Постановление от 1 апреля 2019 г. по делу № А53-8380/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-8380/2018
город Ростов-на-Дону
01 апреля 2019 года
15АП-3071/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 01 апреля 2019 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Николаева Д.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель по доверенности от 07.04.2018 ФИО3;

от конкурсного управляющего закрытого акционерного общества "Кав-Транс" ФИО4: представитель по доверенности от 09.08.2018 ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу представителя ФИО2, ФИО6, ФИО7 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 06.02.2019 по делу № А53-8380/2018 по заявлению закрытого акционерного общества "Кав-Транс" о включении требований в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,принятое в составе судьи Мезиновой Э.П.,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление закрытого акционерного общества "Кав-Транс" (далее – кредитор) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 38 222 563,43 рублей.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 06.02.2019 по делу № А53-8380/2018 требование закрытого акционерного общества "Кав-Транс" в размере 38 222 563,42 рублей включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, представитель ФИО2, ФИО6, ФИО7 обжаловал определение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемое определение отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что полученное ФИО2 неосновательное обогащение не подлежит возврату, так как требующее возврата лицо знало об отсутствии обязательств в исполнение которых был совершен платеж. Согласно доводам апелляционной жалобы, требования закрытого акционерного общества "Кав-Транс" являются корпоративными. Также податель жалобы полагает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в применении срока исковой давности, так как конкурсный управляющий закрытого акционерного общества "Кав-Транс" узнал о наличии оснований для предъявления требований к ФИО2 еще в процедуре наблюдения, будучи временным управляющим.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий закрытого акционерного общества "Кав-Транс" просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, пояснили свои правовые позиции по спору.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом) с применением процедуры реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 04.04.2018 года заявление принято к производству.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 26.04.2018 года ФИО2 признана несостоятельной (банкротом) в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО8.

Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в газете "Коммерсантъ" № 80 от 12.05.2018, стр. 113.

10.07.2018 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 поступило заявление ЗАО "Кав-Транс" в лице конкурсного управляющего ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов суммы неосновательного обогащения в размере 38 222 563,43 руб.

В обоснование своих требований конкурсный управляющий ЗАО "Кав-Транс" ФИО4 указывает, что им в ходе анализа банковских выписок установлено списание со счетов ЗАО "Кав-Транс" в пользу ФИО9 денежных средств на сумму 38 222 563,43 руб. По всем списаниям денежных средств в качестве назначения платежа значится "оплата кредиторской задолженности по договору уступки (цессии) № 01/13 от 25.04.2014".

По договору уступки (цессии) № 01/13 от 25.04.2014 ООО "Альта-Сервис" уступило ФИО9 права требования к ЗАО "Кав-Транс" в размере 138 222 023,92 руб. по мировому соглашению, заключенному между ООО "Альта-Сервис" и ЗАО "Кав-Транс", которое было утверждено Арбитражным судом Ростовской области определением от 02.07.2013 по делу № А53-9205/2013.

В свою очередь ООО "Альта-Сервис" приобрело права требования к ЗАО "Кав-Транс" у его контрагентов: ООО "ТрансВагонРемонт" по договору цессии от 01.06.2010 № 01, ООО "Компания-Энергия" по договору цессии от 01.07.2010 № 02, ООО "Вагоно-Ремонтная компания" по договору цессии от 03.08.2010 №03, ООО "Простор" по договору цессии от 02.10.2010 № 04, ООО "Северо-Кавказский текущий ремонт" по договору цессии от 05.08.2011№ 05.

ФИО9 умер 12.05.2017.

ФИО2 является наследником, о чем в материалы дела представлены копии свидетельств о праве на наследство.

С учетом изложенного, полагая, что в результате списания со счетов ЗАО "КавТранс" в сумме 38 222 563,43 руб. имело место неосновательное обогащение на стороне ФИО9, конкурсный управляющий ЗАО "КавТранс" обратился в суд с настоящим требованием к ФИО2 как к наследнику ФИО9.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов. Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве установлено, что возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия, а также кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. Лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов.

При этом требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов. Указанные требования могут быть рассмотрены арбитражным судом без привлечения лиц, участвующих в деле о банкротстве.

От финансового управляющего должника поступили возражения, в которых заявлено о применении срока исковой давности.

Отказывая в применении срока исковой давности, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.10.2017 по делу № А53-28620/2015, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2017 по делу № А53-28620/2015, договор цессии от 25.04.2014 № 01/13 признан ничтожным.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Так как до момента признания ничтожным договора цессии от 25.04.2014 №01/13 у ЗАО "КавТранс" отсутствовали основания полагать, что сумма 38 222 563,43 руб. была перечислена ФИО9 без правовых оснований, суд первой инстанции верно определил начало течения срока исковой давности с даты вступления в законную силу определения Арбитражного суда Ростовской области от 26.10.2017 по делу № А53-28620/2015 – 17.12.2017.

Поскольку конкурсный управляющий ЗАО "КавТранс" ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов 10.07.2018, срок исковой давности не пропущен. Общие правила исчисления сроков исковой давности не могут быть истолкованы как предоставляющие возможность сторонам, злоупотребившим своими правами, ссылаться в свою защиту на обстоятельства, о которых было известно только самим сторонам, допустившим злоупотребление.

Доводы апелляционной жалобы, согласно которым о наличии списаний со счета ФИО4 стало известно в процедуре наблюдения ЗАО "КавТранс" подлежат отклонению, так как сам по себе факт перечисления со счета ЗАО "КавТранс" денежных средств в сумме 38 222 563,43 руб. ФИО9 не свидетельствует о возникновении неосновательного обогащения.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.12.2011 N 10406/11 по делу N А53-15356/2010 разъяснено, что если неосновательное обогащение возникло вследствие расторжения договора, срок исковой давности нужно исчислять со дня расторжения, аналогичное правило применимо и в случае признания оспариваемого договора недействительным.

Таким образом, заявление ЗАО "КавТранс" подлежит рассмотрению по существу.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально-правовых интересов заявителя.

Согласно пункту 1 статьи 40 Закона о банкротстве к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам, доказательства оснований возникновения задолженности, позволяющие установить документальную обоснованность этих требований.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

Суду при проверке их обоснованности необходимо исследовать и оценить первичные документы, подтверждающие факт наличия долга на заявленную сумму.

Судом первой инстанции установлено, что по всем списаниям денежных средств с расчетных счетов ЗАО "КавТранс" ФИО9 в качестве назначения платежа значится "оплата кредиторской задолженности по договору уступки (цессии) № 01/13 от 25.04.2014". При этом, как указано выше, договор уступки (цессии) № 01/13 от 25.04.2014 был признан недействительным.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.10.2017 по делу № А53-28620/2015, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2017 по делу № А53-28620/2015 также признаны ничтожными и договоры, по которым ООО "Альта-Сервис" приобрело права требования к ЗАО "Кав-Транс", являются ничтожными.

Суд первой инстанции учел, что предметом договора уступки прав (цессии) № 01/13 от 25.04.2014 года является передача прав требований по мировому соглашению, утвержденному определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.07.2013 по делу № А53-9205/2013.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.03.2017 определение Арбитражного суда Ростовской области от 02.07.2013 года по делу № А53-9205/2013 отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 24.04.2017 по делу № А53-9205/2013 исковое заявление ООО "Альта-Сервис" к ЗАО "Кав-Транс" оставлено без рассмотрения.

В силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2017 по делу № А53-28620/2015 было установлено, что действия по подаче искового заявления, признание долга и заключение мирового соглашения в рамках дела № А53-9205/2013 было направлено исключительно на получение судебного подтверждения заложенности, что нарушает права кредиторов ЗАО "Кав-Транс" ввиду фактического отсутствия обязательств и задолженности по ним.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о ничтожности как договоров цессии между ООО "Северо-Кавказский текущий ремонт", ООО "Простор", ООО "Вагон-Ремонтная компания", ООО "Компания-Энергия", ООО "ТрансВагон Ремонт" и ООО "Альта-Сервис", так и договоров, на основании которых якобы возникла задолженность ЗАО "Кав-Транс".

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Статьей 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат применению также к требованиям:

1) о возврате исполненного по недействительной сделке;

2) об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения;

3) одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством;

4) о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица.

Таким образом, поскольку денежные средства со счетов ЗАО "Кав-Транс" в пользу ФИО9 на сумму 38 222 563,43 руб. перечислены во исполнение недействительной сделки – договора уступки (цессии) № 01/13 от 25.04.2014, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии на стороне ФИО9 неосновательного обогащения.

Доводы апелляционной жалобы относительно того, что неосновательное обогащение не подлежит возврату со ссылкой на пункт 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат отклонению.

Статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении" разъясняет, что положения пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть применены лишь в тех случаях, когда лицо действовало с намерением одарить другую сторону и с осознанием отсутствия обязательства перед последней.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае действия заинтересованных лиц были направлены на создание фиктивной кредиторской задолженности в интересах ЗАО "Кав-Транс" и консолидации дебиторской задолженности у одного юридического лица, которое в последующим совершит уступку права требования в пользу - ФИО9, генерального директора и акционера ЗАО "Кав-Транс", с учетом чего положения пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не применимы. Об этом также свидетельствует многочисленная судебная практика, суды, признавая недействительными (ничтожными) мнимые, ничтожные сделки, обязывают ответчика возвратить денежные средства в конкурсную массу.

Наследниками ФИО9 являются ФИО2 (4/6 доли от наследственного имущества), ФИО7, ФИО6 согласно свидетельствам о праве на наследство.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 02.03.2017 по делу № А53-28620/2015 суд произвел процессуальную замену заявителя по требованию с доверительного управляющего ФИО10, действующего в интересах наследников ФИО9, на самих наследников - ФИО2, ФИО7, ФИО6.

Статьей 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 N 9 в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество, в частности, вещи, включая деньги и ценные бумаги (статья 128 Гражданского кодекса Российской Федерации); имущественные обязанности, в том числе долги в пределах стоимости перешедшего к наследникам наследственного имущества (пункт 1 статьи 1175 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под долгами наследодателя, по которым отвечают наследники, следует понимать все имевшиеся у наследодателя к моменту открытия наследства обязательства, не прекращающиеся смертью должника (статья 418 Гражданского кодекса Российской Федерации), независимо от наступления срока их исполнения, а равно от времени их выявления и осведомленности о них наследников при принятии наследства (пункт 58 того же постановления).

Ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства (пункт 60 того же постановления).

Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом (пункт 61 того же постановления).

Решением от 25.10.2017 по делу № 2-258/2017 Железнодорожный районный суд произвел расчет наследственной массы наследодателя ФИО9 и установил предел ответственности наследников исходя из суммы 55 139 078,50 руб.

Поскольку неосновательное обогащение, возникшее в связи с перечислением с расчетных счетов ЗАО "КавТранс" ФИО9 составило сумму 38 222 563,43 руб., что меньше наследственной массы, ответственность по долгам наследодателя перешла к наследникам полном объеме.

Доводы апелляционной жалобы о том, что наследственная масса является залоговой и уже распределена по долгам наследодателя в соответствии с решением Железнодорожного районного суда от 25.10.2017 по делу № 2-258/2017 верно отклонен судом первой инстанции с указанием на то, что наличие ограничения ответственности наследников стоимостью перешедшего к ним наследственного имущества не ограничивает кредиторов наследодателя в установлении в реестре требований кредиторов полной суммы задолженности, не покрываемой стоимостью принятого наследниками имущества, включая обремененное залогом. Кроме того, указанные обстоятельства могут быть учтены при распределении конкурсной массы с учетом Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что в случае обжалования решения от 25.10.2017 по делу № 2-258/2017 и изменения предела ответственности наследников, заинтересованные лица не лишены права на пересмотр судебных актов об установлении задолженности по вновь открывшимся обстоятельствам.

Доводы апелляционной жалобы о корпоративном характере требования с учетом того, что ФИО9 являлся генеральным директором и акционером ЗАО "Кав-Транс", подлежат отклонению по следующим основаниям.

Пункт 15 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018) (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018) разъяснил, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

Согласно пункту 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческие решения о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д. (определения Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2), от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2) Верховного Суда Российской Федерации по делу № А68-10446/2015).

Вместе с тем, обязательство по возврату неосновательного обогащения ЗАО "Кав-Транс" не прикрывает отношения по увеличению уставного капитала, является гражданским, так как возникло в результате признанной судом недействительным договора цессии) № 01/13 от 25.04.2014, по которой были перечислены спорные денежные средства.

Доводы апелляционной жалобы, согласно которым корпоративный характер отношений между ФИО9 и ЗАО "Кав-Транс" был установлен постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2017 по делу № А53-28620/2015 подлежат отклонению, так предметом заявленных требований была отсутствующая задолженность по договорам займа от 06.11.2014, от 15.01.2015, право требования которой ФИО9 якобы приобрел по договору цессии № 01/13 от 25.04.2014.

Корпоративный характер установлен именно в отношении договоров займа от 06.11.2014 и 15.01.2014, предоставленных ФИО9 ЗАО "Кав-Транс", а не в отношении оплаты по договору цессии. В свою очередь платежи по договору цессии № 01/13 от 25.04.2014 не были признаны в качестве корпоративных требований.

С учетом изложенного, суд первой инстанции правомерно включил в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО2 сумму неосновательного обогащения 38 222 563,43 рублей, полученных наследодателем – ФИО9 по недействительной сделке – договору цессии № 01/13 от 25.04.2014.

Апелляционная жалоба не содержит доводов, которые бы могли повлиять на правовую оценку спорных правоотношений. Оснований для отмены или изменения обжалованного судебного акта по доводам, приведенным в апелляционной жалобе, у судебной коллегии не имеется.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 06.02.2019 по делу № А53-8380/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Ростовской области.

Председательствующий Г.А. Сурмалян


Судьи Д.В. Николаев


Н.В. Шимбарева