Постановление от 15 апреля 2025 г. по делу № А41-21254/2016

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Москва

16.04.2025                                                                                      Дело № А41-21254/16


Резолютивная часть постановления оглашена 15 апреля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 апреля 2025 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Морхата П.М., Уддиной В.З.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 23.09.2022;

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 28.12.2022;

от конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Татфондбанк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – ФИО5 по доверенности от 13.07.2022;

от ФИО6 – ФИО7 по доверенности от 29.02.2024;

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО3 и конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Татфондбанк» в лице государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024

по заявлению о понижении очередности удовлетворения требований ФИО6

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Монолит капитал строй»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области 22.07.2022 общество с ограниченной ответственностью «Монолит капитал строй» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Московской области от 05.04.2023 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО8

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.05.2021 в третью очередь реестра требований кредиторов должника были включены требования иностранной компании «Палтроум инвестментс лимитед» (далее – компании «Палтроум») в размере 1 436 195 085 руб.

Определением Арбитражного суда Московской области от 08.12.2022 была произведена замена кредитора (компании «Палтроум») на его правопреемника - индивидуального предпринимателя ФИО6 (далее – предпринимателя)

В Арбитражный суд Московской области поступили объединенные для совместного рассмотрения в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора заявления ФИО3 о внесении изменений в реестр требований кредиторов должника посредством понижения очередности удовлетворения требований предпринимателя, а также о пересмотре по новым обстоятельствам определения Арбитражного суда Московской области от 04.05.2021, которые определением Арбитражного суда Московской области от 02.09.2024 были удовлетворены частично – требования предпринимателя были признаны подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, а в удовлетворении заявления о пересмотре определения суда от 04.05.2021 в порядке, предусмотренном главой 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, – отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 определение Арбитражного суда Московской области от 02.09.2024 было отменено в части понижения очередности удовлетворения требований предпринимателя, в удовлетворении заявления ФИО3 в указанной части было отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО3 и публичное акционерное общество «Татфондбанк» (далее – банк) в лице своего конкурсного управляющего - государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, указывая на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просят удовлетворить кассационные жалобы, обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции.

В судебном заседании представители ФИО3, конкурсного управляющего банка и ФИО1 доводы кассационных жалоб поддержали, а представитель предпринимателя просил суд обжалуемое постановление оставить без изменения, ссылаясь на его законность и обоснованность, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений относительно них, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованного судебного акта, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены постановления по доводам кассационных жалоб.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что в части отказа судом первой инстанции в удовлетворении заявления ФИО3 о пересмотре определения суда от 04.05.2021 в порядке, предусмотренном главой 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные акты не обжалуются, как следствие, правовых оснований для их проверки в этой части у суда округа не имеется.

Судами установлено, что между иностранным юридическим лицом – компанией «Интерфорум инк.» (далее – компанией «Интерфорум») и обществом с ограниченной ответственностью «Перспектива» (далее – обществом «Перспектива») был заключен договор займа от 18.09.2007 № 01- 05/001, по условиям которого обществу «Перспектива» были предоставлены 20 000 000 долл. США под 14 % годовых на срок до 01.10.2010.

Дополнительным соглашением к договору займа от 31.01.2008 № 1 сумма займа была увеличена до 30 689 000 долл. США.

Дополнительным соглашением к договору займа от 01.04.2008 № 2, размер процентов за пользование суммой займом, подлежащих выплате одновременно с суммой займа, был определен в размере 18 % годовых.

На основании договора уступки прав (требований) от 01.04.2008, права компании «Интерфорум» к обществу «Перспектива» были переданы компании «Палтроум».

Определением суда от 08.12.2022 была произведена замена кредитора (компании «Палтроум») на его правопреемника – предпринимателя.

В обеспечение исполнения обязательств основного заемщика, должник (поручитель) 01.04.2008 заключил  с  компанией «Палтроум» (кредитором) договор поручительства.

Вступившим в законную силу решением Хамовнического районного суда города Москвы от 12.08.2014 по гражданскому делу № 2-2469/14 с общества «Перспектива» и ФИО9 в пользу компании «Палтроум» в солидарном порядке были взысканы денежные средства в размере 22 001 071,97 долл. США по курсу Банка России на дату исполнения решения суда, проценты за пользование займом, начисленные на сумму основного долга в размере 15 812 950 долл. США по ставке 18 % годовых за период с 01.07.2014 по дату фактического возврата займа включительно, а также расходы по уплате госпошлины в размере 60 000 руб. в равных долях.

Вступившим в законную силу определением Хамовнического районного суда города Москвы от 04.09.2015 было утверждено мировое соглашение, заключенное между компанией «Палтроум» и обществом «Перспектива», в соответствии с которым, в частности, ответчик полностью признает долг перед кредитором, который по состоянию на 17.06.2015 составляет 15 812 950 долл. США - основной долг, 6 188 121,97 долл. США - проценты за пользование займом по состоянию на 30.06.2015 из расчета 18 % годовых на сумму займа и 30 000 руб. – расходы по уплате госпошлины.

Согласно указанному определению, вышеуказанная задолженность должна быть полностью погашена обществом «Перспектива» в течение двух лет с момента утверждения судом мирового соглашения.

В связи с неисполнением обществом «Перспектива» условий мирового соглашения, 11.05.2017 судом был выдан исполнительный лист, на основании которого было возбуждено исполнительное производство.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.04.2018 по делу № А40-250246/17 в отношении общества «Перспектива» была введена процедура наблюдения, в третью очередь реестра требований кредиторов общества были включены требования компании «Палтроум» в размере 1 436 195 085 руб.

По заявлению банка о признании должника несостоятельным (банкротом) определением суда первой инстанции от 04.05.2016 было возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 04.05.2021 по настоящему делу в третью очередь реестра требований кредиторов должника были включены требования компании «Палтроум» в размере 1 436 195 085 руб.,

Обращаясь за судебной защитой в части понижения очередности удовлетворения требования предпринимателя, ФИО3 ссылался на то обстоятельство, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2023 по делу № А40-250246/17 требования предпринимателя в размере 1 436 195 085 руб,, основанные на договоре займа от 18.09.2007 № 01-05/001, подлежат удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, поскольку займ компанией «Интерфорум» был предоставлен с целью перераспределения риска утраты крупного вклада на случай неуспешности коммерческого проекта.

То есть, фактически в данном случае имеет место быть компенсационное финансирование (пункт 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанны установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должник аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее – Обзора судебной практики)).

Как следствие, констатировал суд первой инстанции, поскольку фактические обстоятельства по включению в реестр требований кредиторов должника спорной задолженности по настоящему делу и по делу № А40-250246/17 являются идентичными, требования предпринимателя подлежит субординированию, поскольку должник является поручителем, а в отношении требований к основному заемщику требования кредитора понижены в очередности удовлетворения.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пунктах 6 и 7 Обзора судебной практики, очередность удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника, в связи с переменой кредитора в обязательстве, понижается, если основание перехода этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника.

При этом, последующая уступка требования внешне независимому кредитору не изменяет очередность его удовлетворения, а потому не должна влечь повышения очередности удовлетворения требования, ранее принадлежавшего аффилированному с должником лицу.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции посчитал заявление ФИО3, в части субординирования спорного требования, подлежащим удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции в связи со следующим.

Согласно правовому подходу высшей судебной инстанции, изложенному в абзаце втором пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве» (далее – постановление от 29.06.2023 № 26), по смыслу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные при рассмотрении указанных обособленных споров, не имеют преюдициального значения для поручителя, должника, не привлеченных судом к участию в этих спорах.

В то же время, при рассмотрении предъявленных к ним требований суд учитывает обстоятельства ранее рассмотренного дела.

Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному обособленному спору, он должен указать соответствующие мотивы.

Вместе с тем отметил суд апелляционной инстанции, сама по себе аффилированность должника и кредитора недостаточна для вывода о компенсационном финансировании и, соответственно, не является безусловным основанием субординирования требования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 № 308-ЭС20-24455(2)).

Понижение очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица осуществляется с учетом положений Обзора судебной практики, положения которого в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носят защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса между корпоративной и гражданской составляющей хозяйственного оборота.

Так, в соответствии с Обзором судебной практики, понижение очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носит защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса между корпоративной и гражданской составляющей хозяйственного оборота.

Субординация требования осуществляется в условиях возникновения задолженности в связи с совершением заинтересованными лицам противоправных действий с целью получения необоснованных выгод от банкротства, связанного с ними предприятия (пункты 1-9 Обзора судебной практики), в случае если взаимодействие контролирующих лиц осуществлялось в пределах гражданско-правового оборота либо было очевидно для независимых кредиторов, требование такого заинтересованного лица понижению не подлежит (пункты 10, 11 и 13 Обзора судебной практики).

Возможность понижения требования кредитора, применительно к правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункту 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), предусмотрена только для требований о возврате компенсационного финансирования, которое не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов (пункт 3 Обзора).

Между тем, отметил уд апелляционной инстанции, вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 04.05.2021, оставленным без изменения постановлениями Десятого арбитражного апелляционного суда от 04.08.2021 и Арбитражного суда Московского округа от 08.12.2021 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.05.2022 банку было отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации), требования компании в размере 1 436 195 085 руб. были включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

При этом, судами были проверены, оценены критически и отклонены доводы банка о необходимости понижения очередности удовлетворения спорного требования.

Суды исходили из того, факт выдачи обществу «Перспектива» займа подтвержден вступившими в законную силу судебными актами Хамовнического районного суда города Москвы и Арбитражного суда города Москвы в рамках дела о банкротстве указанного юридического лица, а относимых и допустимых доказательств оплаты спорной задолженности основным должником или его поручителем не представлено.

Приведенные банком, как одним из кредиторов должника, доводы об обоснованности требований компании на корпоративном участии, что исключает включение данных требований в реестр требований кредиторов должника, судами также были оценены критически и отклонены.

Согласно пункту 1 Обзора судебной практики, именно на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Между тем, как установили суды, согласно представленным в материалы обособленного спора доказательствам, действительно, директором компании является компания «Ассеншен инвест лимитед» (далее – компания «Ассеншен»), которая также является участником общества «Перспектива» и должника.

Однако, вопреки доводам возражающих лиц об обратном, компания «Ассеншен» стала участником компании лишь 05.10.2009, а участником общества «Перспектива», соответственно, только 29.07.2010, то есть после заключения между должником и компанией договора указанного в основании спорного требования поручительства (01.04.2008).

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

Если заем является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего, с точки зрения нормального гражданского оборота, отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования.

Поэтому, в условиях аффилированности заимодавца, заемщика и поручителя между собой на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки, в том числе выдачи поручительства.

В обратном случае, следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

Очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале.

При этом, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц.

Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов.

Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Между тем, констатировали суды, в материалы обособленного спора не представлены доказательств выдачи поручительства, на котором основаны требования компании, в ситуации имущественного кризиса должника, а также доказательства тому, что финансирование имело место исключительно в целях, связанных с последующим банкротством, учитывая, что заявление о признании должника банкротом было подано в апреле 2016 года, то есть спустя 8 лет с момента заключения договора поручительства.

Суды указали на то, что не представлены и доказательства тому, что финансирование имело место исключительно в целях, связанных с последующим банкротством должника.

Судами также были отклонены доводы банка о том, что в рассматриваемый период должник уже имел какие-либо финансовые трудности, которые позволяли бы сделать вывод о предстоящем наступлении у должника имущественного кризиса и, соответственно, предпринять меры к созданию подконтрольной задолженности.

Все требования, включенные в реестр, возникли значительно позже заключения договора поручительства.

При этом, отметили суды, материалами дела подтверждается, что полученный обществом «Перспектива» заем, за возврат которого поручился должник, был направлен через общество с ограниченной ответственностью «Лислогистик» (далее – общество «Лислогистик») на строительство административно-складского комплекса в <...> % которого в настоящее время принадлежат должнику.

Указанное обстоятельство подтверждает экономическую обоснованность заключения должником договора поручительства, поскольку строительство основного объекта недвижимости должника стало возможным именно благодаря финансированию через общество «Лислогистик» за счет общества «Перспектива» (то есть, по существу, за счет денежных средств, полученных в качестве займа от компании «Палтроум», но не денежных средств самого банка) и компанией «Интерфорум» (имела общего с компанией «Палтроум» участника), а также опровергает доводы банка о том, что группа компаний в лице компании «Палтроум» стремится получить повторное возмещение по договору инвестирования.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Преюдиция – это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами.

Преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Таким образом, при рассмотрении требования о включении в реестр требований кредиторов должника, судами рассматривались доводы о наличии оснований для субординации требования, соответственно, у суда не имелось оснований для удовлетворения заявления ФИО3

В свою очередь, вопреки доводам кредиторов и ФИО3, в данном случае размер ответственности поручителя не превышает размер ответственности основного заемщика (статья 363 ГК РФ), а ссылка на изменение очередности удовлетворения требования к основному заемщику указанный вывод не опровергает.

Кроме того, судом апелляционной инстанции учтено, что в соответствии с пунктом 8 статьи 71 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – Закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ)), если лицу, имеющему право на заявление возражений, после включения требования кредитора в реестр требований кредиторов станут известны обстоятельства, свидетельствующие о необоснованности требования кредитора либо об иной его очередности, такое лицо вправе обратиться в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, с заявлением об исключении требования кредитора из реестра требований кредиторов либо об изменении его очередности.

Такое заявление может быть подано в течение трех месяцев с момента, когда этому лицу стало или должно было стать известно о наличии указанных обстоятельств.

В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом.

Согласно статье 3 Закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ, названный Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования.

Положения пунктов 10 и 12 статьи 16, пункта 9 статьи 20.6, абзаца 1 пункта 6 статьи 20.7, пункта 5 статьи 59, статей 60, 71 и 100, пункта 2 статьи 108, пункта 3 статьи 124, абзаца 2 пункта 2 статьи 126, пункта 1 статьи 144, абзаца 1 пункта 13 статьи 148, пункта 1.1 статьи 225 Закона о банкротстве (в редакции названного Федерального закона) о порядке рассмотрения обособленных споров применяются к заявлениям, поданным после дня вступления в силу названного Федерального закона, независимо от даты введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве.

Таким образом, исходя из буквального толкования указанных норм права, заявление об исключении требований кредитора из реестра может быть удовлетворено только при наличии одновременно двух условий: подача заявления после 29.05.2024 и не истечение трехмесячного срока с момента, когда лицу стало или должно было стать известно о наличии обстоятельств, свидетельствующие о необоснованности требования кредитора.

В настоящем случае, констатировал суд апелляционной инстанции, ФИО3 обратился в суд с рассматриваемым заявлением 14.11.2023, указав, что данное право у него появилось с момента подачи заявления в суд о привлечении его к субсидиарной ответственности.

Между тем, ФИО3 уже на момент рассмотрения обособленного спора по включению данного требования в реестр требований кредиторов должника уже осуществлял участие в судебном разбирательстве через своего представителя – ФИО10, предоставлял возражения на требования компании «Палтроум», а также являлся одним из контролирующих должника лиц, что подтверждается приказом от 22.06.2016 № 2/16 о назначении ФИО3 временно исполняющим обязанности генерального директора должника, а также нотариальной доверенностью от 27.06.2016 на представление им интересов должника.

В силу статуса контролирующего лица, в период рассмотрения требований о включении правопредшественника предпринимателя (компании «Палтроум) в реестр требований кредиторов, ФИО3 уже на момент рассмотрения обособленного спора до 04.05.2021 был осведомлен об обстоятельствах заявленных требований.

Кроме того, заявление ФИО3 о субординировании требований предпринимателя основывается на принятии определения Арбитражного суда города Москвы от 27.01.2023 по делу № А40-250246/17 о понижении очередности удовлетворения требований предпринимателя в реестре требований кредиторов общества «Перспектива».

Положения пункта 4 статьи 34 Закона о банкротстве предоставляют контролирующему лицу право на обращение в суд о привлечении его к участию в деле о банкротстве.

Следовательно, ФИО3 имел возможность обратиться с соответствующим заявлением уже 04.05.2021, либо 12.04.2023 (дата вступления в силу судебного акта).

Вместе с тем, с заявлением о понижении в очередности удовлетворения требований предпринимателя ФИО3 обратился только 14.11.2023, то есть спустя значительный период времени после того как ему стало известно об обстоятельствах, являющихся, по мнению заявителя, основанием для такого понижения – спустя более двух лет после включения компании «Палтроум» в реестр требований кредиторов должника определением от 04.05.2021, спустя девять месяцев восемнадцать дней после понижения требований предпринимателя 27.01.2023 в реестре требований кредиторов общества «Перспектива», спустя семь месяцев после вступления в силу судебного акта о понижении очередности требований предпринимателя (12.04.2023).

Согласно части 1 статьи 113 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, процессуальные действия совершаются в сроки, установленные названным Кодексом или иными федеральными законами, а в случаях, если процессуальные сроки не установлены, они назначаются арбитражным судом.

Согласно статье 115 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, утрачивают право на совершение процессуальных действий с истечением процессуальных сроков, установленных этим Кодексом или иным Федеральным законом либо арбитражным судом.

Заявления, жалобы и другие поданные по истечении процессуальных сроков документы, если отсутствует ходатайство о восстановлении или продлении пропущенных сроков, не рассматриваются арбитражным судом и возвращаются лицам, которыми они были поданы.

Возможность подачи подобного заявления в неограниченные сроки нарушает принцип разумного срока судопроизводства, установленного в статье 6.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что трехмесячный срок с момента, когда ФИО3 должно было стать известно о наличии обстоятельств, свидетельствующих, по его мнению, о необходимости субординирования требований ФИО6 истек, суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявления.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Нарушения, допущенные судом первой инстанции, были своевременно устранены судом апелляционной инстанции.

Судебная коллегия полагает также необходимым отметить следующее.

В соответствии с пунктом 33 постановления Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – постановление от 17.12.2024 № 40), по смыслу пункта 8 статьи 71 и пункта 8 статьи 100 Закона о банкротстве, в качестве основания для исключения требования кредитора из реестра или для изменения его очередности не могут быть приняты доводы и доказательства, которые заявлялись при рассмотрении обособленного спора по существу. В таком случае производство по заявлению об исключении требования или об изменении его очередности подлежит прекращению.

Кроме того, при рассмотрении указанного заявления не могут быть приняты доводы и доказательства, о которых заявитель знал и которые он имел возможность привести и представить в составе возражений при рассмотрении требования кредитора по существу, поскольку они фактически направлены на пересмотр судебного акта.

Между тем, рассмотрение судом апелляционной инстанции обособленного спора по существу, а не прекращение производства по нему, что в настоящем случае, надлежало в соответствии с  правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 33 постановления от 17.12.2024 № 40, не повлекло за собой фатального, требующего отмены или изменения обжалуемого судебного акта, результата, процессуальная необходимость в отменен полностью либо частично обжалуемого судебного акта отсутствует.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права, правовым позициям высшей судебной инстанции, выработанным для применения в аналогичных ситуациях, в том числе, приведенных в пункта 31 и 48 постановления от 17.12.2024 № 40.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационные жалобы не содержат указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судом правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первой инстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационных жалобах доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самими заявителями кассационных жалоб положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Приведенные в кассационной жалобе банка ссылки на сведения, представленные в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора Прокуратурой Российской Федерации и Федеральной службой по финансовому мониторингу, судебной коллегией отклоняются.

Судебный акт не может быть пересмотрен по вновь открывшимся обстоятельствам, если существенные для дела обстоятельства возникли после принятия этого акта, поскольку по смыслу пункта 1 части 2 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для такого пересмотра является открытие обстоятельств, которые хотя объективно и существовали, но не могли быть учтены, так как не были и не могли быть известны заявителю.

В связи с этим, суду следует проверить, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о представлении новых доказательств, имеющих отношение к уже исследовавшимся ранее судом обстоятельствам.

Представление новых доказательств не может служить основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам по правилам главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В таком случае, заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворению не подлежит.

Пересмотр судебных актов по новым и вновь открывшимся обстоятельствам как способ преодоления окончательности вступивших в законную силу судебных актов допустим в таких исключительных случаях, которые исчерпывающим образом определены процессуальным законом, который не подлежит расширительному толкованию (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28.09.2017 № 1832-О).

В настоящем случае, ссылаясь на новые доказательства, полученные непосредственно в рамках рассмотрения заявления о пересмотре судебного акта в порядке, предусмотренном главой 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, банк злоупотребляет правом доступа к правосудию, поскольку в своих возражениях фактически пытается получить новые доказательства, которые впоследствии легли бы в основу пересмотра судебного акта, что является недопустимым.

Судебная коллегия учитывает, что выводы суда апелляционной инстанции о том, что в рамках рассмотрения обособленного спора о включении спорного требования в реестр требований кредиторов должника уже были предметом судебного исследования доводы об аффилированности участников спорного соглашения, а также о том, что спорное требование носит корпоративный характер, как следствие, подлежит субординации, доводами кассационных жалоб не опровергаются.

Судебная коллегия также учитывает, что определение суда первой инстанции от 27.01.2023 по делу № А40-250246/17, на преюдициальное значение которого ссылаются заявители ФИО3 и банк, не содержит выводов суда о том, что спорное кредитование носило компенсационный характер, либо у кого-либо из участников спорных правоотношений на даты заключения договоров займа ль 18.09.2007 и поручительства от 01.04.2008 имелись признаки недостаточности имущества (неплатежеспособности).

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителями жалоб установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом не нарушены, в связи с чем, кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2024 по делу № А41-21254/16 – оставить без изменения, кассационные жалобы – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья                                                  Н.Н. Тарасов


Судьи:                                                                                              П.М. Морхат


                                                                                                          В.З. Уддина