Постановление от 26 августа 2019 г. по делу № А40-214432/2016

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-41233/2019

№ 09АП-41235/2019


Москва                                                                                Дело № А40-214432/16

27 августа 2019 года


Резолютивная часть постановления объявлена 20 августа 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 27 августа 2019 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  А.С. Маслова,

судей П.А. Порывкина и О.И. Шведко

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и конкурсного управляющего должника на определение Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2019 по делу № А40-214432/16, вынесенное судьей Н.Л. Бубновой в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Ломбард на Красносельской»,

об отказе в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности;


при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО4, дов. от 19.08.2019

ФИО3, лично

от ФИО3 – ФИО5, дов. от 06.11.2018

от к/у ООО «Ломбард на Красносельской» – ФИО6, дов. от 16.04.2018 



У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 31.07.2017 Общество с ограниченной ответственностью «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» (далее – ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО7.

В Арбитражный суд города Москвы 21.08.2018 поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) к субсидиарной ответственности в совокупном размере 23 508 604, 55 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2019 в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника отказано.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением ФИО2 (далее – ФИО2) и конкурсный управляющий ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника повторяет свои доводы, приводимые в суде первой инстанции о совершении ФИО3 действий, в результате которых имущества должника стало недостаточно для удовлетворения требований кредиторов. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы ссылается на то, что суд первой инстанции отказался рассматривать вопрос о взыскании убытков. Также конкурсный управляющий полагает неправомерной ссылку суда первой инстанции на то, что приводимые в заявлении сделки не оспаривались по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации или статьей 612 Закона о банкротстве. Помимо прочего заявитель апелляционной жалобы обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что установление номинальности директора не освобождает его от субсидиарной ответственности, а также на то, что ФИО3 принимал непосредственное участие в деятельности должника.

ФИО2 в своей апелляционной жалобе указывает на то, что оспариваемый судебный акт принят о его правах, но при этом он не был привлечен к участия в данном обособленном споре. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы ссылается на ошибочность вывода суда первой инстанции о том, что ФИО2 не вносил денежные средства в кассу должника.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника и ФИО2 апелляционные жалобы поддержали по доводам, изложенным в них, просили определение суда первой инстанции от 06.06.2019 отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

            ФИО3, его представитель на доводы апелляционной жалобы возражали по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просили обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 основано на положениях статей 9, 6111 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что ответчик, являясь контролирующим лицом должника, совершал действия, способствовавшие наступлению банкротства, а именно, заключил договор займа с ФИО2 в условиях объективно наступившего банкротства, не предпринимал никаких мер по уменьшению размера задолженности, не обеспечил зачет требований перед ФИО2; не осуществлял контроль исполнения обязательств перед бюджетом; не обеспечил сохранность имущества, реализованного ЗАО «Алекса Авто Про»; необоснованно заключил договоры займа с ООО «Спецтехпроммонтаж»; не обеспечил оприходование в кассу должника денежных средств от граждан ФИО8 и ФИО2; допустил необоснованное продление сроков выдачи займов гражданам ФИО9 и ФИО10; ФИО11; не обеспечил контроль хранения предметов залога и не исполнил обязанность по их страхованию.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника, исходил из непредставления им надлежащих доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Такой подход согласуется со сложившейся судебной практикой, в частности, отражен в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2019 по делу № А40-151891/2014.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника связывает возникновение оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершение действий, способствовавших наступлению банкротства, в 2014-2016 г.г., следовательно, при рассмотрении заявления подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Согласно положениям пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц в том числе в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 612 и 613 Закона о банкротстве.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц (органа управления и акционеров должника) необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, и наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», следует, что арбитражным судам необходимо принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Как следует из материалов дела, в соответствии с п. 15.1 Устава ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» единоличным исполнительным органом общества является генеральный директор.

На основании трудового договора от 06.04.2010 и приказа от 06.04.2010 № 1?04/09 ФИО3 назначен на должность генерального директора ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» сроком на три года.

На основании трудового договора от 06.04.2013 и решения единственного участника ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» от 06.04.2013 полномочия ФИО3 в качестве генерального директора продлены и исполнялись им вплоть до 26.07.2017, когда в отношении ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» открыта процедура конкурного производства.

Одновременно с осуществлением функций генерального директора ФИО3 осуществлял функции главного бухгалтера на основании приказа от 06.04.2010 № 2?04/09.

Возражая на доводы конкурсного управляющего должника В.С.НБ. ссылался на то, что фактически полномочия генерального директора и главного бухгалтера ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» не исполнял, являлся номинальным руководителем.

Как следует из постановления от 17.04.2017 об отказе в возбуждении уголовного дела, ФИО3, согласно его показаниям, должность генерального директора ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» занимал номинально, управленческих решений, в том числе по распоряжению денежными потоками и имуществом предприятия он не принимал, организатором и конечным бенифициаром ломбарда является ФИО2

Из этого же постановления усматривается, что согласно показаниям менеджера ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» ФИО12 владельцем бизнеса являются ФИО13 и его брат ФИО2, которые совместно осуществляют управление финансовыми потоками, любые операции с наличностью находились под контролем собственников бизнеса, ФИО3 занимал должность генерального директора формально.

Согласно протоколу очной ставки ФИО3 и ФИО2 от 26.12.2016, составленному в порядке статьи 192 Уголовно процессуального кодекса Российской Федерации, ФИО3 дал показания о том, что фактическим владельцем ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» является ФИО2; денежные средств, поступающие в ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» хранились в сейфе, ключ от которого имелся у ФИО2 и эти показания в ходе очной ставки ФИО2 не оспаривались.

Из приговора Мещанского районного суда г. Москвы от 10.10.2017 по делу № 1?453/17 также следует, что ФИО3 пришел работать на должность менеджера в ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» в 2008 году; генеральным директором организации на тот момент являлся ФИО13, а его брат ФИО2 в отсутствие ФИО13 осуществлял полный контроль за деятельность сотрудников ломбарда, т.е. негласно выполнял функции руководителя. С 2010 года по предложению ФИО13 выполнять обязанность генерального директора стал ФИО3, а другой менеджер ФИО14 – фактически выполняла обязанности кассира и бухгалтера, т.е. принимала деньги от клиентов, составляла приходные кассовые ордера и составляла отчеты. Ежедневно ФИО3 ставил в известность ФИО13, а после его смерти в 2013 году и его брата ФИО2 о сумме выручки и запланированных тратах.

Вопрос о действительном участии ФИО3 в управлении должником также уже являлся предметом рассмотрения в рамках иного обособленного спора настоящего дела о банкротстве.

При разрешении вопроса об истребовании документов у ФИО3 по заявлению конкурсного управляющего определением Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2017 установлены следующие обстоятельства.

Бухгалтерская документация, печати, штампы и иные материальные ценности ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» у ФИО3 отсутствовали ввиду того, что их у него никогда не было, так как данную должность занимал номинально. Вся финансовая документация, учредительные документы, печати, штампы находилась у фактического владельца компании - ФИО2 Работа ФИО3 заключалась в общении с клиентами, осмотре авто, организация стоянки, ведение хозяйственной части Автоломбарда, подбор сотрудников, рекламе.

Став генеральным директором, ФИО3 выполнял все те же функции, что и до этого, т.е. функции менеджера. Вся техническая составляющая процесса работы ломбарда была возложена на ФИО3, в то время как все финансово-бухгалтерские задачи были под контролем и решением семьи Ж-вых.

Все документы, предназначенные для передачи в бухгалтерию, собирались ФИО14 и раз в неделю, или раз в две недели передавалась с курьером - ФИО15 в ООО «Бис-Консалт». Деньги для выдачи клиентам приносили и клали в сейф лично ФИО13, ФИО2, ФИО16, ФИО17, также они и забирали деньги после выкупа авто клиентами, либо после продажи невостребованных, оставшихся авто. Вся финансовая документация, учредительные документы, печати, штампы всегда находилась у фактического владельца компании - ФИО2

В определении Арбитражного суда города Москвы от 22.09.2017 данные обстоятельства признаны судом установленными, в том числе, с учетом полученных в рамках уголовного дела материалов.

Аналогичные по содержанию показания об организации деятельности ломбарда, номинальной роли ФИО3 в управлении ломбардом и фактическом руководстве этой деятельностью ФИО2, хранении всех поступающих в ломбард денежных средств в сейфе, ключи от которого имелись у ФИО2, дали при рассмотрении настоящего дела свидетели ФИО14, ФИО18 и ФИО15, у которых судом первой инстанции при допросах в судебных заседаниях 08.02.2019 и 14.05.2019 отобраны подписки о предупреждении их об уголовной ответственности за дачу ложных показаний.

Показания свидетелей носят последовательный и непротиворечивый характер, согласуются с иными представленными в материалы дела доказательствами, собранными в уголовно-процессуальном порядке, в связи с чем суд первой инстанции правомерно признал их достоверными.

Конкурсный управляющий должника в свою очередь не представил доказательств, которые бы могли поставить под сомнение вышеуказанные выводы о номинальном характере исполнения обязанностей генерального директора должника со стороны ФИО3

Учитывая представление в материалах дела доказательств, свидетельствующих о номинальности исполнения ФИО3 обязанностей руководителя должника, а, следовательно, о не возможности ответчика влиять на взаимоотношения ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» с кредиторами ФИО2, ООО «Алекс Авто Про» и др., суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями ФИО3 и наступившим банкротством должника.

Как правильно указал суд первой инстанции, требования конкурсного управляющего по существу направлены на возложение на ФИО3 обязанности по погашению долгов ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» перед кредиторами без установления взаимосвязи его действий с наступлением банкротства, что недопустимо.

Что касается доводов конкурсного управляющего о наличии оснований, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за неисполнение им обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника или индивидуальный предприниматель обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно бытьнаправлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но непозднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, нарушение руководителем обязанности по подаче заявления должника в арбитражный судв случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения указанного месячного срока на подачу такого заявления.

Как указывалось ранее, материалами дела подтверждается, что ФИО3 отвечал за техническую составляющую процесса работы, финансово-бухгалтерские функции он не выполнял, что ставит под сомнение наличие у ответчика возможности определить момент наступления обязанности обратиться в суд с заявлением о признании ООО «ЛОМБАРД НА КРАСНОСЕЛЬСКОЙ» банкротом.

Кроме того, как правильно указал суд первой инстанции при оценке периода возникновения обязанности по обращению в суд судебная практика применения статьи 9 Закона о банкротстве исходит из того, что обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей (п. 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016).

Таким образом, значение имеет не сам факт возникновения признаков неплатежеспособности (недостаточности) имущества должника, а период времени, когда данное обстоятельства должно было стать очевидным для обычного руководителя должника, оказавшегося в сходных обстоятельствах с лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

На основании части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания данных обстоятельств лежит на лице, требующим привлечения к субсидиарной ответственности, т.е. на конкурсном управляющем.

Вопреки названным положениям конкурсным управляющим не приведены какие-либо доводы, обосновывающие период времени, когда разумно действующий руководитель организации должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника в рассматриваемой ситуации.

Учитывая изложенные обстоятельства суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о непредставлении конкурсным управляющим должника надлежащих доказательств наличия обязательных условий, при которых возможно привлечение ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Довод апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника о том, что суд первой инстанции отказался рассматривать вопрос о взыскании убытков отклоняется судом апелляционной инстанции, как необоснованный.

Действительно, по смыслу статьи 6, части 1 статьи 168Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан с правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны. Однако в силу разъяснений, изложенных в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017  №53 «О некоторых вопросах, связанных спривлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», суд принимает решение о возмещении контролирующим лицом убытков при доказанности противоправного поведения контролирующего лица. Вместе с тем суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что в рамках настоящего обособленного спора конкурсным управляющим должника доказательств, свидетельствующих о наличии основания для взыскания с ФИО3 убытков, не представлено.

Довод апелляционной жалобы о неправомерности ссылки суда первой инстанции на то, что приводимые в заявлении сделки не оспаривались по основаниям, предусмотренным статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации или статьей 612 Закона о банкротстве, отклоняется как не свидетельствующий о принятии неправильного по существу судебного акта.

Довод апелляционных жалоб конкурсного управляющего должника и ФИО2 о том, что установление номинальности директора не освобождает ФИО3 от субсидиарной ответственности отклоняется по следующим основаниям.

В пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее – номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского Кодекса Российской Федерации). В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность.

Доказательствами, представленными в материалах дела, в том числе с учетом собранных в ходе расследования уголовного дела, подтверждается, что ФИО3 занимал свою должность формально, и не имел никакого отношения к руководству финансово-хозяйственной деятельностью должника. В связи с этим, а также принимая во внимание, что при рассмотрении вопроса о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности суд должен учитывать конкретные обстоятельств, характеризующих степень вовлеченности в непосредственное управление обществом, влияние на принятие управленческих ключевых решений и обстоятельств, суд апелляционной инстанции не находит оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Иные доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника, касающиеся совершения ФИО3 действий, в результате которых имущества должника стало недостаточно для удовлетворения требований кредиторов, были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

Довод апелляционной жалобы ФИО2 о том, что оспариваемый судебный акт принят о его правах, но при этом он не был привлечен к участия в данном обособленном споре отклоняется, как необоснованный. Обжалуемый судебный акт не возлагает на ФИО2 никаких обязанностей и не затрагивает его права. Кроме того, учитывая, что ФИО2 является кредитором в настоящем деле о банкротстве, в связи с чем он в силу положений статьи 34 Закона о банкротстве вправе был участвовать в рассмотрении настоящего обособленного спора представлять свои пояснения и возражения.

Довод апелляционной жалобы ФИО2 об ошибочности вывода суда первой инстанции о том, что он не вносил денежные средства в кассу должника отклоняется, как не имеющий правового значения для рассмотрения спора и не влияющий на принятие судебного акта по вопросу привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не содержат фактов, которые влияли бы на обоснованность и законность судебного акта. Заявителем апелляционной жалобы не представлены в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции.

            При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии судом первой инстанции оспариваемого решения с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, с учетом правильного применения норм материального и процессуального права.

            Руководствуясь статьями 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд  



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 06.06.2019 по делу № А40?214432/16 оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО2 и конкурсного управляющего ООО «Ломбард на Красносельской»  – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                                 А.С. Маслов


Судьи:                                                                                                                      П.А. Порывкин


О.И. Шведко