Постановление от 13 февраля 2025 г. по делу № А49-8438/2023

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу 11АП-18537/2024

14 февраля 2025 г. Дело № А49-8438/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2025 г. Постановление в полном объеме изготовлено 14 февраля 2025 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Серовой Е.А., судей Мальцева Н.А., Поповой Г.О.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Волковой В.О. с участием:

от ПАО «Транскапиталбанк» - ФИО1, по доверенности от 17.12.2024, от финансового управляющего ФИО2 - лично, паспорт,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении суда, в зале № 4 с использованием систем веб-конференции

апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Транскапиталбанк»

на определение Арбитражного суда Пензенской области от 15 ноября 2024 года о завершении процедуры банкротства

в рамках дела № А49-8438/2023,

о несостоятельности (банкротстве) умершего гражданина ФИО3,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 08.02.2024 заявление гражданки ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) умершего гражданина ФИО3 признано обоснованным; умерший гражданин ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина.

При банкротстве умершего гражданина ФИО3 применены правила параграфа 4 главы Х Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Финансовым управляющим должника утверждена ФИО2 (далее - финансовый управляющий).

11.08.2024 от финансового управляющего ФИО2 в суд поступили отчет от 11.08.2024 о своей деятельности и о ходе проведения процедуры реализации имущества гражданина, реестр требований кредиторов, ходатайство о завершении реализации имущества гражданина и освобождении его от дальнейшего исполнения требований кредиторов. Одновременно представлено ходатайство о перечислении с депозитного счета арбитражного суда суммы вознаграждения за проведение процедуры реализации имущества должника.

Определением Арбитражного суда Пензенской области от 15 ноября 2024 года процедура банкротства завершена.

В отношении умершего гражданина ФИО3 применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Прекращены полномочия финансового управляющего ФИО2.

Перечислены денежные средства в размере 25 000 руб., поступившие на депозитный счет Арбитражного суда Пензенской области по чек - ордеру от 01.08.2023, на расчетный счет ФИО2 по указанным в заявлении реквизитам.

Не согласившись с принятым судебным актом, ПАО «Транскапиталбанк» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Пензенской области от 15 ноября 2024 года.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 декабря 2024 года апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 12 февраля 2025 года.

В судебном заседании представитель ПАО «Транскапиталбанк» апелляционную жалобу поддержал.

Финансовый управляющий ФИО2 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям представленного отзыва.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От ФИО4 поступил отзыв, в котором возражает против удовлетворения апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Пензенской области от 15 ноября 2024 года о завершении процедуры банкротства в рамках дела № А49-8438/2023, в связи со следующим.

Согласно п.1 ст.213.28 Закона о банкротстве после завершения расчётов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Согласно представленному отчету, в ходе проведения в отношении должника процедур банкротства сформирован реестр требований кредиторов, в который включены требования публичного акционерного общества «Транскапиталбанк» в сумме 35 575 589,18 руб. и требования акционерного общества «Банк ДОМ.РФ» в сумме 2 512 878,38 руб.

Расходы финансового управляющего при проведении процедуры реализации имущества в размере 14 798,28 руб., не погашены.

Согласно сведениям регистрирующих органов, представленным за запрос суда, за умершим должником объекты недвижимого имущества, транспортные средства, самоходные машины и другие виды техники не были зарегистрированы.

Из материалов дела следует, ФИО3 умер 05.02.2020, что подтверждается свидетельством о смерти серии <...> от 06.02.2020.

В период с 22.09.2001 должник состоял в браке с гр. ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (брак заключен 22.09.2001), между супругами был заключен брачный договор 58АА0284231 от 04.10.2011 и соглашение о разделе имущества 58АА1314795 от 21.06.2018.

Согласно наследственному делу № 70/2020 от 03.06.2020 наследниками умершего признаны его дочь - гр. ФИО4, его мать - ФИО6, его дочь - ФИО7; наследственное имущество состоит из: квартиры, находящейся по адресу: <...>; оружия МР-153, 12 калибра,1-ствольное, № 0215323907, 2002 г.в., разрешение серии РОХа № 16500984, выдано 15.06.2017 (согласно выписке из отчета об оценке № 21Т/0041 от 27.01.2021 рыночная стоимость составляет 8 300 руб.).

В соответствии со свидетельством о праве на наследство по закону от 02.09.2020 дочь умершего - ФИО4 унаследовала квартиру, находящуюся по адресу: <...>.

В соответствии со свидетельством о праве на наследство по закону от 01.02.2021 дочь умершего - ФИО4 унаследовала оружие МР-153, 12 калибра, 1 -ствольное, № 0215323907, 2002 г.в., разрешение серии РОХа № 16500984, выдано 15.06.2017.

При анализе финансового состояния должника финансовым управляющим сделаны выводы о недостаточности у должника имущества для расчетов с кредиторами в полном объеме и о целесообразности завершения процедуры реализации имущества гражданина.

В ходе проведения процедуры реализации имущества гражданина финансовым управляющим не были выявлены сделки и действия (бездействия) должника, не соответствующие законодательству Российской Федерации. Также не были выявлены сделки, заключенные или исполненные на условиях, не соответствующих рыночным условиям, что послужило причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности должника.

Финансовым управляющим составлено заключение об отсутствии признаков фиктивного и преднамеренного банкротства. Доказательств наличия признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника финансовым управляющим в материалы дела не представлено.

Исходя из отчета финансового управляющего, все мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества выполнены, оснований для ее продления не имеется.

Доводы кредитора о том, что жилое помещение находящееся по адресу: <...> подлежало включению в конкурсную массу, поскольку не был решен вопрос об исключении из конкурсной массы, правомерно отклонены судом первой инстанции.

Из материалов дела следует, 25.09.2024 на имя ФИО4 зарегистрировано единственное жилое помещение, расположенное по адресу: <...>, право собственности на которое возникло у ФИО4 в порядке наследования после умершего ФИО3

Условия, при которых наследственное имущество, являющееся единственным жильем для наследника, не может быть включено в конкурсную массу умершего гражданина-наследодателя, сформулированы в пункте 7 статьи 223.1 Закона о банкротстве.

Согласно абзацам третьему и пятому данного пункта в конкурсную массу не включается жилое помещение (его части), если по истечении срока принятия наследства такое имущество является единственным пригодным для постоянного проживания помещением для наследника.

Таким образом, в ситуации, когда вошедшее в состав наследства имущество является единственным пригодным для постоянного проживания наследника, может быть исключено из конкурсной массы в деле о банкротстве наследственной массы.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 г. N 48 вопрос об исключении (невключении) из конкурсной массы единственного жилья решается финансовым управляющим самостоятельно во внесудебном порядке.

При наличии разногласий между финансовым управляющим, должником и лицами, участвующими в деле о банкротстве, относительно указанного имущества любое из названных лиц вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с заявлением о разрешении возникших разногласий. По результатам рассмотрения соответствующих разногласий суд выносит определение (п. 1 ст. 60, абз. второй п. 3 ст. 213.25 Закона о банкротстве).

Соответственно, если финансовый управляющий исключит единственное жилье из конкурсной массы, а кредитор полагает, что в данной ситуации исполнительский иммунитет не применим, например, когда оно по объективным характеристикам (параметрам) значительно превышает разумно достаточное для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище, то кредитор вправе обратиться в суд для разрешения возникших разногласий. Соответствующее жилое помещение может быть предоставлено гражданину-должнику, в том числе кредитором, в порядке, который установит суд в процедуре несостоятельности (банкротства) (п. 3.2 постановления Конституционного Суда РФ от 26.04.2021 N 15-П).

С ходатайствами о разногласиях относительно спорного жилого помещения лица, участвующие в деле не обращались.

Доводы кредитора о том что при рассмотрении настоящего обособленного спора не был решен вопрос о том, что жилое помещение является единственным пригодным для проживания наследником подлежат отклонению.

Как указывалось ранее, 25.09.2024 на имя ФИО4 зарегистрировано единственное жилое помещение.

Доказательств наличия в собственности у наследницы ФИО4 иных помещений, пригодных для проживания, не представлено.

Из материалов дела следует, на дату смерти должника ФИО4 была несовершеннолетней, в связи с чем не определяла самостоятельно место своего жительства.

Согласно пункту 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

В силу частей 1 и 2 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации дети, являющиеся членами семьи собственника жилого помещения, имеют право пользования данным жилым помещением наравне с его собственником.

По смыслу указанных норм права несовершеннолетние дети приобретают право на проживание в жилом помещении, которое определяется им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств которого является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, возникающего независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение.

Регистрация детей в жилом помещении не наделяет их вещными правами в отношении этого помещения, а является по своей сути административным актом, который в установленном порядке фиксирует органом регистрационного учета сведения о месте жительства гражданина Российской Федерации и о его нахождении в данном месте жительства (абзац четвертый статьи 2 Закона Российской Федерации от 25.06.1993 №

5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации»).

Кроме того, по смыслу части 1 статьи 27 Конституции Российской Федерации и статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации по достижении гражданином четырнадцатилетнего возраста такой гражданин вправе выбирать место жительства на территории Российской Федерации.

Таким образом, при решении вопроса об исключении единственного жилья из конкурсной массы умершего гражданина необходимо учитывать имущественные права наследников и их право на выбор места жительства. Так, в отношении спорного жилого помещения право возникает непосредственно у детей умершего должника.

Указанный правовой подход изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2024 № 304- ЭС23-25261 по делу № А75-10710/2021.

Из материалов дела следует, ФИО4, дочь умершего должника, наследник, зарегистрирована по адресу: <...>, с 25.12.2020.

Согласно ответу публично - правовой компании «Роскадастр» по Пензенской области за ФИО4 зарегистрировано право собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <...> (дата регистрации03.09.2020). Сведения о прекращении права на объекты недвижимого имущества в выписке не отражены.

Доводы кредитора об отсутствии необходимости у ФИО4 в наличии собственности на территории Российской Федерации отклоняются судебной коллегией, поскольку основаны на предположении и не являются основанием для включения имущества в конкурсную массу.

Из пояснений представителя ФИО4 следует, что ФИО4 в настоящее время на территории Российской Федерации не проживает, поскольку является студенткой учебного заведения Чешской Республики и арендует жилое помещение - квартиру в г. Праге в соответствии с договором аренды жилого помещения от 01.06.2024 (представлен в материалы дела); срок действия договора - до с 30.06.2024 по 30.05.2025.

Доказательств того, что к настоящему времени ФИО4 не является гражданином Российской Федерации не представлено.

Доводы конкурного кредитора о возможности проживания ФИО4 в квартире, принадлежащей ее матери, что исключает возможность признания спорного жилого помещения, включенного в наследственную массу, единственным жильем наследника, правомерно отклонены судом первой инстанции.

Наличие у гражданина фактической возможности проживать по иному адресу не означает допустимость безусловного неприменения к находящемуся в его собственности единственному жилью исполнительского иммунитета (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2020 № 309- ЭС20-10004).

Дополнительно следует учесть, что в случае осуществления процедуры банкротства по общим правилам банкротства гражданина (при жизни наследодателя) спорное имущество обладало бы исполнительским иммунитетом и подлежало бы исключению из конкурсной массы по правилам пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве. В свою очередь кредиторы не должны извлекать выгод и преимуществ в отношении объема и перечня имущества, на которое может быть обращено взыскание, только из факта смерти своего должника.

Исходя из общих принципов гражданского и конституционного законодательства, должник не может быть лишен единственного жилья на территории Российской Федерации, в котором он зарегистрирован.

Доказательств того, что спорное жилое помещение отвечает признакам роскошного жилья, в материалы дела не представлено.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что унаследованная дочерью должника ФИО4 квартира, отвечает признакам

единственного жилья наследника и не может быть включена в конкурсную массу и реализована в деле о банкротстве ФИО3

Как следует из материалов дела, наследнице умершего должника - гр. ФИО4 были выплачены пенсионные накопления, учтенные в части лицевого счета умершего гр. ФИО3

В соответствии с положениями статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Правила наследования невыплаченных сумм, предоставленных гражданину в качестве средств к существованию, конкретизированы в статье 1183 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данная норма устанавливает право наследников на получение денежных сумм, подлежавших выплате наследодателю.

Средства пенсионных накоплений не являются собственностью застрахованного лица, а, следовательно, и наследственным имуществом. Выплата средств пенсионных накоплений умершего застрахованного лица его правопреемникам нормами гражданского права не регулируется. Эти накопления переходят к родственникам застрахованного лица в порядке, предусмотренном пенсионным, а не наследственным законодательством. Следовательно, средства пенсионных накоплений не подлежат включению в состав наследственной массы умерших застрахованных лиц.

Как указывалось ранее, за гражданином ФИО3 на момент смерти было зарегистрировано оружие МР-153, 12 калибра, 1 -ствольное, № 0215323907, 2002 г.в., разрешение серии РОХа № 16500984, выдано 15.06.2017.

Из материалов дела следует, наследница умершего владельца огнестрельного оружия - гр. ФИО4 обратилась в ОЛРР г. Пензы Управления Росгвардии Пензенской области с намерением перерегистрировать указанное оружие на иное физическое лицо.

Доказательств наличия иного имущества у должника материалы дела не содержат.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о завершении процедуры реализации имущества.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в деле о несостоятельности (банкротстве) граждан» разъяснено, что освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при

возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

Согласно абзацу третьему пункта 28 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей» в случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и т.п.), суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10ГК РФ).

Таким образом отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Однако доказательств противоправного поведения должника материалы дела не содержат.

Доказательств того, что накопление кредиторской задолженности должником произошло намеренно, материалы дела не содержат.

При этом анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему также не установлено.

Также в деле не имеется сведений о том, что должник действовал незаконно, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве. Приведенные кредитором доводы также не могут являться достаточным основанием для отказа в применении к должнику положений пункта 3 статьи 213.38 Закона о банкротстве.

Объективных доказательств, позволяющих сделать иные выводы, в материалы дела не представлены.

По смыслу положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения гражданина от долгов.

Доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, в материалы дела не представлено.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пензенской области от 15 ноября 2024 года о завершении процедуры банкротства в рамках дела № А49-8438/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения..

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Е.А. Серова

Судьи Н.А. Мальцев

Г.О. Попова