Постановление от 28 августа 2019 г. по делу № А41-20976/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 28.08.2019 Дело № А41-20976/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 21.08.2019 Полный текст постановления изготовлен 28.08.2019

Арбитражный суд Московского округа в составе: председательствующего-судьи Голобородько В.Я., судей Зеньковой Е.Л., Петровой Е.А. при участии в заседании: от ФИО1 – ФИО2 по дов. от 14.08.2019

от ПАО «Сбербанк» - ФИО3 по дов. от 17.04.2019

от ПАО «Совкомбанк» - ФИО4, по дов. от 12.11.2018 от АО КБ «ЛОКО-Банк» - ФИО5 по дов. от 20.08.2018 рассмотрев 21.08.2019 в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение от 28.02.2019 Арбитражного суда Московской области вынесенное судьей Корниенко В.А., на постановление от 13.06.2019 Десятого арбитражного апелляционного суда принятое судьями Терешиным А.В., Гараевой Н.Я., Муриной В.А.,


по заявлению ПАО «Совкомбанк» о признании договора займа денежных средств б/н от 23.01.2014, заключенного между ФИО6 и ФИО8, недействительной сделкой,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 06 марта 2018 года по делу № А41 -20976/17 ФИО6 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё открыта процедура банкротства гражданина. Финансовым управляющим должника ФИО6 утвержден ФИО7.

Требования конкурсного кредитора КБ «JIOKO-Банк» (АО) были включены определением от 22.12.2017 (резолютивная часть определения оглашена «30» ноября 2017 года) в размере 32 596 887 руб. 37 коп. задолженности, 3 401 308 руб. 03 коп. неустойки, 60 000 руб. расходов по госпошлине в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО6, из них 8 293 000 руб. как обеспеченные залогом имущества должника.

Конкурсным кредитором ПАО «Совкомбанк» было подано заявление о признании договора займа денежных средств б/н от 23.01.2014, заключенного между должником ФИО6 и ФИО8 недействительной сделкой.

Определением от 14.02.2019 АО АКБ «РосЕвроБанк» было заменено на ПАО «Совкомбанк» в порядке процессуального правопреемства.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.02.2019 по делу № А41-20976/17 требования были удовлетворены.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 указанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить обжалуемые судебные акты. Заявитель в кассационной жалобе указывает на


несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам, указывает на неправильное применение норм процессуального и материального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного заявления.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещённые о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм материального права и направлены на переоценку исследованных судами доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) закреплено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.


Как следует из материалов дела и установлено судами, 23 января 2014 года между ФИО6 и ФИО8 был заключен договор займа, согласно условиям которого, ФИО8 передал ФИО6 сумму займа в размере 1 100 000 долларов США сроком на 24 месяца с условием оплаты процентов за пользование заемными денежными средствами по ставке 15 % годовых.

20 мая 2016 года между ФИО8 и ФИО1 был заключен договор цессии, в соответствии с условиями которого, ФИО8 уступил ФИО1 права требования к должнику, вытекающие из оспариваемого договора займа.

Частью 4 договора займа от 23 января 2014 года установлена возможность передачи спора, возникшего в связи с неисполнением сторонами условий сделки, на рассмотрение постоянно действующего Третейского суда при ООО «РедИнк менеджмент».

Впоследствии ФИО1 обратилась в вышеуказанный третейский суд с заявлением о взыскании с должника денежных средств.

Решением постоянно действующего Третейского суда при ООО «РедИнк менеджмент» от 18 июля 2016 г. по делу № 41/16-ТС с ФИО6 и ее поручителей, ООО «Глория 1» и ООО «Ейская энергосбытовая компания», в пользу ФИО1 было взыскано солидарно 88 628 540 руб. основного долга, 26 588 562 руб. процентов за пользование займом и 200 000 руб. расходов по уплате третейского сбора.

Определением Видновского городского суда Московской области от 08 июня 2017 г., в редакции определения об исправлении описки от 08 июня 2017 года, был выдан исполнительный лист на принудительное исполнения решения постоянно действующего Третейского суда при ООО «РедИнк менеджмент» от 18 июля 2016 года по делу № 41/16-ТС.

Определением Арбитражного суда Московской области по делу № А41- 20976/17 требования ФИО1 в размере 115 217 102 руб. было включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6

По мнению заявителя, указанная сделка является недействительной (ничтожной).


В соответствии с пунктом 1 статьи 61.8 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (ст. 10 ГК РФ).

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 4 постановления пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 предусмотрено, что наличие в законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ) в том числе при рассмотрении требования основанного на такой сделке.

Согласно п.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Согласно п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении споров следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.


Именно на формальное исполнение договора займа и на согласованность действий сторон по созданию юридически безупречных доказательств наличия задолженности указывают следующие факты в совокупности:

1) Должник по договору займа признает его наличие в письменном виде.

2) Стороны договора займа включили в его содержание третейскую оговорку.

3) Согласно содержанию решения постоянно действующего третейского суда при ООО «РедИнк менеджмент» по делу № 41/1 б-ТС от 18.07.2016 сторона ответчика не оспаривала факт выдачи займа в размере 1 100 ООО долларов США, указанный факт третейским судом не проверялся.

4) В качестве обеспечения по договору займа стороны согласовали заключение договоров залога недвижимого имущества, однако за регистрацией обременения в Росреестр не обратились, что не соответствует критериям добросовестности и разумности поведения сторон.

5) Должник ФИО6 согласовала уступку права требования по договору ФИО1

Исходя из изложенных фактов, стороны договора займа совместными действиями, в том числе после подписания договора займа, создавали иллюзию исполнения договора.

В своих определениях Верховный Суд Российской Федерации указывает, что в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются предоставлением минимального необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга (требования рассмотрены в одно заседание). В связи с тем, что интересы данных лиц объективно совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели (определение № 305-ЭС17-14948).

Исходя из содержания решения третейского суда между сторонами отсутствовал какой-либо спор о праве. В отсутствии спора о праве решение


третейского суда, по существу, выступило подтверждением наличия задолженности по договору, который фактически сторонами не исполнялся, денежные средства по которому не передавались.

Институт оспаривания сделок должника представляет собой правовую гарантию, предоставляющую кредиторам действенный механизм наполнения конкурсной массы должника за счет неправомерно отчужденного имущества последнего. При наличии у должника или сторон этих сделок взаимного интереса по сокрытию обстоятельств и действительных целей сделок кредиторы, оспаривающие сделки, объективно ограничены в возможностях по доказыванию обстоятельств сделок, в которых они не участвовали. Следовательно, при рассмотрении споров данной категории для выравнивания процессуальных возможностей сторон и достижения задач судопроизводства, установленных в статье 2 АПК РФ, арбитражным судам надлежит оказывать содействие в реализации процессуальных прав кредиторов (в том числе предусмотренных пунктом 4 статьи 66 АПК РФ), создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела (пункт 3 статьи 9 АПК РФ) (определение Верховного Суда РФ от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17342 по делу № А41-86889/2015).

В отсутствие доказательств передачи денежных средств Займодавцем Заемщику, можно сделать вывод о том, что подлинная воля сторон при заключении договора займа не была направлена на предоставление денежных средств, что свидетельствует о том, что стороны стремились достичь иных целей, не связанных с принятием на себя каких-либо гражданско-правовых обязательств.

Оформив мнимый договор займа от 23.01.2014 его стороны, тем самым, придали видимость правомерного наличия задолженности. Указанные обстоятельства указывают на желание сторон возложить на должника необоснованное долговое бремя; через договор с физическими лицами создана подконтрольная фиктивная кредиторская задолженность, используемая для последующего уменьшения объема требований независимых кредиторов.


Указанное свидетельствует о совершении его сторонами действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотреблением правом (ст. 10 ГК РФ). В соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В результате названных действий произошло увеличение размера требований кредиторов (абзац тридцать второй ст. 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, совокупность обстоятельств совершения спорной сделки свидетельствуют о недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) ее сторон, поскольку их действия были направлены на целенаправленное создание фиктивной задолженности для целей последующего уменьшения объема требований независимых кредиторов. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Учитывая изложенное, судами установлены основания для признания договора займа от 23 января 2014 года недействительными на основании ст. 168 ГК РФ, как не соответствующего требованиям ст. 10 ГК РФ.

Решение третейского суда от 18.07.2016 и определение о выдаче исполнительного листа на его принудительное исполнение от 08.07.2017 в данном случае не имеет преюдициального значения.

Пунктом 2 постановления пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 57 установлено, правило в соответствии с которым независимо от состава лиц участвующих в деле, при рассмотрении спора связанного с другим иском, оценка данная судом обстоятельствам которые установлены в деле рассмотренным ранее, учитывается судом рассматривающим второе дело. В том случае если суд рассматривающий второе дело придет к иным выводам он должен указать соответствующие мотивы.

Как указал Конституционный суд Российской Федерации в определении от 06.11.2014 № 2528-О, часть 2 статьи 69 АПК РФ освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает возможности их различной правовой оценки в зависимости от характера конкретного спора.


Публично-правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Как следует из текста решения третейского суда, судом не исследовались вопросы:

- о недействительности или безденежности договоров займа,

- наличие у ФИО8 финансовой возможности на выдачу займа в такой сумме,

- о факте передаче денег во исполнение договоров займа, - о направлении расходования денег должником.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

При отсутствии доказательств передачи денег или других вещей по договору займа указанный договор не может быть признан заключённым в соответствии с требованиями закона (ст. 433, 224, 807, 809 ГК РФ).

При рассмотрении заявления о включении ФИО1 (цессионария, приобретшего право требования, вытекающего из договора займа) в реестр требований кредиторов должника ФИО6 также не представлены доказательства использования должником суммы займа, равно как и не обоснована необходимость и целесообразность его получения ( 1 100 000 долларов США неподъёмная сумма).

Довод об отсутствии в действиях сторон оспариваемой сделки признаков недобросовестного поведения отклонён апелляционным судом.

Пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22 июня 2012 г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику


наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставите должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В силу статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления негативных последствий несовершения ими процессуальных действий, в том числе непредставления доказательств.

Таким образом, именно процессуальное поведение сторон, выразившееся в непредставлении ФИО1, ФИО8 доказательств, позволяющих сделать выводы о реальности исполнения договора займа, в том числе, привело к обоснованному признанию сделки ничтожной.

ФИО1 указывала на содержание п. 24 указанного постановления Пленума, предоставляющего кредиторам должника, арбитражному управляющему право оспаривать судебные акты, на которых основаны заявленные в рамках дела о банкротстве требования о включении в реестр требований должника. Полагает, что это единственный надлежащий способ защиты прав кредиторов.

Однако как указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, процедуры банкротства носят публично-правовой характер (постановления от 22.07.2002 № 14-П, от 19.12.2005 № 12-П и др.). Публично- правовой целью института банкротства является обеспечение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, имеющих различные, зачастую диаметрально противоположные интересы. Эта цель достигается посредством соблюдения закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации принципа, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.


Для реализации указанных гарантий, Законом о банкротстве предусмотрен институт оспаривания сделок должника. Институт оспаривания сделок должника представляет собой правовую гарантию, предоставляющую кредиторам действенный механизм наполнения конкурсной массы должника за счет неправомерно отчужденного имущества последнего. При наличии у должника или сторон этих сделок взаимного интереса по сокрытию обстоятельств и действительных целей сделок кредиторы, оспаривающие сделки, объективно ограничены в возможностях по доказыванию обстоятельств сделок, в которых они не участвовали.

В соответствии со статьями 9 и 11 ГК РФ, выбор способа защиты права принадлежит истцу. Таким образом, именно конкурсному кредитору, как лицу, полагающему свои права нарушенными, принадлежит право выбора способа защиты с учетом гарантий, предоставляемых ему законодательством о банкротстве.

Довод об отсутствии на дату заключения оспариваемого договора займа (23.01.2014) действующих норм о банкротстве физических лиц отклонён.

Действия по созданию доказательств исполнения по существу фиктивной сделки относятся к периоду после июля 2016 года. В указанный период нормы Закона о банкротстве в отношении физических лиц действовали, была сформирована устойчивая судебная практика, в том числе и по оспариванию сделок должника-гражданина. Доказательств реального исполнения договора, доказательств наличия правоотношений между сторонами ранее указанного времени должником, сторонами договора займа и цессии не было приобщено к материалам дела. Таким образом, указанный довод является необоснованным.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых актов нарушений норм процессуального права судами, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Судами первой и апелляционной инстанции были установлены все существенные для дела обстоятельства, изучены все доказательства по делу, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы судов основаны на всестороннем и


полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является недопустимым при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 28.02.2019, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 13.06.2019 по делу № А41-20976/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Председательствующий-судья В.Я. Голобородько

Судьи: Е.Л. Зенькова

Е.А. Петрова