Постановление от 7 апреля 2025 г. по делу № А32-22884/2017

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-22884/2017
город Ростов-на-Дону
08 апреля 2025 года
15АП-1061/2025


Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 апреля 2025 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.,

судей Чеснокова С.С., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лебедевым И.В.,

при участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:

от ФИО1: представитель ФИО2 по доверенности от 09.02.2024;

от ФИО3: представитель ФИО2 по доверенности от 29.03.2024;

от конкурсного управляющего ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 20.06.2024,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО7

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.11.2024 по делу  № А32-22884/2017

по заявлению конкурсного кредитора ФИО7 о привлечении к субсидиарной ответственности,

ответчики: ФИО8, ФИО9,  ФИО10, ФИО3, ФИО1, ФИО11,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Специализированное строительно-монтажное управление "Краснодар" (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Специализированное строительно-монтажное управление "Краснодар" (далее – должник) конкурсный кредитор ФИО7 обратилась с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО3, ФИО1 и ФИО11.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.11.2024 по делу             № А32-22884/2017 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью "Специализированное строительно-монтажное управление "Краснодар". Производство по заявлению в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО8 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении требований в остальной части отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО7 обжаловала определение суда первой инстанции от 05.11.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить в части отказа в привлечении ФИО9, ФИО10, ФИО3, ФИО1 и ФИО11 к субсидиарной ответственности.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не дал надлежащей оценки доводам о том, что ответчиками не исполнена обязанность по подаче заявления о признании банкротом. Податель жалобы обращает внимание на искажение ФИО3 бухгалтерской отчетности, совершения ответчиками сделок, не отвечающих интересам общества. Апеллянт также не согласен с выводом суда первой инстанции относительно отсутствия у вышеуказанных лиц статуса контролирующих должника.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий ФИО4 просила отменить обжалуемый судебный акт, привлечь ФИО9, ФИО10, ФИО3, ФИО1 и ФИО11 к субсидиарной ответственности.

В отзывах на апелляционную жалобу ФИО3, ФИО1, ФИО9 просили оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, пояснили правовые позиции по спору.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного акта только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Возражений относительно проверки законности и обоснованности судебного акта суда первой инстанции только в обжалуемой части не заявлено.

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что ФИО8 извещен о рассмотрении обособленного спора. В частности, в материалах дела имеется отзыв на заявление (т. 4 л.д. 40, 41), интересы ФИО8 представлял ФИО12 по доверенности от 21.03.2024 (т. 4 л.д. 15-18), при участии которого объявлена резолютивная часть обжалуемого определения.

Законность и обоснованность принятого судебного акта в обжалуемой части проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.07.2017 принято заявление должника о банкротстве, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью "Специализированное строительно-монтажное управление "Краснодар".

Определением от 17.11.2017 в отношении должника применены правила параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.05.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 14.06.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

08.09.2020 конкурсный кредитор ФИО7 обратилась с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО3, ФИО1 и ФИО11.

Отказывая в привлечении ФИО9, ФИО10, ФИО3, ФИО1 и ФИО11, суд первой инстанции верно руководствовался следующим.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 названного Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью гражданско-правовой ответственности, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Федеральный закон № 266-ФЗ) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Пунктом 3 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ.

Ранее институт субсидиарной ответственности в рамках дел о банкротстве уже реформировался - переход от положений статьи 10 в ред. Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ к редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

В этой связи информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, были выработаны определенные правовые позиции относительно подлежащих применению материальных норм.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, подлежат применению те положения Закона о банкротстве, которые действовали на момент существования обстоятельств, являющихся основаниями привлечения к субсидиарной ответственности.

При этом предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 01.09.2017.

В рассматриваемом случае заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017, соответственно, заявление подлежит рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ. Вместе с тем, вменяемые действия были совершены до указанной даты, то есть до вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ, таким образом, в указанной части, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве, действовавших на момент спорных правоотношений.

Как следует из материалов дела, ФИО8 являлся генеральным директором ООО «ССМУ «Краснодар» и участником общества с долей участия 60%.

ФИО9 являлся исполнительным директором общества и участником общества с долей участия 20%.

ФИО10 являлся участником общества с долей участия 20%.

ФИО3 являлась главным бухгалтером ООО «ССМУ «Краснодар».

Также конкурсный кредитор указывает, что ФИО1 и ФИО11, руководители и учредители контрагентов должника, являлись контролирующими должника лицами.

Из заявления следует, что ФИО9, ФИО10 не исполнили обязанность по подаче заявления о признании несостоятельным (банкротом), начиная с 15.11.2014.

Законом № 266-ФЗ Федеральный закон от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дополнен главой III.2 "Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве".

Вплоть до 30.07.2017 статья 9 Закона о банкротстве не предусматривала ответственности для участников (учредителей) должника, в связи с чем Законом N 266-ФЗ был введен специальный состав - пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, возлагающий такую обязанность на участников (учредителей).

Таким образом, положения пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ подлежат применению к отношениям, возникшим после введения их в действие, то есть после 30.07.2017.

Действие норм материального права во времени подчиняется пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации придание обратной силы закону - исключительный тип его действия во времени, использование которого относится к прерогативе законодателя; при этом либо в тексте закона должно содержатся специальное указание о таком действии во времени, либо в правовом акте о порядке вступления закона. Законодатель, реализуя свое исключительное право на придание закону обратной силы, учитывает специфику регулируемых правом общественных отношений; обратная сила закона применяется преимущественно в отношениях, которые возникают между индивидом и государством в целом, и делается это в интересах индивида (уголовное законодательство, пенсионное законодательство); в отношениях, субъектами которых выступают физические и юридические лица, обратная сила не применяется, ибо интересы одной стороны правоотношения не могут быть принесены в жертву интересам другой, не нарушившей закон. Соответствующая правовая позиция отражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.01.2007 N 37-О-О, от 15.04.2008 N 262-О-О, от 20.11.2008 N 745- О-О, от 16.07.2009 N 691-О-О, от 23.04.2015 N 821-О.

Как усматривается из материалов дела, ФИО9, ФИО10 являлись участниками должника в связи с чем, до 30.07.2017 у них отсутствовала обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.07.2017 принято заявление должника о банкротстве, возбуждено производство по делу.

ФИО9 являлся исполнительным директором должника.

Вместе с тем, указанные обстоятельства не доказывают наличие у Рубца А.Е.  статуса контролирующего лица.

Таким образом, указанные лица не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию.

В своем заявлении конкурсный кредитор ФИО7 также указывала на то, что установлены расхождения по укрупненным показателям (без расшифровки показателей) бухгалтерского баланса ООО «ССМУ «Краснодар» по состоянию на 31.12.2013, представленного в АО "Россельхозбанк" и аналогичного бухгалтерского баланса общества, представленного в налоговый орган, указанные в заключениях эксперта. Искаженные финансовые показатели, отраженные в бухгалтерской отчетности ООО «ССМУ «Краснодар» за 2013 год и «первичной» бухгалтерской отчетности общества за 2014 год, представленных в Краснодарский региональной филиал АО «Россельхозбанк» при рассмотрении заявок общества на получение в 2016 году кредитов, повлияли на принятия положительного решения кредитного комитета АО "Россельхозбанк", так как представленные финансовые показатели общества, а именно объеме выручки, структура баланса ООО «ССМУ «Краснодар» свидетельствовала о более высоком уровне ликвидности предприятия и его платежеспособности.

В связи с изложенным, конкурсный кредитор ФИО7 просила привлечь к субсидиарной ответственности главного бухгалтера ФИО3.

Как следует из уголовного дела №11801030049001348, имеются расхождения в показателях бухгалтерской отчетности ООО «ССМУ «Краснодар» за 2013, 2014 и 2015 годы, представленной в ИФНС России № 1 по г. Краснодару и аналогичной отчетности общества, представленной в Краснодарский региональный филиал АО «Россельхозбанк» в 2016 году.

По общему правилу, предусмотренному в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 N 134-ФЗ), контролирующее должника лицо привлекается к субсидиарной ответственности, если его действия (бездействие) явились необходимой причиной банкротства должника, без которых объективное банкротство не наступило бы.

В законе предусмотрены опровержимые презумпции доведения до банкротства. В частности, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (четвертый абзац пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Необходимость введения данной опровержимой презумпции объясняется тем, что недобросовестные руководители зачастую во избежание ответственности искажают бухгалтерскую отчетность предприятия либо скрывают бухгалтерские и финансовые документы с целью сокрытия содеянного. Кроме того, отсутствие информации об имуществе должника может значительно затруднить формирование конкурсной массы и препятствовать достижению основной цели процедуры конкурсного производства - максимальному удовлетворению требований кредиторов.

При этом, заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Ведение бухгалтерского учета и отчетности были возложены на генерального директора.

Доказательств того, что ФИО3 получала неправомерную выгоду от деятельности должника, как и доказательств ее влияния на принятие хозяйственных решений должником, в материалы дела не представлено.

Таким образом, наличие у ответчика статуса контролирующего должника лица из дела не следует.

Постановлением старшего следователя по особо важным делам Следственной части Главного следственного управления МВД России по Краснодарскому краю от 04.12.2019 прекращено уголовное преследование в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159.1 Уголовного кодекса РФ.

Из заключения эксперта от 11.11.2019 № 04862/4-1/1.1 следует, что подписи на сшивах, содержащих заведомо ложную и недостоверную бухгалтерскую отчетность за 2013 и 2014 год выполнены не ФИО3

Конкурсным кредитором не представлено мотивов и обоснования того, каким именно образом предоставление в АО «Россельхозбанк» бухгалтерской отчетности, содержащей недостоверные данные, сделало невозможным пополнение конкурсной массы.

По смыслу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для целей применения презумпции доведения до банкротства, как и в случае с непередачей конкурсному управляющему документации, ее искажение должно носить умышленный и злонамеренный характер, существенно затрудняющий проведение процедур банкротства, в том числе, препятствующий наполнению конкурсной массы.

Таким образом, с учетом системного и взаимосвязанного толкования указанных выше норм для целей применения презумпции невозможности полного погашения требований перед кредиторами необходимо установить именно умышленное и злонамеренное искажение отчетности, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, в том числе, препятствующий наполнению конкурсной массы.

С учетом изложенного, оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности не имеется.

В качестве оснований для привлечения ФИО1 (учредитель ООО «Строительные технологии») и ФИО11 (учредитель ООО «Стройдизайн») к субсидиарной ответственности кредитором указано на совершение сделок в интересах заинтересованных лиц ООО «Строительные технологии» (договоры купли – продажи от 13.06.2017, 19.06.2017, 30.06.2017; платеж от 07.07.2015), ФИО1 (договоры уступки права требования от 13.12.2017, 12.03.2018, 13.03.2018), ООО «Стройдизайн» (платеж от 27.04.2016, договоры о переводе долга от 09.10.2015, 28.12.2015, 31.07.2016, 31.08.2016, 07.09.2016, 30.09.2016, 07.12.2016, 25.12.2016, 23.01.2017, 20.05.2018).

Между тем, судебные акты о признании недействительным платежа в пользу ООО «Строительные технологии» от 07.07.2015, договоры уступки права требования от 13.12.2017, 12.03.2018, 13.03.2018 в пользу ФИО1 отсутствуют, в удовлетворении заявления о признании недействительным платежа от 27.04.2016 с ООО «Стройдизайн» отказано.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, подлежащей применению к рассматриваемым правоотношениям), пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Федерального закона.

В силу пункта 3 Постановления N 53 необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Так, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления N 53, предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, из системного толкования абзаца 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 3 статьи 3 Закона № 14-ФЗ и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственжй связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Исходя из сформированной на уровне Верховного суда и судов округов судебной практики, при применении статьи 10 Закона о банкротстве необходимо определить, существенность причиненного действиями контролирующего лица вреда, сопоставляя размер неудовлетворенных требований кредиторов с размером потерь от невыгодных сделок.

При рассмотрении таких споров судам надлежит дать правовую оценку существенности произведенным контролирующим лицом манипуляциям с имущественной массой должника.

Согласно пункту 20 Постановления № 53 суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. И только если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности. Таким образом, в случае, если вред причиненный контролирующим лицом является существенным и необходимым для перехода общества в состояние банкротства - подлежат применению нормы о субсидиарной ответственности, если же вред является несущественным относительно общего размера неудовлетворенных требований - привлечение лица к субсидиарной ответственности недопустимо.

Сделки, которые причиняют имущественный вред кредиторам, это сделки после которых у компании должника уменьшается имущество или увеличиваются убытки, она не может расплатиться с кредиторами, нанося тем самым вред.

Однако не всякое выбытие имущества можно рассматривать как основание для привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что сделки с ООО «Строительные технологии» и ООО «Стройдизайн», признанные судом недействительными, а также сделки с указанными юридическими лицами и ФИО1, не признанные судом недействительными, привели к объективному банкротству должника.

Суд не установил наличие причинно-следственной связи между совершением сделок и признанием должника банкротом, между указанными сделками и существенным ухудшением финансового состояния должника и невозможностью погашения требований кредиторов, то есть, презумпция доведения указанными сделками до банкротства не доказана.

С учетом изложенного, оснований для привлечения ФИО1 и ФИО11 к субсидиарной ответственности не имеется.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.11.2024 по делу № А32-22884/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий                                                                                  М.Ю. Долгова


Судьи                                                                                                                С.С. Чесноков


                                                                                                                           Н.В. Шимбарева