Постановление от 23 сентября 2020 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ул. Пушкина, 112, <...> e-mail: 17aas.info@arbitr.ru № 17АП-9372/2020-АК г. Пермь 24 сентября 2020 года Дело № А60-16667/2020 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Герасименко Т.С., судей Мартемьянова В.И., ФИО1, при ведении протокола судебного заседания секретарем Шмидт К.А., представители лиц, участвующих в деле, не явились, (лица, участвующие в деле, в заседание суда не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца ООО «СК «Партнер» на решение Арбитражного суда Свердловской области от 09 июля 2020 года по делу № А60-16667/2020 по иску ООО «СК «Партнер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФИО2, ФИО3 об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности, Общество с ограниченной ответственностью "СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ "ПАРТНЕР" (далее - истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ответчикам - ФИО2, ФИО3 (далее – ответчики) о привлечении к субсидиарной ответственности, солидарном взыскании 1 636 297,20 руб. задолженности по обязательствам ООО «УралСантехМонтаж». Решением Арбитражного суда Свердловской области от 09 июля 2020 года в удовлетворении иска отказано. Истец обжаловал указанное решение в апелляционном порядке, просит его отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления истца в полном объеме. В апелляционной жалобе истец обращает внимание на доказанность наличия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Также, как полагает апеллянт, в материалах дела имеются доказательства того, что ответчики, не погашая требования, действовал недобросовестно и неразумно. Истец считает, что совокупность оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности доказана. Кроме того, ссылается на возможность применения судом нормы, которая, как ошибочно указал суд, не действовала на момент спорных правоотношений, поскольку правоотношения длились, в том числе и в период после вступления в силу соответствующей нормы. Письменные отзывы на апелляционную жалобу не представлены. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие. Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ. Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.07.2016 г. по делу № А60-19884/2016 с ООО «УралСантехМонтаж» (ИНН <***>, ОГРН <***>, 624440, <...>) в пользу ООО «СК «Партнер» взыскана задолженность в сумме 1 636 297,20 руб. По указанному делу выдан исполнительный лист, решение суда не исполнено. 11.04.2019 г. Инспекцией Федеральной налоговой службы по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга ООО «УралСантехМонтаж» исключено из реестра юридических лиц. Решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.10.2019 поделу № А60-51289/2019 отказано в удовлетворении требований конкурсного управляющего ООО «СК «Партнер» об оспаривании решения о государственной регистрации ликвидации ООО «УралСантехМонтаж» (ИНН <***>, ОГРН <***>), на основании которого ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга внесла в ЕГРЮЛ запись ГРН № 2196658528339 от 11.04.2019. Учредителями ООО «УралСантехМонтаж» являлись ФИО2 (ИНН <***>) (он же занимал должность директора) и ФИО3 (ИНН <***>) (соучредители с 14.01.2015 с долями по 50% ). Ссылаясь на то, что ФИО2 и ФИО3 допустили непредставление в налоговый орган документов отчетности, предусмотренной законодательством Российской Федерации и не использование расчетного счета ООО «УралСантехМонтаж» (тогда как основной целью деятельности является направление на извлечение прибыли, что обязательно отражается на расчетном счете организации - п. 1 ст. 50 Закона № 14-ФЗ) с целью подведения организации к принудительной ликвидации в соответствии с п. 1 ст. 21.1 ФЗ от 08.08.2001 № 129 «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», то есть своими недобросовестными и неразумными действиями допустили формирование кредиторской задолженности ООО «УралСантехМонтаж» перед ООО «СК «Партнер» в размере 1 636 297,20 рублей, а своим бездействием подвели организацию к принудительной ликвидации с целью списания долгов перед контрагентами, истец считает, что ФИО3 и ФИО2 должны быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированной организации ООО «УралСантехМонтаж» перед ООО «СК «Партнер» солидарно в размере 1 636 297,20 рублей. Указанные обстоятельства и мотивы послужили основанием для обращения истца в суд с заявлением по настоящему делу. Арбитражный суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований истца в полном объёме, посчитав наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности недоказанным. Исследовав доводы апелляционной жалобы и материалы дела, апелляционный суд приходит к следующему. Согласно статье 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) ответственность субсидиарного должника является дополнительной и наступает тогда, когда к ответственности может быть привлечен основной должник, за которого он несет ответственность в субсидиарном порядке. Пунктом 3 статьи 53 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 ГК РФ), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. В соответствии с пунктом 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом. При этом, как следует из пункта 3 статьи 64.2 ГК РФ, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ. Пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон об ООО) устанавливает, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества. В том числе на данные правовые нормы ссылался истец, полагая, что руководитель и учредители общества с ограниченной ответственностью могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам общества перед его кредитором и в случае исключения общества как недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ, если будет доказано, что неисполнение обязательства общества перед кредитором обусловлено недобросовестными или неразумными действиями участника (руководителя) общества. Вместе с тем само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285 по делу N А65-27181/2018). Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц. Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред обществу и его кредиторам, и т.д. Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью. Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо. Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств. Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц-руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков. Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества). Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований. Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо доказать наличие убытков у потерпевшего лица, противоправность действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственную связь между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом. Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность. Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности. Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности. Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя, участника к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества) суд должен исследовать и давать оценку не только заявленным требованиям и приведенным в обосновании требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены. В силу положений статей 9, 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений; лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий. В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения. Исключение из ЕГРЮЛ юридических лиц на основании п. 2 ст. 21.1 Закона о государственной регистрации осуществляется регистрирующим органом при наличии одновременно двух обстоятельств, а именно юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету. Однако, как указано выше, само по себе бездействие в виде не предоставления налоговой и бухгалтерской отчетности в налоговый орган, а также непринятии мер к ликвидации общества не могли повлечь невозможность исполнения обществом имеющегося перед кредитором (истцом) обязательства. В связи с этим апелляционный суд принимает во внимание, что доказательств наличия действий ответчиков, которые могут быть признаны неразумными и недобросовестными в материалы дела не представлено. Сам по себе факт непредставления отчетности и факт исключения юридического лица из ЕГРЮЛ о наличии таких действий не свидетельствует. Также в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии у ООО «УралСпнтехМонтаж» возможности оплатить имеющуюся задолженность перед истцом и намеренном уклонении от ее оплаты. Приведенные истцом в апелляционной жалобе доводы вышеизложенные выводы суда не опровергают, не подтверждают неразумность и недобросовестность ответчиков. Кроме того, суд первой инстанции обоснованно указал, что неисполнение судебного акта о взыскании задолженности имело место в период, предшествующий вступлению в силу пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО (29.12.2016), а значит, ответчики не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности на основании данной правовой нормы. Пункт 3.1 статьи 3 Закона об ООО, предусматривающий соответствующую субсидиарную ответственность, был введен Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", вступившим в силу 29.12.2016. По общему правилу, изложенному в пункте 1 статьи 4 ГК РФ, акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Следовательно, в предмет настоящего спора входит рассмотрение вопроса о том, когда были совершены ответчиком действия (бездействие), в связи с которыми он привлекается истцом к ответственности, и, соответственно, вопроса о применимом материальном праве относительно периода времени, когда такие действия (бездействие) имели место. Как указано выше, неисполнение судебного акта о взыскании задолженности имело место в период до вступления в силу вышеукзанной нормы. Соответственно, оснований для применения пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО у суда первой инстанции не имелось. Доводы апелляционной жалобы об обратном подлежат отклонению как необоснованные. При вышеуказанных обстоятельствах, учитывая фактические обстоятельства и имеющиеся в материалах дела доказательства, у суда не имелось оснований для удовлетворения иска. При этом, рассмотрев доводы апелляционной жалобы истца, суд апелляционной инстанции также не находит оснований для отмены решения суда и удовлетворения иске. Все иные доводы апелляционной жалобы вышеизложенное не опровергают, в связи с чем подлежат отклонению. При указанных обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным. Основания для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам отсутствуют, нормы материального и процессуального права применены судом верно. Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта в соответствии со ст. 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы относятся на заявителя. Руководствуясь ст.ст. 176, 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд решение Арбитражного суда Свердловской области от 09 июля 2020 года по делу №А60-16667/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. Председательствующий ФИО4 Судьи ФИО5 ФИО1 Суд:17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд) (подробнее)Истцы:ООО СТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ ПАРТНЕР (подробнее) |