Постановление от 7 мая 2018 г. по делу № А47-8194/2015

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-3724/2018
г. Челябинск
07 мая 2018 года
Дело № А47-8194/2015


Резолютивная часть постановления объявлена 26 апреля 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 07 мая 2018 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тихоновского Ф.И.,

судей Калиной И.В., Сотниковой О.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Стигл» ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 20.02.2018 по делу № А47-8194/2015 (судья Шальнева Н.В.).

Судебное заседание проведено посредством видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской области.

В судебном заседании приняли участие:

конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Стигл» ФИО2;

ФИО3.



Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 25.08.2015 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Стигл» (далее – общество «Стигл», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции 19.10.2015 (резолютивная часть объявлена 14.10.2015) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Решением суда первой инстанции от 10.02.2016 (резолютивная часть объявлена 10.02.2016) должник признан банкротом с открытием конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4 (далее – конкурсный управляющий ФИО4).

Конкурсный управляющий ФИО4 29.03.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора займа от 29.01.2014 № 29-01/14-3, заключенного между обществом «Стигл» и ФИО3 (далее - ФИО3), а также соглашения о проведении взаиморасчетов от 14.11.2014 № 9, заключенного между обществом «Стигл» и ФИО3, и применить последствия недействительности сделки в виде:

1) восстановления обязательств ФИО3 перед обществом «Стигл» по договору купли-продажи Трактора БЕЛАРУС 82.1, заводской номер 56001701, двигатель № 594371, цвет черно-синий, год выпуска 2011, в сумме 364 000 руб.;

2) восстановления обязательств ФИО3 перед обществом «Стигл» по договору купли-продажи Трактора БЕЛАРУС 82.1, заводской номер 56001702, двигатель № 370269, цвет черно-синий, год выпуска 2011, в сумме 364 000 руб. (с учетом заявления об уточнении заявленных требований, принятых арбитражным судом в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; л.д.68).

Определением суда первой инстанции от 05.09.2017 (резолютивная часть объявлена 04.09.2017) арбитражный управляющий ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда первой инстанции от 30.10.2017 (резолютивная часть объявлена 18.10.2017) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий ФИО2).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.02.2018 (резолютивная часть объявлена 07.02.2018) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 (далее также - податель жалобы, апеллянт) обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Оренбургской области от 20.02.2018 отменить, принять по делу новый судебный акт, удовлетворить заявление конкурсного управляющего общества «Стигл» о признании недействительными договора займа от 29.01.2014 № 29-01/14-3 и соглашения о проведении взаиморасчетов от 14.11.2014 № 9, а также применении последствий недействительности сделки.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что при анализе бухгалтерской документации должника, а также выписок по расчетному счету, выявлено, что денежные средства в размере 750 000 руб. на расчетный счет должника не поступали. Денежные средства в указанном размере должником не реализовывались, из чего следует отсутствие факта получения обществом «Стигл» денежных средств по договору займа. Факт получения обществом «Стигл» денежных средств от ФИО3 и дальнейшее распоряжение должником указанными денежными средствами документально не подтверждено. Договор займа и соглашение о проведении взаиморасчетов являются недействительными сделками в силу их мнимости.

От ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ответчик отмечает, что стороны соглашения о зачете исполняли свои обязательства, в том числе по передаче имущества продавцом покупателю, по оплате сделки посредством проведения взаиморасчетов, воля сторон при заключении соглашения была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из договоров купли-продажи и договора займа. Конкурсным управляющим не представлены доказательства заявленного требования. Просит в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание явились конкурсный управляющий ФИО2 и ФИО3

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, ФИО3 возражала против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на нее.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 29.01.2014 между обществом «Стигл» (заемщик) и ФИО3 (займодавец) заключен договор займа № 29-01/14-3 (далее – договор займа; л.д.15), согласно пункту 1 которого займодавец обязуется передать в собственность заемщика денежные средства на сумму 750 000 руб. под 6% в год, а заемщик обязуется возвратить такую же сумму денег.

На основании пункта 2.3 названного договора заемщик обязан возвратить сумму займа в течение 30 дней со дня предъявления займодавцем требования о возврате займа.

Заемные денежные средства переданы заемщику посредством внесения в кассу должника по приходному кассовому ордеру, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру от 29.01.2014 № 17 (л.д.23).

Из материалов дела также следует, что между обществом «Стигл» (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи самоходной машины (л.д.12), в соответствии с пунктом 2 которого продавец передает в собственность покупателя трактор колесный Беларус 82.1 (2011 года выпуска, заводской номер машины (рамы) 56001701, двигатель 594371, коробка передач № 370127, основной ведущий мост 669137/161349-04, цвет черно-синий) по цене 364 000 руб.

Кроме того, между обществом «Стигл» (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи самоходной машины (л.д.13), согласно пункту 2 которого продавец передает в собственность покупателя трактор колесный Беларус 82.1 (2011 года выпуска, заводской номер машины (рамы) 56001702, двигатель 594529, коробка передач № 370269, основной ведущий мост 669167/161347-04, цвет черно-синий) по цене 364 000 руб.

В соответствии с заявлением должника от 14.11.2014 указанные транспортные средства сняты с учета должника и зарегистрированы за ФИО3

Впоследствии между обществом «Стигл» (сторона 1) и ФИО3 (сторона 2) подписано соглашение о проведении взаиморасчетов от 14.11.2014 (далее – соглашение № 9; л.д.14), на основании пункта 1 которого сторона 2 имеет задолженность перед стороной 1 в размере 728 000 руб. по договорам купли-продажи от 14.11.2014, а сторона 1 имеет задолженность перед стороной 2 в размере 750 000 руб. на основании договора займа от 29.01.2014.

В целях ликвидации взаимной задолженности стороны пришли к соглашению: сторона 1 частично погашает свою задолженность перед стороной 2 в размере 728 000 руб., сторона 2 погашает свою задолженность перед стороной 1 в размере 728 000 руб. (пункт 3 соглашения № 9).

Сальдо взаиморасчетов по состоянию на 14.11.2014: сторона 1 имеет задолженность перед стороной 2 в размере 22 000 руб., сторона 2 не имеет задолженности перед стороной 1 (пункты 4, 5 соглашения № 9).

Полагая, что договор займа является мнимой сделкой, поскольку ФИО3 денежные средства должнику не предоставляла, стороны при подписании договора займа не намеревались создавать соответствующие условия этой сделки, не имели намерения её исполнять, а также отмечая, что ФИО3 на момент заключения договора займа являлась заинтересованным лицом по отношению к должнику, конкурсный управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании сделок по заключения договоров купли-продажи самоходной машины и соглашения № 9 недействительными и применении недействительности сделок.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из непредоставления конкурсным управляющим доказательств, свидетельствующих о мнимости договора займа и притворности соглашения о зачете взаимных требований, и опровергающих доказательства передачи ответчиком должнику денежных средств по договору займа и передаче имущества по договорам купли-продажи.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены, изменения определения суда первой инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной мнимая сделка - сделка совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Исходя из смысла приведенной правовой нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, намерения сторон по договору займа создать характерные для данной сделки правовые последствия обусловлены фактами передачи заимодавцем и получения заемщиком денежных средств, являющихся предметом договора займа.

Следовательно, наличие или отсутствие фактов передачи ответчиком и получения ООО «Стигл» денежных средств, составляющих предмет названного договора займа, являются обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного рассмотрения настоящего дела.

В подтверждение факта передачи денежных средств ответчиком представлена квитанция к приходному кассовому ордеру № 17 от 29.01.2014 на сумму 750 000 руб., в соответствии с которой ФИО3 внесены в кассу предприятия денежные средства в указанной сумме.

Доказательств, опровергающих данные факты, конкурсным управляющим не представлено. Кассовая книга, из которой бы следовало, что в действительности данные денежные средства не вносились в кассу предприятия, в опровержения названного довода конкурсным управляющим в материалы дела не представлена, равно как не представлены и регистры бухгалтерского учёта, опровергающие отражение заёмных обязательств в учёте должника. Ходатайств о фальсификации приходного кассового ордера конкурсный управляющий также не заявил.

Суд первой инстанции исследовал финансовую возможность предоставления ФИО3 займа должнику и обоснованно установил наличие такой возможности. Так, в частности, судом первой инстанции правомерно была принята во внимание справка-подтверждение открытого акционерного общества «Нико-Банк» от 07.02.2013, из которой следует, что ФИО3 была реализована валюта, в результате данной операции банк выплатил ответчику 1 997 665 руб.

Кроме того, в материалы дела ФИО3 представлена выписка по вкладу, открытому в публичном акционерном обществе «Сбербанк России», из которой следует, что оборот денежных средств по вкладу в период, предшествовавший заключению договора займа, являлся достаточным для предоставления займа в спорной сумме (750 000 руб.). Указанная сумма, по мнению коллегии судей, не является экстраординарной по величине, и, учитывая сведения о движении денежных средств по вкладу ФИО3, могла быть аккумулирована ею и впоследствии передана в заём.

Таким образом, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ конкурсным управляющим не представлены доказательства, опровергающие факт внесения ответчиком денежных средств в кассу должника, а также опровергающие наличие финансовой возможности ответчика предоставить заём в указанной сумме.

Кроме того, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, фактические обстоятельства заключения соглашения о зачёте от 14.11.2014, напротив, свидетельствуют о том, что должник признавал факт наличия задолженности по договору займа перед ФИО3 и предложил ей в счет погашения задолженности заключить соглашение о взаимозачете.

По мнению конкурсного управляющего, воля сторон при совершении совокупности рассматриваемых сделок была направлена на безвозмездный вывод имущества должника (двух тракторов) в адрес ФИО3 Фактически, как утверждает конкурсный управляющий, учитывая мнимость договора займа, трактора были получены ФИО3 даром.

Между тем, из существа рассматриваемых сделок вывод об их безвозмездности не следует. Коллегия судей исходит при этом из того, что договоры купли-продажи тракторов уже были предметом оценки суда. Так, определением от 11.01.2017 в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании названных договоров недействительными сделками было отказано. Суд учёл при этом наличие равноценного встречного предоставления по договорам купли-продажи тракторов. Указанные обстоятельства являются преюдициальными для рассмотрения настоящего спора.

Исходя из содержания п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорных сделок в качестве недействительных, совершенных с намерением причинить вред имущественным интересам кредиторов должника, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Между тем, доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении договора займа и соглашения о зачете стороны действовали исключительно с целью причинения вреда третьим лицам и с нарушением пределов осуществления гражданских прав, конкурсным управляющим не представлено.

Конкурсный управляющий в нарушение требований ст. 65 АПК РФ не представил доказательства, свидетельствующие о мнимости договора займа и притворности соглашения о зачете взаимных требований, и опровергающие доказательства ответчика о предоставлении денежных средств по договору займа и передаче имущества по договорам купли-продажи тракторов. Имеющиеся в деле доказательства подтверждают, что стороны соглашения о зачете исполнили свои обязательства, в том числе по передаче имущества продавцом покупателю, по оплате сделки посредством проведения взаимозачетов, то есть воля сторон при заключении соглашения была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из договоров купли-продажи и договора займа.

Наличие трудовых взаимоотношений между должником и ответчиком (ФИО3 состояла в штате организации в должности юриста) не имеет правового значения при отсутствии доказательств мнимости или притворности данных сделок.

Коллегия судей приходит также к выводу об отсутствии доказательств, достаточных для признания оспариваемых сделок недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, данным в пунктах 5-7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, в силу указанной выше нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из обстоятельств, подлежащих доказыванию, суд отказывает в признании сделки недействительной.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По смыслу вышеназванных норм права и разъяснений последствием совершения должником недействительной подозрительной сделки является уменьшение конкурсной массы, что негативно отражается на возможности расчета с кредиторами.

Как уже было указано, в рамках рассмотрения заявления конкурсного управляющего о признании недействительными договоров купли-продажи тракторов судом было установлено, что ООО «Стигл» по договорам купли-продажи получило равноценное встречное предоставление.

При наличии доказательств исполнения ответчиком встречных обязательств признак причинения вреда имущественным правам кредиторов отсутствует.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал конкурсному управляющему в удовлетворении его требований.

Таким образом, юридически значимые обстоятельства по настоящему делу правильно установлены судом первой инстанции в результате надлежащей оценки всех представленных в дело доказательств в их взаимной связи и совокупности по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о чем указано в мотивировочной части настоящего постановления. Доказательств, опровергающих установленные обстоятельства, конкурсным управляющим ФИО2 в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах определение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Судебные расходы распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на её подателя.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 20.02.2018 по делу № А47-8194/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Стигл» ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья Ф.И. Тихоновский

Судьи: И.В. Калина

О.В. Сотникова