Постановление от 30 декабря 2019 г. по делу № А32-43010/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-43010/2018
город Ростов-на-Дону
30 декабря 2019 года
15АП-22165/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 25 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 декабря 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шимбаревой Н.В.,

судей Стрекачёва А.Н., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

финансовый управляющий ФИО2 – лично;

от ФИО3: представитель ФИО4 по доверенности от 14.11.2019;

от АО «Юг-Инвестбанк» (ОАО): представитель ФИО5 по доверенности от 13.10.2018, представитель ФИО6 по доверенности от 13.10.2018,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного банка «Юг-Инвестбанк» (ОАО)

на определение Арбитражного суда Краснодарского края

от 05.11.2019 по делу № А32-43010/2018

по жалобе АБ«ЮГ-Инвестбанк» (ОАО) (ИНН <***>, ОГРН <***>)

на действия (бездействие) финансового управляющего должника ФИО2

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО7 (ИНН <***>, ОГРНИП: <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО7 (далее – должник), ОАО «ЮГ-Инвестбанк» обратилось в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) финансового управляющего должника ФИО2 (с учетом уточненных требований в порядке статьи 49 АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.11.2019 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Определение мотивировано тем, что все действия управляющий фиксировал, опубликовывал и не скрывал от сторон, недобросовестности управляющего не установлено, жалоба правопреемника на управляющего отсутствует.

Акционерный банк «Юг-Инвестбанк» (ОАО) обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил определение отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что при ведении реестра и подсчете голосов, основанных на размере включенных в реестр требований, арбитражным управляющим ФИО2 нарушены нормы законодательства о банкротстве, которые повлекли нарушение прав кредитора.

Законность и обоснованность принятого судебного акта проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО3 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). Определением суда от 22.10.2018 заявление принято, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.12.2018 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры банкротства (реструктуризация долгов гражданина) опубликовано на официальном источнике (газета «КоммерсантЪ») от 29.12.2018 № 242, в ЕФРСБ - 24.12.2018.

02.09.2019 в Арбитражный суд Краснодарского края поступила жалоба на действия финансового управляющего должника ФИО2. По мнению банка, ненадлежащее исполнение обязанностей финансовым управляющим выражено в незаконном исключении требований банка из реестра требований кредиторов должника в сумме 8 000 000 руб.; а также в неправильном подсчете голосов на собрании кредиторов должника, состоявшемся 23.08.2019 по вопросам повестки дня № 1, № 4 и № 5.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве кредиторы, уполномоченный орган вправе обращаться в арбитражный суд с жалобами о нарушении их прав и интересов, в том числе и на действия (бездействие) арбитражных управляющих.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен в статьях 20.3, 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными.

Основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом:

- или факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей);

- или факта несоответствия этих действий требованиям разумности;

- или факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Действия (бездействие) арбитражного управляющего могут быть обжалованы. При этом лицо, подающее жалобу, исходя из статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, должно доказать незаконность, неразумность и недобросовестность действий арбитражного управляющего, а также нарушение данными действиями своих прав и законных интересов.

В отношении неверного ведения реестра требований кредиторов, повлекшее исключение из требований банка 8 000 000 руб., судом апелляционной инстанции установлено, что определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.03.2019 требования банка в размере 81 010 541,30 руб. задолженности и отдельно 8 841 596,66 руб. финансовых санкций включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника (обособленный спор 13-УТ).

При этом, указанные обязательства были также обеспечены залогом имущества ФИО8

Так, 22.12.2017 между ОАО АБ «Юг-Инвестбанк» и ФИО8 заключен договор об ипотеке № <***>/8Z, согласно которому в обеспечение исполнений обязательств ФИО7 по кредитному договору № <***> от 22.12.2017 залогодатель ФИО8 предоставляет в залог банку недвижимое имущество.

01.03.2019 между ФИО8 (продавцом-залогодателем) и ООО «Технопромэкспорт» (покупателем) с согласия АБ «Юг-Инвестбанк» (ОАО) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества № 25-153/696-2019/1.

Согласно пункту 3 договора общая стоимость недвижимого имущества составляет 36 000 000 руб. Данное имущество в полном объеме находится в залоге у банка на основании договора об ипотеке № 25 – 1653/562/1И от 20.12.2016 и договора ипотеки № 25 - 1753/696/8Z от 22.12.2017.

В соответствии с пунктом 5 договора оплата приобретаемого недвижимого имущества осуществляется в следующем порядке:

- 8 000 000 руб. перечисляются на счет залогодержателя;

- 24 000 000 руб. перечисляются на счет продавца-залогодателя, остаются в распоряжении ФИО8.

Поскольку, исходя из толкования условий договора об ипотеки, залог обеспечивал часть обязательства заемщика перед банком, то направив на погашение задолженности 8 000 000 руб. и получив согласие банка, выразившееся в подписании договора купли-продажи и снятии обременения с имущества, залогодатель выполнил свои обязательства и вправе претендовать на замену части требований.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения финансового управляющего 03.07.2019 в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о замене АО «ЮГ-Инвестбанк» (ОАО) на ФИО8.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 19.09.2019 произведена замена кредитора – АО «ЮГ-Инвестбанк» (ОАО) в реестре требований кредиторов ИП ФИО7 на ФИО8 в размере 8 000 000 руб., как обеспеченное залогом имущества должника по следующим договорам залога: - от 22.12.2017 № <***>/3Z; - от 22.12.2017 № <***>/4Z; - от 22.12.2017 № <***>/5Z; - от 22.12.2017 № <***>/6Z; - от 14.08.2018 № <***>/9Z.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2019 определение от 19.09.2019 в части замены оставлено без изменения, резолютивная часть дополнена указанием на то, что исполнение по требованиям ФИО8 осуществляется не ранее исполнения по требованиям акционерного банка «Юг-Инвестбанк» (ОАО) при недостаточности средств для погашения требований.

В период после обращения в суд с заявлением о замене и до вынесения определения об удовлетворении заявления финансовым управляющим проведено первое собрание кредиторов, оформленное протоколом № 1 собрания кредиторов от 23.08.2019.

К собранию кредиторов финансовым управляющим ФИО2 к первому собранию кредиторов ИП ФИО9 был подготовлен Реестр требований кредиторов, согласно которому требования банка представлены в реестре требований кредиторов в размере 81 010 541,30 руб. Вместе с тем, при проведении собрания кредиторов требования банка учтены в другом размере.

Из протокола собрания кредиторов от 23.08.2019 следует, что для целей участия в собрании финансовым управляющим были учтены требования АО АБ «Юг-Инвестбанк» в размере 73 239 182,77 руб., что составляет 36,11% от общего размера требований, включенных в реестр. Соответственно, требования финансовым управляющим учтены за вычетом 8 000 000 руб., которые удовлетворены за счет реализации имущества ФИО8

Согласно п. 1 ст. 16 Закона о банкротстве, п. 5. Постановление Правительства РФ от 09.07.2004 № 345 «Об утверждении Общих правил ведения арбитражным управляющим реестра требований кредиторов» (далее – Правила № 345) реестр требований кредиторов ведет арбитражный управляющий. Требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Как следует из пункта 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017, сама по себе замена в материальном правоотношении не наделила нового кредитора правом на участие в собрании и не ограничила право банка до момента вынесения арбитражным судом судебного акта о замене в реестре требований кредиторов должника правопреемником голосовать по ранее включенным требованиям всей суммой голосов.

Установлено, что процессуальная замена кредитора на ФИО8 в реестре состоялась уже после проведения собрания кредиторов определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.09.2019 по делу № А32-43010/2018.

Таким образом, на момент проведения собрания кредиторов требования банка в размере 8 000 000 руб. не подлежали исключению из состава голосов по состоянию на 23.08.2019.

Ссылки суда первой инстанции на то, что абзацем 8 пункта 14 обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017, предусмотрено, что исходя из принципа добросовестности (ст. 1 ГК РФ) до проведения процессуальной замены лицо, включенное в реестр требований кредиторов, обязано выдать приобретателю требования доверенность на голосование или голосовать на общем собрании в соответствии с указаниями приобретателя (п. 1 ст. 6 ГК РФ, п. 2 ст. 57 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), несостоятельны ввиду следующего.

Из материалов дела следует, что предмет настоящих требований является вопрос о законности действий арбитражного управляющего, а не о действительности собрания кредиторов. Соответственно, вопрос выдачи доверенности банком на имя ФИО8 о голосовании в пределах суммы, подлежащей замены, а также добросовестности банка не входит в сферу компетенции управляющего.

Учитывая при проведении собрания кредиторов размер погашенных обязательств путем уменьшения голосов банка. финансовый управляющий превысил свои полномочия, поскольку на собрании кредиторов кредитор голосует в соответствии с размером своих требований, включенных в реестр, а замена требований в части 8 000 000 руб. не была произведена по состоянию на 23.08.2019.

Исключение части требований из реестра требований кредиторов при проведении собрания кредиторов повлекло неверный подсчет голосов при принятии решений собрания кредиторов.

В частности, установлено, что по вопросам № 1, 4, 5 банк имел иную позицию, нежели большинство кредиторов.

Статья 15 Закона о банкротстве определяет порядок принятия решений собранием кредиторов.

Согласно п. 1 статьи 15 Закона о банкротстве, решения собрания кредиторов по вопросам, поставленным на голосование, принимаются большинством голосов от числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, присутствующих на собрании кредиторов, если иное не предусмотрено Законом о банкротстве.

В соответствии с Протоколом № 1 собрании кредиторов ИП ФИО7 от 23.08.2019 года по вопросу № 1 «Отчет финансового управляющего ИП ФИО7» проголосовало следующим образом:

«За» - проголосовало 101 679 110 руб. 34 коп. (50,3684%),

«Против» - проголосовало 100 191 945 руб. 71 коп. (49,6316%);

«Воздержались» - проголосовало 0 руб. 00 коп. (0,0000%).

Согласно п. 2 статьи 15 Закона о банкротстве большинством голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, требования которых включены в реестр требований кредиторов, собранием кредиторов принимаются решения, в том числе о выборе арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из числа членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего.

Из анализа указанной нормы в совокупности с пунктом 1 статьи 15 Закона о банкротстве следует, что решение о выборе арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из членов которой арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего, должно приниматься собранием кредиторов квалифицированным большинством голосов от общего числа голосов конкурсных кредиторов и уполномоченных органов, требования которых включены в реестр требований кредиторов (то есть для принятия решения по данному вопросу необходимо, чтобы проголосовало не менее 50% голосов от общего числа голосов кредиторов и уполномоченных органов, включенных в реестр требований кредиторов).

В соответствии с протоколом собрания № 1 от 23.08.2019 по вопросу № 4 кредиторы голосовали следующим образом:

«За» - кандидатуру ФИО2 проголосовало 101 679 110 руб. 34 коп. (50,1413%);

«За» - кандидатуру ФИО10 проголосовало 100 191 945 руб. 71 коп. (49,4079%);

«Против» - проголосовало 0 руб. 00 коп. (0,00%);

«Воздержались» - проголосовало 0 руб. 00 коп. (0,0000%).

Поскольку требования банка учтены в меньшем размере необоснованно, то распределение голосов в случае неисключения 8 000 000 руб. из реестра было бы представлено иначе, что свидетельствует о значительности совершенного арбитражным управляющим нарушения.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции полагает доказанным факт нарушения арбитражным управляющим норм статьи 16 Закона о банкротстве, которые повлекли неверный подсчет голосов при проведении собрания кредиторов, что нарушило права банка как кредитора, в связи с чем, жалоба Акционерного банка «Юг-Инвестбанк» (ОАО) на действия финансового управляющего ФИО2 подлежит удовлетворению в данной части.

Суд учитывает, что в рамках рассмотрения настоящего дела банк, являясь независимым кредитором, неоднократно заявлял об афиллированности ФИО8 и должника. Оставляя без изменения определение суда первой инстанции о замене банка на ФИО8, суд апелляционной инстанции, указал, что банком не поясняется наличие общей хозяйственной деятельности между ФИО7 и ФИО8 Сам по себе, факт знакомства и предоставление обеспечения не свидетельствует об аффилированности.

Судом апелляционной инстанции применена позиция Верховного Суд РФ, сформированная в определении т 30.05.2019 № 309-ЭС18-736(3) по делу № А47-10531/2015, согласно которой при наличии довода об аффилированности необходимо проверить финансовую возможность исполнившего обязательство лица, а также направленность таких действий (цель), свидетельствующих о злоупотреблении правом.

Из материалов дела следует, что денежные средства, полученные ФИО7 у банка, направлены на приобретение трактора, что соответствует роду деятельности должника. В материалах дела не имеется доказательств, что кредитный ресурс был израсходован на цели деятельности ФИО8.

Переданное в залог имущество, получено ФИО8 в дар от ФИО11 по договору дарения от 13.08.2014. Ранее данное имущество получено ФИО11 в дар от матери ФИО12 по договору дарения от 14.04.2010.

В соответствии с выпиской из ЕГРП, данное имущество никогда не находилось в собственности ФИО7, а переход права к ФИО8 зарегистрирован 28.08.2014, т.е. задолго до заключения договора об ипотеке.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО7 и ФИО8 признаков злоупотребления правом и вывода имущества с целью получения необоснованной выгоды.

Таким образом, суд признал, что в действиях должника и ФИО8 не имеется признаков злоупотребления правом при рассмотрении вопроса о замене в реестре. Представленные банком доказательства не препятствовали осуществлению замены, поскольку таковая может быть произведена и на афиллированного кредитора при отсутствии признаков злоупотребления правом. При этом, данное обстоятельство не означает отклонение судом довода о фактической афиллированности ФИО8 и должника.

Применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора довод о добросовестности действий банка, голосовавшего на собрании за иную кандидатуру управляющего, подлежал оценке в совокупности с доводами о фактической афиллированности ФИО8 и должника. При этом, данная оценка не входила в компетенцию управляющего, который был обязан провести собрание, учтя голоса в соответствии с реестром требований кредиторов.

В части обязания финансового управляющего ФИО2 произвести пересчет голосов собрания кредиторов ИП ФИО7 от 23 августа 2019 года с учетом всей суммы голосов по ранее включенным требованиям кредитора ОАО «ЮГ-Инвестбанк», а именно в размере 81 239 182 руб. 77 коп. по следующим вопросам №№ 1, 4, 5, суд апелляционной инстанции оснований для удовлетворения требований не усматривает, поскольку Законом о банкротстве процедура перерасчета голосов не предусмотрена. В случае нарушения процедуры проведения собрания кредиторов, решения собрания могут быть признаны недействительными, а собрание проведено вновь, однако заявление о признании собрания кредиторов недействительным банком не подавалось.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции полагает необходимым определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.11.2019 по делу № А32-43010/2018 отменить.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.11.2019 по делу № А32-43010/2018 отменить.

Признать незаконным действие финансового управляющего ФИО2 об исключении голосов ОАО «ЮГ-Инвестбанк» из реестра требований кредиторов в сумме 8 000 000 руб. без судебного акта о процессуальной замене в ходе проведения собрания кредиторов от 23 августа 2019 года.

Признать незаконными действия финансового управляющего ИП ФИО7 ФИО2, выразившиеся в неправильном подсчете голосов на собрании кредиторов ИП ФИО7. состоявшемся 23 августа 2019 года.

В остальной части в удовлетворении жалобы на действия арбитражного управляющего отказать.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Н.В. Шимбарева

СудьиА.Н. Стрекачёв

Г.А. Сурмалян