Постановление от 16 сентября 2025 г. по делу № А40-227715/2020

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12 адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-36463/2025

г. Москва Дело № А40-227715/20 17.09.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 03.09.2025 Постановление изготовлено в полном объеме 17.09.2025

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Ж.Ц. Бальжинимаевой, судей А.А. Комарова, Ю.Л. Головачевой, при ведении протокола секретарем судебного заседания А.В. Кирилловой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО КБ «БТФ» на определение Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2025 по спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «АГРО КОНСЕРВ»,

при участии представителей, согласно протоколу судебного заседания,

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 23.03.2021 по настоящему делу ООО «АГРО КОНСЕРВ» (ИНН <***> ОГРН <***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «Русконсерв» по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2025 заявление конкурсного управляющего ООО «АГРО КОНСЕРВ» о привлечении ООО «Русконсерв» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АГРО КОНСЕРВ» в размере 1 046 940 604, 49 руб. оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением АО КБ «БТФ» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе кредитор указывает на то, что суд первой инстанции не дал оценки его доводам о том, что ООО «Русконсерв» сформировано на базе ООО «АГРО КОНСЕРВ» с использованием его материальных, трудовых и коммерческих ресурсов.

В судебном заседании представитель ООО «Русконсерв» на доводы апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, в частности, заявитель апелляционной жалобы, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения представителя ООО «Русконсерв», изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего о привлечении ООО «Русконсерв» к субсидиарной ответственности основано на положениях статей 61.10, 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и мотивировано тем, что на ответчика был переведен бизнес ООО «АГРО КОНСЕРВ», в связи с чем ООО «Русконсерв» получило выгоду из незаконного и недобросовестного поведения контролирующих должника лиц.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, исходил из не представления им достаточных доказательств наличия обязательных условий при которых возможно привлечение ответчика к субсидиарной ответственности.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закон № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время, основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции

Закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должников лиц, совершенных до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ (в частности, статьи 10) о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

Нормы материального права, устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта).

Такой подход согласуется со сложившейся судебной практикой, в частности, отражен в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2019 по делу № А40-151891/2014.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости применения положений о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

Согласно пунктам 1 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника;

- имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае в обоснование довода о наличии у ответчика статуса контролирующего должника лица, конкурсным управляющим представлено определение Арбитражного суда города Москвы от 03.08.2022 по

настоящему делу, которым признан недействительным договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 19.06.2020, заключенный между ООО «АГРО КОНСЕРВ» и ООО «Русконсерв», применены последствия недействительности сделки.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве). В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

В рассматриваемом случае признание указанной выше сделки недействительной не свидетельствует о наличии у ответчика возможности оказывать влияние на совершение должником сделок, изменивших его финансовое положение, как и не свидетельствует о вовлеченности ответчика в процесс управления должником, осуществления им действий, определивших экономическую судьбу общества.

Недействительная сделка об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 19.06.2020 являлась единственной сделкой с ООО

«Русконсерв», общая цена договора составила 420 000 руб., тогда как баланс должника на 31.12.2019 составлял 458 720 000 руб.

Таким образом сделка, по отношению к масштабам деятельности должника, не могла существенным образом повлиять на имеющиеся признаки неплатежеспособности должника.

Судебный акт исполнен ООО «Русконсерв», исключительные права на товарные знаки возвращены должнику, которые впоследствии конкурсным управляющим ФИО1 были выставлены на торги.

В соответствии с сообщением о результатах торгов № 12321784 от 30.08.2023 18:13:15 МСК, размещенным публикатором ФИО1 на ЕФРСБ, исключительные права на товарные знаки (свидетельства номер 312367, 301423, 307077, 626071, 626070, 279341, 541263, 703859) были реализованы на торгах в рамках процедуры конкурсного производства должника, по ценам от 15 780 руб. до 22 140 руб. за 1 штуку. В результате, конкурсная масса должника пополнилась на 154 092,20 руб.

Таким образом, финансовое положение должника не изменилось существенным образом в результате совершения сделки - договора об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 19.06.2020.

В результате совершения указанной сделки существенный вред имущественным правам кредиторов не был причинен, учитывая масштабы хозяйственной деятельности должника.

В пункте 16 Постановления № 53 даны разъяснения о том, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Продажа товарных знаков не могла существенным образом повлиять на платежеспособность должника. После совершения оспоренной сделки, должник вплоть до начала 2021 года заключал новые, либо исполнял уже существовавшие обязательства в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Конкурсный управляющий не представил доказательств того, что товарные знаки использовались в своей деятельности должником, в каких масштабах, а также доказательств того, что использование товарных знаков приносило экономическую выгоду и что после их реализации экономические показатели должника резко снизились.

Что касается доводов конкурсного управляющего о том, что на ответчика был переведен бизнес ООО «АГРО КОНСЕРВ» суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что общества не являются «зеркальными», «двойниками», созданы в разные периоды времени, задолго до наступления признаков неплатежеспособности должника, в разных субъектах Российской Федерации, участники и/или исполнительные органы никогда не являлись заинтересованными и (или) аффилированными лицами.

Каких-либо иных отношений между должником и ООО «Русконсерв», кроме одного договора (товарные знаки по которому были возвращены) не имелось.

Какие-либо активы (товары, имущество, обязательства) должником в адрес ООО «Русконсерв» не передавались; доказательства обратного в материалы дела не представлены.

При этом, апелляционный суд учитывает, что деятельность оптового продавца на рынке реализации консервной продукции отождествляется оборотом продукции (собственного производства и/или приобретенной). Именно факт утраты значительного числа продукции и был вменен бывшему руководителю должника ФИО2 в качестве причин банкротства при рассмотрении соответствующего заявления, по результатам которого Арбитражным судом города Москвы в рамках настоящего дела вынесено определение от 03.03.2023.

Набор сотрудников, как подтверждает кредитор (Банк) в своем отзыве, осуществлялся нецеленаправленно из ООО «АГРО КОНСЕРВ», а среди общего числа претендентов на рынке труда с использованием электронных досок объявления, например, trudvsem.ru, что является ординарным способом.

Тот факт, что отдельные работники должника в различные периоды после увольнения от последнего были приняты на работу в ООО «Русконсерв», не является подтверждением «перевода бизнеса». Такой довод конкурсного управляющего не может быть признан состоятельным ввиду недоказанности массового перевода трудовых ресурсов.

При этом, в судебном заседании суда первой инстанции заявитель и ГК «АСВ» не смогли назвать конкретного сотрудника, который был переведен из компании должника в компанию ответчика.

Доказательств согласованного совершения ООО «Русконсерв» с иными лицами противоправных действий в отношении имущества должника не имеется.

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 16.09.2016 № 305-КГ16-6003 по делу № А40-77894/15 сформирована правовая позиция, согласно которой свобода предпринимательской деятельности означает возможность субъектов предпринимательства по своему усмотрению определять способы ведения ими хозяйственной деятельности, время и способ ее прекращения, в том числе, посредством передачи бизнеса другим участникам гражданского оборота, что предполагает одновременную передачу материальных, трудовых и иных ресурсов, ранее находившихся в распоряжении должника.

В подобных случаях, надлежит устанавливать: отличались ли условия и обстоятельства передачи бизнеса от тех, которые обычно имеют место при взаимодействии независимых друг от друга участников гражданского оборота, преследующих цели делового характера, позволяют ли обстоятельства совершения сделок прийти к выводу об искусственном характере передачи бизнеса, совершении этих действий в целях перевода той имущественной базы, за счет которой должна была быть исполнена обязанность перед кредиторами.

Таким образом, наличие иного юридического лица с тем же видом деятельности по ОКВЭД может признаваться переводом финансово-хозяйственной деятельности лишь в случае, если материальную, трудовую и

коммерческую основу деятельность вновь созданного юридического лица (компании-реципиента) составляет база иного юридического лица (компании - донора).

При этом неправомерным перевод бизнеса (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) будет лишь в том случае, если посредством данных взаимосвязанных действий компания-донор лишается той имущественной базы, посредством которой могла погасить задолженность перед своими кредиторами.

Конкурсный управляющий должника не представил доказательств того, что ООО «Русконсерв» сформировано на базе ООО «АГРО КОНСЕРВ» с одновременным использованием его материальных, трудовых и коммерческих ресурсов.

Использование объектов недвижимости на праве аренды, в которых ранее располагалась производственная линия ООО «АГРО КОНСЕРВ», а именно: здания, расположенного по адресу: <...>, не свидетельствует об использовании ООО «Русконсерв» имущественной базы должника.

Здание, расположенное по адресу: <...>, должнику не принадлежало; должник не лишился источника дохода.

Само по себе заключение договора аренды имущественного комплекса, которое ранее использовалось должником, не является нарушением закона и в данном конкретном деле являлось экономически обоснованным.

Тот факт, что компании осуществляют одинаковую деятельность (должник не являлся монополистом) не свидетельствует, что они действуют совместно или каким-то образом согласовывали свои действия.

Довод конкурсного кредитора ГК «АСВ» о резком росте финансовых показателей ответчика и соответственно резком снижение финансовых показателей должника по итогам 2020-2021 г.г., что свидетельствует о переводе бизнеса, не нашел своего подтверждения. Должник не смог продолжать свою деятельность в условиях банкротства, такая деятельность была бы в любом случае прекращена, поскольку должник не смог поддерживать необходимый объем товарооборота. Прекращение предпринимательской деятельности должника не могло зависеть от действий ООО «Русконсерв».

Деятельность должника и ответчика являлась различной, самостоятельной и не зависящей друг от друга.

ООО «АГРО КОНСЕРВ» не имел основных средств, которыми обладал ООО «Русконсерв» (стоимость свыше 30 млн.руб.), то есть финансовая модель у компаний различная - ООО «АГРО КОНСЕРВ» использовало чужие производства, а ООО «Русконсерв» осуществляет собственное производство товаров.

Выручка ООО «АГРО КОНСЕРВ» за 2020 год составила - 363 832 тыс. руб., а выручка ООО «Русконсерв» - 236 258 тыс. руб., что свидетельствует о том, что обе компании осуществляли самостоятельную деятельность не вместо друг друга, а параллельно друг другу, независимо от деятельности конкурента. Значение прибыли в этот период у обеих компаний остается примерно на одном уровне.

В подтверждение осуществления независимой от должника деятельности, ответчиком в материалы дела представлены сведения о производимой последним продукции, которую ООО «АГРО КОНСЕРВ» никогда не реализовывал (фрукты и ягоды протертые или дробленные с сахаром в ассортименте - декларация ЕАЭС № RU Д-RU.РА03.В.39001/21, ЕАЭС № RU ДRU.РА03.В.53869/21), варенье стерилизованное (пастеризованное) в ассортименте - декларация ЕАЭС № RU Д-RU.РА01.В.12403/22, «Компот вишневый», «Компот абрикосовый», «Компот сливовый», «Компот черешневый» - декларация ЕАЭС № RU Д-RU.АЯ24.В.16241/20, «Компот из вишни», «Компот из абрикосов», «Компот из слив», «Компот из черешни» - ЕАЭС № RU ДRU.АЯ24.В.16242/20, Консервы: «Лечо» - ЕАЭС № RU Д- RU.АЯ24.В.16243/20, Консервы: Огурцы с зеленью, огурцы с зеленью (в заливке) - ЕАЭС № RU Д-RU.АЯ24.В.16280/20).

Ответчиком представлены сведения о поставщиках оборудования и основного сырья, которые никогда не сотрудничали с должником, согласно открытым данным «Росаккредитации».

Не был подтвержден довод ГК «АСВ» о перезаключении контрактов с должника на ответчика. Материалы дела не содержат сведений о конкретной сделке, которая была расторгнута должником и одновременно заключена с ответчиком.

Достоверных доказательств, свидетельствующих о наличии вины ООО «Русконсерв» в доведении ООО «АГРО КОНСЕРВ» до кризисного состояния, в результате которого у общества возникли признаки объективного банкротства, в материалы дела не представлены.

Доказательств, подтверждающих совершение предварительно согласованных действий по выводу имущества должника и перевода его бизнеса на ответчика, для того, чтобы не допустить в дальнейшем обращение взыскания на имущество должника, сохранить над ним контроль (владение) и продолжать получать доход от бизнеса в ущерб интересам кредиторов должника, в материалы дела также не представлено.

При этом, аналогичная деятельность предприятий таковым не является, как и аренда того же помещения после прекращения деятельности должника.

Наличие общих контрагентов не является безусловным доказательством перевода бизнеса и объясняется осуществлением аналогичного вида деятельности.

Конкурсным управляющим не доказано, что ответчик имел фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания либо иным образом определять его поведение, то есть осуществлял контроль над его деятельностью.

Конкурсным управляющим не доказана совокупность всех требуемых законом условий для привлечения ООО «Русконсерв» к субсидиарной ответственности. Причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и наступлением банкротства должника не установлена.

Конкурсный управляющий и кредитор не раскрыли и не доказали состав презумпций доведения должника до банкротства, содержащихся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в абзаце третьем пункта 4 статьи 10 Закона в прежней редакции), в отношении ООО «Русконсерв».

В конструкцию указанной нормы заложена презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и признанием должника несостоятельным (банкротом). При доказанности условий, составляющих презумпцию вины в доведении до банкротства, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Таким образом, со стороны ООО «Русконсерв» не совершались действия, повлекшие невозможность погашения требований кредиторов, как следствие - совокупность обстоятельств, необходимых для его привлечения к субсидиарной ответственности по правилам указанных норм не доказана.

Оценив доводы конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии доказательств того, что ООО «Русконсерв» влияло или могло оказывать влияние на деятельность должника, поскольку представленные в материалы дела документы не подтверждают его статус выгодоприобретателя в соответствии со смыслом, придаваемым разъяснениями пункта 7 Постановления № 53.

Как правильно указал суд первой инстанции, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков. И, напротив, отказ в иске указывает на то, что в основе несостоятельности лежат иные обстоятельства, связанные с объективными рыночными факторами, действиями иных лиц либо, что принятая предприятием стратегия ведения бизнеса хотя и не являлась недобросовестной, но ввиду сопутствующего ведению предпринимательской деятельности риску не принесла желаемых результатов.

Соответствующие разъяснения даны в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2020.

Заявителем не доказано, что объективное банкротство должника наступило ввиду действий ООО «Русконсерв», как и не доказано наличие причинно-следственной связи между вменяемыми ответчику действиями и наступившим банкротством должника.

Между тем, суд первой инстанции правомерно принял во внимание вывод Арбитражного суда города Москвы, изложенный в определении от 03.03.2023 по настоящему делу, которым установлена причина банкротства должника - действия генерального директора ФИО2, которые привели к увеличению обязательств должника, а также к уменьшению конкурсной массы, и, как следствие, к банкротству общества.

Принимая во внимание изложенное суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности заявителем наличия оснований для привлечения ООО «Русконсерв» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АГРО КОНСЕРВ».

Довод апелляционной жалобы кредитора о том, что суд первой инстанции не дал оценки его доводам о том, что ООО «Русконсерв» сформировано на базе ООО «АГРО КОНСЕРВ» с использованием его материальных, трудовых и коммерческих ресурсов отклоняется, как прямо противоречащий тексту обжалуемого судебного акта.

Иные доводы апелляционной жалобы АО КБ «БТФ» о наличии оснований для привлечения ООО «Русконсерв» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «АГРО КОНСЕРВ» были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2025 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья: Ж.Ц. Бальжинимаева Судьи: А.А. Комаров

Ю.Л. Головачева