Постановление от 11 марта 2019 г. по делу № А76-17211/2016

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-490/2019
г. Челябинск
11 марта 2019 года
Дело № А76-17211/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 05 марта 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 марта 2019 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н.,

судей Забутыриной Л.В., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 18.12.2018 по делу № А76-17211/2016 (судья Хаванцев А.А.).

В судебном заседании принял участие представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» - ФИО3.(доверенность от 25.10.2018).


Определением Арбитражного суда Челябинской области от 04.08.2016 возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО4 (далее – ФИО4, должник).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 28.10.2016 ФИО4 был признан банкротом, введена процедура, применяемая в деле о банкротстве – реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее – ФИО5, финансовый управляющий).

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.05.2017 определение Арбитражного суда Челябинской области от 10.03.2017 по делу № А76-17211/2016 отменено, ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализация имущества гражданина сроком на шесть месяцев, исполнение обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО4 возложено на ФИО5

Публикация сведений о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина и утверждении исполняющего обязанности финансового управляющего дана в газете «Коммерсантъ» № 98 от 03.06.2017.

02.08.2017 в арбитражный суд поступило заявление исполняющего обязанности финансового управляющего ФИО5 к ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о признании договора купли-продажи от 10.03.2016 недействительным и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика 2 295 000 руб. (с учетом уточнений от 05.04.2018).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 18.12.2018 (резолютивная часть от 11.12.2018) заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признан недействительным договор купли-продажи от 10.03.2016, заключенный между ФИО4 и ФИО2 о продаже жилого дома, общей площадью 64,7 кв.м., находящегося по адресу: <...>, кадастровый номер: 74-74-01/646/2006- 020; земельного участка, общей площадью 300 кв.м., находящегося по адресу: <...>, кадастровый номер: 74:36:0713004:373; земельного участка, общей площадью 425 кв.м., находящегося по адресу: <...>, кадастровый номер: 74:36:0713004:371.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу ФИО4 суммы в размере 2 295 000 руб., составляющую рыночную стоимостью проданного ответчику имущества.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, отказав в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

По мнению подателя жалобы, осведомленность ФИО2, как стороны сделки, не являющейся аффилированным лицом должнику, в наличии требований кредиторов к должнику и/или наличии признаков несостоятельности – судом не мотивирована, а стороной финансового управляющего – не доказана. Довод и.о. финансового управляющего о том, что по оспариваемому договору от 06.02.2013 ФИО2 не являлась получателем денежных средств, был опровергнут показаниями ФИО6 (бывшего супруга ответчицы), вызванного в качестве свидетеля и опрошенного в судебном заседании 16.10.2018. Бывший супруг ответчицы подтвердил, что между ним и ФИО2 на момент продажи квартиры имелась договоренность, что все вырученные от данной сделки денежные средства ответчица получает в свое распоряжение с целью последующего их использования для покупки квартиры ей с сыном. Следуя условиям договоренности, ФИО6 после получения денежных средств по договору от 06.02.2013 передал их ответчице в размере 3 150 000 руб. Привлеченный в качестве свидетеля отец ФИО2 пояснил суду, что в феврале 2016 года ответчица обращалась к нему с просьбой предоставления ей денежных средств для покупки дома и земельных участков, на что ФИО7 (отец) снял со своего счета 321 586 руб. 65 руб. и передал их дочери. Данные деньги были переданы ответчице только в феврале 2016 года, поскольку, по словам дочери, она планировала приобретать недвижимость в феврале 2016, однако точную дату приобретения она не знала. Исходя из этого ФИО7 решил заранее снять денежные средства. По мнению апеллянта, доказательств, свидетельствующих о возможности классифицировать действия всех сторон сделки, как злоупотребление правом, финансовым управляющим не представлено. В качестве подтверждения довода о получении ФИО2 денежных средств в размере 1 300 000 руб. от ФИО8 ответчицей представлена копия расписки от 01.04.2013. Согласно выписке по счету ФИО8, за период с марта по апрель 2013 года 1 200 000 руб. были сняты с банковского счета для последующей передачи ФИО2, недостающие 100 000 руб. ФИО8 передала из личных накоплений. Главным аргументом и.о. финансового управляющего было его субъективное мнение о том, что частично денежные средства, необходимые для расчетов с должником, были получены ответчицей за три года до заключения оспариваемого договора. Поскольку не представлено доказательств сбережения данных денежных средств, а также денежных средств, полученных от ФИО8, то данные денежные средства не могли быть использованы для расчетов с должником. Вместе с тем, данное обстоятельство ни в коей мере не свидетельствует о пороке воли со стороны ответчицы. Данный вывод согласуется с позицией Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда, изложенной в судебном акте от 17.09.2018 по делу №А76-17211/2016.

До начала судебного заседания 05.03.2019 через электронную систему «Мой Арбитр» от ФИО5 поступил отзыв на апелляционную жалобу.

В приобщении данного отзыва к материалам дела отказано, поскольку не представлены доказательства его направления в адрес лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании представитель публичного акционерного общества «Сбербанк России» возражал против доводов жалобы, просил оставить судебный акт без изменения, отрицал факт направления денежных средств, полученных должником от продажи спорного имущества, на погашение задолженности по кредитным обязательствам перед публичным акционерным обществом «Сбербанк России».

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом, в том числе публично путем размещения информации в сети Интернет, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена судом в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 10.03.2016 между ФИО4 и ФИО2 заключен договор купли- продажи (т.З.9.1, л. 10-11), согласно которому ФИО4 продал ФИО2 жилой дом общей площадью 64,7 кв.м., находящийся по адресу: <...>, кадастровый номер: 74-74-01/646/2006-020, земельный участок, общей площадью 300 кв.м., находящийся по адресу: <...>, кадастровый номер: 74:36:0713004:373 и земельный участок, общей площадью 425 кв.м., находящийся по адресу: <...>, кадастровый номер: 74:36:0713004:371.

Согласно пункту 2 договора купли-продажи имущество продано за 2 295 000 руб., в том числе земельный участок площадью 300 кв.м. за 495 000 руб., земельный участок площадью 425 кв.м. за 700 000 руб., жилой дом за 1 100 000 руб. Расчет произведен до подписания договора и подтвержден письменной распиской.

Полагая, что оспариваемая сделка совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, отсутствие доказательств поступления денежных средств в размере 2 295 000 руб. за спорные объекты недвижимости, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением со ссылкой на пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В суде первой инстанции ответчик возражал против удовлетворения заявления, по доводам, изложенным в письменных пояснениях (т.З.9.2., л.18-23, 106-109).

В отзыве на заявление должник указал (т.З.9.1, л. 51-53), что денежные средства в сумме 2 115 000 руб. были направлены на погашение задолженности по кредитным обязательствам перед ПАО «Сбербанк» 25.05.2016, остаток денежных средств расходовался на обеспечение хозяйственной деятельности. В подтверждение представлена выписка по ссудным счетам (т.З.9.1, л. 55-57).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку оспариваемый договор заключен 10.03.2016, то есть сделка совершена после 01.10.2015, то она может быть оспорена по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 1 пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 63), неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В случае, если продажа имущества, выполнение работы, оказание услуги осуществляются по государственным регулируемым ценам (тарифам), установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации, в целях настоящей статьи при определении соответствующей цены применяются указанные цены (тарифы) (абзац 2 пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 9 постановления Пленума № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пункте 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума № 63 следует, что в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Учитывая разъяснения, данные в пунктах 5 - 7 постановления Пленума № 63, в силу указанной выше нормы права для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В абзаце 32 статьи 2 Закона о банкротстве указано понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов - уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно пункту 6 постановления Пленума № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

На основании статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное. Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Судом установлено, что на момент совершения сделки (10.03.2016), должник перестал исполнять кредитные обязательства перед ПАО «Сбербанк» (с ноября 2015 года). На дату совершения сделки банк обратился в третейский суд с заявлением о взыскании с должника задолженности по кредитным договорам.

Решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая арбитражная палата» от 11.05.2016 по делу №Т/ЧЛБ/16/2224 исковые требования банка удовлетворены, с должника солидарно взысканы по кредитному договору от 22.09.2015 – 18 876 208 руб. 22 коп., по кредитному договору от 29.07.2014 – 1 541 029 руб. 20 коп., по кредитному договору от 23.06.2014 – 24 957 700 руб. 43 коп.

Впоследствии банк включен в реестр кредиторов должника на сумму 41 369 440 руб. 38 коп. (определением от 28.10.2016).

Таким образом, на момент заключения оспариваемого договора должник прекратил исполнение денежных обязательств, что свидетельствует о его неплатежеспособности.

Исходя из сведений банка от 10.02.2017 (т.З.9.1., л. 8-9), усматривается, что должник за период с 05.08.2015 по 05.05.2016 произвел отчуждение значительного количества принадлежащих ему объектов (31 объект - жилые дома и земельные участки, 1 автомобиль), в более ранний период с 16.08.2013 по 25.06.2015 были отчуждены 1 автомобиль и 22 объекта - жилые дома и земельные участки. 31.03.2016 супругой должника ФИО9 был отчужден автомобиль.

Из материалов дела о банкротстве должника следует, что в деле о банкротстве рассматриваются иные требования об оспаривании сделок должника.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Статьей 19 Закона о банкротстве определен круг заинтересованных лиц по отношению к должнику.

Суд установил, что прямая заинтересованность между должником и ответчиком отсутствует, однако из пояснений финансового управляющего и ответчика, следует, что должник, ответчик и ФИО8 (лицо, от которого, по мнению ответчика, были получены денежные средства в размере 1 300 000 руб., впоследствии переданные ФИО4 по спорному договору) являлись бизнес-партнерами, ранее между ними также заключались договоры, кроме того, ФИО2 была директором ООО «Миллениум Плюс», которое выступило поручителем за ИП ФИО8 ФИО2 и ФИО8 являются учредителями ООО «Миллениум Плюс» с размером доли участий каждой -50%.

Аффилированность должника и ФИО8 установлена многочисленными судебными актами.

В подтверждение наличия финансовой возможности у ответчика на приобретение объектов на столь значительную сумму, ответчик указала, что денежные средства, необходимые для расчета по оспариваемому договору купли-продажи, были получены ФИО2:

- от продажи недвижимого имущества по договору купли-продажи от 06.02.2013 в размере 660 000 руб.

- от ФИО8 в размере 1 300 000 руб.;

- личные накопления;

- материальная помощь отца в размере 321 586 руб. 65 коп.

Таким образом, большая часть денежных средств на покупку квартиры по спорному договору была передана ФИО8, которая, как было указано ранее, является аффилированным лицом.

В подтверждение своих доводов, ответчик также привел следующие пояснения(т.1, л.д.18-23): 03.12.2012 между ИП ФИО4 и ИП ФИО8 заключен договор соинвестирования в строительство нежилого здания №ИС-1, согласно которому Заказчик - ИП ФИО4 обязался построить (создать) объект недвижимости: нежилое помещение общей площадью, ориентировочно 213 кв.м., расположенное по адресу <...>, и передать его Инвестору - ИП ФИО8(т.1, л.д.24-26)

Объем инвестиций (пункт 4.1. договора) составил 7 029 000 рублей. Согласован график платежей: 2 000 000 рублей в срок до 31.12.2012 и 5 029 000 рублей в срок до 31.03.2013.

Платежи по договору соинвестирования произведены в сроки, предусмотренные договором.

Источником денежных средств (платеж на сумму 2 000 000 рублей), направленных ФИО8 на строительство ФИО4 объекта недвижимого имущества, являлись средства вырученные от продажи принадлежащих названному лицу активов – квартир.

Источником денежных средств для платежа в сумме 5 029 000 рублей, являлись средства, полученные ИП ФИО8 по кредитному договору <***> от 14.03.2013, заключенному с АКБ «Банк Москвы».

Поручителем по кредитному договору, на основании договора поручительства №ОМБ63/17-02/320-13 от 14.03.2013, выступило ООО «Миллениум Плюс» в лице директора ФИО2 (т.1, л.д.38-40).

Денежные средства в объеме 5 729 000 рублей, перечисленные банком на расчетный счет заемщика - ИП ФИО8, распределены следующим образом: 700 000 рублей снято наличными 25.03.2013, и, той же датой, осуществлен безналичный платеж на сумму 5 029 000 рублей на счет ИП ФИО10 номер 40802810272210104110. Названные обстоятельства подтверждаются выпиской по расчетному счету ИП ФИО8(т.1, л.д.42-43)ю

Сумма в размере 2 408 000 рублей, из перечисленных ИП ФИО11 средств, была возвращена на расчетный счет ИП ФИО8 в ОАО «Челябинвестбанк».

Сроком ввода в эксплуатацию объекта, создаваемого по Договору соинвестирования в строительство нежилого здания №ИС-1 от 03.12.2012, согласно пункту 1.3. названного договора, являлся третий квартал 2013 года. К указанному сроку, строительство объекта не произведено, обязательства ИП ФИО4 не выполнены.

С целью урегулирования вопроса по обязательствам ФИО4 перед ФИО8, между названными лицами заключен договор купли-продажи от 30.01.2014, предмет договора - помещение 2, расположенное по адресу: <...>, стоимостью 3 021 000 рублей(т.1, л.д.46).

Оставшиеся у ФИО4 денежные средства в размере 1 600 000 рублей, по согласованию сторон, были направлены на расчеты за приобретенные ФИО8 объекты недвижимого имущества - земельный участок, расположенный по адресу: <...>, стоимостью 95 000 рублей (договор от 27.02.2015, т.2, л.д.47) и жилой дом с земельным участком, расположенные по адресу: <...>, стоимостью 2 510 000 рублей (договор от 01.04.2016).

К расчетам за покупаемые объекты присовокуплены денежные средства, полученные в кредит от АКБ «Банк Москвы» и снятые со счета, а также личные накопления ФИО8

Кроме того, ответчик указывает, что 06.02.2013 между ФИО12, ФИО13, ФИО14 и ФИО2, действующей за несовершеннолетнего ребенка ФИО15, заключен договор купли - продажи квартиры (т.2, л.д.48-54). Денежные средства, в сумме 3 150 000 рублей, вырученные от продажи квартиры, ФИО2, по договору от 05.03.2013, приобретена квартира стоимостью 2 490 000 рублей (т.2, л.д.55-59).

Денежные средства, оставшиеся после описанных операций с недвижимостью, в размере 660 000 рублей, совместно с частью денежных средств, в сумме 1 300 000 рублей, возвращенных ФИО4 27.03.2013 и переданных ФИО8 в пользование ФИО2, и личными накоплениями ФИО2, включая материальную помощь отца ФИО2, были использованы для оплаты стоимости жилого дома и земельных участков, расположенных по адресу: <...>, по договору купли-продажи от 10.03.2016(т.2, л.д.60-62).

Суд, исходя из вышеизложенных обстоятельств, обоснованно не усмотрел наличия безусловных доказательств в подтверждение финансовой возможности ответчика приобрести спорный объект недвижимого имущества.

Как верно отмечено финансовым управляющим, денежные средства ФИО2 и ФИО8 были аккумулированы с 2013 года.

Доказательств того, где хранились денежные средства столь значительный период, не представлено.

При этом незадолго после оспариваемой сделки (10.03.2016) ФИО8 приобрела у должника жилой дом и земельный участок (01.04.2016) за 2 510 000 руб., а в рамках рассмотрения заявления об оспаривании договора купли - продажи от 01.04.2016, заключенного между должником и ФИО8, и признанного недействительным, судом установлено, что каких-либо документов, подтверждающих финансовую возможность ответчика ФИО8 произвести расчет по сделке, не имеется (определение Арбитражного суда Челябинской области от 09.04.2018 по делу А76-17211/2016, постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2018, картотека арбитражных дел).

То есть материалами дела опровергает факт передачи ФИО8 в пользу ФИО2 суммы 1 300 000 руб. для приобретения спорного имущества.

Пояснения свидетеля ФИО6 о том, что ФИО2 была получателем денежных средств по договору от 06.02.2013, а также пояснения отца ФИО2 о том, что в феврале 2016 года ответчица обращалась к нему с просьбой предоставления ей денежных средств для покупки дома и земельных участков, на что ФИО7 (отец) снял со своего счета 321 586 руб. 65 руб. и передал их дочери, не свидетельствуют том, что полученные таким образом денежные средства ответчик потратил именно на приобретение жилого дома и земельного участка по договору 10.03.2016.

Представленные декларации ФИО2 подтверждают ее годовой доход на сумму 72 000 руб. (т.2, л.д.80-83).

На дату совершения сделки у должника имелась просроченная задолженность перед ПАО «Сбербанк России» на сумму 18 876 208 руб. 22 коп. по кредитному договору от 22.09.2015, на сумму 1 541 029 руб. 20 коп. – по кредитному договору от 29.07.2014, на сумму 24 957 700 руб. 43 коп.- по кредитному договору от 23.06.2014.

Определением от 06.09.2018 у должника истребованы документы о расходовании полученных по оспариваемой сделке денежных средств, однако такие доказательства не представлены.

Согласно полученным сведениям финансовым управляющим, 25.05.2016 было погашение задолженности по кредиту на сумму 2 115 000 руб., но со стороны иного лица – ФИО9 (т.1, л.д.67)

С учетом изложенных выше обстоятельств, в результате безвозмездного совершения спорной сделки произошло выбытие принадлежащего должнику имущества, без предоставления встречного исполнения, что привело к уменьшению размера имущества должника и, как следствие, причинению вреда имущественным правам кредиторов должника. При заключении сделки по безвозмездному отчуждению имущества в период подозрительности ФИО2 знала о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, при этом действия должника и ФИО2, заинтересованной к должнику через ФИО8, представляют собой вывод и сокрытие ликвидного недвижимого имущества из владения должника в целях причинения вреда имущественным интересам как самого должника, так и его кредиторов, с целью избежать обращения взыскания на имущество ФИО4 Об этом также свидетельствует и совершение ряда сделок по отчуждению недвижимого имущества в пользу третьих лиц.

В этой связи сделка подлежит признанию недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве

Признав сделку недействительной, приняв во внимание, что спорное имущество нельзя вернуть в конкурсную массу, поскольку произведено разделение имущества на части, суд правомерно применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу ФИО4 суммы в размере 2 295 000 руб., составляющей рыночную стоимость проданного ответчику имущества в соответствии с положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6 Закона о банкротстве.

С учетом изложенных обстоятельств, оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основанием для отмены судебного акта в любом случае, а также иных нарушений процессуального законодательства, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за обращение с апелляционной жалобой относятся на подателя апелляционной жалобы, в порядке и размерах, установленных статьей 110 АПК РФ, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 18.12.2018 по делу № А76-17211/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья М.Н. Хоронеко



Судьи: Л.В. Забутырина



Ф.И. Тихоновский