Постановление от 29 марта 2024 г. по делу № А59-4459/2023

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А59-4459/2023
г. Владивосток
29 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 29 марта 2024 года.


Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Д.А. Глебова,

судей Е.А. Грызыхиной, Е.Н. Шалагановой,

при ведении протокола помощником судьи И.А. Косовой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1, апелляционное производство №05АП-923/2024

на решение от 25.12.2023 судьи Р.В. Есина

по делу № А59-4459/2023 Арбитражного суда Сахалинской области

по иску участника общества с ограниченной ответственностью «Ален» ФИО1 (ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Ален»

(ОГРН <***>, ИНН <***>),

индивидуальному предпринимателю ФИО2

(ОГРИП 312650128200020, ИНН <***>)

о признании договора №10 от 15.07.2019 недействительным, применении последствий недействительности сделки,

при участии:

от ИП ФИО2: О.В. Бурлак, по доверенности от 15.02.2024, сроком действия на 1 год, удостоверение адвоката,



УСТАНОВИЛ:

Участник общества с ограниченной ответственностью «Ален» ФИО1 обратился в Арбитражный суд Сахалинской области к обществу с ограниченной ответственностью «Ален» (далее - ООО «Ален») и индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ИП ФИО2) с иском о признании недействительным договора №10 от 15.07.2019 и применении последствий его недействительности в виде взыскания с ИП ФИО2 в пользу общества 7 500 000 рублей. Истец рассматривает указанный договор как мнимую сделку, в качестве правового обоснования заявленного требования указаны статьи 170, 181 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 25.12.2023 отказано в удовлетворении исковых требований.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, истец обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска. В обоснование доводов жалобы апеллянт указывает, что поскольку в данном случае подача иска участником общества связана с наступлением последствий от искусственно созданной сторонами видимости исполнения договора, то по смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации ФИО1 как участник должен был узнать о совершении сделки не позднее даты проведения годового общего собрания участников общества по итогам 2020 года – 01.03.2021, в связи с чем срок исковой давности не пропущен. Ссылается на отсутствие доказательств, свидетельствующих о фактическом оказании ИП ФИО2 услуг по поиску потенциальных клиентов, а также об отсутствии экономического смысла в данных услугах.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 26.03.2024.

Через канцелярию суда от ИП ФИО2 поступил письменный отзыв на апелляционную жалобу, который в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен к материалам дела. Ответчик по тексту представленного отзыва на апелляционную жалобу выразил несогласие с изложенными в ней доводами, считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - не подлежащей удовлетворению.

В заседании арбитражного суда апелляционной инстанции представитель ИП ФИО2 возражал против доводов апелляционной жалобы, обжалуемое решение счел законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, жалобу - без удовлетворения.

Из материалов дела коллегией установлены следующие обстяотельства.

15.07.2019 между ООО «Ален» (заказчик) и ИП ФИО2 (исполнитель) заключен договор №10, по условиям которого исполнитель, действуя от своего имени, по поручению заказчика и за вознаграждение, осуществляет действия по поиску для заказчика потенциального клиента, намеренного приобретать у заказчика товары. Услуги считаются оказанными после заключения заказчиком договора купли-продажи и потенциальным клиентом либо фактического совершения сделки между заказчиком и клиентом (п. 1 договора).

Согласно пункту 4.1 договора заказчик выплачивает исполнителю вознаграждение в размере 10% от объема продаж в случае продажи товара по ценам в соответствии с ценовой политикой заказчика. Сумма вознаграждения указывается в акте сдачи-приемки услуг (пункт 4.2 договора).

В случае совершения единовременной сделки на сумму более 5 000 000 рублей, размер вознаграждения согласуется сторонами дополнительно и оформляется соответствующим Приложением №1 к настоящему договору.

Согласно Приложению №1 к договору, услуги исполнителем оказаны, найден заказчик – Министерство здравоохранения Сахалинской области, осуществлена сделка - поставка по государственному контракту №0361200015019004993 от 02.09.2019, сумма вознаграждения по результатам сделки согласована и составляет 7 500 000 рублей.

Договор, а также Приложение №1 подписаны истцом в лице директора ФИО3 и ИП ФИО2, скреплены оттиском печати истца и ответчика.

Как пояснил допрошенный в качестве свидетеля гр. ФИО3, он занимал должность директора ООО «Ален» в момент заключения оспариваемого договора. После обозревания копии договора №10 от 15.07.2019 и акта оказанных услуг к нему, представленных в материалы дела, подтвердил, что именно им от имени ООО «Ален» подписывались указанные документы. Услуги со стороны ИП ФИО2 были оказаны надлежащим образом, в связи с чем были оплачены в полном объеме.

Таким образом, свидетель подтвердил доводы ИП ФИО2 о том, что произведенная ООО «Ален» оплата имела место при наличии встречного исполнения со стороны ИП ФИО2, при этом встречное исполнение произведено во исполнение заключенного сторонами договора №10 от 15.07.2019.

Полагая, что договор №10 от 15.07.2019 является мнимой сделкой, заключен без намерения создать соответствующие правовые последствия, а лишь для вида с единственной целью – вывести денежные средства в сумме 7 500 000 рублей, причинив ущерб как самому обществу, так и его участнику, ФИО1 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителя ответчика, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ признание сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки являются способами защиты нарушенного права.

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ установлено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).

Как следует из содержания искового заявления, истец связывает недействительность оспариваемого договора с тем обстоятельством, что он является мнимой сделкой, никаких услуг фактически ИП ФИО2 обществу оказано не было, перечисление денежных средств произошло без какого-либо встречного предоставления, посредством договора стороны стремились прикрыть безвозмездное отчуждение денежных средств в пользу предпринимателя.

Согласно пункту 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 86 постановления №25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 25.07.2016 №305-ЭС16-2411, следует, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у её сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из смысла указанных норм и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что для обоснования мнимости оспариваемой сделки истцу необходимо доказать, что при её заключении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Если намерений обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

Как следует из материалов дела, факт оказания услуг предпринимателем обществу подтвержден материалами дела, в обоснование чего представленный акт №1 приемки услуг, подписанный истцом и ответчиком 20.10.2019, изложенные в нем обстоятельства не опровергнуты истцом. Факт перечисления ООО «Ален» предпринимателю 7 500 000 рублей подтвержден представленным платежным поручением №2 от 10.01.2020 и не оспаривается лицами, участвующим в деле.

Истец в нарушение положений статьи 65 АПК РФ не представил доказательств, подтверждающих стоимость приобретения медицинского оборудования в целях установления наличия либо отсутствия экономической выгоды поставки медицинского оборудования по государственному контракту.

В этой связи довод об отсутствии экономической заинтересованности в заключении ООО «Ален» оспариваемой им сделки – договора №10 от 15.07.2019 является необоснованным.

Услуги ИП ФИО2 по договору №10 от 15.07.2019 выражались в продвижении товара ООО «Ален» на рынке медицинского оборудования на территории Сахалинской области. Наличие длительного взаимодействия с медицинскими учреждениями Сахалинской области позволяли ИП ФИО2 выявлять необходимость лечебно-профилактических учреждений в необходимых медицинских товарах и продукции, проводить презентации продукта потенциальным покупателям, профессиональное консультирование о потребительских свойствах и качествах предлагаемого к приобретению товара и оборудования. Результатом такой деятельности явилось формирование заявки на поставку оборудования, последующее заключение ООО «Ален» с Министерством здравоохранения Сахалинской области государственного контракта №0361200015019004993 от 02.09.2019 на поставку наркозных аппаратов на общую сумму 25 949 433,30 рублей. Предпринимателем в подтверждение осуществления подобного рода деятельности в материалы дела представлены договоры на оказание аналогичных услуг, заключенных с иными организациями.

С учетом представленных доказательств и пояснений свидетеля, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии критерия мнимости в отношении заключенного между ООО «Ален» и ИП ФИО2 договора №10 от 15.07.2019.

Кроме того, доводы апелляционной жалобы о том, что фактически услуги не были оказаны обществу ИП ФИО2, отклоняются ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как следует из конституционно-правового смысла положений статьи 69, выявленного Постановлением Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 №30-П (пункт 3.1.) в данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами. Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Из сведений официального информационного ресурса «Картотека арбитражных дел» следует, что решением Арбитражного суда Сахалинской области от 27.09.2023 по делу №А59-561/2023, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 06.02.2024, подтвержден факт заключения и исполнения ООО «Ален» и ИП ФИО2 договора №10 от 15.07.2019, на основании чего отказано в удовлетворении требований ООО «Ален» о взыскании с ИП ФИО2 7 500 000 рублей неосновательного обогащения и 1 215 024 рублей 41 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами.

Помимо прочего, в ходе рассмотрения настоящего спора в суде первой инстанции предпринимателем было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со статьями 195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Общий срок исковой давности устанавливается в три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

К требованию о признании мнимой сделки недействительной применим трехлетний срок исковой давности (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Из разъяснений, данных в пункте 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25, следует, что к требованиям сторон ничтожной сделки о признании такой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности применяется трехлетний срок исковой давности. Он исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию этого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ).

Таким образом, положения пункта 1 статьи 181 ГК РФ, связывают начало течения срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и по требованиям о признании ее недействительной не с субъективным фактором (осведомленностью заинтересованного лица о нарушении его прав), а с объективными обстоятельствами, характеризующими начало исполнения такой сделки вне зависимости от субъекта оспаривания.

Следовательно, в рассматриваемом случае срок исковой давности для признания сделки ничтожной составляет три года и начинает течь с момента исполнения этой сделки.

В соответствии со статьей 34 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год. Очередное общее собрание участников общества созывается исполнительным органом общества. Уставом общества должен быть определен срок проведения очередного общего собрания участников общества, на котором утверждаются годовые результаты деятельности общества. Указанное общее собрание участников общества должно проводиться не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года.

Как установлено судом, Уставом ООО «Ален» предусмотрено, что годовое общее собрание его участников, проводится не реже одного раза в год (но не ранее, чем через 2 месяца и не позднее чем через 6 месяцев после окончания финансового года).

Таким образом, не позднее 30.04.2020 обществом должно было быть проведено общее собрание участников ООО «Ален» по итогам 2019 года, в котором был заключен оспариваемый договор.

Поскольку истцом оспаривается сделка – договор №10 от 15.07.2019, а не отдельно взятый платеж в пользу ИП ФИО2 на сумму 7 500 000 рублей, течение срока исковой давности в данном случае должно исчисляться именно с того момента, когда участник общества – ФИО1, не являющийся стороной сделки, узнал или должен был узнать о начале исполнения договора.

Под началом исполнения договора понимаются действия, предпринимаемые обеими сторонами, направленными на достижение определенного результата.

Как следует из постановления УМВД России по г.Южно-Сахалинску от 19.09.2020, с заявлением по факту возможных мошеннических действий бывшего директора ООО «Ален» ФИО3 И.В. Цыбуляк обратилась в правоохранительные органы 08.04.2020.

Таким образом, на дату 08.04.2020 директор ООО «Ален» был осведомлен о произведенном обществом платеже в пользу ИП ФИО2 на сумму 7 500 000 рублей, а также о назначении данного платежа – оплата по договору №10 от 15.07.2019.

Таким образом, с учетом предусмотренного законом и Уставом общества срока на проведение общего собрания участников ООО «Ален» по итогам 2019 года, его участник ФИО1 должен был узнать о самом факте заключения обществом оспариваемого им договора №10 от 15.07.2019 и о совершенных его сторонами действиях, направленных на его исполнение, не позднее 30.04.2020.

Вместе с тем, с исковым заявлением участник ООО «Ален» ФИО1 обратился в Арбитражный суд Сахалинской области лишь 11.07.2023, то есть за пределами трехлетнего срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 15 Постановления Пленума ВС РФ от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

При изложенных обстоятельствах арбитражный суд апелляционной инстанции счел, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права. Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, следовательно, оснований для удовлетворения жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в силу положений статьи 110 АПК РФ относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Сахалинской области от 25.12.2023 по делу №А59-4459/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение двух месяцев.


Председательствующий


Д.А. Глебов

Судьи

Е.А. Грызыхина


Е.Н. Шалаганова