Постановление от 17 марта 2025 г. по делу № А40-264382/2021

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-36109/2024

МоскваДело № А40-264382/2021

18.03.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 18 марта 2025 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Е.А. Скворцовой,

судей А.С. Маслова и М.С. Сафроновой

при ведении протокола секретарем судебного заседания Е.В. Панариной,

рассмотрев в открытом судебном заседании по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО1, ФИО2; ФИО3

при участии в судебном заседании:

лица, участвующие в деле, не явились, извещены.

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд города Москвы посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, 06.12.2021 года поступило заявление ООО «АТЛАС ЧЕЙН» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «ДЕЛО ВСЕМ» по упрощенной процедуре отсутствующего должника; определением суда от 08.12.2021 года принято заявление кредитора и возбуждено производство по делу № А40-264382/21-123-650Б.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 02.03.2022 года ООО «ДЕЛО ВСЕМ» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4, ИНН <***>, член Ассоциации «Сибирская гильдия антикризисных управляющих». Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства опубликовано в газете "КоммерсантЪ" от 12.03.2022.

В Арбитражный суд города Москвы посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте Арбитражного суда города Москвы в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, 06.09.2022 поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц; определением от 12.09.2022 заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц оставлено без движения на срок до 12.10.2022.

Согласно определению суда от 29.03.2023 в судебном заседании подлежало рассмотрению данное заявление конкурсного управляющего.

Определением от 29.03.2023 года произведена замена ответчика ФИО5 (ИНН: <***>) на ответчиков ФИО5 (ИНН: <***>).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.06.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДЕЛО ВСЕМ» ответчика ФИО2 Приостановлено производство по заявлению в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами. В остальной части требований – отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО5 обратилась в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда города Москвы от 13.06.2023 отменить.

При рассмотрении апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции установил основания, предусмотренные п. 2 ч. 4 ст. 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) для отмены судебных актов, и рассмотрения дела, в соответствии с ч. 6.1 ст. 268 АПК РФ, по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, поскольку пришел к выводу, что суд первой инстанции извещал ФИО5 о назначении судебного заседания по ненадлежащему адресу. Таким образом, суд первой инстанции рассмотрел заявление в отсутствие ФИО5 извещенной ненадлежащим образом.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия, руководствуясь пунктом 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса РФ при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", пришла к выводу о наличии оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Поступившие от ФИО5 письменные пояснения приобщены к материалам дела.

Поступившие от ООО «АТЛАС ЧЕЙН» письменные пояснения, консолидированная позиция по спору, возражения на заявление о фальсификации доказательств приобщены к материалам дела.

Лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьей 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 АПК РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 270 АПК РФ, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, в период с 15.05.2020 до даты открытия конкурсного производства в отношении должника генеральным директором являлся ФИО3 (умер 20.12.2021); ФИО5 (до 16.10.2020 ФИО6) являлась в период 28.04.2020 по 14.05.2020 генеральным директором и является участником ООО «ДЕЛО ВСЕМ», с долей участия 50 % уставного капитала до 08.06.2020, после указанной даты доля участия 100%; ФИО1 являлась в период с 17.01.2018 по 27.04.2020 генеральным директором и в период с 08.06.2016 по 08.06.2020 - участником ООО «ДЕЛО ВСЕМ», с долей участия 50 % уставного капитала.

Обращаясь с настоящим заявлением в суд конкурсный управляющий ссылался на то, что руководителями ФИО3, ФИО6, ФИО1 не осуществлено должны образом ведение и хранение документации бухгалтерского баланса, бухгалтерская отчетность за 2020, 2021 г.г. не сдавалась должным образом в налоговые органы, в связи с чем кредиторы не могли получить из публичных источников информацию о реальном финансовом положении должника (пп. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве).

По мнению конкурсного управляющего не передача бухгалтерской отчетности, первичной документации, материальных и иных ценностей Должника препятствует осуществлению законной деятельности арбитражного управляющего, ведет к невозможности: определения основных активов Должника и их идентификации, выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволяет проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; установления сущности хозяйственных операций, совершенных должником, содержания договоров, предъявления требования к дебиторам.

Конкурсный управляющий ссылаясь на норму п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве, утверждал, что у него не имеется данных, которые бы свидетельствовали о том, что ФИО5 предприняла какие-либо меры по обращению в Арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

По утверждению конкурсного управляющего датой неплатежеспособности является 05.08.2020, с этой даты и не позднее чем 05.09.2020 руководитель должника – ФИО3 должен был обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Конкурсный управляющий указывает, что в отношении ООО «ДЕЛО ВСЕМ» налоговым органом было принято 14 решений о приостановлении операций по счетам начиная с 02.10.2020; в отношении должника были открыты 13 исполнительных производств на сумму более 13 млн. руб., которые были окончены и исполнительные листы были возвращены взыскателям в связи невозможностью розыска должника и/или его имущества; согласно полученным банковским выпискам со счетов должника в ПАО «СДМ-Банк» денежные средства перестали поступать 05.08.2020, соответственно, по мнению конкурсного управляющего, должник стал соответствовать признакам неплатежеспособности, указанные в ст. 2 Закона о банкротстве, 05.08.2020.

Относительно ФИО3 судебная коллегия исходит из следующего.

Как полагает конкурсный управляющий, ответчик ФИО3 не обеспечил передачу конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, не исполнил обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, а также к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствовала информация об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, а собранная конкурсным управляющим соответствующая информация искажена, что повлекло существенное затруднение проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы.

В силу п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Положения п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве указывают, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В указанных нормах права закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ "О бухгалтерском учете") и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве). Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 25.12.2019, неисполнение бывшим руководителем должника обязанности передать документацию должника вследствие объективных факторов, находящихся вне его контроля, не может свидетельствовать о наличии интереса такого руководителя в сокрытии соответствующей информации и, соответственно, являться основанием для применения презумпции вины в доведении должника до банкротства.

Согласно представленным в материалы дела доказательствам, ФИО3 умер 20.12.2021. Согласно публичным сведениям наследственных дел в связи с его смертью не открывалось.

Согласно сведениям, размещенным в КонтурФокус, ФИО3 являлся руководителем 16 обществ в разных регионах РФ, в отношении 10 из которых внесена отметка о недостоверности сведений. Таким образом, ФИО3 являлся номинальным директором ООО «Дело Всем».

Учитывая номинальных характер руководства ФИО3 деятельностью должника, и, следовательно, отсутствие у него документов, подлежащих передаче конкурсному управляющему, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В отношении ФИО1 судебная коллегия отмечает следующее.

Ссылаясь на то, что ФИО1 являлась контролирующим должника лицом, конкурсный управляющий не конкретизирует, что именно вменяется в вину указанному ответчику.

Из материалов дела следует, что ФИО1 в период с 17.01.2018 по 27.04.2020 генеральным директором и в период с 08.06.2016 по 08.06.2020 - участником ООО «ДЕЛО ВСЕМ», с долей участия 50 % уставного капитала.

В отношении ответчика ФИО1 суд не усматривает оснований для к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, поскольку последняя сложила полномочия генерального директора должника 27.04.2020 и вышла из состава участников 08.06.2020.

Из материалов дела следует, что ФИО5 (до 16.10.2020 ФИО6) являлась в период с 28.04.2020 по 14.05.2020 генеральным директором и участником ООО «ДЕЛО ВСЕМ», с долей участия 50% уставного капитала до 08.06.2020, а после указанной даты доля участия составляет 100%

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Как следует из п. 3 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 531 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированное (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, по смыслу взаимосвязанных положений абзаца второго статьи 2, пункта 2 статьи 3, пунктов 1 и 3 статьи 61.10 Закона о банкротстве для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Как следует из п. 5 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица. Исключение из этого правила закреплено в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, установивших круг лиц, в отношении которых действует опровержимая презумпция того, что именно они определяли действия должника.

В соответствии с п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.08.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (ч. 2 п. 3 ст. 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относятся, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания, и т.п.

Как следует из Определения Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023 № 305-ЭС21-18249 законодательством о банкротстве, действительно, предусмотрена возможность привлечения к ответственности как фактических (теневых), так и номинальных контролирующих лиц (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.

Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.

Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 постановления № 53). Первые – поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые – поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей.

Однако ФИО5 не осуществляла фактическое управление ООО «ДЕЛО ВСЕМ» и не имела возможность оказывать влияние на экономическую деятельность Должника.

Как следует из копии Трудовой книжки, с 2020 года она является безработной и не числилась в качестве генерального директора ООО «ДЕЛО ВСЕМ», не получала доход от деятельности Должника и ни от какой иной деятельности, что подтверждается выписками по банковским счетам, представленными вместе с апелляционной жалобой. Доказательства обратного материалы дела не содержат.

Как следует из п. 3 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 531 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Однако как следует из вышеуказанных обстоятельств и материалов настоящего дела, ФИО5 ни фактически, ни номинально не являлась контролирующим должника лицом.

Апелляционная коллегия относится критически к полученным из ИФНС № 27 по г. Москве документам, содержащимся в регистрационном деле ООО «ДЕЛО ВСЕМ», а именно: квитанции к приходному кассовому ордеру №1 от 02.04.2020 об оплате доли в уставном капитале, а также же заявлении ФИО6 от 02.04.2020 о принятии в состав участников ООО «Дело всем» (получены в копиях), содержащие подписи ФИО6 (ФИО5), поскольку подписи ФИО6 выполнены с очевидным подражанием.

Таким образом, материалы дела не содержат допустимых и относимых доказательств участия ФИО5 в управлении деятельностью должника, а, следовательно, в отсутствии таких доказательств, оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям не имеется.

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

В связи с тем, что апелляционный суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным для суда первой инстанции, определение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, абзаца второго пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции".

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 272 АПК РФ, Девятый арбитражный апелляционный суд,

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 13.06.2023 по делу № А40264382/21 отменить.

В удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ДЕЛО ВСЕМ» – отказать.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:Е.А. Скворцова

Судьи:А.С. Маслов

М.С. Сафронова