Постановление от 10 сентября 2020 г. по делу № А40-245757/2015

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-30026/2020


Москва Дело № А40-245757/15

10 сентября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 сентября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 10 сентября 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи А.С. Маслова,

Судей Н.В. Юрковой и М.С. Сафроновой

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Саргуне М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Стройконсалт» на определение Арбитражного суда города Москвы от 13.04.2020 по делу № А40-245757/15, вынесенное судьей А.С. Величко в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) АО «Объединенная строительная компания»,

о признании недействительными договора купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016 № 01/Кут/НЖ, сделки по переходу права собственности на нежилое помещение, применении последствий признания сделки недействительной;

при участии в судебном заседании:

от к/у АО «Объединенная строительная компания» - ФИО1 дов. от 25.06.2019от ООО «Стройконсалт» - ФИО2 дов. от 17.02.2020

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2018 Акционерное общество «Объединенная Строительная Компания» (далее – АО «ОСК», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, применены положения параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2019 конкурсным управляющим АО «ОСК» утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего АО «ОСК» о признании недействительным договора № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016, заключенного между должником и обществом с ограниченной ответственностью «Этакор» (далее – ООО «Этакор»), сделки по переходу права собственности от АО «ОСК» к обществу с ограниченной ответственностью «Стройконсалт» (далее - ООО «Стройконсалт», ответчик) на нежилое помещение общей площадью 561,4 кв.м, расположенного на 1 этаже по адресу: <...>, кадастровый номер 77:07:0008002:5457 и применения последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.04.2020 указанное заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено, недействительными признаны договор № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016, заключенный должником и ООО «Этакор», и сделка по переходу права собственности от АО «ОСК» к ООО «Стройконсалт» на нежилое помещение общей площадью 561,4 кв.м, расположенного на 1 этаже по адресу: г. Москва, ул. Кутузова, д.11, кадастровый номер 77:07:0008002:5457; применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника нежилого помещения общей площадью 561,4 кв.м., расположенного на 1 этаже по адресу: г.Москва, ул. Кутузова, д. 11, кадастровый номер 77:07:0008002:5457.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением ООО «Стройконсалт» обратилось в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ООО «Стройконсалт» указывает на то, что суд первой инстанции не выяснил принадлежность спорного недвижимого имущества и не привлек к рассмотрению настоящего обособленного спора собственника нежилого помещения. Кроме того, заявитель апелляционной жалобы обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что ООО «Стройконсалт» приобрело право собственности на недвижимое имущество у ООО «Этакор», а не у должника, в связи с чем суд первой инстанции признал недействительной не существующую сделку. Также ООО «Стройконсалт» указывает на то, что суд первой инстанции необоснованно не разрешил вопрос о возврате полученной должником оплаты, неправомерно сослался на то, что ООО «Этакор» якобы являлось фирмой-однодневкой, ООО «Стройконсалт» якобы являлось аффилированным к должнику лицом. Помимо прочего заявитель апелляционной жалобы ссылается то, что производство по настоящему обособленному спору подлежит прекращению, поскольку ООО «Этакор» было ликвидировано 22.08.2017. Кроме того, ООО «Стройконсалт» повторяет свои доводы, приводимые в суде первой инстанции о недоказанности конкурсным управляющим должника наличия оснований для признания оспарвиаемых сделок недействительными по пунктам 1,2 статьи 612 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

В судебном заседании представитель ООО «Стройконсалт» апелляционную жалобу поддержал по доводам, изложенным в ней, просил определение суда первой инстанции от 13.04.2020 отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

Представитель конкурсного управляющего должника АО «ОСК» на доводы апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы ООО «Стройконсалт» откладывалось на основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Сведения об отложении судебного разбирательства размещено на официальном сайте в сети Интернет.

В судебном заседании, состоявшемся 03.09.2020, представитель ООО «Стройконсалт» апелляционную жалобу поддержал по доводам, изложенным в ней, просил определение суда первой инстанции от 13.04.2020 отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

Представитель конкурсного управляющего должника АО «ОСК» на доводы апелляционной жалобы возражал, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены определение Арбитражного суда города Москвы от 13.04.2020 в части применения последствий признания сделки недействительной.

Как следует из материалов дела, 17.02.2016 АО «ОСК» и ООО «Этакор» заключили договор № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества общей площадью 561,4 кв.м, расположенного на 1 этаже по адресу: <...>, кадастровый номер 77:07:0008002:5457 (далее – нежилое помещение), в соответствии с которым должник передал в собственность общества нежилое помещение за 58 200 000 руб., которые должны были быть оплачены покупателем (ООО «Этакор) не позднее 5 рабочих дней с даты государственной регистрации в Управлении Росреестра.

Договор № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016 зарегистрирован в Управлении Росреестра 05.04.2016, следовательно, оплата нежилого помещения должна была быть произведена ООО «Этакор» не позднее 13.04.2016.

Согласно проведенному конкурсным управляющим должника анализу банковских выписок по расчётным счетам АО «ОСК» от ООО «Этакор» в период с марта по июнь 2016 года поступили денежные средства в общем размере 13 854 000 руб., после 15.06.2016 оплата ООО «Этакор» не производилась. Каких-либо доказательств того, что оплата производилась иным способом в материалы дела не представлено.

В дальнейшем, 17.03.2017 была внесена запись о государственной регистрации перехода права собственности на нежилое помещение посредством заключения договора купли-продажи недвижимого имущества между ООО «Этакор» и ООО «Стройконсалт».

Конкурсный управляющий должника, полагая, что договор № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016, заключенный между АО «ОСК» и ООО «Этакор», и договор купли-продажи недвижимого имущества от 17.03.2017, заключенный между ООО «Этакор» и ООО «Стройконсалт», представляют собой единую сделку, совершенную при неравноценном встречном исполнении с целью причинения вреда имущественным правам кредитора, обратился в Арбитражный суд города Москвы с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя указанное заявление конкурсного управляющего должника, исходил из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции, изучив имеющиеся в материалах дела доказательства, а также выслушав позиции сторон, приходит к следующим выводам.

Арбитражный суд, разрешая спор по существу, в силу части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе определять самостоятельно, какие законы и иные правовые акты следует применить при рассмотрении конкретного спора.

По смыслу статьи 6, части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не связан с правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование, исходя из фактических правоотношений. Поэтому суд вправе по своей инициативе изменить правовую квалификацию исковых требований, поскольку это не изменяет фактического основания и предмета иска, а также не влияет на объем исковых требований.

При наличии доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства по делу, необходимые для применения иной нормы права, чем та, на которую ссылается истец, суд может самостоятельно применить необходимую норму.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам возможна ситуация, при которой первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов: лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна единственная сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 612 Закона о банкротстве.

Как установлено судом первой инстанции у ООО «Этакор» имелись признаки фирмы-однодневки, а именно:

- наличие массового учредителя и участника. Так, учредителем ООО «Этакор» (с 18.06.2015 (с даты регистрации юридического лица) по 10.02.2016) являлась ФИО4. Она же действовала/действует в качестве учредителя 28 юридических лиц;

- наличие массового руководителя. Так, генеральным директором ООО «Этакор» (с 18.06.2015 (с даты регистрации юридического лица) по 10.12.2015) являлась ФИО4. Она же действовала/действует в качестве руководителя 29 юридических лиц;

- при государственной регистрации указывается слишком большой перечень видов деятельности, без какой-либо специализации. В Едином государственном реестре юридических лиц в перечне видов деятельности ООО «Этакор» указано 165 позиций, какая-либо специализация у организации отсутствует;

- отсутствуют расходы, характерные для обычных видов деятельности. Анализ бухгалтерской отчетности ООО «Этакор», представленный в открытых источниках, указывает на то, что у организации за весь период деятельности отсутствуют внеоборотные активы, имеются незначительные запасы и дебиторская задолженность.

- незначительный интервал между датами регистрации и ликвидации. Дата регистрации ООО «Этакор» в качестве юридического лица 16.06.2015, дата прекращения деятельности 22.08.2017.

Данные бухгалтерского баланса ООО «Этакор» за 2015 год (последняя отчетная дата перед заключением договора № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016) свидетельствуют о том, что общество не обладало средствами, в достаточном размере, чтобы исполнить принятые на себя обязательства по договору купли-продажи. Так, внеоборотные активы ответчика на конец 2015 года составляли 0 руб., оборотные активы – 5,3 млн. руб., у организации отсутствовали заемные денежные средства, которые могли быть использованы на покупку дорогостоящего недвижимого имущества.

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что договор № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016, заключенный между АО «ОСК» от ООО «Этакор» представляет собой недействительную сделку, поскольку ООО «Этакор» не имело активов позволявших ему приобрести имущество стоимостью свыше 58 млн.руб., о чем не мог не знать должник, учитывая сведения бухгалтерского баланса ООО «Этакор», размещенные в открытом доступе.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что ликвидатором ООО «Этакор» является ФИО5. В период с сентября 2014 года по июнь 2016 года ФИО5 являлась работником АО «ОСК» (ежемесячно получала заработную плату, что подтверждается выписками с расчетных счетов АО «ОСК»). Также ФИО5 является ликвидатором ООО «Инвестсб» (ИНН <***>), которое относится по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам АО «ОСК», поскольку руководитель одной организации (генеральный директор АО «ОСК» ФИО6 с февраля 2015 года по ноябрь 2018 года) является бенефициаром другой организации (участником ООО «Инвестсб» с долей равной 100% ФИО6 с февраля 2017 года).

При этом фиктивность сделки по передаче имущества от АО «ОСК» к ООО «Этакор» подтверждается также тем, что должник не предпринимал никаких действий по взысканию денежных средств по договору № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016.

За месяц до начала ликвидации ООО «Этакор» продало спорное недвижимое имущество по договору купли-продажи от 17.03.2017 ООО «Стройконсалт», которое является аффилированным с должником лицом, что подтверждает факт прикрытия договором № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016 именно сделки по передаче имущества от АО «ОСК» в пользу ООО «Стройконсалт».

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним одну группу лиц либо являются по отношению к нему аффилированными.

Таким образом, критерии заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Материалы дела не содержат доказательств наличия прямой юридической аффилированности АО «ОСК» и ООО «Стройконсалт».

Однако при рассмотрении вопроса взаимосвязанности должника и ответчика суд апелляционной инстанции учитывает, что доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Такой подход соответствует правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475.

Из представленных в материалах дела доказательств следует, что ООО «Стройконсалт» и АО «ОСК» являлись юридическими лицами, входящими в одну группу, связанных между собой общей структурой управления и участия, лиц: ООО «Стройконсталт» связно с ООО «Техинжениринггрупп» системой учредительства (ООО «Техинженирингтрупп» являлся учредителем ООО «Стройконслалт», помимо этого у данных организаций есть общий учредитель - ФИО7). В свою очередь ООО «Техинжениринггрупп» системой учредительства связан с АО «ОСК» (учредителем данных организаций единовременно являлся ФИО8). Помимо ООО «Стройконсталт», АО «ОСК» в группу организаций входили ООО «ОСК», ООО «Техинжениринггрупп», ООО «Спецстроймеханизация».

Аффилированность последнего (ООО «Спецстроймеханизация») к АО «ОСК» подтверждена вступившим в законную силу Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.03.2020 по делу № А40-245757/2015.

Кроме того, действующий участник (2016 года) и генеральный директор (с 2013 года) ООО «Стройконсалт» ФИО9 длительное время являлся работником АО «ОСК» (в соответствии с выпиской по расчетному счету АО «ОСК» в период с 01.03.2011 по 24.02.2015 ФИО9 ежемесячно получал заработную плату от АО «ОСК»).

Учитывая изложенное суд апелляционной инстанции приходит к выводу о представлении в материалы дела достаточных доказательств наличия фактической аффилированности АО «ОСК» и ООО «Стройконсалт».

Таким образом, принимая во внимание доказанность аффилированности должника и ответчика суд апелляционной инстанции признает доказанным факт осведомлённости ООО «Стройконсалт» о том, что в период с 17.12.2015 по 27.06.2016 в Арбитражный суд города Москвы поступило четыре заявления от разных кредиторов о признании АО «ОСК» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2015 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) АО «ОСК», впоследствии на основании заявления ООО «Стройконсалт» определением суда от 16.08.2018 в отношении АО «ОСК» введена процедура наблюдения.

При этом, должник еще в июле 2014 года прекратил осуществление своей основной деятельности по строительству ЖК «АкадемПалас», остановил все строительно-монтажные работы, вывез со стройплощадки всю строительную технику.

Таким образом, по состоянию на момент совершения оспариваемых сделок должник имел неудовлетворительное финансовое положение.

Однако несмотря на приостановку своей основной деятельности и наличии неисполненных обязательств перед кредиторами на значительные суммы АО «ОСК» произвело отчуждение недвижимого имущества при неравноценном встречном исполнении в пользу ООО «Этакор», которое выступило в качестве промежуточного (транзитного) звена по притворной сделке, а конечным собственником недвижимого имущества стало аффилированное с должником лицо - ООО «Стройконсалт».

Согласно пункту 2 статьи 612 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

Принимая во внимание изложенное суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности всех перечисленных выше обстоятельств.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что договор № 01/Кут/НЖ купли-продажи недвижимого имущества от 17.02.2016, заключенный между АО «ОСК» и ООО «Этакор», является притворной сделкой, прикрывающей собой сделку по отчуждению недвижимого имущества должника в пользу ООО «Стройконсалт», которая в свою очередь отвечает признакам недействительной сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

При этом суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводом суда первой инстанции относительно последствий недействительности оспарвиаемых сделок.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка недействительна с момента ее совершения. Это правило распространяется и на признанную недействительной оспоримую сделку.

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Учитывая представление в материалы дела доказательств того, что ООО «Стройконсалт» произвело отчуждение спорного объекта недвижимости в пользу третьего лица суд апелляционной инстанции полагает, что надлежащими последствиями в настоящем обособленном споре будет являться взыскание с ответчика в пользу АО «ОСК» стоимости нежилого помещения, в связи с чем определение Арбитражного суда города Москвы подлежит отмене в указанной части.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции признал недействительной не существующую сделку, поскольку ООО «Стройконсалт» приобрело права собственности на недвижимое имущество у ООО «Этакор», а не у должника, отклоняется как необоснованный. Как указывалось ранее, материалами дела подтверждается, что сделка между АО «ОСК» и ООО «Этакор» является притворной сделкой, заключенной с целью прикрытия сделки по передаче имущества от должника ответчику.

Использование ООО «Этакор» в качестве промежуточного звена в цепи взаимосвязанных сделок и его последующая ликвидация свидетельствует о том, что целью являлось исключение возможности получения судебной защиты на стадии проведения в отношении должника процедуры банкротства и невозможности возврата выбывших активов. Иная трактовка закона приведет исключительно к формальным основаниям (лишь ввиду ликвидации посредника) к невозможности возврата в конкурсную массу имущества должника, отчужденного после возбуждения в отношении него процедуры банкротства.

Довод апелляционной жалобы о том, что производство по настоящему обособленному спору подлежит прекращению, поскольку ООО «Этакор» было ликвидировано 22.08.2017 отклоняется как необоснованный.

Пунктом 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрены процессуальные последствия в виде прекращения производства по делу (жалобе), наступающие вследствие невозможности вынесения судебного акта, касающегося прав и обязанностей ликвидированной организации, являющейся стороной по делу (применительно к делу о банкротстве - стороной обособленного спора) - истцом или ответчиком (статья 44 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), при условии, что не произошло правопреемство в материальном правоотношении (отсутствуют основания для процессуального правопреемства по правилам статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

То есть, в случае закрытия компании - одного из участников оспариваемой сделки не исключается возможность для суда проверить ее законность и решить вопрос о применении или о неприменении последствий ее недействительности, не лишая истца оспариваемых сделок судебной защиты.

Таким образом, объективных препятствий для рассмотрения по существу заявления конкурсного управляющего об оспаривании сделок по отчуждению имущества должника через ООО «Этакор», которое прекратило деятельность юридического лица в связи его ликвидацией, не имеется.

Все иные доводы, приведённые в апелляционной жалобе ООО «Стройконсалт» были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше.

Доводы апелляционной жалобы по сути сводятся к несогласию с оценкой доказательств судом первой инстанции, с которой соглашается суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьями 266 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 13.04.2020 по делу № А40245757/15 отменить в части применения последствий признания сделки недействительной.

Применить последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ООО «Стройконсалт» в конкурсную массу должника 58 200 000 рублей.

В остальной части определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:А.С. Маслов

Судьи:Н.В. Юркова

М.С. Сафронова