А., Кротов С.М.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:


заявители:

от ФИО2 - представитель ФИО3 по доверенности от 26.11.2021,

от ФИО4 – ФИО4 по паспорту, представитель ФИО5 по доверенности от 03.01.2023,


ответчики:

ФИО6 – ФИО6 по паспорту, представитель ФИО7 по доверенности от 06.02.2023,

ФИО3 – ФИО3 по паспорту,

ФИО8 – ФИО8 по паспорту, представитель ФИО9 по доверенности от 05.06.2022


рассмотрев в открытом судебном заседании по установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции заявление конкурсного управляющего ФИО10, ФИО2, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц

ответчики: ФИО11, ФИО6, ФИО12, ФИО8, ФИО3

по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо: финансовый управляющий ФИО8 ФИО13,

установил:

12.08.2019 в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «НПГ «Алтек» (далее - заявитель, кредитор, ООО «НПГ «Алтек») о признании общества с ограниченной ответственностью «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» (далее - должник, ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок») несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 14.08.2019 заявление принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок».

Решением арбитражного суда от 10.10.2019, резолютивная часть которого объявлена 09.10.2019, заявление ООО «НПГ «Алтек» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» признано обоснованным; в отношении ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» введена процедура конкурсного производства по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника; конкурсным управляющим утвержден ФИО14. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №192 от 19.10.2019.

Определением арбитражного суда от 31.05.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО15.

Определением арбитражного суда от 28.01.2022 определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 31.05.2021 по делу №А56- 92520/2019 в части утверждения конкурсным управляющим обществом с ограниченной ответственностью «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» арбитражного управляющего ФИО15, члена союза арбитражных управляющих «Континент» (саморегулируемая организация) отменено по новым обстоятельствам.

25.07.2022 в арбитражный суд через систему электронного документооборота «Мой Арбитр» от ФИО2 поступило заявление о привлечении ФИО12 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением арбитражного суда от 29.09.2022 конкурсным управляющим должником утверждена ФИО10.

Определением арбитражного суда от 21.12.2022 арбитражный управляющий ФИО10 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок».

28.11.2022 в арбитражный суд через систему электронного документооборота «Мой Арбитр» от конкурсного управляющего ФИО10 поступило заявление о привлечении ФИО11 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

10.01.2023 в арбитражный суд через систему электронного документооборота «Мой Арбитр» от ФИО4 поступило заявление о привлечении ФИО3 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением арбитражного суда от 14.02.2023 обособленные споры №А56- 92520/2019/суб.1 и №А56-92520/2019/суб.2 объединены в одно производство с присвоением объединенному обособленному спору №А56-92520/2019/суб.1.

Определением арбитражного суда от 28.02.2023 обособленные споры №А56- 92520/2019/суб.1 и №А56-92520/2019/суб.3 объединены в одно производство с присвоением объединенному обособленному спору №А56-92520/2019/суб.1.

Определением арбитражного суда от 21.03.2023 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечена финансовый управляющий ФИО8 ФИО13.

Определением от 24.04.2023 суд привлек ФИО11, ФИО6, ФИО8 и ФИО3 солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок». Взыскал солидарно с ФИО11, ФИО6, ФИО8 и ФИО3 в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» денежные средства в порядке субсидиарной ответственности в размере 24 495 804,60 руб. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО3 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт. По доводам жалобы ФИО3 указывает, что суд первой инстанции не применил пункты 13 и 14 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», тем самым не установив все существенные значения при рассмотрении настоящего обособленного спора. Кроме того, судом первой инстанции неправильно определена дата возникновения обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве Общества.

ФИО6 также обратилась в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой указала, что судом не отражены сведения, что ФИО6 исполняла обязанность генерального директора до 08.12.2018, при этом из финансового анализа должника следует, что объективное банкротство наступило в декабре 2018 года. Обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом ей была исполнена. Судом не исследовалась вся совокупность обстоятельств необходимых для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности, в связи с чем, просит определение суда от 24.04.2023 в части привлечения Романович к субсидиарной ответственности отменить.

От ФИО2 поступила апелляционная жалоба об отмене определения суда первой инстанции полностью с принятием нового судебного акта.

В Тринадцатый арбитражный апелляционный суд от ФИО11 поступила апелляционная жалоба со ссылками на нарушение судом первой инстанции норм материального права. В жалобе ФИО11 просит определение суда от 24.04.2023 отменить в части привлечения ее к субсидиарной ответственности.

Также, от ФИО8 поступила жалоба, в которой заявитель указывает, что судебный акт от 24.04.2023 принят с ненадлежащим исследованием всех материалов дела, содержит утверждения, которые либо не нашли отражения в доказательственной базе, либо противоречат ей. Просит определение суда в части привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности отменить.

Тринадцатым арбитражным апелляционным судом жалобы приняты к производству для совместного рассмотрения.

Определением от 14.09.2023 суд апелляционной инстанции перешел к рассмотрению обособленного спора А56-92520/2019/суб.1 по правилам, установленным для рассмотрения дела в суде первой инстанции. Судебное заседание назначено на 24.10.2023. Протокольным определением от 24.10.2023 судебное заседание отложено на 14.12.2023.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании ФИО4, и ее представитель поддержали заявление в полном объеме. Представитель ФИО2 поддержал ее заявление.

Ответчик ФИО8 и его представитель просили отказать в удовлетворении заявленных требований в части привлечения его к субсидиарной ответственности, ранее представили письменные возражения.

Ответчик ФИО3 просил отказать в удовлетворении заявление в части привлечения его к субсидиарной ответственности, ранее представил письменные возражения.

Ответчик ФИО6 и ее представитель просили отказать в удовлетворении заявления в части привлечения ее к субсидиарной ответственности.

Иные участники обособленного спора в судебное заседание не явились, сведений об уважительности не явки не представили, ходатайств об отложении судебного заседания не заявили. Суд апелляционной инстанции считает возможным рассмотреть заявления в отсутствии не явившихся участников обособленного спора.

Арбитражный апелляционный суд, исследовав материалы дела и оценив представленные лицами, участвующими в деле, доказательства, заслушав явившихся участников процесса, установил следующее.

Пунктом 3 статьи 1 Федерального закона Российской Федерации от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве была признана утратившей силу. При этом указано, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ (пункт 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ).

Из вышеприведенных правовых норм, с учетом общих правил действия закона о времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), часть 4 статьи 3 АПК РФ) следует, что процессуальные положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника в редакции Закона № 266-ФЗ применяются при рассмотрении заявлений, поданных с 01.07.2017, а нормы материального права применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения лиц к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Соответственно, если такие обстоятельства возникли ранее, то материальные нормы Закона о банкротстве подлежат применению в той редакции, когда они имели место быть.

Таким образом, действие редакций статей Закона о банкротстве о привлечении к субсидиарной ответственности зависит от времени возникновения обстоятельств, перечисленных в них. Иное толкование положений Закона о банкротстве противоречит сути российского законодательства в целом, презумпцией которого является возможность привлечения к ответственности того или иного лица на основании действовавших во время совершения им каких-либо действий законов, и понимания указанным лицом, что в период их совершения имеются те или иные законные ограничения на их осуществление.

Поскольку заявления конкурсного управляющего и кредиторов о привлечении к субсидиарной ответственности поданы в суд 25.07.2022, 28.11.2022 и 10.01.2023 соответственно, то при его рассмотрении применяются процессуальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ. При этом ввиду приведенных конкурсным управляющим доводов, относящихся к действиям, совершенным после 01.07.2017, материальное право определяется нормами статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве в актуальной редакции.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

При этом возможность определять действия должника может достигаться, в том числе (пункт 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве): в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника).

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В частности, соответствии с положениями статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности названных лиц должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Из указанного следует, что в соответствии с названными положениями Закона о банкротстве, Закона об ООО к субсидиарной ответственности может быть привлечен как единоличный исполнительный орган, так и учредители (участники) должника, а также иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия.

Как следует из данных, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), руководителями общества являлись:

- с 28.08.2015 по 10.11.2017 руководителем ООО «Клиника Доктора Подзорова» являлась ФИО12,

- с 10.11.2017 по 18.12.2018 руководителем ООО «Клиника Доктора Подзорова» являлась ФИО6,

- с 18.12.2018 по 22.10.2019 руководителем ООО «Клиника Доктора Подзорова» являлась ФИО11.

ФИО8 является главным врачом Клиники.

В частности, в Апелляционном определении Санкт-петербургского городского суда от 18.11.2021 по делу №33-13585/2021 указано, что в письменных пояснениях на иск Ответчик ФИО8 указал, что начиная с 2015 года в состав учредителей ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город улыбок» входили – ФИО3 и ФИО8, функции между которыми были распределены следующим образом: ФИО8 являлся главным врачом клиники, отвечал за организацию лечения в клинике и за лечебную часть, а ФИО3 отвечал за организацию и контроль административно-экономической деятельности клиники.

Также, в исковом заявлении о взыскании задолженности по заработной плате, поданным ФИО8 в Приморский районный суд города Санкт-Петербурга было указано, что в трудовые обязанности Истца входит осуществление полномочий главврача Клиники.

В соответствии с Приказом Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 № 541н «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения» (далее – Приказ № 541н), главный врач наделен широким спектром должностных обязанностей, в частности: осуществление руководства деятельностью медицинской организации, организация работы коллектива организации по оказанию и предоставлению качественных медицинских услуг населению, обеспечение организации лечебно-профилактической, административно-хозяйственной и финансовой деятельности организации, утверждение штатного расписания, финансового плана, годового отчета и годового бухгалтерского баланса организации и др.

Из изложенного следует, что ФИО8, будучи главным врачом клиники, обладая широким спектром управленческих функций, имел возможность оказывать влияние на Должника, что в свою очередь позволяет отнести ФИО8 к числу руководителей Клиники.

Также из данных ЕГРЮЛ следует, что с 28.08.2015 по 20.09.2018 участниками ООО "Клиника Доктора Подзорова" являлись ФИО3 с долей участия 50 % и ФИО8 с долей участия 50 %.

С 21.09.2018 по настоящее время единственным участником ООО «Клиника Доктора Подзорова» является ФИО8.

Таким образом, указанные лица подпадают под определение контролирующих должника лиц в соответствующий период осуществления ими таких полномочий, в том числе с учётом вмененного состава деликтной ответственности по каждому из эпизодов.

Заявленное требование кредиторов и конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности основано на двух юридических составах для привлечения к данному виду ответственности – за невозможность полного погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), а также за неподачу заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. Положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного суда РФ «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» от 21.12.2017 №53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 №402- ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно данным из открытых источников ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» сдавалась бухгалтерская отчетность за 2015, 2017 годы. Бухгалтерский баланс за 2018 год не сдавался. Согласно данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2017, стоимость активов Должника составляла 9 141 000,00 рублей, из которых: материальные внеоборотные активы – 3 084 000,00 руб.; запасы – 3 635 000,00 руб.; денежные средства и денежные эквиваленты – 6 000,00 рублей; финансовые и другие оборотные активы – 2 417 000,00 рублей и т.д.

Конкурсному управляющему ФИО14, ФИО15, а также ФИО10 не передавалась бухгалтерская отчетность Должника, документация Общества и имущество Должника согласно бухгалтерскому балансу, доказательств обратного материалы спора не содержат.

Из позиции конкурсного управляющего ФИО10 следует, что решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга от 01.09.2019 по делу № А56-6568/2019 Должнику отказано в истребовании документов и имущества у ФИО6 Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного ссуда от 19.12.2019 указанное решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

С данным исковым заявлением обращалось Общество, Генеральным директором которого на дату подачи заявления была ФИО11 Отказывая в удовлетворении заявления должнику в лице ФИО11, арбитражный суд исходил из того, что факт передачи документации Обществу, которая могла находиться во владении ответчика ФИО6, подтвержден представленными в материалы дела относимыми и допустимыми доказательствами.

Таким образом, при передаче полномочий от руководителя должником ФИО6 к ФИО11 надлежащим образом осуществлена передача дел компании, а именно её хозяйственной документации и материальных ценностей.

С учётом данных обстоятельств суд считает установленным, что вся хозяйственная документация, принадлежащая должнику, находилась в ведении и фактическом владении последнего руководителя общества, а именно ФИО11, доказательств обратного в нарушении ст. 65 АПК РФ в дело не представлено.

В пункте 24 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 указано, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажение документации заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Конкурсный управляющий ФИО10 указала, что в связи с неисполнением обязанностей со стороны руководителей должника по передаче имущества, у конкурсного управляющего отсутствовали сведения для анализа возможного пополнения конкурсной массы за счет имущества Должника, а последствием непередачи документации, является отсутствие сведений о составе и месте нахождении имущества, а соответственно возможность предприятия действий по возврату выбывшего имущества в конкурсную массу.

Как указано ранее, согласно сведениям из последнего сданного бухгалтерского баланса, активы ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» составляли 9 141 000,00 рублей. При этом размер требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, включенных в реестр требований, составляет около 11 млн. руб., в связи с чем активов Должника должно было хватить на погашение значительной части кредиторской задолженности.

Причиной отсутствия выявленного имущества, подлежащего включению в конкурсную массу Должника, является бездействие ФИО11 по непередаче материальных ценностей и документов конкурсному управляющему и по необеспечению сохранности имущества в предбанкротный период.

В том числе вследствие непередачи документов отсутствовала возможность проведения анализа сделок совершенных Должником и принятых руководителями решений, на предмет влияния указанных действий и возможности их оспаривания. В том числе отсутствует возможность финансового анализа деятельности Должника за период подозрительности в целях выявления обстоятельств, непосредственно предшествующих банкротству.

На основании изложенного, погашение требований кредиторов, включенных в реестр ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» невозможно в связи с невключением имущества Должника, отраженного в бухгалтерском балансе в конкурсную массу и отсутствия документов о хозяйственной деятельности Должника, позволяющих предпринять действия по ее пополнению.

Конкурсный управляющий и иные лица, участвующие в деле о банкротстве, вынуждены были руководствоваться лишь сведениями, имеющимися в общедоступных источниках, при этом рискуя упустить сделки, подлежащие оспариванию, дебиторскую задолженность, подлежащую взысканию, и иное имущество, принадлежащее Должнику и подлежащее реализации.

Дополнительно вследствие отсутствия первичной документации должника невозможно в полной мере и объективно установить признаки преднамеренного банкротства, провести необходимую проверку.

Принимая во внимание препятствование конкурсному управляющему в ведении процедуры, а также оценивая процессуальное поведение ответчика ФИО11, суд апелляционной инстанции находит в её действиях нарушения обязанности по передаче документации в порядке абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве. В свете изложенного арбитражный суд находит основания для привлечения ФИО11 к субсидиарной ответственности в соответствии с подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Также ФИО2 в своём заявлении указала, что ответчиками ФИО12 и ФИО8 были совершены подозрительные сделки, повлекшие извлечение активов должника из конкурсной массы и невозможности удовлетворения требований за счёт их продажи в период, предшествующий возбуждению дела о банкротстве.

В пункте 23 Постановления N 53 указано, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Как указала ФИО2, с расчетного счета ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» гражданину ФИО8 на расчетный счет № <***>, открытый в ПАО Банк ВТБ, неоднократно перечислялись денежные средства с назначением платежа «оплата аренды оборудования по договору №БА-3 от 01.06.2016 г.». Общая сумма перечислений составила 1 947 459,00 руб.

Как полагает кредитор, вышеуказанные перечисления в адрес ФИО8 с назначением платежа: «Оплата аренды оборудования по Договору №БА-3 от 01.06.2016» за период с 07.10.2016 по 29.06.2018 являются незаконными и необоснованными, поскольку на момент совершения данных операций имущество, являющееся предметом договора аренды №БА-3 от 01.06.2016 находилось в собственности Должника, согласно условиям договора купли-продажи от 01.10.2016, заключенного между ФИО16 и ООО «Клиника доктора Подзорова».

Выявление вышеуказанных обстоятельств послужило основанием для обращения ФИО2 в суд с заявлением об оспаривании сделки Должника.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.03.2023 по обособленному спору № А56-92520/2019/сд.8 в удовлетворении заявления ФИО2 об оспаривании платежей в адрес ФИО8 было отказано.

В частности суды исходил из того, что ФИО8 получал арендные платежи именно на основании договор аренды оборудования от 01.06.2016 № БА-3, который постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 06.12.2022 по настоящему делу признан действительным; сделки являлись реальными и исполненными сторонами в полном объеме, в связи с чем оснований для признания платежей недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также положениями 10 и 168 ГК РФ не установлено.

Таким образом, доказательств того, что ФИО8 были совершены сделки, причинившие вред компании, либо повлекшие её несостоятельность, материалы спора не содержат. Также ФИО2 и иными лицами, участвующими в деле, не названы сделки, которые были совершены ФИО8 во вред подконтрольному ему обществу, в связи с чем оснований для вменения ему субсидиарной ответственности по указанному мотиву, а именно подпункту 1 пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд не усматривает.

Помимо этого ФИО2 указала, что 03.06.2016 между ФИО12 и ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» был заключен договор аренды оборудования №Т-2У, согласно которому ФИО12 передала в аренду клиники оборудование, согласно указанному перечню в акте приема-передачи.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.02.2022 по обособленному спору №А5-92520/2019/сд.4 вышеуказанный договор аренды признан недействительным, применены последствия недействительной сделки в виде взыскания с ФИО12 в конкурсную массу Должника денежных средств в размере 1 404 421,00 руб.

При этом, в вышеуказанном определении суда был установлен тот факт, что платежи в пользу ФИО12 на общую сумму 1 404 421,00 руб. совершены безвозмездно, в отсутствие на какого-либо правового основания.

В данной связи ФИО2 полагает, что сделками на указанную сумму ФИО12 довела компанию до признаков банкротства.

Письмом ФНС России от 16.08.2017 № СА-4-18/16148@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ» в пункте 4.1.1 разъяснено, какие сделки подпадают под критерий причинения существенного вреда для целей применения презумпции доведения до банкротства.

Так, с учетом аналогии статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) рекомендуется считать существенным вредом вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20 - 25% общей балансовой стоимости имущества должника.

Вместе с тем, согласно указанному письму, что при очевидной несоразмерности вреда, причиненного недействительной сделкой, размеру субсидиарной ответственности, такой размер может быть соответствующим образом уменьшен судом. Согласно материалам спора, балансовая стоимость активов должника в 2016 году составляла 8 726 000,00 руб.

Сумма сделок, признанных арбитражным судом недействительными, составляет 1 404 421,00 руб., что составляет 16,09% от общей суммы балансовой стоимости активов должника.

Кроме того, согласно бухгалтерскому балансу должника за 2017 год, размер активов компании вырос и стал составлять 9 141 000,00 руб.

Таким образом, с учётом того, что сделка не превышала пороговое значение вредоносности, а также принимая во внимание возрастание балансовой стоимости активов должника после их совершения, суд заключает, что они не могут являться причиной банкротства компании по объективным причинам.

При таком положении признанные судом недействительными сделки не отвечает признакам существенности причиненного вреда, поскольку являются многократно меньше по сумме, чем балансовая стоимость активов должника в соответствующий период и размер реестра требований кредиторов.

В соответствии с правовой позицией, приведенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 06.11.2012 № 9127/12, субсидиарная ответственность является гражданско-правовой, поэтому при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. По смыслу статей 393 и 1064 ГК РФ, убытки, причиненные правомерными действиями, подлежат возмещению только в случаях, предусмотренных законом.

Поскольку привлечение к субсидиарной ответственности является одним из способов возмещения причиненного кредиторам ущерба, он должен носить ординарный характер и исключать вероятность возложения двойных (дублирующихся) имущественных обременений на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности.

В соответствии с общепринятой судебной практикой, изложенной в пункте 22 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», с учётом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», для привлечения к ответственности необходимо установить причинно-следственную связь между действиями контролирующих лиц и несостоятельностью должника.

Как уже указывалось ранее, в результате оспаривания сделок должника, совершенных в пользу ФИО12, применены последствия их недействительности, чем суд формально восполнил нарушенное имущественное право конкурсных кредиторов.

В свете изложенного суду представляется, что применение такой меры ответственности как привлечение к исполнению всех реестровых обязательств должника в субсидиарном порядке за совершение сделки, которая фактически не повлекла несостоятельность общества, будет носить характер двойной, поскольку она вменятся за аналогичное деяние, по которому стороны приведены в положение, предшествовавшее до совершения оспоренной сделки.

Реализация права конкурсного управляющего в порядке статьи 61.9 Закона о банкротстве явилась достаточной мерой, направленной на обеспечение имущественного интереса конкурсных кредиторов в рамках рассматриваемого эпизода, вменяемого бывшему участнику общества за совершение (а юридически - одобрение) порочных по специальным основаниям конкурсного оспаривания сделок должника.

Также апелляционным судом принимается во внимание временной разрыв между платежами в рамках оспоренного договора аренды оборудования, не указывающих на единовременный вывод всех активов общества в преддверии необходимости исполнения обязательств перед кредиторами, наличие которых к моменту совершения сделок не доказано.

Таким образом, оспоренные сделки причиной несостоятельности должника являться не могли, в силу чего бремя несения лишений субсидиарной ответственности на всю сумму реестровых и текущих обязательств должника не может быть возложено на ФИО12 по приведенному заявителем правовому основанию.

Также ФИО4 в своём заявлении указывает, что в то время, как клиника уже перестала исполнять обязательства перед работниками и арендодателем, контролирующие лица ФИО6 и ФИО3 заключают два договора:

- 02.03.2018 с ПАО Банк «Финансовая корпорация Открытие» был заключен кредитный договор № МБ/78-01/1/18-028, в результате чего Банк был включен в реестр требований кредиторов на общую сумму 782 298,24 руб. (определение арбитражного суда от 27.01.2020 на сумму 672 106,24 руб. основного долга и 86 029 руб. неустойки);

- 05.06.2018 ПАО «Энергомашбанк» был заключен договор на открытие счета, в результате чего ПАО «Энергомашбанк» был включен в реестр требований кредиторов на сумму 563 787,64 руб. (437 183,10 руб. основного долга и 126 604,54 руб. неустойки) и 152 13 А56-92520/2019 702,16 руб. (определение арбитражного суда от 09.12.2020, определение арбитражного суда от 11.12.2019).

Как полагает ФИО4, заключением данных сделок ответчики создали ситуацию невозможности погашения требований кредиторов.

Однако вменяемые мотивы подлежат оценке при определении наличия в действиях указанных ответчиков состава субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, так как само по себе заключение сделок, по которым должник приобрел определенное имущество и денежные средства, а не вывел их, не является квалифицирующим признаком противоправности поведения контролирующего лица, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Относительно требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности в связи с неподачей в арбитражный суд заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Статьей 9 Закона о банкротстве установлено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. При этом пунктом 2 статьи 9 Закона №127-ФЗ установлено, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 закона №127-ФЗ, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу абзаца шестого пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязательств перед контрагентами.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом) (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 за 2016 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечёт отказ в удовлетворении заявления. Пунктом 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63) разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В статье 2 Закона о банкротстве даются определения следующим понятиям:

- недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;

- неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное,

- несостоятельность (банкротство) (далее также - банкротство) - признанная арбитражным судом неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

По мнению заявитель к концу 2017 года должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества. Обязанность по подачи заявления о признании должника банкротом определена 30.01.2018 года.

При этом, само по себе возникновение признаков неплатежеспособности должника и наличие не погашенной задолженности, в частности, задолженности по заработной плате, не обязывало руководителя должника обращаться в суд с заявлением о банкротстве, за период начала неплатежеспособности определенный конкурсным управляющим. В данном случае из объяснений заявителей установлено, что руководителями должника предпринимались попытки погасить задолженность по заработной плате. То есть совершались действия направленные на преодоление имущественного кризиса, с учетом привлеченных кредитных средств.

Из объяснений ФИО6 установлено, что между участниками должника имелся корпоративный конфликт, который к концу августа 2018 года привел к невозможности осуществления должником нормальной хозяйственной деятельности. Арендуемое помещение, в котором находилось оборудования должника, в целях его сохранности было закрыто.

В связи с невозможностью осуществлять хозяйственную деятельность, ФИО6 в сентябре 2018 года обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Согласно картотеке арбитражных дел заявление о признании должника банкротом поступило в суд 27.09.2018. Определением от 05.10.2018 заявление оставлено без движения, определением от 26.11.2018 срок оставления без движения продлен. Определением от 11.02.2019 заявление возвращено по причине не устранения оснований послуживших оставлению без движения.

При таком положении наличие корпоративного конфликта, приведшего к прекращению осуществления должником хозяйственной деятельности на конец августа 2018 года является датой свидетельствующей о наличии у должника признаков банкротства. Таким образом, срок для обращения с заявлением в суд о признании банкротом наступил не позднее 30.09.2018.

В данном случае, доказательств свидетельствующих о возникновении у должника обязательств перед кредиторами после 30.09.2018 в дело не представлено. При таких обстоятельствах оснований, к привлечению контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, за не подачу заявления о признании должника банкротом не установлено. По указанным основаниям в привлечении к субсидиарной ответственности следует отказать.

Пунктом 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 предусмотрено, что в резолютивной части определения о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) указывается общая сумма, подлежащая взысканию с контролирующего должника лица, привлеченного к ответственности, в том числе в пользу каждого из кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, и в пользу должника - в оставшейся части.

В пункте 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве отмечается, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

В размер субсидиарной ответственности ФИО11 включены требования на общую сумму 24 495 804,60 рублей. Указанная сумма превышает размер требований, которые учитываются в порядке пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в связи с чем она подлежит учету в качестве окончательной при распределении бремени субсидиарной ответственности между ответчиками.

Как указано в абзаце 2 пункта 45 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" в случае, когда на момент вынесения определения о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) кредиторы не выбрали способ распоряжения требованием к контролирующему должника лицу и не могут считаться сделавшими выбор по правилам абзаца второго пункта 3 статьи 61.17 Закона о банкротстве, в определении о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) взыскателем указывается должник. Впоследствии суд производит процессуальную замену взыскателя по правилам подпункта 1 пункта 4 статьи 61.17 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что к настоящему моменту производство по делу о банкротстве должника прекращено определением от 23.03.2023, при этом кредиторы должника к настоящему моменту не выбрали способ распоряжения правом к субсидиарным ответчикам в порядке статьи 61.17 Закона о банкротстве, в связи с чем взыскателем суммы субсидиарной ответственности в настоящем судебном акте будет являться должник до реализации кредиторами права распоряжения требованием к субсидиарным ответчикам.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 24.04.2023 по делу № А56-92520/2019/суб.1 отменить.

Принять новый судебный акт. ФИО17 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок». В остальной части в удовлетворении заявления отказать.

Взыскать с ФИО11 в пользу ООО «Авторская клиника доктора Подзорова «Город Улыбок» 24 495 804,60 рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


А.В. Радченко


Судьи


Е.А. Герасимова


С.М. Кротов