Постановление от 21 августа 2025 г. по делу № А65-1521/2024

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-1521/2024
г. Самара
22 августа 2025 года
11АП-7484/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 12 августа 2025 года

постановление в полном объеме изготовлено 22 августа 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Колодиной Т.И., судей Барковской О.В., Сафаевой Н.Р. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Мулиновой М.В., рассмотрев в открытом судебном заседании 12.08.2025 апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью "Строительно-транспортная компания" на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.05.2025 по делу № А65-1521/2024 по иску Министерства экологии и природных ресурсов Республики Татарстан к Обществу с ограниченной ответственностью «Строительно-транспортная компания» о взыскании,

в судебное заседание явились:

от истца - ФИО1, служебное удостоверение, доверенность от 05.05.2025 №6591/08, диплом,

от ответчика - ФИО2, паспорт, доверенность от 09.01.2025, удостоверение адвоката,

установил:

Министерство экологии и природных ресурсов Республики Татарстан обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Строительно-транспортная компания» о взыскании ущерба, причиненного почве как объекту окружающей среды, в размере 3 490 917 руб. 60 коп.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.05.2024, оставленным без изменения Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024, с ответчика в пользу истца взыскан ущерб в размере 1 053 596 руб. 70 коп., в удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 02.12.2024 решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.05.2024 и Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По результатам нового рассмотрения дела решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.05.2025 принято уменьшение размера исковых требований до 2 122 255 руб. 92 коп., иск удовлетворен, с ответчика в пользу истца взыскан ущерб в размере 2 122 255 руб. 92 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.05.2025, изменить решение суда, рассчитав ущерб исходя из п. 10 Методики исчисления размере вреда, утвержденной приказом Минприроды России от 08.07.2010 № 238.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2025 апелляционная жалоба оставлена без движения. Впоследствии определением от 15.07.2025 апелляционная жалоба принята к производству с назначением судебного заседания на 12.08.2025.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик ссылался на видеозапись, согласно которой, транспортное средство ответчика загружено не полностью, на невозможность определения объема отходов; на ошибочное определение истцом класса опасности отходов, на необходимость применения при расчете вреда п. 10 Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды.

В судебном заседании истец возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Исследовав материалы дела, оценив доводы и возражения сторон, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены решения Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.05.2025 по делу № А65-1521/2024. При этом суд исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в адрес Министерства поступило требование Татарского природоохранного межрайонного прокурора о проведении выездных обследований на постоянной основе до устранения нарушения несанкционированной свалки отходов, расположенной по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, п. Самосырово, земельный участок с кадастровым номером 16:16:120602:565 (географические координаты 55.791554 49.294788).

Старшим специалистом 3 разряда Центрального территориального управления Министерства 27.07.2023 в рамках выездного задания осуществлен выезд по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, п. Самосырово, земельный участок с кадастровым номером 16:16:120602:565, в ходе которого выявлено несанкционированное складирование отходов производства и потребления, а именно: сброс отходов 4 класса опасности – отходы (мусор) от сноса и разборки зданий несортированный (ФККО 81290101724) на площади 24 кв.м в объеме 36 куб.м с грузового транспортного средства с государственными регистрационными номерами <***> 716rus, чем нарушены требования статьи 51 Федерального закона «Об охране окружающей среды» №7-ФЗ от 10.01.2002 и статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации. На месте произведена видеосъемка, замеры производились с помощью мерной ленты Р10У2К ГОСТ 7502-98 (свидетельство о поверке №С-АМ/18-11-2022/202382918).

Согласно карточке учета транспортного средства собственником грузового автотранспортного средства с государственными регистрационными номерами <***> 716rus является ООО «СТК».

Старшим специалистом 3 разряда Центрального территориального управления Министерства 01.08.2023 в рамках выездного задания осуществлен выезд по адресу: Республика Татарстан, г. Казань, п. Самосырово, земельный участок с кадастровым номером 16:16:120602:565, в ходе которого выявлено несанкционированное складирование отходов производства и потребления, а именно: сброс отходов 4 класса опасности – отходы (мусор) от сноса и разборки зданий несортированный (ФККО 81290101724) на площади 18 кв.м в объеме 27 куб.м с грузового транспортного средства с государственными регистрационными номерами Н5460В 716rus, чем нарушены требования ст.51 Федерального закона «Об охране окружающей среды» №7-ФЗ от 10.01.2002 и ст.42 Земельного кодекса Российской Федерации. На месте произведена видеосъемка, замеры производились с помощью мерной ленты Р10У2К ГОСТ 7502-98 (свидетельство о поверке №С-АМ/18-М-2022/202382918).

Согласно карточке учета транспортного средства, собственником грузового автотранспортного средства с государственными регистрационными номерами Н5460В 716rus является ООО «СТК».

В соответствии со сведениями, содержащимися в выписке из Единого государственного реестра недвижимости, правообладателем земельного участка с кадастровым номером №16:16:120602:565 является Муниципальное образование «город Казань Республика Татарстан», категория земель – земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – природный ландшафт.

По результатам исчисления размера вреда, причиненного почвам, как объектам охраны окружающей среды, произведенного по Методике исчисления размера вреда, причиненного почвам как объектам охраны окружающей среды вследствие нарушения земельного законодательства, утвержденной Министерством природы России от 08.07.2010 № 238, в адрес ответчика были направлены претензии о возмещении вреда, причиненного почвам

Оставление ответчиком претензий истца без удовлетворения послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

В силу ч. 1 ст. 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определение характера спорного правоотношения и подлежащего применению законодательства, обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является прерогативой суда, рассматривающего дело.

В соответствии со ст. 5 Федерального закона от 10.01.2002 №7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее по тексту - Закон об охране окружающей среды) к полномочиям органов государственной власти Российской Федерации в сфере отношений, связанных с охраной окружающей среды, относится, в том числе предъявление исков о возмещении вреда окружающей среде, причиненного в результате нарушения законодательства в области охраны окружающей среды. Аналогичные нормы содержатся в ряде иных законодательных актов Российской Федерации, регулирующих общественные отношения в сфере охраны окружающей среды и природопользования.

Согласно разъяснениям, приведенным в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» следует, что с требованием о возмещении вреда, причиненного окружающей среде, вправе обратиться уполномоченные органы государственной власти Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, прокурор, граждане, общественные объединения и некоммерческие организации, осуществляющие деятельность в области охраны окружающей среды, а также органы местного самоуправления, с учетом того, что абз. 6 ст. 3 Закона об охране окружающей среды на них возложена ответственность за обеспечение благоприятной окружающей среды и экологической безопасности на соответствующих территориях.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» при рассмотрении таких споров судам следует учитывать принципы охраны окружающей среды, на которых должна основываться хозяйственная и иная деятельность.

К их числу в соответствии со ст.3 Закона об охране окружающей среды относятся, в частности, платность природопользования и возмещение вреда окружающей среде, презумпция экологической опасности планируемой хозяйственной и иной деятельности, обязательность оценки воздействия на окружающую среду при принятии решений об осуществлении хозяйственной и иной деятельности, допустимость воздействия хозяйственной и иной деятельности на природную среду исходя из требований в области охраны окружающей среды, обязательность финансирования юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями, осуществляющими хозяйственную и (или) иную деятельность, которая приводит или может привести к загрязнению окружающей среды, мер по предотвращению и (или) уменьшению негативного воздействия на окружающую среду, устранению последствий этого воздействия.

В соответствии со ст. 4 Закона об охране окружающей среды объектами охраны окружающей среды от загрязнения, истощения, деградации, порчи, уничтожения и иного негативного воздействия хозяйственной и иной деятельности являются: земли, недра, почвы; поверхностные и подземные воды; леса и иная растительность, животные и другие организмы и их генетический фонд; атмосферный воздух, озоновый слой атмосферы и околоземное космическое пространство.

Согласно ч. 1 ст. 77 Закона об охране окружающей среды юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Вред окружающей среде, причиненный юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды (ч. 3 ст. 77 Закона об охране окружающей среды).

В силу ч. 1 ст. 78 Закона об охране окружающей среды компенсация вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется добровольно либо по решению суда или арбитражного суда.

Определение размера вреда окружающей среде, причиненного нарушением законодательства в области охраны окружающей среды, осуществляется исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды, а также в соответствии с проектами рекультивационных и иных восстановительных работ, при их отсутствии в соответствии с таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, утвержденными органами исполнительной власти, осуществляющими государственное управление в области охраны окружающей среды.

Ответственность, установленная ст. 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации, является гражданско-правовой, привлечение к которой возможно при доказанности совокупности нескольких условий: наличия противоправного деяния (действия, бездействия), наличия вреда и причинно-следственной связи между противоправным деянием и наступившими последствиями (убытками), а также вины лица, ответственного за убытки.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского Кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 основаниями для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выразившееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности уничтожении природных ресурсов, разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов растительного мира и иных неблагоприятных последствиях.

По смыслу приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении № 49 от 30.11.2017, сам факт нахождения на почвах отходов производства предполагает причинение вреда почве как сложному объекту окружающей среды, включающему множество взаимодействующих между собой компонентов, в том числе воздуха, воды и живых организмов, а значит, в любом случае нарушает естественные плодородные и иные свойства почвы. При этом освобождение почвы от отходов в силу природных особенностей само по себе не означает восстановление нарушенного состояния окружающей среды.

На лице, деятельность которого привела к загрязнению или иной порче земельного участка, лежит обязанность как привести данный земельный участок в первоначальное состояние, так и возместить вред, причиненный окружающей среде.

Изложенные истцом в исковом заявлении обстоятельства (с учетом принятого судом уменьшения цены иска) подтверждаются представленными в материалы дела заключениями выездного обследования № 19В от 27.07.2023, № 324В от 01.08.2023 с приложенными фотоматериалами, протоколами инструментального обследования № 319В от 27.07.2023, № 324В от 01.08.2023, данными единого государственного реестра недвижимости на земельный участок с кадастровым номером №16:16:120602:565, карточками учета транспортных средств.

Соответственно, лицом, обязанным возместить вред, причиненный почве как объекту окружающей среды, является в данном случае ответчик как собственник транспортных средств.

Расчет предъявленного к возмещению вреда произведен истцом в соответствии с п.9 Методики исчисления размера вреда, причиненного почвам как объекту охраны окружающей среды, утвержденной приказом Минприроды России от 08.07.2010 № 238 (далее – Методика).

Согласно пункту 1 Методики, она предназначена для исчисления в стоимостной форме размера вреда, нанесенного почвам, в том числе имеющим плодородный слой, в результате нарушения законодательства Российской Федерации в области охраны окружающей среды, а также при возникновении аварийных и чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера. Методикой исчисляется в стоимостной форме размер вреда, причиненный почвам как самостоятельному естественно-историческому органоминеральному природному телу, возникшему на поверхности земли в результате длительного воздействия биотических, абиотических и антропогенных факторов, состоящему из твердых минеральных и органических частиц, воды и воздуха и имеющему специфические генетикоморфологические признаки и свойства, создающие в некоторых случаях при определенных природно-климатических условиях благоприятные химические, физические и биологические условия для роста и развития растений, в результате их загрязнения, порчи (частичного разрушения), уничтожения (полного разрушения) плодородного слоя (пункт 2).

По смыслу приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49 от 30.11.2017 сам факт нахождения на почвах отходов производства предполагает причинение вреда почве как сложному объекту окружающей среды, включающему множество взаимодействующих между собой компонентов, в том числе воздуха, воды и живых организмов, а значит, в любом случае нарушает естественные плодородные и иные свойства почвы. При этом, освобождение почвы от отходов в силу природных особенностей само по себе не означает восстановление нарушенного состояния окружающей среды. На лице, деятельность которого привела к загрязнению или иной порче земельного участка, лежит обязанность как привести данный земельный участок в первоначальное состояние, так и возместить вред, причиненный окружающей среде.

В части 3 ст. 56 Федерального закона от 31.07.2020 №248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 248-ФЗ) указано, что без взаимодействия с контролируемым лицом проводятся следующие контрольные (надзорные) мероприятия (далее – контрольные (надзорные) мероприятия без взаимодействия):

1) наблюдение за соблюдением обязательных требований;

2) выездное обследование.

В соответствии с частью 1 ст. 75 Федерального закона №248-ФЗ под выездным обследованием понимается контрольное (надзорное) мероприятие, проводимое в целях оценки соблюдения контролируемыми лицами обязательных требований.

Согласно части 3 ст. 75 Федерального закона №248-ФЗ в ходе выездного обследования на общедоступных (открытых для посещения неограниченным кругом лиц) производственных объектах могут совершаться следующие контрольные (надзорные) действия: осмотр, отбор проб (образцов), инструментальное обследование (с применением видеозаписи), испытание, экспертиза.

В силу части 1 статьи 82 Федерального закона № 248-ФЗ, под инструментальным обследованием в целях настоящего Федерального закона понимается контрольное (надзорное) действие, совершаемое инспектором или специалистом по месту нахождения (осуществления деятельности) контролируемого лица (его филиалов, представительств, обособленных структурных подразделений) либо по месту нахождения производственного объекта с использованием специального оборудования и (или) технических приборов для определения фактических значений, показателей, действий (событий), имеющих значение для оценки соблюдения контролируемым лицом обязательных требований, а также подтверждения соответствия продукции (товаров) обязательным требованиям.

В силу пункта 52 Положения о Федеральном государственном земельном контроле (надзоре), утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2021 № 1081 «О федеральном государственном земельном контроле (надзоре)», для фиксации инспекторами и лицами, привлекаемыми к совершению контрольных (надзорных) действий, доказательств соблюдения (нарушения) обязательных требований могут использоваться фотосъемка, аудио- и видеозапись, иные способы фиксации, проводимые должностными лицами, уполномоченными на проведение контрольного (надзорного) мероприятия.

Результаты проведения фотосъемки (фототаблица) приложены к акту контрольного (надзорного) мероприятия.

В соответствии с пунктом 34 Положения о Федеральном государственном экологическом контроле (надзоре), утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2021 № 1096 (далее – Положение о контроле) при проведении контрольных (надзорных) мероприятий для фиксации доказательств нарушений обязательных требований могут использоваться фотосъемка, аудио- и видеозапись, иные способы фиксации доказательств.

Как следует из пункта 35 Положения о контроле, решение о необходимости использования фотосъемки, аудио- и видеозаписи, иных способов фиксации доказательств нарушений обязательных требований при осуществлении контрольных (надзорных) мероприятий принимается должностным лицом, уполномоченным на проведение контрольного (надзорного) мероприятия, самостоятельно.

При этом видеосъемка не рассматривается законом в качестве основного и единственного доказательства по делу, а подтверждает лишь то или иное обстоятельство, зафиксированное в акте либо протоколе, и может уточнять его либо конкретизировать, то есть является факультативным доказательством.

В части 2 статьи 91 Федерального закона № 248-ФЗ определены грубые нарушения требований к организации и осуществлению государственного контроля (надзора), муниципального контроля, к числу которых отсутствие видеозаписи не относится.

Как установлено материалами дела, при проведении осмотров 27.07.2023 и 01.08.2023 инспектором видеосъемка проводилась, в материалы дела представлены разрешительные документы на беспилотное воздушное устройство, которым производилась видеосъемка.

Доводы ответчика о том, что истец должен был осуществить инструментальное обследование (все замеры) с применением видеозаписи, на которой были бы видны все значения обоснованно отклонены судом первой инстанции.

Как указано выше, в апелляционной жалобе ответчик выразил несогласие с расчетом размера вреда, осуществленного истцом. Суд апелляционной инстанции установил, что в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчиком приводились аналогичные доводы, по результатам оценки которых суд признал их несостоятельными.

В соответствии с пунктом 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» основанием для привлечения лица к имущественной ответственности является причинение им вреда, выражающееся в негативном изменении состояния окружающей среды, в частности, ее загрязнении, истощении, порче, уничтожении природных ресурсов, деградации и разрушении естественных экологических систем, гибели или повреждении объектов животного и растительного мира и иных неблагоприятных последствиях (статьи 1, 77 Закона об охране окружающей среды).

Методика предназначена для исчисления в стоимостной форме размера вреда, нанесенного почвам в результате нарушения законодательства Российской Федерации в области охраны окружающей среды. Пунктом 9 Методики установлена формула для исчисления в стоимостной форме размера вреда в результате порчи почв при их захламлении, возникшего при складировании на поверхности почвы или почвенной толще отходов производства и потребления. Расчет по данной формуле производится на основании массы размещенных отходов.

Ответчиком при контррасчете суммы ущерба применены положения п. 10 Методики, в соответствии с которым исчисляется размер вреда в результате порчи почв при перекрытии ее поверхности, возникшего при перекрытии искусственными покрытиями и (или) объектами (в том числе линейными). Расчет по данной формуле осуществляется с учетом площади участка, на котором обнаружена порча почв. Под перекрытием почв надлежит понимать цементирование, бетонирование, устройство грунтовых и прочих искусственных покрытий, рельсовых путей и пр., осуществленные с целью улучшения эксплуатационных свойств поверхности земельного участка. Иными словами, несанкционированное размещение на земельном участке опасных отходов не свидетельствует о перекрытии почв и не влечет возможность расчета размера ущерба по пункту 10 Методики.

В рассматриваемом случае при проведении проверки на земельном участке выявлено два факта несанкционированного складирования отходов производства и потребления, а именно: сбросы отходов 4 класса опасности – отходы (мусор) от сноса и разборки зданий несортированный (код 81290101724 по Федеральному классификационному каталогу отходов, утвержденному приказом Росприроднадзора от 22.05.2017 №242), произведенные транспортными средствами Общества. Ответчиком иное не доказано.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для применения пункта 10 Методики.

Кроме того, устранение допущенного нарушения путем вывоза с земельного участка отходов производства и потребления, о котором заявлено ответчиком при новом рассмотрении настоящего дела, не свидетельствует о восстановлении нарушенного состояния почвы как объекта окружающей среды и не освобождает ответчика от обязанности возместить причиненный почве ущерб в денежном выражении.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы о несогласии с указанным истцом классом опасности отходов суд апелляционной инстанции отклоняет ввиду следующего.

Классы опасности отходов определены статьей 4.1 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» (далее - Федеральный закон № 89-ФЗ). Согласно статье 4.1 Федерального закона № 89-ФЗ отходы в зависимости от степени негативного воздействия на окружающую среду подразделяются в соответствии с критериями, установленными федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим государственное регулирование в области охраны окружающей среды, на пять классов опасности: I класс – чрезвычайно опасные отходы; II класс – высокоопасные отходы; III класс – умеренно опасные отходы; IV класс – малоопасные отходы; V класс – практически неопасные отходы.

Однако при несанкционированном складировании отходов отбор проб не производится, классификация отходов осуществляется в соответствии с Федеральным Классификационным Каталогом Отходов (ФККО) по нескольким идентифицирующим признакам. В этой связи для исчисления вреда по пункту 9 Методики, в соответствии с которым истцом исчислен ущерб, проведение отбора образцов почвы для последующего их лабораторного исследования в целях установления действительного вреда почве, а также определению класса опасности складированных отходов, вопреки доводам ответчика, не требуется. Характер отходов истцом определен как мусор от сноса и разборки зданий несортированный - код 8 12 901 01 72 4 по Федеральному классификационному каталогу отходов, утвержденному приказом Росприроднадзора от 22.05.2017 № 242.

Ответчиком обратное не доказано.

В ходе рассмотрения дела истец произвел расчет ущерба исходя из объема кузовов автомобилей по каждому транспортному средству.

Ссылки в апелляционной жалобе на неверное определение объема отходов ввиду того, что загрузка транспортных средств была неполная, также не могут быть приняты.

Ущерб, причиненный экологическим правонарушением, отличает сложность его проявлений: он включает, как следует в том числе из статьи 42 Конституции Российской Федерации, экологический вред окружающей среде, вред, причиняемый здоровью человека (социальный вред), и вред имуществу, находящемуся в частной или публичной собственности (экономический вред) (пункт 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 02.06.2015 № 12-П). Особые характеристики вреда, причиненного окружающей среде, который не поддается в полной мере объективной оценке (в частности, по причине отдаленности во времени последствий правонарушения), влекут и применение особого, условного метода определения его размера.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что в абз. 2 п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 разъяснено, что в случае превышения юридическими лицами установленных нормативов допустимого воздействия на окружающую среду предполагается, что в результате их действий причиняется вред (статья 3, пункт 3 статьи 22, пункт 2 статьи 34 Закона об охране окружающей среды).

Бремя доказывания обстоятельств, указывающих на возникновение негативных последствий в силу иных факторов и (или) их наступление вне зависимости от допущенного нарушения, возлагается на ответчика.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 указано, что орган, обращающийся с требованием о возмещении вреда, представляет доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и причиненным вредом.

Из изложенного следует вывод, что возложение законодателем на правонарушителя обязанности возместить вред на основании утвержденных в установленном порядке такс и методик определения размера вреда окружающей среде обусловлено именно невозможностью точного установления характера, степени и размера вреда, причиненного объекту окружающей среды, в том числе вреда, причиняемого почве.

В ситуации, когда истцом по делу о возмещении вреда представлены доказательства, подтверждающие с разумной степенью вероятности, что загрязнение окружающей среды связано, прежде всего, с хозяйственной деятельностью ответчика, то ответчик должен доказать свои возражения, если полагает, что его вклад в причинение вреда носит ограниченный характер.

В настоящем деле доказан факт причинения вреда почвам именно ответчиком, также установлено, что размер вреда правомерно определен истцом на основании соответствующей методики.

Таким образом, в ситуации, когда истцом по делу о возмещении вреда представлены доказательства, подтверждающие с разумной степенью вероятности, что загрязнение окружающей среды связано, прежде всего, с хозяйственной деятельностью ответчика, то именно ответчик должен доказать свои возражения, если полагает, что его вклад в причинение вреда носит ограниченный характер (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2023 N 304-ЭС23-8238, от 03.07.2023 N 305-ЭС22- 27963, от 25.10.2022 N 304-ЭС22-12117).

Обращаясь в суд с иском о возмещении экологического вреда, министерство не ссылалось на то, что в результате проверочных мероприятий получены сведения об иных хозяйствующих субъектах, в результате деятельности которых был причинен вред, либо сведения об обстоятельствах, указывающих на возникновение негативных последствий в силу иных факторов, например, в результате противоправных действий иных лиц, и их наступление вне зависимости от допущенного нарушения.

Такие доказательства не представлены и ответчиком.

При указанных обстоятельствах обстоятельства суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ответчик не доказал основания для уменьшения размера рассчитанного истца вреда.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы были предметом исследования суда первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка. По существу доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию ответчика с выводами суда о фактических обстоятельствах дела и иной оценке представленных в материалы дела доказательств, что не может служить основанием для отмены судебного акта.

На основании изложенного, учитывая отсутствие нарушений, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта по ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.05.2025 по делу № А65-1521/2024 является законным и обоснованным, а апелляционная жалоба - не подлежащей удовлетворению.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ответчика и понесены им при предъявлении жалобы.

Руководствуясь статьями 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.05.2025 по делу № А65-1521/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня его принятия с направлением кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Т.И. Колодина


Судьи О.В. Барковская

Н.Р. Сафаева