Постановление от 31 марта 2023 г. по делу № А41-29785/2021

242/2023-32254(4)



ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-3950/2023

Дело № А41-29785/21
31 марта 2023 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 31 марта 2023 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Катькиной Н.Н., судей Досовой М.В., Семикина Д.С., при ведении протокола судебного заседания: ФИО1, при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО2 ФИО3: ФИО4 по доверенности от 01.11.22,

от ФИО5: ФИО6 по нотариально удостоверенной доверенности от 29.09.21, зарегистрированной в реестре за № 77/789-н/77-2021-10-2312,

от ФИО7: ФИО7 лично, ФИО8 по нотариально удостоверенной доверенности от 18.10.22, зарегистрированной в реестре за № 77/658-н/77- 2022-12-668,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО7 на определение Арбитражного суда Московской области от 23 января 2023 года по делу № А41-29785/21, по объединенному заявлению финансового управляющего ФИО2 ФИО3 и ФИО5 о признании сделки должника с ФИО7, с участием комиссионера - общество с ограниченной ответственностью «МиАвто» - недействительной и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просил:

- признать недействительным договор комиссии транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19, заключенный между ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью (ООО) «МиАвто»,

- применить последствия недействительности сделки в виде возврата транспортного средства - Ягуар, F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с, в конкурсную массу,

- в случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре, применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу


денежных средств в размере стоимости этого имущества на момент его приобретения (т. 1, л.д. 7-8).

Заявление подано на основании статей 61.2, 61.6, 213.9 Федерального закона № 127- ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Указанное заявление было принято к производству определением Арбитражного суда Московской области от 16 мая 2022 года (т. 1, л.д. 1).

До вынесения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу спора, финансовый управляющий ФИО2 ФИО3 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил заявленные требования, просил:

- признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19 - Ягуар, F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с, заключенный между ООО «МиАвто» и Франко Михаилом,

- признать недействительным договор комиссии транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19, заключенный между ФИО2 и ООО «МиАвто»,

- применить последствия недействительности сделки в виде возврата транспортного средства - Ягуар, F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с. в конкурсную массу (т. 1, л.д. 16-17).

Определением Арбитражного суда Московской области от 18 августа 2022 года к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица был привлечен ФИО7 (т. 1, л.д. 38).

ФИО5 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением в рамках дела о банкротстве ФИО2, в котором просил:

- признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства марка Ягуар, модель F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с. VIN <***>, цвет темно-синий от 23.04.19 № 20190423/95/6930, заключенный на основании договора комиссии от 23.04.19 № 20190423/95/6930 от имени должника ФИО2 комиссионером ООО «МиАвто» с Франко Михаилом (покупатель),

- применить последствия недействительности договора купли-продажи транспортного средства марка Ягуар, модель F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с. VIN <***>, цвет темно-синий от 23.04.19 № 20190423/95/6930 в виде возврата в конкурсную массу должника указанного транспортного средства (т. 2, л.д. 3-5).

Заявление подано на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)», статьи 10, пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявление ФИО5 было принято к производству определением Арбитражного суда Московской области от 06 сентября 2022 года (т. 2, л.д. 1).

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 октября 2022 года в одно производство для их совместного рассмотрения были объединены обособленные споры в рамках дела № А41-29785/21 по заявлениям ФИО3 – финансового управляющего должника ФИО2 и ФИО5, о признании недействительной сделки – договора купли-продажи транспортного средства – марка Ягуар, модель F-PACE, 2016 г.в., VIN <***>, цвет темно-синий, от 23.04.19 № 20190423/95/6930, заключенного на основании договора комиссии от 23.04.19 № 20190423/95/6930 от имени


должника комиссионером ООО «МаАвто» с ФИО7, и применении последствий недействительности сделки (т. 1, л.д. 53-54).

Определением Арбитражного суда Московской области от 23 января 2023 года был признан недействительным договор комиссии транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19, заключенный между ФИО2 и ООО «МиАвто»; признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19 Ягуара F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с., заключенный между ООО «МаАвто» и ФИО7; применены последствия недействительности сделки в виде возврата транспортного средства Ягуар, F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с, в конкурсную массу должника и восстановления задолженности ФИО2 перед ФИО7 в размере 520 000 рублей (т. 2, л.д. 142- 145).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО7 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права при его вынесении (т. 3, л.д. 5-10).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 23.04.19 между ООО «МиАвто» (Комиссионер) и ФИО2 (Комитент) был заключен договор комиссии транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930, по условиям которого Комитент поручает Комиссионеру за вознаграждение оформить продажу и выдать Покупателю документы на автомобиль (агрегат) Ягуар, модель F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с. VIN <***>, цвет темно-синий (т. 2, л.д. 114).

По условиям договора комиссии цена транспортного средства составляет 520 000 рублей.

ООО «МиАвто», действуя от имени ФИО2 (Продавец), 23.04.19 заключило с ФИО7 (Покупатель) договор купли-продажи транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930, по условиям которого вышеназванный автомобиль был передан Покупателю за 520 000 рублей (т. 2, л.д. 113).

Регистрация права собственности ФИО7 на автомобиль Ягуар, модель F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с. VIN <***>, цвет темно-синий, была произведена 24.04.19, согласно отметке в паспорте транспортного средства и предоставленным МУ МВД России «Щелковское» сведениям (т. 1, л.д. 30-31, т. 2, л.д. 115-116).

Определением Арбитражного суда Московской области от 22 апреля 2021 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО2

Решением Арбитражного суда Московской области от 17 января 2022 года ФИО2 был признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО3

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемыми заявлениями, финансовый управляющий ФИО3 и конкурсный кредитор ФИО5 указали, что договоры комиссии и купли-продажи от 23.04.19 являются недействительными, мнимыми


сделками, заключенными со злоупотреблением правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции руководствовался положениями пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" закреплено, что дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемыми заявлениями, финансовый управляющий ФИО3 и конкурсный кредитор ФИО5 указали, что договоры комиссии и купли-продажи от 23.04.19 являются недействительными, мнимыми сделками, заключенными со злоупотреблением правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в


течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.


При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Производство по делу о банкротстве ФИО2 было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 22 апреля 2021 года, оспариваемые договоры заключены 23 апреля 2019 года, то есть в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 27 от 26.06.18 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность", о взаимосвязанности сделок помимо прочего, могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или


пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок.

Поскольку оспариваемые договор комиссии и договор купли-продажи были заключены в одну дату, направлены на отчуждение принадлежащего ФИО2 имущества по конкретной цене, указанной в обоих договорах, суд первой инстанции обоснованно рассматривал данные сделки как взаимосвязанные, целью которых являлась продажа транспортного средства.

На дату заключения указанных договоров ФИО2 имел неисполненные обязательства перед ФИО9 по договору займа от 16.02.18, перед ФИО5 по договору займа (расписка) от 22.11.18, перед ФИО10 по договору займа (расписка) от 22.11.18, перед ПАО «Сбербанк России» по договору на представление возобновляемой кредитной линии от 28.08.17.

В связи с неисполнением ФИО2 своих обязательств перед ФИО9 последний обратился в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Требования ФИО9, как и требования ПАО «Сбербанк России», ФИО5 включены в реестр требований кредиторов ФИО2

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2018 года N 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Таким образом, оспариваемые сделки совершены в условиях неплатежеспособности должника.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, целью продажи является передача собственного имущества за соразмерное встречное представление.

По условиям договора купли-продажи транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19 ООО «МиАвто», действуя от имени ФИО2 на основании договора комиссии транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19 (Продавец), продало ФИО7 (Покупатель) автомобиль (агрегат) Ягуар, модель F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с. VIN <***>, цвет темно-синий, за 520 000 рублей.

Вместе с тем, согласно представленным в материалы дела сведениям, стоимость аналогичных транспортных средств составляла от 3 000 000 рублей до 4 000 000 рублей.

Таким образом, по рассматриваемой сделке имущество было отчуждено по цене, существенно ниже его рыночной стоимости.

Возражая против заявленных требований ФИО7 представил в материалы дела следующие документы:


- договор купли-продажи транспортного средства от 23.04.19, заключенный с ФИО2, в соответствии с пунктом 5 которого цена транспортного средства составляет 2 600 000 рублей,

- акт приема-передачи транспортного средства от 23.04.19, подписанный с ФИО2,

- расписку ФИО2 от 23.04.19 о получении от ФИО7 денежных средств в сумме 2 600 000 рублей (т. 2, л.д. 11-13).

Также ФИО7 в суде апелляционной инстанции было заявлено о фальсификации договора купли-продажи транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19.

В силу части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Исследовав вышеназванные доказательства, представленные ФИО7, заслушав участвующих в судебном заседании лиц, апелляционный суд полагает, что заявление о фальсификации является необоснованным.

В обоснование заявления о фальсификации договора купли-продажи транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19 ФИО7 указал, что данный договор не подписывал, в связи с чем просил назначить по делу проведение судебно-почерковедческой и судебно-технической экспертиз.

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации договор является одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма (п. 1 ст. 434 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

Пунктом 4 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных законом или соглашением сторон, договор в письменной форме может быть заключен только путем составления одного документа, подписанного сторонами договора.


Согласно пункту 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

По смыслу указанных норм права, договор, заключенный путем составления одного документа, должен быть подписан его сторонами.

В материалы дела Межрайонным отделом Государственной инспекции безопасности дорожного движения технического надзора регистрационно-экзаменационной работы № 3 Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Москве были представлены копии документов, послуживших основанием для совершения регистрационного действия с транспортным средством Ягуар, модель F-PACE, гос.рег.знак: С208ТК777, год выпуска: 2016, мощность в ЛС: 300,56 л/с. VIN <***>, цвет темно-синий, в том числе:

- договор купли-продажи транспортного средства (агрегата) № 20190423/95/6930 от 23.04.19, подписанный со стороны ООО «МиАвто» генеральным директором ФИО11, а со стороны Покупателя ФИО7,

- паспорт транспортного средства № 78 УХ 163527 (т. 2, л.д. 112-116).

На дату заключения названного договора купли-продажи порядок оформления паспортов транспортных средств осуществлялся в соответствии с Положением о паспортах транспортных средств и паспортах шасси транспортных средств, утвержденным приказом МВД России, Минпромэнерго России, Минэкономразвития России от 23.06.05 № 496/192/134.

Согласно пункту 50.1 названного Положения при регистрации транспортных средств за их собственниками, указанными в паспортах, выданных организациями или предпринимателями, таможенными органами либо подразделениями Госавтоинспекции в строке "Подпись настоящего собственника" проставляется подпись собственника либо владельца транспортного средства.

Пунктом 50.2 названного Положения закреплено, что при совершении в установленном порядке сделок, направленных на отчуждение и приобретение права собственности на транспортные средства в строке "Подпись прежнего собственника" проставляется подпись прежнего собственника транспортного средства, а в строке "Подпись настоящего собственника" - подпись нового собственника.

Таким образом, при совершении регистрационных действий по оформлению перехода права собственности на автомобиль участвуют лично продавец и покупатель или их доверенные лица.

В представленном в материалы дела паспорте транспортного средства, оригинал которого обозревался судом первой инстанции, имеется подпись ФИО7, а в качестве документа на право собственности указан договор купли-продажи № 20190423/95/6930 от 23.04.19.

Подлинность своей подписи в паспорте транспортного средства ФИО7 не оспаривает.

Учитывая, что реквизиты договора купли-продажи № 20190423/95/6930 от 23.04.19 указаны в паспорте транспортного средства, содержащем подпись ФИО7, подлинность которой данным лицом не оспорена, а представленный в материалы дела ФИО7 договор купли-продажи транспортного средства от 23.04.19, заключенный с ФИО2 (т. 2, л.д. 11-13), в материалах регистрационного дела ГИБДД отсутствует, апелляционный суд, проверив в порядке части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявленное ФИО7 ходатайство о


фальсификации доказательств, приходит к выводу об отсутствии оснований для проверки его путем назначения судебной экспертизы и признает данное ходатайство необоснованным.

Апелляционный суд также отмечает, что ФИО7, указывая на приобретение спорного автомобиля в рамках договора купли-продажи транспортного средства от 23.04.19, заключенного с ФИО2 (т. 2, л.д. 11-13), по цене в 2 600 000 рублей, не представил сведений о наличии у него финансовой возможности передать ФИО2 денежные средства в указанной сумме по расписке от 23.04.19 (п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.12 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве").

Таким образом, факт отчуждения спорного имущества по цене в 520 000 рублей на основании договора купли-продажи № 20190423/95/6930 от 23.04.19 документально не опровергнут.

Определенная сторонами названного договора выкупная стоимость имущества была значительно ниже его рыночной стоимости. Доказательств обратного ни в материалы дела, ни апелляционному суду не представлено.

Ходатайство о проведении судебной экспертизы в целях установления действительной стоимости спорного имущества на момент его отчуждения участвующими в деле лицами заявлено не было.

С учетом изложенного апелляционный суд приходит к выводу о том, что оспариваемые взаимосвязанные сделки были направлены на вывод имущества должника, в целях недопущения обращения взыскания него кредиторами, то есть совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО2

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Доказательств заинтересованности ФИО7 по отношению к должнику не имеется.

Однако, исходя из разъяснений, данных в пункте 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 126 от 13.11.08 "Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения", приобретатель имущества, отчуждаемого по явно заниженной цене, не может считаться добросовестным.

Как указано в названном Информационном письме, поскольку совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества (в том числе явно заниженная цена продаваемого имущества), суд пришел к выводу, что приобретатель


не является добросовестным. Ответчик, проявляя обычную степень осмотрительности, должен был предпринять дополнительные меры, направленные на проверку юридической судьбы вещи. При этом суд указал: право сторон по своему усмотрению определять цену в договоре (статьи 421 и 424 ГК РФ) при таком подходе не ограничивается, поскольку выводы суда касаются добросовестности ответчика, а не соответствия сделки закону.

Как указывалось выше, спорное имущество было отчуждено по явно заниженной цене, в связи с чем ФИО7 не может быть признан добросовестным приобретателем, поскольку не мог не осознавать противоправный характер совершаемой сделки.

Учитывая наличие совокупности обстоятельств, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции правомерно признал оспариваемые взаимосвязанные сделки недействительными.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Согласно пункту 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 3 статьи 61.3 настоящего Федерального закона, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр требований кредиторов.

Поскольку доказательств утраты ФИО7 права собственности на спорное имущество не имеется, суд первой инстанции правомерно в порядке применения последствий недействительности сделки обязал указанное лицо возвратить спорное имущество в конкурсную массу должника.

Довод заявителя апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, что выразилось в отсутствие оценки представленного ФИО7 договора купли-продажи б/н от 23.04.19 и того факта, что отчуждение имущество в действительности производилось на основании двух договоров купли-продажи, подлежит отклонению, как противоречащий материалам дела.

Соответствующие доказательства были оценены судом первой инстанции при рассмотрении заявления ФИО7 о фальсификации, что отражено в обжалуемом судебном акте.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что регистрацией договора купли-продажи занимался сам ФИО2, а о наличии договора купли-продажи № 20190423/95/6930 от 23.04.19 ФИО7 стало известно только из материалов настоящего дела, признается несостоятельным.

Как указывалось выше, процедура регистрации перехода права собственности на транспортное средство предполагает присутствие как прежнего, так и нынешнего


владельца автомобиля либо их уполномоченных представителей, которые проставляют свои подписи в паспорте транспортного средства.

Паспорт транспортного средства спорного автомобиля содержит подпись ФИО7, подлинность которой названное лицо в судебном заседании апелляционного суда не оспаривало, и указание на договор № 20190423/95/6930 от 23.04.19, как на основание для перехода права собственности на имущество.

Таким образом, о наличии оспариваемого договора ФИО7 было известно с момента его заключения, что документально не опровергнуто.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

При таких обстоятельствах апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 23 января 2023 года по делу № А41-29785/21 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий Н.Н. Катькина

Судьи: М.В. Досова

Д.С. Семикин